Колдовские хитрости

Январь был тихим, никто не донимал. Почти весь месяц шёл снег, отчего лес вокруг был безмолвен. Снежинки неторопливо кружили, они были маленькими, но их было много, потому наш домик быстро завалило. Рэм в такую погоду долго спал и был вялым, поднять его раньше полудня я считал кощунством. Он был бодр вместе с погодой, и, когда вовсю светило солнце, Рэм светился вместе с ним. Я же к погоде был равнодушен. По утрам, когда Рэм ещё спал, я шёл разгребать возле дома снег деревянной дворничной лопатой, расчищал площадку от двери до тропинки и под окнами , иногда залезал на крышу. Рэм ругал меня, просил на крышу не соваться. -На крыше я сам, - ворчал он. Но я чистил крышу раньше, чем двор, потому не боялся упасть - снег смягчит падение. Январь бесшумно прошёл мимо нас, зато в феврале с треском ударили морозы. В феврале я заболел. Обычно я болел в начале зимы, но в этот раз свалился с температурой в конце. Рэм заставил меня неделю лежать в постели, хотя я чувствовал себя нормально уже на третий день. Он отпаивал меня травяными отварами, горьковатыми на вкус, добавляя в них сахар или мед. Вечерами он сидел возле меня, черкая что-то в тетради, в которой уже практически не осталось чистых листов. В последний день февраля мы отправились к тотему. На деревянном столбе высотой около трех метров были вырезаны волки. Они были словно живыми, казалось, что они внимательно на нами наблюдают. Я побоялся подходить близко, опасаясь, как бы один из волков не соскочил со столба. -Это волчий тотем, - принялся рассказывать Рэм, -Были еще три - медведя, лиса и ворона. Остался только этот, люди разрушили остальные тотемы. -Почему они это сделали? - грустно спросил я. Тотемы было жаль, уверен, остальные были сделаны не хуже. -Я не знаю. Когда я пришел сюда-тотем был только один,-Рэм обошел вокруг столба, -Четыре тотема располагались по углам квадрата, внутри которого находится источник. Говорят, что когда уничтожили тотемы, вода в нем исчезла. -А можно будет посмотреть? -Пойдем, -кивнул Рэм. -А почему один тотем оставили? -спросил я. -Видимо один не представляет ценности. -Это странно, ведь волк самое опасное животное в лесу, -задумался я. -Люди так решили. Вероятно, чтобы не злить волков, они и оставили тотем. Ты наверное не заметил, но вокруг тотема множество волчьих следов. Этот тотем излечивает волков от болезней . Мы вышли на площадку, в центре которой стояли, вросшие в землю, несколько больших, в человеческий рост, камней, расположенных по кругу. Внутри круга была яма, в которой раньше, видимо, была вода. -Раньше здесь ключом била чистейшая вода. Это место с древних времен использовалось для проведения ритуалов очищения от скверны, - Рэм заглянул в яму, но кроме мелких камушков в ней ничего не было. Я присел на корточки и достал один из камней. Они были обычными на первый взгляд, но, если присмотреться, можно было заметить жемчужного цвета вкрапления, от которых камни переливались на солнце. Скорее всего, источник был минеральным. -Красота, -произнес я, любуясь камешком,-Можно себе забрать? -Конечно можно, теперь это всего лишь груда камней. -Не говорите так, -возразил я, пряча камешек в карман, -Я уверен, когда-нибудь этот источник наполнится водой. -Было бы замечательно, -улыбнулся Рэм. Остаток дня мы провели у иссякшего источника. Рэм рассказывал истории о людях, которые приходили сюда, чтобы излечить души от недугов. -Одержимость - когда тело становится сосудом для посторонних, можно было вылечить в этом источнике. Обычно таких людей связывали, чтобы он не нанесли вреда себе и другим, и бросали прямо в воду. Потом требовалось еще долго лечить искалеченную душу, этим занимались местные шаманы в обмен на щедрые дары. Поговаривали, что эти шаманы сами и натравливали на людей духов и за счёт этого неплохо жили, -рассказывал Рэм, -Хотя бывали и проколы. Одному духу так полюбилась