Несколько лет спустя...

      Снова звенит будильник. Снова пора вставать. Снова нужно продирать глаза и плестись на кухню за чаем. Снова собираться в институт. Снова тащить эту тяжелую сумку с учебниками и тетрадями (она же умница, всегда записывает все лекции). Снова бежать после занятий домой, кидать вещи и нестись сломя голову на тренировку. Снова нужно провести четыре часа на тренировки и, выжатая, как лимон, плестись домой, еле передвигая ногами от усталости…       Это уже так обыденно, что аж тошно становится. Даже на выходных у Маши нет времени выспаться и отдохнуть, так как нужно опять же провести две тренировки (в субботу они еще и в разных школах), заполнить кучу бумажек, а потом сесть за стол и учить все, что давали в институте за неделю. Приятного мало.       В прочем, она сама подписалась на это. Девушка старалась не оставлять себе ни минутки свободной, чтобы не думать. На смс-ки Андрея она сдержанно отвечала, что жутко занята, и времени на встречи нет совсем. Пару раз он звонил, но так и не спросил, что не так. Они говорили об учебе, о тренировках и о предстоящих соревнованиях в конце месяца, на которых они точно встретятся. Точно встретятся… Вообще-то, у нее еще день рождение есть до соревнований. И, наверное, нужно пригласить Андрея… Ну, они же вроде как пара… Хотя, если честно, в этом Маша не была уверена. Она так и не рассказала ему. Не рассказала о том, что произошло в новогоднюю ночь. Не рассказала о том, что лежит у нее на душе мертвым грузом. Она не рассказала, а он не спрашивал. Так они и жили, периодически перекидываясь сообщениями в соцсети.       Она честно пыталась не думать, стараясь себя загрузить всем, чем только можно. Но идиотские мысли все равно не давали ей покоя. Они преследовали свою хозяйку везде: и на лекциях в университете, мешая записывать нужный материал, и на тренировках, где старшим ученикам приходилось довольно часто обращать ее внимание на то, что задание уже давно сделано, а нового так и не поступило, и ночью. Да, особенно ночью. Несмотря на то, что девушка категорически не высыпалась, вставая рано по будильнику (даже в выходные), вечером сон не шел, а разум прочными сетями опутывали паразиты-мысли.       Естественно, из головы не лезли воспоминания о той дурацкой ночи. Маша помнила каждое слово, сказанное тогда ею и парнем, каждое движение… И от этого было только противнее. Это чистой воды измена. А то, что она не сказала Андрею, только усугубляет положение. С другой стороны, что бы это изменило? Ну, скажет она ему, мол, ты знаешь, мы тут с твоим лучшим другом, пока тебя не было рядом… Нет, она не сможет сказать. И она была уверена, что Митропольский тоже ничего не скажет. Но от этого легче не становилось. Это нечестно. Нечестно по отношению к Андрею. Он же ни в чем не виноват, он ничем не заслужил такое отношение к себе… И он имеет право знать правду. Только вот в чем состоит эта правда? В чем? - Но кого-то ты любишь? - Да. - И ты никогда не пробовал обратить на себя ее внимание? - Безуспешно. - То есть, пробовал? - Я же сказал, что безуспешно! - Плохо пробовал. - Откуда тебе знать?       Почему она не догадывалась раньше? Почему не обращала внимание? Нет, она, конечно, могла предположить, что теоретически… Но это было а) давно б) смешно в) нереально, так что все эти мысли быстро были сосланы далеко и надолго…       Нет, это очень странно. Она не может в это поверить. Она просто не способна. Хотя, если подумать, она никогда не могла понять его поведения: то он постоянно язвит, но совершенно серьезно и проникновенно что-то говорит… И эта смена его настроения… Ледяного и совершенно нормального, может, даже теплого… Они всегда забавляли ее. Но она никогда не думала, что… Маша сильно вздрогнула, мысленно отогнала все воспоминания, поерзала на кровати, в итоге улеглась на живот, закинув одну руку под подушку, а вторую – под щеку. - А ты забавная, - им же так повезло оказаться в одном купе, ну, конечно! - Заткнись, я сплю, - буркнула Маша. - Все бы так спали, - продолжал комментировать Митропольский снизу. - Так, ты там, на нижней