What is Essential is Invisible to the Eye

Как только во всех палатах погас свет, Шерлок моментально вытащил всю свою одежду из тумбочки и начал переодеваться. Пора было переходить к активным действиям. Спуск через окно был отметен в сторону вместе с появлением новенькой медсестры: Кейти поддалась обаянию мальчишки и с готовностью решила помочь ему бежать. Правда перед этим Шерлок заверил ее, что вернется в приют, как только завершит одно небольшое дело. Девушка поверила: достала одежду из гардероба, объяснила, как пройти через пост охраны в служебном коридоре, и даже сделала дубликат ключей. Однозначно, Кейти была весьма полезна. Дверь приоткрылась, и в палату просунулась голова «сообщницы». ─ Шерлок, коридор чист. Парень кивнул, повязал шарф и выскользнул из палаты. Кейт незаметно провела Шерлока к запасному входу и вручила 300 фунтов. ─ Держи, они тебе пригодятся. Дубликат оставь под клумбой. Холмс кивнул и прошмыгнул в дверь. Все складывалось как нельзя лучше. Оказалось, что пост охраны пройти куда проще, чем говорила медсестра. Четверо охранников играли в карты и на проходной коридор не обращали никакого внимания. Действительно, кому он может потребоваться. «Вот из-за таких идиотов и страдают другие люди», ─ подумал маленький гений. Дверь открылась со второго поворота ключа, выпуская мальчика на свободу. Оставив ключ под клумбой на аллее, Шерлок перемахнул через невысокую ограду и быстро побежал к недостроенному дому на противоположной стороне дороги. Скоро его отсутствие заметят, и в больницу нагрянет множество людей. Самым верным спасением сейчас казалось никому не нужное здание. Несмотря на то, что дом строился уже более двух лет, его признали не пригодным для жилья, и работа была приостановлена. Лучшего места, чтобы переночевать и обдумать свои дальнейшие шаги, было не найти. Шерлок протиснулся через ограду и начал искать вход. Проход нашелся с торца здания, и мальчик осторожно зашел внутрь. Темнота, влажность и холод были весьма некстати только вылечившемуся ребенку, но ничего лучше пока не было. В таких заброшенных местах никогда не знаешь, на что можешь наткнуться. Под ногами валялся строительный мусор, и почему-то хлюпала вода. Холмс осторожно пошел вперед, держась за стенку; весьма неудобно передвигаться на ощупь. Вскоре рука скользнула куда-то вперед, и мальчик осторожно шагнул в неизвестность. Ничего страшного, просто дверь в другую комнату. Во втором помещение благодаря окну оказалось немного светлее. Не найдя места посуше, Шерлок залез на подоконник. Было неудобно, да вот только, когда живешь на улице, о комфорте мало заботишься. Все мысли юного гения были заняты своей проблемой. Судя по интернет-сводкам, Питер Коллинз завоевал всеобщее внимание и любовь англичан. Пожертвования, встречи с горожанами и многое другое. Люди его уважали, а коллеги относились недоверчиво. Когда стремишься забраться на самый верх, то учишься врать всем, ─ в правительстве этот порядок был простой истиной. Вот только подорвать репутацию такого человека будет сложно. Нужно все рассчитать. И как можно скорее достать информацию из сейфа отца. Думать о том, что информации там может и не быть, Шерлок не хотел. «Нужно всего лишь кое-что исправить, тогда всё встанет на свои места», ─ думал мальчик, смотря в небо. В ночном Лондоне началась новая ночная жизнь, на улицы вышла молодежь. До заброшенного дома доносились обрывки фраз, смех и шум машин. Шерлок никогда не понимал прелести такой бессмысленной жизни. Зачем терять остатки своего разума в каких-то захудалых барах, когда можно тренировать свой мозг? За это пристрастие к самосовершенствованию и обучению его в приюте называли психом. Ничего лучше, чем использовать полученные навыки на других, мальчик не придумал. Парень поморщился. Ему говорили, что его нежелание сближаться с другими людьми не исправить. Говорили, что он навсегда останется один, и ничто и никто ему не поможет. Частенько на Шерлока нападали апатия и обида за жестокие слова людей. Да, он никогда не пытался быть похожим на других, но в глубине души старался себя утешить, что когда-нибудь найдет друзей. Вот только он старался скрыть от других эти мысли... Родители