жизнь человека, что выдворить его так и не смогли. -А что происходит с самим человеком? - спросил я. Мы уже потихоньку шли обратно. -Его разум засыпает. Чем дольше бес находится внутри, тем меньше человек воспринимает реальность как таковую. Ему все как будто снится. Иногда люди излечиваются сами, особенно когда дух внутри него вытворяет странные вещи. Чтобы излечиться, нужно просто встряхнуться. Домой мы пришли голодные, но довольные прогулкой. После ужина Рэм выточил в камне дырочку, нацарапал на нем какие-то знаки, повязал на шнурок и повесил мне на шею. -Будет тебе амулет, -сказал он,-С ним я тебя всегда смогу найти. Знаки были мне незнакомы, но как я понял, работали они как GPS - показывали мое местоположение. Неплохая вещь, учитывая мои способности ориентирования на местности. Спустя неделю я снова занемог. Как это произошло я не заметил, просто проснувшись утром, обнаружил, что не могу пошевелиться. Это меня чертовски напугало, но я был настолько слаб, что не мог произнести ни звука. Рэм уже встал и хлопотал по дому, потому пришел будить меня около полудня. -Хорош спать, голова будет болеть, - произнес он. Я хотел сказать ему, но не мог. Всё, что мне оставалось - молча смотреть, что я и делал. -Что с тобой? - удивленно спросил Рэм. Я молчал и смотрел на него, пытаясь мысленно все объяснить. -Ты на меня за что-то обиделся? - выдал Рэм, отчего я обессиленно прикрыл глаза. Как будто бы я способен на него обижаться. Бред. -Ты плохо себя чувствуешь? -ну наконец-то догадался спросить. Что я могу ему ответить? Только глазами похлопать. Рэм пощупал мой лоб. -Температуры точно нет, - пробормотал он,-Язык покажи? Я беспомощно моргнул. -Да что с тобой такое, -Рэм скинул с меня одеяло, глаза его расширились, -Не может быть... Я недоуменно смотрел на него. Рэм положил руку мне на живот. -Моргни, если чувствуешь прикосновения, - сказал он. Я моргнул. Мееедленно. -Дело дрянь! - Рэм пулей вылетел из комнаты, оставив меня одного. Он копошился среди своих баночек и коробочек, что-то уронил, похоже металлическое. Я разволновался - чтобы у Рэма что-нибудь упало, должно произойти как минимум землетрясение. Значит он торопится, видимо дела совсем плохи. Не знаю, что со мной, и от этого еще страшнее. Рэм вернулся с какой -то жидкостью. Вылил он в меня пол бутылки какой -то кислой дряни. Глотать было трудно, потому вся подушка и я тоже намокли. Спустя пару минут я почувствовал, что в моей груди что-то жжется. Это жжение постепенно распространилось по всему телу, словно жидкий огонь, отчего тело мгновенно свело судорогами. Это было похоже на удары током, все конечности дергались как будто от электрических разрядов. Я едва не упал с постели, меня вовремя поймал Рэм и прижал к кровати своим весом. Огонь внутри меня постепенно утих, но пошевелиться я так и не смог, хотя меня всего колотило. Дышать стало труднее, воздуха не хватало. Вдобавок, стоило Рэму дотронуться до меня, место прикосновения обжигала острая боль, но большее, что я мог сделать, это содрогнуться. Рэм молча хмурился, глядя на меня. Он перетащил в комнату стопку своих книг и перелистывал, поглядывая на меня, видимо, сравнивая симптомы. Я уже мысленно с ним прощался, когда он захлопнул книгу и отбросил ее в сторону. -Кажется я понял, что с тобой, -произнёс он. Меня не обнадежило это его "кажется ". Рэм тем временем вышел и вернулся назад с ножницами в руке. -Будет немного больно, -сообщил он, поднося ножницы к моему горлу. Попрощаться с ним я уже успел и теперь за все его прощал. Рэм осторожно приподнял шнурок, на котором висел найденный мной камушек, и разрезал его, после чего снял с меня самодельный амулет. Он вынес его из комнаты и я услышал, как открывается печная заслонка. Внезапно меня сильно тряхнуло, но сразу же отпустило. Я попробовал пошевелить рукой. Ладонь с трудом со скрипом послушалась, сжимаясь в кулак. Я