Время. Оно ведь бесконечно

Достаточно большая (если не сказать очень) армия шиноби двигалась через пески. - Ну где же эта долбаная страна - чуть ли не рыча проговорил предводитель. -Хей, хей, хей. А ну не обзываться. Элькаге этого не любит – впереди, скрестив руки на груди, стоял парень. Бледная кожа с легким перламутровым отливом внимательные серые глаза в черном ободке миндалевидной формы смеялись. Черные волосы также с перламутровым оттенком, завязанные в два хвоста на конце с помощью черных лент и один был перекинут вперед, но все-таки развивались от ветра, гуляющего в пустыне. - А ты кто такой, мальчишка. -Меня зовут Улиас, и я-секретарь Элькаге. Я и моя госпожа хотят видеть Амирилис Желайо и Какаси Хатакэ. - Улиас, зачем мы Энсайе - названная блондинка вынырнула из толпы. За руку она держала жениха. -Вы пойдете со мной. Только вам госпожа разрешила заходить в город - сероглазый улыбнулся. -А где же эта дурацкая деревня. -Я же говорил, чтобы вы не обзывали деревню. А то вдруг она услышит – на губах была улыбка, но серые глаза в черной окантовке были холодны - а деревня. Так она прямо за мной - реальность моргнула лишь на секунду, но войско увидело тоже самое, что и Энма в первый раз. А морской ветер обедал лица - теперь видите. Вон там площадка, с которой можно спустится - тонкий палец указал в сторону выступа - и кто же гонит этих ваших Гоблинов. -Несколько команд. И как ни странно он ведутся - Ами первая подошла к выступу и казалось шагнула на обычный песок, но нога провалилась. Постепенно с продвижением вперед она уходила все ниже и ниже и под недоуменные взгляды других скрылась из виду. -Ну вот, парни. Девушка смелее вас - черноволосый хмыкнул и прыгнул вниз спиной назад. Оставшиеся шиноби не смогли стерпеть такого издевательства над собой и поспешили спуститься. И тут же стало ясно от куда многие пейзажисты черпают свое вдохновение. Войско застыло прямо на лестнице, выбитой в скале, и где-то минуту тупо рассматривали вид. Чуть ниже, прислонившись прямо к стене, делала наброски Ами. Она помнила это место и хотела запечатлеть его навсегда в своей работе. - Эй хватит пялится. Спускаемся и разбиваем лагерь к прибытию Каге. -Это уже не надо. Мы тут - на лестнице на самом верху находились все 5 Каге. И все начали спуск. *** И в один прекрасный день (а может и ужасный) со скалы посыпались Гоблины. Все как и предполагали главы деревень. - Эх словно яблоню потрясли - вздохнула Элькаге, укачивая сына на руках, сидя в мягком кресле на воздухе. Васке все никак не хотел успокоится и у него уже был развеет хватательный рефлекс (10 месяцев как никак и одновременно шиноби) и мальчик активно хватал маму за рыжие пряди, свисающие по бокам от лица – умм, Васке, отпусти - не выдержала девушка, когда малыш дернул особенно сильно. Тот же улыбнулся, глаза сверкнули красным, но прядь он отпустил - вот молодец. Спи, любимый - рыжеволосая поцеловала сына в лоб. Маленький агукнул, глаза стали слипаться, и он уснул. Рыжеволосая встала и положила самое ценное в этом мире в кровать, накрывая легким одеялом - сладких снов, малыш - девушка улыбнулась, в который раз отметив сходство Васке с запретной темой. Хмыкнув, Энма завязала протектор деревни времени, и без жилета в одним топике она выскользнула из резиденции по направлению к полю сражения. *** А битва уже была в самом разгаре. Гоблинов серьезно теснили к морю, и взрослые габаритные существа визжали как маленькие девочки, когда наступали на мелководье. Они подпрыгивали на добрый метр и по головам соратников бежали в нападение. Но их отталкивали и все повторялось заново. Рыжая, первый раз увидев это, чуть с дерева не упала, с которого она наблюдала бесплатный цирк, от хохота. Он пронесся над полем битвы, и союзники непонимающе уставились в сторону, от куда шел голос (ибо они не видели как ведут себя Гоблины) а противник еще больше испугался. -Жаль камеры нет. Заслонял бы - вытирала слезы Элькаге, не переставая