Несколько лет спустя...

Уже было довольно поздно. Свет уже был немного притушен. Дети лежали по кроватям, правда, мало кто спал, и все же. Старшие же все еще играли в карты. Только теперь все сидели. Рома и Андрей – на одной кровати, а Маша – на другой. Девушка сидела на краешке сидения, стараясь не мешать мальчику, который, повернувшись к стенке, усердно делал вид, будто спит. - Две семерки, - слишком громко заявил Рома, за что на него одновременно зашипели Маша с Андреем. - Перевожу, - девушка виновато улыбнулась Орехову, кладя еще одну семерку на стол. - Беру, - деланно тяжело вздохнул тот. Рома и Маша взяли недостающие карты. - Маш, у тебя много человек в категории? – спросил Митропольский, кладя на стол восьмерку. - Не думаю, - девушка «побила» девяткой. - Ты бьешься или только по ката? – Андрей подкинул червовую девятку. - Где категория будет, там и выступлю, - Маша выложила на стол червового валета. - Бито, - воскликнул Рома, за что снова получил два укоризненных взгляда. – Ну, простите, я не специально… - Ладно, - Маша выложила на стол три шестерки. – Ну, как-то так. - Ни фига себе, - пробормотал Орехов, рассматривая собственные карты. - Не знаете, дядя Юра все еще выступает? – поинтересовалась девушка. - Кто? – переспросил Митропольский, наблюдая за тем, как Андрей осторожно кроет крестовую шестерку семеркой. - Ну, Юрий… Юрий Третьяков из Ростова. Он в ветеранах обычно выступает. - А, Третьяков, - с очень умным видом кивнул Рома, в то время, как Орехов клал на червовую шестерку восьмерку. – Ну, точно не знаю, в прошлый раз он еще выступал. - Понятно, - очередная попытка завязать разговор с треском провалилась. - А вот так вам, - с этими словами Андрей «побил» последнюю шестерку козырной семеркой. - Так, тогда бито, - заявил Митропольский. Все взяли себе недостающие карты. - А почему твоя сестра не ходит? – Орехов положил на стол пиковую даму. - Беру, - Рома забрал даму, Андрей взял карту из колоды. - Ну, у нее одиннадцатый класс, много подготовительных курсов, все дела, - девушка пошла десяткой. - Перевожу, - Орехов положил на стол козырную карту. - Беру, - снова пополнил свою колоду Митропольский. - А кто еще из старших у вас остался? – спросила Маша, раздумывая, чем бы пойти. - А кто тебя интересует? – Андрей внимательно посмотрел на девушку. - Ну, например, Вадим Цой. Он ходит? – на столе появились два валета. - Они с братом ходят раз в неделю вечером. Оба учатся, времени нет заниматься серьезно, так что на соревнования не поехали, - сказал Орехов, выкладывая на стол двух дам. - О, это добро и у меня есть, - опять слишком громко воскликнул Рома, подбрасывая пиковую даму. - Ром, не шуми, - укоризненно проговорила Маша. - Да я не сильно… - Ром, правда, сложно, что ли? – поддержал девушку Андрей. Митропольский кинул на друга негодующий взгляд «и ты, Брут». - У меня нет, - нарушила тишину девушка, когда Орехов «отбился» козырем. - У меня тоже, - буркнул Рома. - Простите, сенсей, - послышался детский голосок. Все трое сопровождающих обернулись. Из прохода выглядывал мальчик, кажется, тот, которого днем успокаивал Андрей. - Вань, что случилось? – Орехов встал из-за стола и подошел к ребенку. - А у Пети Васильева кровь, - Маша вскочила из-за стола, Андрей нахмурился, даже внимание Ромы привлекли слова мальчика. - Так, где он? Какое купе? – девушка подошла к маленькому Ване. - Идем, я знаю, какое, - Орехов решительно пошел по вагону. - Я только возьму аптечку, - сказала Маша. - Моя ближе. Девушка догнала Андрея уже в купе, где на нижней койке сидел мальчик, видимо, Петя. У него из носа шла кровь. - Так, давай, запрокинь голову, - юноша подошел к Васильеву, наклонился к нему, затем повернулся к Маше. – Послушай, мое купе – соседнее, аптечка на верхней полке… - Поняла, - девушка унеслась за аптечкой. ***** - Ну, что, живой? – Андрей хлопнул Петю по плечу. Мальчик испуганно кивнул. – Не переживай, все уже хорошо, кровь остановилась. - Все, ложись под одеяло, - Маша кивнула мальчику, который, видимо, довольно сильно испугался от произошедшего. – Не волнуйся, мы тут, рядом. Петя судорожно кивнул и медленно, словно боялся, что от одного лишнего движения кровь пойдет снова, прилег на край подушки. Девушка ободряюще улыбнулась ему. - Спокойной ночи, приятель, - Орехов выпрямился. – Пойду, отнесу аптечку. Маша направилась следом за юношей. Пока тот убирал аптечку на верхнюю полку, девушка стояла, облокотившись на стенку между купе. - А ты молодец, - проговорила она. Парень спрыгнул на пол. Посмотрел на нее с каким-то недоверием, но увидев ее серьезное выражение лица, тряхнул головой, откидывая волосы со лба, и тихо сказал: - Ты тоже. - Нет, - запротестовала Маша. – Все делал ты, а я только мешала… - Ты успокаивала мальчика. - Я не думаю, что… - девушка мотнула головой, а когда повернулась назад и открыла глаза, поняла, что Андрей находится слишком близко от нее. В сантиметрах пятнадцати от ее лица. От всего этого Маша вздрогнула и не смогла продолжить фразу. Орехов оперся правой рукой на верхнюю полку и стоял к ней почти вплотную. Повисла тишина. Слышно было лишь, как поезд едет по рельсам… - Ну, как вы там, спасли ребенка от потери крови? Девушка снова вздрогнула, покраснела, обернулась. Андрей в это время стоял неподвижно. Обернувшись, Маша, разумеется, увидела Рому. - Я не понял, я, что, не вовремя? – то ли пошутил, то ли всерьез спросил Митропольский. - Нет, все хорошо, - девушка ответила слишком быстро, потом опустила голову, снова подняла ее. – Ну, что, пойдем дальше играть в карты? – И, не дожидаясь ответа, Маша направилась в свое купе, быстро миновав Рому, стоящего в самом проходе.