нанимали психологов, но те только разводили руками. В 14 лет, когда Шерлок сбежал из дома из-за попыток повлиять на него, родители бросили свое бесполезное занятие приобщить сына к «нормальной» жизни. С тех пор всё пошло гораздо лучше: отец с матерью больше не хотели, чтобы их сын сбегал из-под родительского крыла. На душе стало невыносимо тоскливо, а шум на улице только усиливал это состояние. Шерлок слез с подоконника и решительно направился к выходу. Часы показывали начало первого ночи, пора было двигаться дальше... Первым делом нужно было вернуться в сеть бездомных за поддержкой и, возможно, помощью. Примерно спустя час Шерлок добрался до Флит-стрит, а затем и в Стрэнд, где располагалось «убежище» бездомных. Парень ужом прошмыгнул в небольшую заброшенную постройку, именуемую в прошлом часовым магазином. Находящиеся внутри подростки подскочили от неожиданности, но, узнав своего, кинулись с расспросами. Мальчик вкратце рассказал, что произошло с ним за эти дни, и частично посвятил их в свой план. Решено было отсидеться в тени, пока шумиха с побегом не утихнет хоть немного, осторожность сейчас не помешала бы. Правда, Шерлок не думал, что какого-то бродягу будет искать вся полиция Лондона. Однако он сильно ошибался… До Хэмпстеда Холмс-младший добрался на метро спустя полторы недели после своего побега. Хотелось раньше, но в силу своего положения поездку пришлось отложить. Элитный район встретил мальчика тихими чистыми улочками; место, где все друг друга знали чуть ли не в лицо, но не стремились завести знакомство. К сожалению, это было не то место, где можно было затеряться: там не было подростков в потрепанной одежде. Шерлок был слишком заметен, однако ничего поделать с этим уже не мог. Родной дом нашелся сразу. Остался вопрос, как в него попасть. Кабинет отца находился на втором этаже. Никаких деревьев рядом не было, единственным вариант ─ попасть внутрь здания через летнюю террасу. Благодаря тому, что район был престижным и дорогим, люди мало заботились о безопасности. Естественно, кто полезет в дом, напичканный камерами и системами слежения? Открыв шпилькой дверь в обеденный зал, мальчик с удивлением обнаружил, что в доме ничего не изменилось. Разве что пыли прибавилось и создавалось ощущение, что в этом доме уже довольно долго никто не жил. Богатые убранства, картины, изящество с которым был обустроен этот дом ─ всё осталось на месте. Только мебель зачехлена, как будто хозяева просто уехали в отпуск. Шерлок осторожно шел по коридорам. Он слишком хорошо знал свой дом и все слепые зоны камер. Еще бы, Холмс-младший был первым, кто обошел камеры и с удовольствием сказал отцу, что тот зря выкинул кучу денег. Прошмыгнув в кабинет, мальчик кинулся к шкафу. Простая для него комбинация книг, и шкаф, шурша, отъезжает в сторону, открывая взору сейф. Шерлок фыркнул: ему казалось глупым хранить важные документы на видном месте. Руки тряслись от предвкушения. Он знал комбинацию и быстро ввел три даты. Когда-то ему сказал код отец. Правда, тогда мальчик не думал, что когда-нибудь воспользуется этой информацией. Дверца открылась... и все усилия оказались напрасны. Никаких документов в сейфе не было. Шерлок сполз по стенке на пол, его взгляд был рассеян. Что делать дальше, он не знал. Никаких других идей не было. Документы могли быть где угодно и у кого угодно. Так же как и родители. Будущая судьба мальчика казалась предрешена. Оставалось только возвратиться в Стрэнд и жить так, как он жил последние полгода, стараясь не попадаться на глаза правоохранительным органам и органам опеки. Жить так, как он никогда не хотел. Быть человеком без имени и любимого дела. ─ Почему… ─ Мальчик смотрел в стену, не думая, кому задает такой глупый вопрос. Шерлок не знал, сколько просидел на полу, очнулся он только тогда, когда услышал шум внизу. Это могли быть либо воры, либо новые хозяева дома. Ни тем, ни другим он не хотел попадаться на глаза. Подскочив на месте, мальчик кинулся к окну, ─ другого выхода не было, ─ распахнув его, Холмс прыгнул на растущие внизу кусты и со всех ног побежал в сторону метро. Его новая жизнь только начиналась. И то, что она предполагала, ему не казалось привлекательным.