палубе, - раздраженно шикнула девушка. - Чем тебя так интересует Вадим? – не умолкал тот. - Кто? – Маша аж повернулась лицом к своему мучителю. Парень лежал на своей кровати, подставив кулак под голову. - Ну, ты спрашивала сегодня про Цоя, - пояснил Митропольский, ухмыляясь. - Так, знаешь, что? - Что? Девушка резко выпрямилась и, дотянувшись правой рукой до подушки, лежащей на верхней полке вместе с чьей-то сумкой, запустила своим оружием в парня. - Ром, я сплю, ясно тебе? Маша снова отвернулась к стенке и, положив обе ладони под голову, закрыла глаза. - О, да, очень по-взрослому, - донесся снизу приглушенный голос. Наверное, подушка попала в цель. - Кто бы говорил, - еле слышно отозвалась девушка и еще раз поправила простыню. - Что, больная тема, а? Что, правда глаза колет? Молчание – знак согласия. Ладненько, записали себе… - Ром, - не выдержала девушка, вновь оборачиваясь к парню. – Ты русских слов не понимаешь? Я сплю. - Но я же знаю, что ты не спишь. - Потому что ты мне мешаешь! - Не обращай на меня внимания. - Ром, правда, уже поздно, а завтра надо рано встать, разбудить детей… - Да еще детское время. - Для кого как. - Это сейчас было признание? - Воспринимай, как хочешь, только заткнись! – Маша опять отвернулась к стене и залезла с головой под простыню, закрыв уши руками. - Тоже очень взрослый поступок, - прокомментировал Митропольский. Девушка глубоко вздохнула. Спокойно. - Еще скажи «я в домике», - продолжал издеваться парень. - Послушай, тебе одной подушки не хватило? – снова не выдержала девушка. - У тебя больше нет патронов, - усмехнулся Рома. - Тебе же хуже! Еще одно слово, и в тебя полетит вот эта сумку, уверена, она тяжелая, - пообещала Маша. – Поверь, я не шучу. Девушка была готова уже исполнить свою угрозу, но вдруг поняла, что парень сдал позиции, повернувшись на другой бок всего лишь со смешком.       Вспоминая эту сцену из поезда, Маша лишь качала головой. Странно, что она вообще так себя вела. Ну, понятно, ночь и все такое, плюс на людях она ведет себя достаточно уверенно, особенно если ей это важно показать, но… Но.       Интересно, а он спрашивал про Цоя, просто чтобы позлить ее? Или… Нет, глупо так думать. Но, блин, он же почти прямым текстом сказал, что она ему нравится. Нет, он, конечно, мог это так сказать… Чтобы ее поцеловать? Чушь какая-то! Нет, он бы так не сделал… - Сегодня ты слишком хороший… Или мне кажется… - Тебе кажется.       Вот и как его прикажете понимать? Он сам невысокого мнения о себе? Он тогда уже знал, что собирается поцеловать ее? Вообще-то он пытался уйти. Это она, умница такая, не дала. И зачем он ей понадобился? Вот зачем? - Пойдем по отдельности или вместе? – спросила Маша, как только все трое юных сопровождающих вышли из номера Коли. - Ты когда собираешься вести своих? – в голосе Ромы послышались командные нотки. - Да прямо сейчас, они же голодные с дороги… - Нет, сейчас я не готов, - заявил Рома. – Надо отдохнуть. - Отлично, - сказала Маша и повернулась. – Конечно, ты же так много трудился сегодня! Устал он, - почти беззвучно пробормотала она. - Ром, если ты не против, я пойду с Машей. Девушка с удивлением обернулась. Андрей перевел взгляд с такого же удивленного Ромы на Машу. - Маш, ты же не возражаешь? - Я? – переспросила та. – Нет, конечно, не возражаю… - Ром? – снова обернулся к другу Орехов. - Значит, идем все вместе, что по одиночке-то шастать, - изрек Рома.       Интересно, а он тогда уже… Или..? Не спроста же он так резко поменял свою точку зрения. Или это просто совпадение? Может, ему было банально лень идти одному? Так как же? Девушка несколько раз подпрыгнула, пытаясь таким образом скинуть с себя напряжение. - Нервничаешь? Маша оглянулась. За ней с усмешкой наблюдал Рома. - Вовсе нет, - дернула головой девушка. - Удачи, - проговорил Митропольский. В первую секунду Маша ждала какого-то саркастического продолжения, после чего недоверчиво приподняла брови и с недоумением уставилась на парня. Тот коротко кивнул и отошел.       