По ту сторону Неба

Парк с куцыми голыми стволами с отсутствием листвы — на ветках как последние герои еще держались редкие жухлые листочки — являл собой тоскливое зрелище. После лившего всю ночь дождя в воздухе чувствовалась влажность. На скамейках и земле было мокро, под ногами мешались озёра из луж. Даже бегущему по дорожке Такеши пейзаж казался унылым. Ночь была отвратительной. Произошло нечто жуткое с их дорогим Небом, но оно до сих пор не обратилось к ним за помощью. Когда они прошли сквозь портал между мировыми линиями и нашли его, Цуна принял их тепло, радостно, даже слишком душевно. В тот момент они и поняли, насколько же друг был несчастен до их прихода. О своём решении никто не жалел. Такеши остановился и вытер манжетом рукава спортивного костюма выступившие слёзы. Женское тело оказалось полностью отличным от мужского не только в половых органах. Женские глаза были пока тем, к чему он не мог приспособиться. Умиление то, расстройство или что-то ещё — норовили политься слёзы. Но он это принимал. Всего-то новое правило в игре под названием «Жизнь». Ямамото возобновил бег. На парковых часах было почти одиннадцать утра. Сегодня он припозднился с тренировкой. Почти до шести утра не спалось, а потом он провалился в какой-то рваный, беспокойный сон о них самих и Цуне. Покинув парк, Такеши мелкой рысью поспешил по пятой улице к их уютному дому. Достав из глубокого кармана спортивных штанов ключи, он открыл дверь и разулся в прихожей. Откинув грязные кроссовки, которые ему было лень мыть, Такеши прошёл по небольшому коридорчику и оказался в уютной гостиной. Это место стало их семейной традицией. Душой самого дома, его центром. С тех пор, как дом был куплен, они всегда собирались в гостиной. — Гокудера, ты спишь? — позвал Ямамото. Хаято умостился в кресле, уронив голову на грудь, и мирно спал. Он даже не услышал оклика. Такеши улыбнулся. Вот уж кто больше всех из них переживал за их босса. Поднявшись по лестнице, Ямамото захватил из своей комнаты сменную одежду и полотенце и отправился в душ. Когда свежий пот был смыт, а тело вытерто насухо, правда, не считая влажных волос, он наскоро оделся в футболку и шорты и, так и оставив в корзине для грязного белья спортивный костюм, спустился вниз. Реборн сидел и читал свежий номер газеты; ещё стопка свежей печати других изданий лежала изученной. Хаято уткнулся в ноутбук и что-то яростно печатал. С кухни доносились изумительные ароматы. — Все в делах с самого утра, — рассмеялся Такеши. — Один ты как неприкаянный дебил, — беззлобно ответил ему Хаято так и не подняв головы. — Как дети малые, — криво улыбнулся на это Реборн. Ямамото пожал плечами. Из кухни выплыла Хром в милом переднике с рюшками. В руках она держала стопку тарелок и столовых приборов. Такеши вскочил с дивана и помог расставить посуду на столе. Пришлось подвинуть для этого Хаято с его ноутбуком. — Эй! — возмутился Ураган. — Не эйкай, завтракать давай, — локтем пихая ноутбук, улыбнулся Дождь. — Да не пихайся ты так сильно! — но ноутбук закрыл и убрал. — И какой же это завтрак? — Гокудера стрельнул взглядом на часы. — Уже к двенадцати приближается! Хром пришла со сковородкой и положила всем по тарелкам по яичнице и двум ломтикам бекона. Разложила по кусочку тоста и поставила в центре стола банку с шоколадной пастой. Не итальянский завтрак, к которому все привыкли, а вполне себе японско-европейский. — Масло хоть дайте, — пробурчал недовольный Хаято. Хром ушла на кухню и вернулась почему-то раздражённая. Она со стуком шлёпнула боксом со сливочным маслом рядом с ним и села на своё место, подобрав под себя юбку. Не сдержавшись, Такеши рассмеялся в голос. — Лопай быстрее, — принявшись за еду, проговорил Реборн обращаясь к Урагану. — Вы опять своими… эээ… торгами будете заниматься? — замявшись, спросил с набитым ртом Ямамото. Изо рта выпал кусок яичницы и плюхнулся на тарелку. — Да сколько же повторять, что это не обычные торги!.. — возмутился Гокудера. Фыркнув, Такеши пропихнул в рот еще шмат яичницы. — Я всё равно в этом ничего