Стальная бабочка

Какой там лазарет, от головной боли ей не помогает даже проверенное неоднократно средство – бездарно использованный ею припасенный на черный день косячок. Покурив волшебную травку в пустынном туалете, Пацанка смывает с физиономии кровь, пушит ирокез, широко скалится на свое отражение, проводя сама с собой сеанс психотерапии и восстанавливая дыхание. Оставшись боле или менее довольна результатом, она тащится наконец со скоростью улитки в противоположном от Лазарета направлении, прямиком к тренажерам, где нос к носу сталкивается с Альбой. - Как ты, Бритт? – голубые глаза девчонки выражают непритворное беспокойство, - ты в лазарете была? - Мы сами себе лазарет, - Пацанка мотает головой, про себя отмечая непривычную бледность сокурсницы, но тут же списывает ее на засратый мозготраховый тест, чтоб его. – Кажется, только у меня одной кровь пошла носом. - Неа, один из парней после теста вообще обделался, бедолага… видимо, у вас посерьезнее, чем у остальных. Надо мной вообще все ржали, когда узнали, что я клоунов боюсь. - Вздыхает Альба всем своим видом показывая, как сильно она не хочет идти на тренировку. - Я сама их боюсь, - отмахивается Пацанка, состроив идиотскую мину и заставив девчонку улыбнуться. – Хорошо, что они теперь вне закона. - Это точно. Разговор явно не клеится. Пацанке не нужно быть телепатом, чтобы понять, что сокурсница чем-то не на шутку расстроена. Она не успевает спросить, как в поле зрения обеих возникает кучка знакомых кадетов, в голос обсуждающая несчастного ссыкуна и явно прущая к классу, на пороге которого они с Альбой сейчас мнутся. Без слов Пацанка несильно подталкивает Альбу вперед, верно полагая, что им обеим сейчас совершенно ни к чему чужое присутствие. Занятия начинаются только через полчаса, значит, у них еще есть время собраться с силами. Это только в сказках дерьмово начавшееся утро перерастает в хороший день, в жизни все идет по законам жанра. В этот день их гоняют по плацу, как последних сволочей, явно намереваясь угробить всех до единого. Сначала их компашка старается держаться вместе, где возможно подстраховывая друг друга, длится эта самодеятельность максимум пару кругов, после чего всевидящие бесстрашные на пинках расталкивают их группу и раскидывают по разным частям трассы, попутно доходчиво объяснив, что цель такой пытки одна – бежать, пока не свалишься без сил, и желательно последним. Тот, кто покажет худший результат, будет немедленно отчислен. А кто наоборот, получит дополнительные бонусы в свою копилку подвигов. Ниче так мотивация. Достаточная, чтобы пилить на всех парах, позабыв наконец про дружбу, любовь и родственные связи и все больше превращаясь в озверевшего скота. Дела у всех новобранцев обстоят по-разному, что касается Пацанки, то она заканчивает свой хрен-знает-какой по счету круг, обогнав Чоло, Киму и Бо уже по нескольку раз (сказывается громадная практика сваливаний от полиции), и пристроившись в хвосте у Альбы, точнее через пару от нее кадетов, наблюдая за тем, как девчонку начинает все больше мотылять из стороны в сторону. Они приближаются к трудному участку, и сердце Пацанки, и без того колотящееся о ребра, противно бухается куда-то вниз и словно замирает на несколько бесконечно долгих мгновений, когда она видит высокую, ладно сложенную фигуру Эрика, приближающегося к полосе препятствий. Какого черта ему вдруг понадобилось здесь? Или это такая психологическая атака на неокрепшие подростковые умы? Альба как раз ровняется с Лидером, и Пацанка прикусывает губу, потому, что девчонка не находит лучшего момента, чтобы споткнуться и вписаться своим аккуратным носиком в сырую землю. Вернее, почти вписаться, потому как Эрик, к удивлению Пацанки, в последний момент хватает девчонку за руку и не дает ей расквасить вышеупомянутый. Альба дергается, неловко взмахивает руками, резко теряет темп и, кажется, вся сжимается, становясь против этого здоровущего буйвола, как птенец, еще более