Вот этот стремительный переход от насмешки к совершенно серьезному пожеланию тогда поставил ее в тупик. А, может, он пытался скрыть свои истинные чувства за маской сарказма и язвительности? Так пафосно звучит «истинные чувства», но что поделать… Нет, ну, ведь, в принципе, такой вариант возможен, так? Пусть и она сама не верит в него, но вероятность то есть. Маленькая, но есть.       А та его реакция, тогда, в буфете, когда Маша еще с Андреем за руки держались… Ведь они совершенно случайно обратили внимание на Рому… В проходе между столиками, где только что пробежал Артем, стоял Рома и, казалось, смотрел в упор на девушку. Что-то было странное в этом взгляде, что-то, что покоробило Машу и заставило устыдиться в своем поведении. «А с чего это вообще?» - промелькнуло в голове у девушки, и она моргнула, отгоняя все мысли. Орехов, наверное, заметил перемену на ее лице и оглянулся через плечо. - О, Ром, не хочешь присоединиться к нам? Митропольский дернул головой, затем поднял руку в знак отказа: - Я, кажется, забыл кое-что в зале, - громко сказал он и быстро удалился. Маша удивленно переглянулась с Андреем.       Она тогда почти не обратила внимание на все это, ведь ее больше занимал Андрей, сидящий напротив… А ведь то выражение лица… Кстати, оно было еще как-то… Просто какая-то тень словно пробегала по нему… По команде центрального судьи девушка подняла руки, чтобы надеть шлем, как вдруг почувствовала чье-то прикосновение. Маша повернула голову и чуть не подпрыгнула от удивления, ибо перед ней стоял Рома. - Давай я одену, - предложил он, все еще держа девушку за руку. - Я сама, - Маша довольно резко выдернула свою руку, быстро надела шлем себе на голову и вступила на татами. В голове ее яркими буквами вспыхнуло негодование. Зачем? Зачем он предложил?       Забавно, что у нее тогда была именно такая реакция. А ведь хотел помочь. Вкладывал ли он нечто большее в эту помощь? Кто знает. Но она очень резко его оттолкнула. Снова. Девушка резко распахнула дверь. - Я сплю! - Все бы так спали, - отозвался Рома с порога. Маша не ожидала его увидеть и некоторое время приходила в себя. - Что тебе нужно? – на удивление спокойно спросила девушка. - Ну, - Митропольский, казалось, оглядел Машу с ног до головы, после чего стал как-то запинаться. - В общем, тут такое дело… - Это не может подождать? – девушку слегка раздражал его взгляд. – Сейчас не очень подходящее время. - Послушай, на самом деле, это очень важно… Маша поймала себя на мысли, что где-то недавно уже слышала нечто похожее. - В общем, - повторил Рома. – Завтра мы же должны поехать на экскурсию, но время выезда изменили. Теперь мы должны собраться у автобуса в десять. Соответственно, детям нет смысла вставать раньше восьми. - А во сколько они должны были вставать? – вырвалось у девушки. Она вообще не помнила, что назавтра что-то было запланировано. - Не суть, - мотнул головой Митропольский. – В общем, пусть теперь встают в восемь и в полдевятого собираются в холле для похода на завтрак. - Отлично, - кивнула Маша, чтобы побыстрее закончить этот разговор. - Правда? – слегка удивился парень. - Да, Ром, замечательно. Это все? - Ну, да… - Спокойной ночи! - Эм… спокойной… Девушка захлопнула входную дверь.       И только потом она поняла, что выглядела просто замечательно - мокрые, слегка спутанные волосы, спадавшие с ее плеч, нежно-розовая пижама крайне короткая и открытая. Перед глазами снова пронеслась показавшаяся ей странная реакция Митропольского. Как же у него вытянулось лицо!.. Все стояли на небольшом возвышении, на которое нужно было залезть. Девушка не сильно думала о том, как она это сделает, поэтому, когда ей протянули руку, Маша, не задумываясь, ухватилась за нее. Сильная рука буквально подняла девушку в воздух, и только потом Маша подняла глаза на ее обладателя. Увидев Митропольского, девушка непроизвольно разжала ладонь и, наверное, упала бы, если бы парень ловким движением не ухватил ее за талию и не притянул к себе. Маша интуитивно дернулась, вырываясь из его объятий. - Я не сделаю тебе ничего, - как-то слегка досадно пробормотал Рома, отпуская девушку.       Как же звучал его голос… С обидой, что ли… И опять, как же она от него шарахается. Почему, спрашивается?       