не понимаю. Хаято возвёл глаза к потолку. — И почему я совсем не удивлён, бейсбольная дура? — Может, ты просто плохо ему объясняешь? — хмыкнул на это Реборн. Взяв в руку тост, он ножом отрезал кусочек масла и размазал его по мякишу. — Биржевая торговля, Ямамото, — подсказал киллер. — Глупый Цуна пока занят своими самокопаниями и что-то трепетно от нас скрывает. Мы же с Хаято поднимаем капитал нашей семьи. На дневных торгах мы с ним покупаем и продаём ценные бумаги со мной в качестве инвестора. Зарабатываем деньги. — Да, мы дневные трейдеры! — с гордостью добавил Хаято. — Биржевые торговцы, которые торгуют ценными бумагами — акциями, облигациями, фьючерсами, опционами на фондовой бирже. Как дневные трейдеры мы совершаем сделки внутри одного торгового дня — одной торговой сессии, и закрываем все позиции перед закрытием операционного дня. Ямамото казался потерянным. На его лице застыла неловкая улыбка. Он почесал затылок и немного нервно рассмеялся. — Сначала мне было все понятно, но… — …Но Гокудера загрузил тебя ненужной информацией, — подытожил Реборн. — Вот тут я согласен. Хаято вспыхнул. Покраснев, он принялся ковыряться в тарелке. — Да ну вас…

***

Комната Реборна и по совместительству кабинет была освещена хрустальной люстрой под потолком, доставшейся, как и множество ценностей, новым хозяевам от старых. Дизайн предыдущего владельца пришёлся по вкусу Аркобалено и он облюбовал это место под свои нужды. Никому и в голову не приходило оспаривать занятую им комнату. Дневные торги начались ровно в половину первого. Реборн сидел перед шестью мониторами и попивал эспрессо, щелкая мышкой как проклятый. Его глаза метались туда-сюда по экранам, сканируя цены акций и компании, которые их продавали. Хаято стоял рядом и наблюдал за торгами, наматывая на ум знания. Ураган устал удивляться всемогуществу Реборна, разбирающегося, казалось, во всем. — Что по сайтам? — не отрываясь, спросил Аркобалено. Гокудера послушно отошёл от компьютера и взял с кровати свой ноутбук. Он подключился к вай-фаю и начал пролистывать три интересующих их сайта. — На Unfriendly Solution ничего достойного, одна шваль в киллерах и заказы на нерадивых мужей, — начал отчёт Хаято. — На Hitman Network и BesaMafia есть парочка заказов, которые могли бы нас заинтересовать. Их босс пока не определился с целями и обличием их новой семьи. Да у них даже названия не было. Цуна словно забыл, каково это быть лидером семьи. Реборн будто заранее знал обо всём этом и ещё неделю назад решил начать с дневных торгов и, собственно, тёмного Интернета. С прошлого мира, их мировой линии, он был непосредственно знаком со всей этой средой, и пусть Вонгола не пользовалась услугами сетей «Недружественного решения», «Сети наёмных убийц» и «БесыМафия», знание было ценным. Если бы Цуна был в курсе, сколько у них сейчас денег, то так бы и осел на пол. Реборн оказался монстром в генерировании идей, а его чутьё на акции воистину пугало. Хаято терялся в догадках: не из-за степени ли магистра по математике он так успешен, но сразу отбрасывал эти мысли куда подальше. Скорее благоволил жизненный опыт. По прикидкам самого Хаято Реборну было лет так пятьдесят, не меньше. — Сейчас покажешь, — допив эспрессо, Аркобалено отставил в сторону пустую чашку — ровно в тот момент, когда закончились торги. Хаято подал Реборну ноутбук. — Нет, не подходит. Большой шанс нажить себе врагов. Нам больше подойдёт что-то нейтральное. — Поскорее бы уже Цуна определился, — вздохнул Гокудера. У них были связаны руки. Реборн временно взял бразды правления в их небольшой семье на себя. Все понимали, что он не сильно-то рад такому раскладу, но какой у них выбор? С Цуной происходило нечто странное. Терпение заканчивалось даже у Хром. Реборн потёр веки. От сменяющихся на экране акций у него всё ещё рябило перед глазами. Мужчина откинулся на спинку стула и устало выдохнул. Не выспался этой ночью даже он. Если уж быть совсем откровенным, то Реборн испугался. Он остро, как никогда, понимал, что они могли сегодня ночью потерять