веселится увиденному. Внезапно почти все головы нападавших были повернуты в сторону деревни. Это заставило Митоки прекратить смех и активировать глаза. Воздух зазвенел от активной чакры – Ами, помоги - девушка добралась до поля боя и успела позвать своего телохранителя. -Что я должна делать? - травянистые глаза были полны внимания. -Просто встань за моей спиной. Прямо за мной, чтобы ни одна часть тела не была видна, а то заденет, и просто положи руку мне на предплечье - девушка так и сделала, как сказала Энма. Яркая вспышка понеслась в сторону деревни (явно техника огня) Голубоглазая выставила руку вперед, а вторую рукой сложила печать - 5 секунд - как активатор выкрикнула девушка, и рука мгновенно столкнулась с атакой. Не причиняя девушки никакого вреда. -Сайя - восхищенно вздохнула Желайо. Волны от отбитой техники уходили в море и в скалы, высекая непонятный узор и взбивая волны солнечных брызг. Атака стала палкой о двух концах. Соленые брызги обдавали гоблинов и те становились ничем не примечательным камнями и больше не испускали чакры. Оставшиеся разбежались, но их переловили союзные войска. Внезапно будто от агонии исчезающих Гоблинов огненная волна с золотыми всполохами усилилась, и некоторые огненные плевки доходили и до деревни. Надо было срочно что-то делать, но 5-секундная техника и так затянулась почти на минуту. Ами заметно пошатывала, хотя она и не принимала участие, что ж чувствовала Энма, никому было не известно потому, что она держалась бодрячком, и лишь рука, сложенная в знаке и вывернутая под непонятным углом, дрожала. -Ами, я больше не могу - прохрипела рыжая. Глаза почти закатились - уходи пока не поздно. -Нет я тебя не брошу - блондинка лишь сильнее впилась ногтями в оголённое предплечье подруги. Потекла кровь. -Ами, прошу, пока я еще держусь, выведи жителей из деревни. Деревню мы отстроим, жизни не вернем - это было убедительный довод и Желайо подчинилась, быстро ускакав в сторону деревни, ее заносило, и Элькаге надеялась, что она сможет добраться. Поток не снижал своей мощи, а с уходом телохранителя стало еще сложнее сдерживать эту мощь. В алом стали преобладать желтые и золотые цвета, и он постепенно начал истощатся. Но Энма уже не могла держатся. Руки безвольными тряпками опустились по бокам тела, а Эмирике в голубых глазах погасли, даря глазам тусклость и, когда исчезла последняя черточка, девушка упала, обожжённая огнем, на землю, как лишенная костей. По идеи поток должен был обжечь ее, но Улиас заслонил и ее и деревню, тем самым спасая обоих. Но это имело печальные исходы. Он так же упал на землю, но вот только сердце биться не могло. Дыхание перехватило, и Улиас из последних сил дополз до такой любимой, которая так и не стала его полностью. Он не разу не позволил поцеловать ее в губы, лечь рядом, и сейчас он, невидяще, двигался к ней, превозмогая боль, на одних рефлексах. Холодеющей рукой дотронулся до ее вечно холодных рук, которые сейчас горели, тусклыми глазами посмотрел на родные черты, хотя они и размывались в неясную кашу, он все равно видел ее красивой. Он последний раз позволил поцеловать ее в кончики пальцев и уронил голову на землю лицом вниз рядом с этой рукой, больше не подавая признаков жизни. *** Итак, просто опись событий. Оставшихся Гоблинов (всего с десяток) вели по направлению к деревне. Старейшины, все же наплевав на нежелание Энсайи помогать, разрешили войти в Деревню Скрытую во Времени союзникам. Саске аккуратно поднял с земли размякшую и раненую любимую с как можно большей осторожностью, как будто он нес хрустальную вазу с цветами, которая была бесценна, нес в деревню, где Цунадэ и Сакура с целым штатом медицинских ниндзя оказывали помощь пострадавшим. Улиаса принесли личные охранники Элькаге (все были знакомы с ним и были не разлей вода) Его тут же накрыли тканью и объявили о 10 дневном трауре. Элькаге проснулась на следующий день и поспешила выгнать союзные войска, благо те восстановили свои силы.