маленькой и хрупкой. Смотрится этот секундный тандем очень красиво, но есть в нем что-то болезненно неправильное. Всего мгновение, и кованые пальцы разжимаются, словно выпуская птичку из клетки. Альба бежит дальше, но спина ее теперь неестественно прямая. Пацанка хмурится, ощущая поднимающуюся внутри волну страха, но она душит ее злобой и с удвоенным рвением бросает свое тело вперед, обгоняя впереди бегущего парня, обалдевающего от такой ее прыти и буквально кожей ощущая переместившийся на нее взгляд Эрика. Согласно жизненной философии Пацанки, неизбежные неприятности нужно преодолевать разом, не оттягивая, а лучше даже ускоряя наступление момента. Чем быстрее, тем лучше. Поэтому Пацанка изо всех сил направляет свое обманчиво хрупкое тело вперед, взлетает на турник и начинает работать руками, ловко и быстро преодолевая это препятствие и приближаясь к замершему в паре метрах впереди монументальным изваянием Лидеру фракции, стараясь вообще забыть о его присутствии здесь. Пару метров, метр… Она могла бы поклясться, что слышит ехидный смешок, когда с напущенным безразличием сначала минует, а затем оставляет позади Лидера фракции. Сердце на мгновение сжимается и тут же снова начинает бешено колотиться, разгоняя новую порцию адреналина по крови, когда, пройдя опасный участок, Пацанка фурией несется дальше, собравшись порвать всех к чертям собачим. Да! Отлично! Она молодчина! Как там говорится, в той мудрой поговорке – не так страшен… - Курсант Линн, сойти с полосы! …черт! Она по инерции пробегает еще несколько метров и только потом начинает сбрасывать скорость, отходит в сторону, наклоняется, упираясь руками о дрожащие колени и роняя капли пота на землю. Грудная клетка горит огнем, опаляя ее изнутри, кожа горит, при этом все как один внутренности протестующе сжимаются - что опять? Что он опять от нее хочет? Ругая себя последними словами, Пацанка тащится к Лидеру, стараясь не смотреть на него. - Да… - сипло бурчит она. - Что, да? – неизменная манера Лидера говорить с ней как с умственно отсталой, участливо и можно даже сказать ласково, совсем не так, как с остальными новобранцами, застревает у нее в глотке тошнотворным комом страха, это звучит особенно дико после того, как он едва не раздавил ее голову собственным сапогом, – обращаться по уставу вас не приучили, кадет? Пацанка вытягивается по струнке, расправив плечи и обозначив таким образом даже не свою маленькую грудь, а скорее ее отсутствие, выпаливает на одной высокой ноте: - Так точно, сэр! Не приучили! Эрик щурит глаза, наблюдая за тем, как эта паразитка кривляется перед ним. Пацанка в свою очередь прекрасно понимает, что нарывается самым натуральным образом, но ее уже не остановить. - Разве ваш наставник не проводил с вами вводное занятие? - Никак нет, сэр, на нашем вводном занятии мы проходили боевое крещение при вашем непосредственном участии. Эрик хмыкает, прекрасно улавливая плохо скрываемый сарказм в голосе этой мелкой дряни, что, как ни странно, не злит его, а даже наоборот. Он переводит взгляд на подошедшего к ним Макса. Пацанка, как и Лидер замечают, что глаза бесстрашного выпучены больше обычного. Никак жопой чует, что паленым потянуло. - Что-то не так, сэр? – Макс переводит обеспокоенные глаза с замершей в дурацкой позе Пацанки на Лидера, скрестившего руки на груди и смотрящего на бесстрашного пристальным чуть прищуренным взглядом. Только сейчас Пацанка замечает, что глаза у Лидера темно голубые, цвета омута в погожий денек, хотя прежде они были просто холодными. - Тут на вас поступила жалоба, командир. - Какая еще жалоба? Пацанка вскидывает бровь. Да, какая еще жалоба? - Плохо следишь за новобранцами, забываешь проводить инструктажи, пренебрегаешь уставом, упускаешь из виду перспективные молодые кадры, как вот этот, например… Голос Эрика звучит ровно, так, что не понять, стебется он над ней или нет, но глаза начинают недобро блестеть. Губы Макса превращаются в единую тонкую нить, и