Несколько лет спустя...

      Маша довольно долго вела разговор с подругой. Саша тактично обходила те темы, которые, по ее мнению, могли быть неприятными для обсуждения, так что, фактически, все сводилось к обычным новостям, сетований о погоде и о том, что скоро их обеих ждет сессия.       Подруга рассказала о том, как она провела выходные. Оказалось, что совсем недавно (и как только Маша могла узнать об этом только сейчас) Саша познакомилась с молодым человеком на одном из их дополнительных занятий по французскому языку, в общем, вместе с ним она и ходила гулять. Ну, гулять это сильно сказано, на самом деле они большую часть времени сидели в кафе и пили чай.       В какой-то момент Маша спохватилась и быстро попрощалась с подругой, поняв, что времени до выхода осталось совсем немного. Если быть точнее, полчаса. За это время девушка успела собрать свои вещи, пробежать по номерам своих детей, проверить их собранность, помочь самым маленьким и вернуться в свой номер.       Ровно в назначенное время Маша спустилась в холл, где, разумеется, еще никого не было. Однако уже через какие-то считанные минуты в помещение стали входить дети. Через минут десять пришли Андрей с Ромой. Еще через пять – Николай Владимирович. Он занялся выписыванием из отеля, а остальные сопровождающие – пересчетом детей.       Когда все было сделано, спортсмены стали загружаться в автобус. Естественно, это продолжалось довольно долго, так как дети очень тормозили с погрузкой багажа, а ребята постарше не хотели помогать маленьким. Маша некоторое время стояла в стороне, но потом не выдержала и, протолкнувшись сквозь толпу детей, начала укладывать их сумки сама. С другой стороны автобуса то же самое делал Андрей. В итоге девушка очень устала и, когда автобус поехал, плюхнулась на мягкое сиденье совсем без сил. Вскоре к ней присоединился Орехов, в то время как Митропольский усердно считал своих в салоне автобуса.       Во время дороги Маша почти ничего не говорила, отвечая только на вопросы Николая Владимировича, все ли она проконтролировала. Ее охватывало легкое раздражение. И зачем задавать столько вопросов об одном и том же?       У вокзала дети смогли более организованно совладать со своим багажом, так что к поезду спортсмены пришли даже чуть раньше. Нужно было подождать минут пять-десять, и все уткнулись в свои телефоны. Девушка грустно обвела ребят взглядом. Где же живое общение? Маша подошла к группе «своих» девочек, которые играли в какую-то игрушку на планшете.       - Знаете игру «Летел лебедь»? – наигранно весело спросила девушка. Девочки удивлено оторвались от экрана. Маша вздохнула и начала объяснять правила игры.       Через несколько минут на платформе образовался большой круг из детей, каждый из которых держал своих соседей за руки. Слышны были слова: «Летел лебедь по синему небу, читал газету под номером…», каждое слово сопровождалось хлопком в ладоши. Постепенно круг играющих сокращался, а ребята, которые выходили из игры, образовывали новый кружок и начинали играть заново. В конце концов осталось четверо играющий – Маша, Андрей, девочка по имени Катя и мальчик из «Чемпиона» по имени Петя. «Выбивать» выпало девушке, и, конечно, так сложилось, что выбить она должна была Андрея.       Маша и так нервничала от того, что они опять стояли так близко, а их ладони соприкасались. Нет, конечно, можно было бы махнуть рукой, не глядя, но это было не в правилах девушки, которая, конечно, не намеревалась выиграть, но и поддаваться не собиралась. Она медленно подняла глаза на Андрея. Тот улыбался, наверное, ему понравилась идея девушки объединить детей одной игрой. Маша посмотрела на его руку, которая совсем не дрожала, как это происходит обычно в этот момент игры. Он словно специально держал свою ладонь плотно прижатой к руке девушки. Та недоверчиво посмотрела на него, после чего резко хлопнула по его ладони. Орехов с улыбкой вышел из игры. Следующей вылетела и сама Маша, потому что этот эпизод ее сильно отвлек от реальности, и в голову снова стали приходить мысли, которых, скажем так, там вовсе и не ждали.       Однако как раз в это время пришел их поезд, и туда начали пускать, так что девушка сумела отвлечься, заводя детей в вагон.       Когда все заняли свои места, которые были точно такие же, как и по дороге сюда, Маша залезла на свою койку и, закрыв глаза, постаралась расслабиться. Получалось не очень успешно. На девушку навалилась жуткая усталость, но при этом в голове роем носились мысли, не давая хозяйке успокоиться и отвлечься.       