сорвался с места но тут же рухнул как подкошенный. Рэм едва успел поймать меня. -Погоди суетиться, -произнес он, водворяя меня обратно. Я упрямо вцепился в него, утыкаясь лицом в плечо. -Ты чего, ревешь что ли? - удивился он. "-Еще бы, я уже думал, что коньки отброшу "-хотел сказать я, но не смог произнести ни звука. -Голоса нет? -уточнил Рэм. Я беззвучно пошевелил ртом, стараясь произнести хоть слово, но у меня ничего не вышло. -Ничего, это пройдет со временем, -Рэм гладил меня по голове, закутав в одеяло, словно младенца и посадив себе на колени, -Это все из-за камня. На нем оказалось сильное проклятие. Я не распознал его, наверное потому, что накладывал более сильный колдун. Я вцепился в него покрепче, как бы говоря, что меня и такой устраивает. -Возможно, камни этого источника были прокляты именно шаманами, - усмехнувшись, продолжил Рэм, -Но я не нашел об этом ни одной записи. Когда вернется твой голос, то мы это дело расследуем. Ты со мной? Я кивнул в ответ. -Прости, если бы я сразу заметил, то ничего бы не случилось. Да еще и пришлось напоить тебя этими лекарствами,-горько усмехнулся Рэм. Я погладил его по спине, давая понять, что не в обиде. Тем более уже за все его простил, причём на пару лет вперёд. А плюшечность - одна из моих вредных привычек. Так что виноват я сам. Я пролежал в постели до вечера, по очереди шевеля руками и ногами. Вечером я смог встать и , держась за стены, вышел в зал. -Лежал бы, -встревожился Рэм, но лежать я больше не мог. Я достал сигареты и только собрался накинуть куртку, Рэм сразу же это пресек. -Кури в доме, -велел он. Извините, а вы кто? Куда вы дели Рэма? Я решил проигнорировать позера, косившего под Рэма, но был спроважен за стол. -Я сказал кури дома. Ты еще не отошел от лекарства, тебе нельзя мерзнуть. Ты сейчас слишком чувствительный, - Рэм поставил передо мной банку. Я не решался курить дома, все таки Рэм табачный дым недолюбливает. Но внутри просыпался зверь, недовольно требующий порции никотина, а то и двух. -Кури, вижу же, как тебя ломает, -хмыкнул Рэм. Я сдался и устало закурил. Когда я закончил медитацию, Рэм поставил передо мной тарелку с горячей жареной картошечкой. Когда мы улеглись спать, Рэм подтянул меня поближе к себе. Обнимал он меня крепко, крепче обычно, и я подумал, что наверное, он чувствует себя виноватым. Новый день больших изменений не принес. Тело, конечно, слушалось теперь меня как и раньше, но все еще приносила боль разница температур. Стоило мне вылезти из-под одеяла, как меня обдало волной ледяного воздуха, отчего мне пришлось юркнуть обратно. Голос так и не прорезался, как я не старался, и я растерянно махнул на это рукой, дескать само пройдет. Рэм озабоченно поглядывал на меня, подкидывая дрова в печь чаще обычного, чтобы в доме было потеплее. Он везде ходил за мной следом - переживал. Один раз я попытался остановить его, из-за чего нарвался на фразу "ты меня ненавидишь?" Произнес он это с таким выражением лица, какое можно увидеть лишь у нашкодившего пса. Ну и кто из нас страшный колдун -плхититель детей? Я разубедил его как мог кривляньем и жестами, но больше перечить ему не решался. Вообще, видеть его таким подавленным было больно. Прощла неделя, а голос так и не вернулся. Рэм принялся вновь штудировать свои фолианты в поисках решения, однако прогресса не наблюдалось, зато сразу бросались в глаза метаморфозы, происходящие с Рэмом, с каждым днем он хмурился все больше, спал мало, по ночам перечитывая по нескольку раз свои книги, тихо ругая их авторов. В один прекрасный день я не выдержал и принес ему лист бумаги, на котором нацарапал "оставьте книги в покое, мне итак хорошо". -Хочешь сказать, что тебя не заботит потеря голоса?-тихо спросил Рэм. Я кивнул в ответ. Плакать из-за него, что ли. Оперным певцом стать не рвусь, а носить с собой блокнот и карандаш не сложно. Рэм тяжело вздохнул, потирая переносицу.