Сдурел, Вирал?!

— Палуба под обстрелом! — Падает мощность второй летной сферы, мы теряем высоту! — Господин Цитомандра, мы должны отступать! — динамики разрывались от поступающих сигналов об опасности. Сам Цитомандра Стремительный, командующий линкором Мега-Гантен, был на шаг от поражения, несмотря на величайшую огневую мощь. Птицечеловек был уже слегка на нервах, если слово «слегка» вообще применимо в его отношении. На экране перед ним мельтешила причина всех неполадок: Вирал и какой-то лысый макак решили устроить разборки на мехах прямо в машинном отделении! — Какого хрена ты творишь?! — процедил сквозь зубы павлинохвостый. Тем временем в сердце железных конструкций шла ожесточенная борьба. Ганмены человека и зверочеловека сталкивались, душили и нещадно кромсали друг друга, отрешившись от мира снаружи. Шлем-серп против очков из черной стали, но речь не о специфических вкусах. Только сейчас Вирал узнал, что его заклятый враг Камина давно мертв, и место первого пилота занял Симон. — Хочешь сказать, что в последний раз я проиграл тебе? Ребенку?! — тут уж Вирал начал звереть. Однако, пафосные изречения про долг, про честь, даже обещание оторвать башку прозвучали как-то буднично — при мыслях о Камине оба почувствовали наплыв тоски. Накал событий вернулся вместе с появлением ганмена Судзак. Цитомандра был настроен на победу более чем решительно, потому сразу прибегнул к грязной уловке: под ударом оказалась Ёко. Недвусмысленно пригрозив девушке стальными когтями, он выдвинул ультиматум Гуррен-Лаганну: — Не двигайся, или я не оставлю от этой самки и мокрого места! Симон остановился, ничего другого ему не оставалось. Но Вирал медлил. — Прикончи его, Вирал! Что ты стоишь?! – взревел Цитомандра. Но тот мялся в смятении. Он столько рассуждал о принципах Настоящего мужчины, а теперь поступит как трус? Нет, такого он не допустит, чем бы это ни было ему чревато. Промямлив что-то, извиняясь, он опустил руку с оружием и отступил. — Что за чертовы игры?.. — птичий командир перешел на рык — Что ты вытворяешь, Вирал? Тебе это с рук не сойдет... — последнюю фразу он проговорил особенно злобно и мстительно посмотрел на подчиненного. Ничего хорошего тот и не ждал. Прогремел взрыв. Какая-то страшная сила извне начала разносить летучий линкор на запчасти (как известно, это Мего-Гуррен подоспел на помощь друзьям, воплотив безумную идею Китана «разогнаться и стукнуть»). Отряд Цитомандры терпел поражение, пришлось отступать. С немалыми потерями избитый линкор, накренившийся на один бок, поспешил убраться в Теппелин восвояси.