Она так уверенно написала подруге, что вовсе не жалеет о том, что ее общение с Дэном окончательно прекратилось. Было ли это честно? На тот момент, наверное, да. Но будет ли она жалеть потом? Думать об этом будет точно.       Черт, нужно научиться отпускать. Перестать думать о прошлом, не переживать о том, чего уже не изменить, начать смотреть вперед, в будущее…       С другой стороны, кто сказал, что нельзя изменить? Все можно изменить. И, как сказала бы Даша, если хочется, то почему бы не сделать этого. Вопрос только в том, хочется ли. И это довольно сложный вопрос. Нет, не надо. Наверное, не стоит. Она все сделала правильно. Она не жалеет, так было надо. Вот это сейчас было искренне? Или это лишь самоубеждение, которое так часто она путает со своими реальными, истинными чувствами? Пора бы уже научиться чувствовать саму себя, начать понимать свое собственное состояние, различать оттенки эмоций и классифицировать желания и мечты. Пора бы, она же уже совершеннолетняя, самодостаточная, взрослая… Ага, точно, именно такая.       И, кстати говоря, в будущем-то все тоже не так уж радужно. Точнее, как посмотреть. Вот, например, стоит ли считать, что они с Андреем теперь вместе? То есть, он, конечно, сказал об этом Мише, но, вспоминая ситуацию, при которой это произошло, то, возможно, не стоит воспринимать это как должное. Наверное, это было ситуационно. Перед глазами девушки пронеслись события сегодняшнего утра.       - Ну, мы закончили? – спросил Андрей у девушки.       Они оба встали из-за стола. Они вместе шли между столами детей, следя за тем, чтобы все доели свои завтраки. Именно тут их и перехватил Миша. На самом деле, он просто встал в проходе, загородив его собою. Маша невольно отступила на один шаг. Андрей же твердо встретился взглядом с глазами спортсмена из Сибири.       - Ты что-то хотел?       Сибиряк выдержал театральную паузу, после чего перевел взгляд с Андрея на Машу и спросил:       - Так вы теперь… вроде как вместе?       - А это так важно? – Маша очень удивилась, услышав свой собственный голос.       - Я просто хотел бы прояснить эту ситуацию для себя, - пояснил Миша, все еще преграждающий путь парню и девушке.       - Андрей? – все трое оглянулись. Оказалось, это Рома окликнул Орехова. Митропольский стоял в проходе, параллельном тому, где находились остальные, и слегка обеспокоенно смотрел на ребят. Кажется, он пытался оценить ситуацию. – Там у вас все в порядке?       - Да, - спокойно ответил Андрей. Маша отметила про себя, что такой ответ не удовлетворил Рому, который замер, видимо, прислушиваясь к дальнейшему разговору. – Если тебя это так важно, - Орехов уже обращался к Мише. – То можешь считать нас парой.       Андрей сделал шаг назад, приближаясь к девушке, и приобнял ее за талию.       Маше показалось что время замерло. Она видела, как сбоку дернулся Рома после слов Андрея, заметила, как дрогнул мускул на лице Миши, чувствовала руку Андрея у себя на талии.       - Что-то твоя девушка не очень-то рада этой новости, - после долгого молчания постарался съязвить Миша.       - Я не… - девушка чувствовала, что ей нужно оправдаться.       - Миш, тебя там ребята заждались уже, - голос Ромы резко вмешался в поток мыслей девушки и вернул ее к реальности.       Миша перевел свой тяжелый взгляд с Маши на Рому, стоящего в стороне. Митропольский твердо выдержал этот взгляд. Наконец, после весьма продолжительной паузы, Миша молча развернулся и направился к своим друзьям, уже расположившихся за одним из столиков.       Да, ситуация была и впрямь странная. И очень напряженная. Если вспомнить эмоции девушки, то вообще необъяснимая. Она так ждала ответа Андрея, одновременно боялась его реакции. Она страшилась того, как может отреагировать Миша на слова Орехова, однако в итоге у нее самой чуть ноги не подкосились… Кстати, она так и не поняла, почему так прореагировала. Наверное, потому что перенервничала. Обстановка была та еще. Но только ли в этом дело? Нет, скорее всего, это потому что она никогда не слышала ничего подобного про себя. Она никогда не была ни с кем «в отношениях». Так что… Хотя. Если подумать, фраза Андрея совсем не однозначная. «Можешь считать нас парой». Что это значит? Может, это было сказано только для того, чтобы Миша отстал? И это «можешь считать», нет, ну кто так выражается? Сказал бы, мо, да, пара. Или просто «отвали» и все тут. Зачем все усложнять?       День был очень тяжелый. Поезд монотонно качался в такт стуку по рельсам. В какой-то момент Маша поняла, что мысли начинают путаться, и через несколько минут она отключилась.