Дворцовые заморочки

Чтож, вынуждена признать, это не совсем то, что мне хотелось написать, да и Арктос вышел жутко оос-ным, но я насмотрелась второго сезона, которого в детстве никогда не видела, и он оказался таким ми-ми-ми, что я просто не смогла удержаться! Там и Джеймс меланхоличнее и Арктос мягче, и как-то он сам к помощнику так покровительственно относится, - кажется, уже сроднился с ним х)) Подумалось, почему-то, что может быть даже вот так) Прошу не воспринимать серьезно, просто потянуло на что-нибудь такое) --------------------        Арктос бился головой о спинку трона. Медленно и методично он отклонялся на шестьдесят градусов и на небольшой постоянной скорости соприкасал свой снежный лоб с твердой ледяной поверхностью. Будь он из плоти и крови, между глаз у него бы уже давно вскочила шишка, но у снеговика с такими темпами скорее образуется вмятина. Все достало, все выбесило, целый мир для него скукожился до обожаемого трона, служившего по совместительству аппаратом мучительных раздумий, и соседней комнатки, куда он боялся сунуть свой морковный нос с самого утра. За завтраком он имел неосторожность наорать на Джеймса немногим больше обычного из-за использованной дважды чашки для мороженого и свалил на оторопевшего дворецкого кучу придуманных на ходу дел, под предлогом, что тот плохо выполняет свои прямые обязанности. Все бы ничего, для Арктоса это более, чем обычное утро — как говорится, ни на кого с утреца не наорал — зря день прошел, - вот только он немного не ожидал спустя пару часов услышать из-за архивной двери чужеродные звуки. Сначала его это удивило, потом насторожило, а когда Его Ледничество понял, что подслушанные им (не)случайно звуки до жути напоминали тихие всхлипы, - оторопел. Обычно ему нравилось доводить зверей вокруг до слез, нервных срывов и истерик, но Джеймс и Шуху оказались самыми крепкими орешками — он не мог припомнить ни одного случая, чтобы кто-то из них хотя бы сменил интонацию или принялся прожигать его ненавидящим взглядом, который всегда до ужаса веселил Арктоса. Шуху иногда мог хмуриться, раздраженно вздыхать или качать головой, а долгими темными зимними вечерами у него начинало ломить кости, и тогда он становился очень сварливым и переходил на сплошные нотации. Джеймс же все его самые не поддающиеся пониманию и пересчету выходки сносил терпеливо, с вежливой мягкой улыбкой и вопросом «Что Его Снежное Величество желает на ужин?» И вот, его резиновое, казавшееся Арктосу безграничным, терпение наконец дало трещину и лопнуло по всем швам. Правитель Снежного Мира буквально видел перед своим внутренним взором как этот мелкий пингвин достает из внутреннего кармашка выглаженного камзола белый накрахмаленный платочек, тихо кашляет в него, чтоб заглушить любые другие звуки, тяжело сглатывает, промакивает мокрые перья вокруг клюва и протирает помутневшее стеклышко монокля. Почему-то впервые в жизни Арктоса передернуло от такой картины. Это неправильное чувство нужно было срочно гнать и Арктос, поморщившись, стукнулся о трон немного сильнее в этот раз. Теперь точно будет шишка. Арктос ненавидел себя за этот идиотский приступ слабости — он верховный вседержатель, властитель, тиран, сущий деспот, с какой это стати он должен беспокоиться по поводу того, что о нем думает какой-то там маленький бесполезный жалкий дворецкий?        «Ты до такого еще ни разу не доходил, - некстати напомнило бодрствующее, когда особенно не надо, сознание. - А вдруг это уже не в первый раз? Про сколько еще случаев ты не знал? Вдруг он сбежит от тебя, как все остальные?» «Ай, брось, он всего лишь никчемный слуга, пусть катится хоть на все три стороны! Скорее я сам его вышвырну!» - категорично возразил самому себе снеговик, возобновив ритмичные постукивания. «Ты этого не сделаешь, - спокойно отозвалось сознание. - Рука не поднимется, знаешь же. Ты ведь не хочешь остаться совсем один, верно? Кто тогда будет поддерживать твои планы по захвату Зеленой Страны? Или, хотя бы, создавать видимость присутствия чего-то более-менее живого?» «Я и так один! Всегда один! Мне никто не нужен! Вообще никто! Я люблю одиночество, уныние и тоску! Посмотри на замок!» - Арктос начинал потихоньку злиться. «Ага, ты так же думал, пока не сбежали пингвины. От тебя в Зеленую Страну сбежали, между прочим! И что было в тот раз? Может напомнить?» - голос внутри и не думал униматься, напротив, он был бодр, насмешлив и пытался пропеть каждое слово отвратительным высоким фальцетом.        - Ничего не было! Заткнись! - воскликнул разозленный правитель и подкрепил свой приказ громком ударом кулака о трон.        За стеной послышались шлепки, словно кто-то шел вперевалочку, и Арктос еле различил тихий обеспокоенный голос:        - Все в порядке, Ваше Ледничество? Что-то случилось?        Арктос рефлекторно зажал рот рукой, но через пару минут, когда Джеймс, не дождавшись ответа, снова переспросил, не стряслось ли чего, сообразил, что вообще-то стоит ответить:        - Не-не, все отлично, я просто... беседовал.        - Беседовали с кем..? - пингвин говорил из-за двери, очень осторожно и медленно, будто его собеседник был либо ребенком, который только что заявил, что у него появился новый невидимый друг, либо с умалишенным, от которого не совсем знаешь чего ожидать.        - Не твоего ума дело, - огрызнулся снеговик, но тут же прикусил язык.        - Ледничество, вы себя хорошо чувствуете? - снова встревоженно переспросил слуга, незаметно переходя на менее официальный тон и опуская всякие «Ваше» и «Прошу прощения».        - Да, да, - Арктос лишь отмахнулся, понимая, что помощник загоняет его в угол, и теперь ему придется либо выложить все, что сейчас роится в его голове, либо снова на него наорать. К сожалению, ни первого, ни второго он себе позволить не мог.        Однако, к его нескрываемому удивлению, пингвин лишь счел нужным сообщить, что если Его Морозности что-нибудь потребуется, то он поблизости, и удалился, не проронив более ни слова. Вокруг снова повисла полная тишина, активно действующая Арктосу на нервы. Из-за этого его мозг начал работать в бешеном ритме, рождая совершенно ненужные мысли одну за другой: «Ну вот, он обиделся, теперь по-настоящему! И что дальше? Сначала перестанет со мной разговаривать, потом обслуживать? Потом сбежит на другие этажи, куда не докричишься? Совсем уйдет?! А сколько он уже там? Пол-часа?! Три? Пять? Сутки?! Сколько время?! Хочу мороженку...» Какое-то время его мысли крутились вокруг очень важного вопроса, по поводу предстоящего ужина — с какой начинкой в этот раз подаст мороженое повар? - но очень скоро они снова вернулись к расстроенному помощнику, в основном из-за возобновившихся хлюпающих звуков в соседней комнате.        В этот момент Арктос чуть не взвыл, но удержал язык за зубами и вернулся к двери. Да этот пингвин над ним просто издевается!! Что он такое делает, что его, Арктоса, Великого и Ужасного, волнует такая ерунда? Это просто тупо. Безумно, по-идиотски глупо. Но он войдет. Да, точно, войдет и посмотрит, что там творится. Быть может, противное чувство уйдет и ему полегчает, если он узнает, насколько все плохо? Великий и Ужасный Снежный постоял так, схватившись за ручку, еще немного, мнясь, словно крупно накосячивший мальчишка перед чьим-нибудь важным кабинетом, и, вместо того, чтобы резко распахнуть дверь с ноги, неожиданно для себя самого тихонько приоткрыл ее, заглядывая внутрь.        Увиденное снова заставило что-то противно скрипнуть, и это была не дверь: Джеймс сидел за столом, заваленном десятками папок с отчетами и невидящим взглядом водил по страницам толстенного талмуда, куда вручную полагалось вносить все данные и цифры (работа крайне скучная и бесполезная по мнению Арктоса, но кому-то же этим нужно было заниматься), сжимая в ласте белый носовой платочек, в который он время от времени тихонько высмаркивался и промакивал влажные глаза, а еще иногда горестно вздыхал или охал и принимался что-то неразборчиво бессвязно бормотать.        Арктос сглотнул и уставился себе под ноги: итак, все его пренеприятнейшие опасения подтвердились, что теперь? Чего он, собственно, хотел сделать-то? Может покашлять? Да ну, этот... этот баклан итак его заметил! Просто игнорирует. Обиделся, видите ли. Это что, байкот? Арктос вздрогнул и поежился — один раз Джеймс объявил ему байкот, он чуть с ума не сошел, пока пытался вытрясти из него хоть слово! Чего он только не перепробовал, даже посуду бил! Правда все равно потом оказалось, что он просто простыл и не мог достаточно громко разговаривать, но какая разница!        Такого отношения к себе любимому Арктос был стерпеть уже не в силах и решительно направился к столу.        - Джеймс..?        Пожалуй, хватать его за плечо было лишним — несчастный дворецкий подскочил едва ли не выше своего хозяина и громко икнул, схватившись за сердце.        - Б-б-боже мой... - с несказанным облегчением выдохнул он, тяжело дыша и заикаясь. - В-вы меня напугали... ну нельзя же так подкрадываться!        - Извини.        Раздался громкий хлопок и по всей комнате разлетелись выпавшие из ласт Джеймса листы, которые он принялся было педантично разбирать по идеальным стопкам.        - Ледничество, вы здоровы?! - у бедного пингвина аж монокль выпал.        Арктос предпочел проигнорировать такой глупый вопрос и по-хозяйски осмотрел стол.        - Что ты тут, опять что-то пишешь чтоли..?        - Вы что, только что извинились?        - Ты все сам слышал, не заставляй меня повторять дважды! Так, сворачивай тут все и пошли Зеленку бомбить! Можешь кричать «Огонь!», я разрешаю.        - Благодарю, Ваше Снежное Сияйшество, но у меня тут еще столько дел, столько дел, - Джеймс поспешил собрать талмуд и удалиться, что было крайне трудновыполнимо, учитывая, что книга была едва ли не крупнее самого пингвина (ну, уж тяжелее точно).        - А ну, стоп-стоп-стоп! - Арктос не дал ему подняться и надавил на плечи, посадив обратно, тяжело ухнул рукой о стол и пристально уставился первому помощнику в глаза, отчего тот слегка съежился и заерзал на ледяном стуле, вжавшись в ребристую спинку. - Ты же любишь кричать «Огонь»! Какие, к леднику, дела?!        - Ну, ну я же...        - Так, все, ничего слышать даже не хочу! Оставляй эти цифры, буквы, что там, и пошли. Я тебе другое задание дам. Государственное!        - А может я все же-...        - Да брось ты эту тягомотину! - Арктос с грохотом захлопнул толстый журнал и чуть не прибил пингвину пальцы. Не прибил лишь потому, что книжка в этом месте, где он зажимал страницу, не закрывалась. Арктос удивленно приподнял брови, и снова распахнул журнал на том же месте. - Что это? «Кристалик и пингвин»? - вслух зачитал он название тонкой книжицы в мягкой обложке, оказавшейся зажатой в середине отчетника.        - Вы же не умеете читать, - обреченно пробормотал пингвин, сползая под стол.        - Научился. «У пингвинов есть старинный обычай: в полнолуние, на брачную церемонию пингвины-женихи обязаны подарить своим избранницам камень, который покорит сердце любимой невесты. Добрый и скромный пинг-...» Серьзно?! Ты читаешь эту муру?        - Мне... друзья дали пролистать... - Джеймс из бледно-бледно-черно-белого становился пунцовым.        - Да... да я...! Да я тебя-...!!!        - В-ваше Величество? Вам плохо..?        Дворецкому очень не понравился взгляд хозяина и перекошенное нечитаемыми эмоциями лицо, так что он уже вовсю прокручивал в голове возможные пути отступления, а когда в руке Арктоса замелькала свернутая трубкой книжка, со всех лап припустил из кабинета.        «Ухх, доберусь я до тебя! Попадись мне только!» - разнеслось по всему этажу, ударившись о стены и мирно стоящий посреди залы ледяной трон. -------------- Альтернативная концовка, на всякий случай х) Знаю, что это еще менее в духе Арктоса, но мне просто так захотелось и все х)        - Вы же не умеете читать, - обреченно пробормотал пингвин, сползая под стол.        - Научился. «У пингвинов есть старинный обычай: в полнолуние, на брачную церемонию пингвины-женихи обязаны подарить своим избранницам камень, который покорит сердце любимой невесты. Добрый и скромный пинг-...» Серьзно?! Ты читаешь эту муру?        - Мне... друзья дали пролистать... - Джеймс из бледно-бледно-черно-белого становился пунцовым. Арктос, глядя на него, не знал, что ему и делать — то ли ржать на радостях, и из-за всей нелепости ситуации, то ли орать благим матом из-за все той же нелепости. Все-таки он выбрал первое.        - Какие друзья? Вальтур? Да он бы тебя первым и обстебал! - Арктос аж хрюкнул от удовольствия, помахивая книжецей. - Ненене, погоди, погоди! Хочешь сказать, что ты все это время сидел тут и хлюпал носом над второсортным сопливым романом?        - Но я же уже сделал все, что вы велели! Тронный Зал вычистил, доску шахматную воском натер и отполировал, книги в алфавитном порядке расставил, в ваших покоях все убрал, стол накрыл... Могу я в перерыв немного отвлечься!        - Ох, ну и выкинул ты... я-то думал, он сидит, день и ночь впахивает, в поте морды трудится, а он... да еще и такую муть! Эхх, тыы, Джеймс, стыыыдно!        - А вы что, опять решили, что я обиделся?        - Вот знаешь что, Джеймс? Мне сейчас хочется тебя стукнуть. Больно. Чтоб не зря сопли размазывал. Но, боюсь, ты с заплывшим глазом не сможешь нормальную лампу для чтения выбрать.