А как он вел себя, когда застал ее там, на скамейке… Когда она была полностью опустошенной, когда она плакала и не знала, как остановить эти подлые слезы… А он очень грамотно подошел… Вроде ничего не спрашивал, но при этом успокаивал и помогал… Просто присутствовал, что-то говорил… Интересно, ему было легко? Что он вообще чувствовал тогда? Кстати, она от него не дергалась. Ей было так плохо, что она упустила этот момент… А он? Он думал о ее реакции? Что она поменялась? Или он вообще не анализировал? Ну, да, это только она думает обо всем на свете, даже о том, о чем и не следует. Но оно думается! Само. - Хорошая была поездка, - непонятно к чему проговорил Митропольский. Девушка кинула на него слегка удивленный взгляд. - Да, неплохая, - решила согласиться, наконец, она. - Слушай, знаешь, - юноша запнулся. – Прости за… За то желание, которое… Маша несколько раз мысленно прокрутила в голове его реплику, прежде чем поняла, о чем он говорит. - Ах, ты об этом… Ничего. - Правда? - Да, все хорошо. - А вы теперь с Андреем… Будете продолжать? Девушка снова посмотрела на Рому. - Не знаю, наверное, - в конце концов, ответила Маша. - Он хороший парень, - с каким-то странным выражением сказал Митропольский.       Это было… Благословение? Интересно, чуть позже Рома с Андреем шушукались на платформе о том же? Ну, что Андрей и она..? Или это вообще не связано? Но перемена в лице… Это же так заметно! Почему же она не обращала внимание? И не предавала значения… - Просто я хотел предупредить, что могу опоздать… Так что, если что, начни за меня старшую, хорошо? - Без проблем. У тебя какие-то планы? - Ну… - Рома замялся. - Это уже интересно, - решила подшутить над ним девушка. - Ну, если хотите знать, я собирался встретиться с Викой, - как-то нехотя объяснил парень. - Девушка Ромы, - пояснил Орехов в ответ на вопросительный взгляд Маши. Ах да, у него же есть девушка. В голове Маши сразу всплыли те фотографии, на которые она случайно наткнулась пару дней назад. Точно, такая высокая блондинка. «Жду – не дождусь, милый! Чмоки! Лав ю»… Значит, это чудо зовут Вика. «Расставание всегда проходит тяжело, не волнуйся, дорогая, скоро вернусь»… - А что такого? – возмутился Митропольский, и тут до девушки дошло, что последнюю фразу она случайно произнесла вслух. - Ничего, ничего, - пряча улыбку, которая совершенно необъяснимым образом образовалась на ее лице, проговорила Маша. – Я очень за тебя рада. - Что-то в твоем голосе больше злорадства, чем радости, - буркнул Рома. - Просто не знала, что такие в твоем вкусе. - А какие, интересно, в моем? - Ребята, ребята! – между ними встал Андрей. – Что такое? Нет, конечно, девушка Ромы – это очень интересная тема для обсуждения, но… Маша прыснула. - Согласна, давайте сменим тему. Какие у кого планы на выходные? Ой, прости, Ром, кажется, твой ответ снова подразумевает переход к теме под кодовым названием «Вика»… - Маш, - укоризненно пробормотал Орехов. - Все, все, я успокоилась, - однако девушка еще долго не могла отсмеяться.       Как же это было жестоко с ее стороны! А она и не догадывалась о… Черт, да потому что кто бы мог подумать? Просто в голове не укладывается! И, вообще, действительно, чего это она привязалась к этой Вике? Ну, блондинка и блондинка – в чем проблема-то? И чего ее так понесло в метро? Почему она никак не могла остановится? Ее забавляла его реакция? Ведь она видела, что он странно отзывается о своей девушке. Должен вроде хвастаться, а он чуть ли не смущается и замалчивает! - Почему ты ее не бросишь? - Ну, это не так просто… - Что сложного в том, чтобы бросить девушку? - Ну… - Неужели ты любишь ее? – Маша с трудом подавляет смешок. - Она же просто накрашенная кукла! В ней же ничего нет… Как она может нравиться тебе? - Да, наверное… - Зачем ты мне поддакиваешь? Мне не нужно, чтобы ты… - Хорошо, ты права, я не люблю ее!       Черт, и снова это воспоминание. И снова все по кругу. И снова угрызения совести. И снова до звонка будильника всего пару часов. И почему она не может ночью спать? Просто спать…