Пацанка замечает, как дергается кадык на шее бесстрашного. Вот те на… вот это номер. Ответ мужчины вообще повергает ее в шок. - Виноват, сэр, не знаю, где были мои глаза. - Не имею малейшего представления, ведь ученики ваши, капитан, а вы как полагаете, кадет? - Очевидно, следили за молодыми кадрами, предпочитая симпатичных перспективным, сэр. Она могла поклясться, если бы взглядом можно было убивать, она была бы уже трупом, причем убитым с особой жестокостью. Так яростно на нее еще никогда не смотрели. Эрик же среагировал в своей обычной манере – едва заметно скривил кончик губы. Видимо и это означает многое, потому как заметив реакцию Лидера, Макс начинает неслабо дергаться, того и гляди бросится на паршивого новобранца и разорвет ее голыми руками. Видя это, Эрик предупреждающе кладет тяжелую руку на плечо бесстрашного, точно хозяин на загривок пса, сдерживая того от рывка. Ох ты черт. Пацанка не знает, что делать. Что называется, доигралась. Мимо них как раз пробегают Кима и Чоло, уставившиеся на Пацанку, как на приведенье, широченными глазами. Именно в этот момент до Пацанки, с опозданием в несколько предательски долгих секунд, и доходит весь ужас ситуации. Зачем Лидеру марать о нее руки, легче настроить против своего пса. К тому весь этот бесполезный разговор и шел, и нет бы ей промолчать… ох, Бритт, ну что же ты за идиотка такая!!! Ну неужели же нельзя подержать язык за зубами? Ну хоть раз в жизни… ну хоть для разнообразия. Нет, она вовсе не была против, чтобы ее вышибли из фракции, но тут дело пахнет гораздо более серьезными неприятностями… гора… - Что ж, кадет, вижу ваши дела обстоят не так плачевно, как у остальных ваших сокурсников, - Лидер бесстрашия, по-прежнему нордически спокоен, если он и доволен результатом, то никак это не выражает, - я полагаю, мы можем ожидать от кадета Линн, неплохих показателей. Как считаете, командир? - Так точно, сэр. – Тоном «если доживет», отвечает Макс, все еще испепеляя Пацанку взглядом. – Предлагаю внести коррективы в тренировочную программу кадета Линн. - Слушаю, вас. - Предлагаю перевести кадета в старшую группу. Там трасса посерьезнее, ни эта детская площадка. - Согласен с Вами, - Эрик переводит взгляд на Пацанку и отдает ей приказ, - Думаю, вам придется по вкусу смена обстановки, кадет. На пра-во! Легкой трусцой до сектора 3.0. У вас времени до семнадцати ноль-ноль. Если кто-то будет против, скажите, что это мое распоряжение. Выполнять. Пацанке не нужно повторять дважды, когда она не предстает в образе упертой кобылы, она схватывает все прямо на лету и бежит в том самом направлении, куда ее только что послали далеко не легкой трусцой, чувствуя невероятное облегчение от возможности избавиться от столь завидного общества и в то же самое время серьезно раздумывая над вариантом отрезать себе язык. - Сектор 3.0? – Макс следит взглядом за быстро удаляющейся фигурой девчонки, уже мысленно представляя те пытки, которым подвергнет ее бренное тело. - У тебя полно новобранцев, одним больше одним меньше. Какая разница? Избавимся от парочки до экзамена, к черту их. – Эрик тоже следит за Пацанкой, про себя отмечая слаженную работу всех мышц на обманчиво хрупком теле. Макс растягивает губы в диковатом оскале. - По правилам ее нужно… - Проинструктировать? – Теперь Эрик переводит взгляд на бесстрашного, - брось, она поперла на меня в первый же день. У девчонки нет мозгов. Если не свернет шею сейчас, то свернет ее потом. - У министерских могут возникнуть вопросы. - Все вопросы ко мне, выполняй свою работу, Макс. - Как скажешь, Эрик, - бесстрашный неприятно усмехается, - но клянусь тебе, если паскуда себе не свернет шею на тренажерах, я сам убью ее. Лидер бесстрашия едва заметно кивает, на шестьдесят процентов уверенный, что так оно и будет. Это не полоса, это мечта самоубийц. По офигевшей физиономии Пацанки, прибывшей в сектор 3.0 в рекордно короткие сроки, можно было понять, что она сейчас думает о том же самом…