своё Небо во второй раз. Лёгкий привкус смерти навис над Цуной, они все его ощущали. — Как меня всё достало… — протянул Аркобалено. Гокудере показалось, что ему послышалось. — Может, тогда выберемся в город? — немного подумав, предложил он. — Скажи Ямамото и Хром. Я пока компьютер выключу. Хаято покинул кабинет. Закинув рабочий ноутбук к себе, он разыскал Хром и Такеши. Они вытаскивали бельё из сушилки. Предложение обрадовало обоих. — А если босс вернётся со школы раньше? — осеклась девушка. — Одному мне кажется, что он вообще не в Намимори? — задумчиво вопросил Ямамото. Гокудера угрюмо влез в свои любимые кеды. — И от этого не легче. — За прогул школы мы ему пропишем потом, — усмехнулся Реборн. — Наберитесь терпения, друзья мои. Он сам дал добро. Такеши расслабленно рассмеялся. — Знаешь, когда ты так говоришь, то хмуриться дальше невозможно! Реборн шутливо выпер из дома подростков и закрыл дверь. Необычная весёлость стала заразительной. Давно миновали времена забавных костюмов и ироничных тренировок. Реборн оказался довольно жёстким и требовательным, действительно безжалостным и неумолимым. Склонности к эпатажу у него не было. Скорее оказавшийся в теле ребёнка мужчина просто пытался отвлечься всеми способами, и детское тельце было очень кстати. Но со снятия проклятия со всех Аркобалено он вернулся к своему амплуа. — А куда мы пойдём? — задумавшись, спросила Хром. Её тоненькая, изящная фигурка подчёркивалась осенним пальто тёмно-синего цвета. Кожаные сапоги и чёрная повязка с вышитым черепом придавали её образу некую мрачность, что, в общем-то, ей очень даже шло. — Может, кино? — подкинул идею Такеши. Он остался верен себе. Тёплая толстовка и стёганый жилет — навсегда любимая одежда на весну-осень, а то и зиму. — Почему нет? — Реборн одобрительно улыбнулся. В стильном двубортном пальто и шляпе-федоре он производил образ джентльмена с картинок двадцатого века. — Но, чур, не на сопливую мелодраму. Бе, — Хаято аж покривило. Он надел обычную куртку с пышным мехом. Его заявлению вторил задорный смех. Они наслаждались сегодняшним днём. Машину было решено не брать. Уж слишком редко ходили пешком, да и то только до ближайшего супермаркета за едой. Для начала было решено посетить кинотеатр, а там уже смотреть по настрою. Фильм оказался не плохим, но и до отличного не дотянул. От него осталось лёгкое послевкусие. Его было решено заесть в якитори. Хром немного пристыдилась. — А ничего, что мы веселимся без босса? — Ой да ладно тебе, — успокоил её Такеши, пододвигая к ней тарелку с поджаренным мясом поближе, — мы всегда можем сходить сюда с Цуной. Он не будет в обиде. — Хорошо, если так… — Хром смущённо взяла палочками кусочек свинины и положила его себе в рот. Такеши и сам взял с тарелки кусочек курятины и с удовольствием его прожевал. И тут-то он заметил, что его испепеляют взглядом, и повернулся к Хаято. — Что? — Это. Был. Мой. Кусок! Реборн усмехнулся в пену от пива. Отпив, он не мог отвести глаз от светящихся от радости хранителей. Детвора — какими они ему казались — задорно пихалась и воевала за мясо, которого всегда можно было заказать ещё, и он не пожалел, что решил сегодня вывести их погулять. Реборн подозвал официантку. — Нам ещё две порции ассорти и кружку пива мне. Он планировал если не напиться, то как следует расслабиться. …Набитые животы приятно тянули. — Сегодня отличный день, — разглядывая набегающие тучи, даже несмотря на ночные события и непогоду, расплылся в блаженной улыбке Ямамото. Хаято чиркнул зажигалкой и закурил. Выпустив через нос облачко дыма, он кивнул. — Ага, было круто. Столько всего навалилось в последнее время. Никак не получалось расслабиться. Хром стояла рядом с Реборном и разглядывала на одном из прилавков украшения. Пальчиками, обтянутыми тонкой тканью перчаток, она перебирала кулоны. — Я правда могу выбрать что угодно?.. — Докуро обернулась и начала гипнотизировать взглядом мужчину. Реборн махнул рукой. — Девушкам нужны украшения. Бери всё, что хочешь. Мы можем себе это позволить. Она сосредоточенно уставилась на ассортимент. Выбрав кулон с милой совой и серёжки-гвоздики в форме маленьких черепов, Хром выжидающе ткнула их Реборну в нос. Криво усмехнувшись, он оплатил покупку. Девушка тут же надела украшения. Такеши и Хаято несколько отстранённо отреагировали на кулон. Неосознанно, но она всё ещё не могла выкинуть из сердца Рокудо Мукуро, воспоминания о котором безжалостно уплыли от неё, оставшись в том мире. — Тебе идёт, — всё же похвалил выбор Ямамото. Докуро покраснела и смущённо обняла алые щёки руками. — Не умеете вы делать девушкам комп... — Они собирались двигаться по торговой площади дальше, но вдруг Реборн замер на месте, оборвав себя на полуслове. Веселье и праздность будто сдуло с его лица. — Что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовался Хаято. — Да нет… — с сомнением в голосе проговорил Реборн. Медленно, будто стараясь распробовать собственный ответ на вкус. — Вроде бы ничего и не случилось. Так, показалось. Они зашагали дальше, и с каждым пройденным метром киллер становился всё мрачнее и мрачнее, пока, словно решившись на что-то, не остановил компанию. — Разворачивайтесь, — скомандовал он. — Шоппинг отменяется. Прогуляемся в другой раз. Ямамото недоумённо поднял брови вверх. — Да всё же хорошо было. Мы же развеяться хотели… — В другой раз развеемся. А сейчас мы идем обратно. Быстрым шагом. Хаято начал что-то подозревать. Он слишком много времени провёл в последнее время с Реборном, чтобы начать его понимать. Под недовольное ворчание вся процессия повернула обратно, в сторону своего дома. Уже было видно крышу торгового центра, в который они направлялись, а теперь она маячила у них за спиной, порываясь скрыться из вида с каждым их шагом. — Может, все же что-то случилось? — не сдавался Такеши. — Может и случилось, — ответил Реборн — Тебе не стоит… Что там ему не стоит Такеши так никогда и не узнал. Прерывая Реборна на середине фразы, за их спинами прогрохотал взрыв. На месте торгового центра, куда они все и отправлялись, расцвел гигантский огненный цветок. Полыхнуло так сильно, что огонь моментально перекинулся на стоящие рядом здания. Почти что как летний ветерок, который так скрашивал жаркие дни в Намимори, сейчас словно мрачный жнец раздувал пламя по городу, распаляя все новые кварталы, в том числе и те, что друзья прошли совсем недавно. — Не быстрый шаг! Быстрый шаг отменяется! Ноги в руки и бежим! — скомандовал Реборн. И они побежали. Новые взрывы грохотали то в одном, то в другом районе Намимори. Некоторые с шумом вспыхивали совсем рядом с улицей, по которой они бежали. Едкий черный дым быстро заполонил все пространство вечернего города. На фоне ночного неба это жуткое облако выглядело особо зловещим. — Что за чертовщина?! — щурясь от вспыхивающего то тут, то там пламени, вскричал Хаято. Вскоре пламя преградило путь компании, заставляя их мозги принимать решения куда поспешнее. Петляя по переулкам туда и сюда, они, в конце концов, выбрались из пылающего ада, однако всемогущий инстинкт самосохранения не давал им остановиться или замедлиться хоть на секунду. — Реборн, можно я схожу проверить св… — Ямамото прикусил язык. — Отца местного Ямамото Такеши?.. Реборн схватил его за воротник и потащил за собой. — Я тебе не Иисус, всех и каждого спасать не могу и не буду. Прости, но наша безопасность важнее людей этого мира. Мы тут чужие, хочу я тебе напомнить! — Но… Тут уже разозлилась Хром. Грозно сверкнув своим трезубцем, она ударила по земле древком. Перед девушкой и позади убегающих ребят возникла стальная стена-иллюзия, блокируя поток жара. — Такеши-сан, я знаю, что вы каждый день проверяете этого человека, здоров ли он, но напомню вам: мы здесь ради босса! Сегодня никто из нас не должен погибнуть! Такеши опешил, увидев на щеках Хром Докуро текущие слёзы. — Я забыла что-то важное, но и пускай! И вы отриньте прошлое! Живите настоящим! Пристыженный Ямамото не успел ничего ответить. Асфальт под их ногами затрясся и в оранжево-алом пламени вместе со взрывом распустился ещё один огненный цветок.