Всего лишь химия

      Единственное, что Роуг ненавидел в этих уже вошедших в традицию поездках, так это чрезмерную суету накануне выезда. До отбытия автобуса от школьных ворот оставалось не многим более десяти минут. Замотавшиеся уже с утра пораньше сопровождающие в сотый раз сверяли присутствующих по спискам и каждый из них не досчитывали хотя бы кого-то одного.       На ступеньках автобуса стояла группа вожатых, состоящая из трёх человек. Не так давно переведённый в школу физрук Драгнил, который, казалось, сросся заживо со своим спортивным костюмом, ржал во весь голос и предпринимал безуспешные попытки подкатить к Хартфилии. Он каждый раз как-то виновато улыбался и проводил ладонью по отросшему ёжику кислотно-розовых волос. Люси откровенно скучала и с крайне заинтересованным видом поглядывала на свой маникюр и то, как её коллега по цеху мисс Альберона с вороватым видом пыталась засунуть очередную бутылку коньяка то в боковой карман водительского сидения, то в чемодан блондинки, свободного места в котором казалось куда больше, чем в своём, хотя он и так трещал по швам.       Весь этот галдёж давил на уши и сильно утомлял, из-за чего наш герой в последний раз вдохнул полной грудью по-утреннему свежий воздух, отметился и настоятельно попросил Хартфилию и Ко не тревожить его зазря, после чего гордо прошествовал в конец автобуса; мягко выражаясь, он не самым лучшим образом переносил подобные переезды. Спасительное место у окошка, к счастью, было свободно, и парень поспешил занять его. Натянув капюшон толстовки до самого носа, он мысленно начал готовиться к худшему и искренне надеялся, что ему удастся удастся как можно скорее уснуть. Дорога обещала быть долгой, поэтому сон сейчас казался лучшей панацеей.       Спустя всего шесть часов бесконечной тряски автобус наконец-то прибыл на место. Роуг, из последних сил пытаясь сохранить лицо, на трясущихся ногах шёл позади всей группы и благодарил высшие силы за то, что в этот раз Стинг не поехал вместе с ними, иначе ему бы пришлось тащить на себе не только два огромных рюкзака, а ещё и его бессознательную тушу. По сравнению с тем, что ему пришлось пережить, оставалось всего ничего: несколько километров пешей прогулки вглубь леса и обустройство палаточного лагеря. Солнце даже не собиралось хоть немного смилостивиться над путниками и самым бессовестным образом слепило в глаза, пробиваясь даже сквозь густые кроны деревьев. Воздух всё ещё хранил в себе оттенок свежести и приятно холодил кожу при малейшем дуновении ветра; беззаботно щебетали птицы, мелкими стаями перелетая с ветки на ветки, и следовали за людьми в надежде на то, что их подкормят. Под ногами приятно шелестела опавшая хвоя, а деревья словно перешёптывались между собой, с каждым шагом всё плотнее сводя свои кроны и отрезая путникам извилистый путь назад. Вскоре их плотные ряды расступились, образуя просторную поляну, на которой уже успело расположиться несколько отрядов из других школ.       Вскоре все столкнулись с первой проблемой: как оказалось, никто из вожатых не умел ставить палатки. Пока Драгнил успел запутаться в брезенте, а Кана, потягивая из фляги напиток сомнительного содержания, пыталась ткнуть его под рёбра металлической стойкой, Люси решила не повторять ошибок своих нерадивых коллег и начала выискивать взглядом в толпе того, кто мог бы ей помочь.       Требуемый объект нашёлся практически сразу, спрятавшийся на отшибе поляны, уже на половину управившийся с поставленной задачей. Девушка набрала в лёгкие побольше воздуха и, обмахиваясь веером, походкой от бедра направилась к выбранной жертве.       — Ты не мог бы и нам помочь? Роуг? — осторожно обратилась к своему ученику Люси, наблюдая с интересом и нескрываемой завистью за тем, как он спокойно и как ни в чём не бывало удерживает между коленями стойку и одновременно натягивает одну из боковых оттяжек палатки. Решив, что в одиночку это делать не так уж и удобно, она решила помочь и с небывалым усердием схватилась за опору, ненароком пройдясь немаленьким маникюром и по ноге. Парень, всё это время стоявший к ней спиной, от неожиданности и боли шикнул и выпустил из вспотевших ладоней и стойку, и шнуровку. Вся конструкция с оглушительным грохотом рухнула под сопровождение отборного мата.       — Какого..? — недовольно рыкнул темноволосый, резко разворачиваясь к ней и одаривая не сулящим ничего хорошего взглядом исподлобья. Блондинка нервно икнула и сделала шаг назад, выставляя ладони вперёд в предостерегающем жесте. Роуг так увлёкся собственными мыслями, что, судя по всему, даже не заметил того, как к нему обратились. Пришлось повторить свою просьбу ещё раз.       — Веди, — ну вот же, когда надо, и слова лишнего из него не вытянешь, а когда не требуется — так просто не заткнёшь. Девушка поспешила выполнять сказанное (хотя напоминало это скорее приказ), искренне тая надежду, что её непутёвые коллеги ещё не успели окончательно привести палатку в негодность, и подоспела как раз вовремя, в самый последний момент успев выхватить из загребущих, да уже и далеко не трезвых, ручонок мисс Альбероны стойку, которую собирались испытывать на допустимое напряжение на изгиб.       — Просто делайте то, что я скажу, оставим самодеятельность на потом, — сделав глубокий вдох, начал свой инструктаж Чени, обводя строгим взглядом горе-троицу. — А лучше вообще ничего лишний раз не трогайте, хорошо?       В принципе, иметь дело с чем-то подобным для парня было не впервой. История повторялась практически каждый год, менялись лишь действующие лица, не считая одного нам небезызвестного, и степень криворукости учеников, которая в этом году достигла своего апогея. Не прошло и пятнадцати минут, как Роуг понял, что до ручки осталось совсем немного; упорно складывалось ощущение, что его подопечные, а в особенности мисс Хартфилия пытается выполнять все его указания с точностью до наоборот.       — Требуется запомнить всего одно: верёвки надо держать как можно крепче и посильнее натягивать. Неужели это так сложно? — уже в сотый раз неизвестно кому повторил парень, искоса наблюдая за тем, с каким рвением его учительница, а теперь скорее ученица, тянет на себя несчастную бечёвку, которая едва не трещала, но по какой-то непонятной причине никак не хотела натягиваться. Наконец, не выдержав столь продолжительных истязательств, верёвка порвалась, из-за чего Люси не смогла удержать равновесия и звучно шлёпнулась на землю. Вместе с этим лопнуло и терпение.       — Может, если не умеешь ничего делать, то и браться не стоит? — лишь по тому, как вздрогнул от неожиданности Драгнил и с явным недоумением уставился на него, Роуг осознал, что взболтнул немного не того. Взметнувшееся до максимальной отметки раздражение, найдя выход, мгновенно убавилось обратно до нуля от одного вида того, как Люси растерянно хлопает глазами и всё так же продолжает сидеть на земле, до боли напоминая крохотную девочку, торчащую в песочнице. — В общем, за помощь спасибо, но дальше я лучше справлюсь сам.       — Как будто сильно хотелось, — недовольно пробормотала светловолосая и наконец-то поднялась, с крайне увлечённым видом отряхивая шорты. — Кстати, после обустройства лагеря до наступления сумерек у всех свободное время. Потом будет какое-то организационное собрание по поводу завтрашних соревнований.       Роуг то ли не услышал её слова, то ли попросту решил их проигнорировать. Пожав плечами, блондинка всё же решила ретироваться, чтобы проверить, как обстоят дела у других ребят, да при этом ещё не забыла утянуть вместе с собой Кану, та — подозрительно позвякивающий рюкзак, а уже за этим звуком хвостиком потянулся и Драгнил.       «Ну, и остался ты в гордом одиночестве. Вот теперь думай после такого, как помогать людям».       Но, как известно, всё, что ни делается — то к лучшему, поэтому после исчезновения шайки преподавателей сомнительной наружности и дело у Роуга пошло быстрее. Наспех разобравшись с установкой палаток, он поспешил увильнуть подальше от царящей вокруг суеты и наконец-то в полной мере предаться собственным мыслям. А поразмыслить было о чём.       С момента их последней встречи с глазу на глаз стало понятно: этой странной девушки в его жизни стало слишком много, непозволительно. К чему бы парень не обращал свои мысли, силясь вспомнить какой-то эпизод, сознание непременно проводило параллели с подобными случаями, приключившимися с ним с лёгкой руки мисс Хартфилии. Некоторые её поступки могли привести в бешенство, другие — заставить ощутить непозволительно дикий приступ умиления, но абсолютно каждый из них вызывал где-то глубоко внутри определённый отклик. Подобное сначала приводило в замешательство, и Роуг, которому обычно на подобное было плевать с высокой колокольни, списывал всё на не самый гладкий период в жизни: вечная заноза в заднице в лице лучшего друга, общество которого теперь было просто невыносимым, проблемы в школе, предстоящие вступительные экзамены в университет… Внутренний голос упорно продолжал твердить, что дело совсем в не в этом. Уже который раз копаясь в себе, парень окончательно извёлся, но, так и не обнаружив ответы на поставленные вопросы, решил сдаться и пустить всё на самотёк. Будь что будет.       Ноги сами несли его вперёд по давно знакомой тропинке, выцветшей лентой извивавшейся вокруг деревьев и стремительно поднимавшейся вверх, к горам. Кристально чистый воздух, успокаивающий шёпот листвы и полное уединение как ничто другое располагал к размышлениям и стирал временные рамки. Когда сумбур в груди немного поутих, а мысли начали ладно сплетаться друг с другом, образуя единую цепочку, парень решил, что пора бы уже и вернуться в лагерь, где его наверняка успели хватиться. Начинало смеркаться; облака, которые в этой местности стелились и так слишком низко над землёй, теперь стали молочно-белыми и едва-едва не задевали верхушки елей. Откуда-то издалека ветер доносил звуки чьей-то не совсем ладной игры на гитаре, потрескивания поленьев у костра и дружной песни, эхом отдающейся за сотни метров вокруг. Голоса становились всё громче, и вскоре между стволами деревьев, которые в темноте выглядели довольно пугающе, уже можно было рассмотреть языки пламени и мелькающие, растянутые силуэты. Судя по всему, там творилась какая-то неразбериха, из-за чего Роуг неосознанно прибавил шаг; у самого входа на поляну его чуть не сбили с ног. В следующее мгновение прямо ему в лицо ударил слепящий пучок света от фонарика; парень невольно отшатнулся, прикрываясь рукавом, но было уже поздно: перед глазами расцвели фиолетовые пятна, полностью скрывающие за собой обзор.       — Ох, Роуг, это ты, — зрение ещё не вернулось к нему, но по голосу он безошибочно определил, что это была Юкино. Не нужно было к гадалке ходить, чтобы догадаться, что девушка чем-то сильно напугана.       — Что-то случилось? — он невольно напрягся в ожидании, заранее чувствуя, что ответ не придётся ему по душе.       — Мисс Люси... она пропала!       — То есть как пропала? — где-то глубоко внутри порвалась ниточка, связывающая сознание с окружающим миром. Роуг почувствовал, как в лёгких воздуха остаётся всё меньше, а последние силы покидают тело — не пошевелить и пальцем. Ведь, казалось, всё только начало налаживаться, едва он успел разобраться с той канителью, что творилась у него в душе... И вот те раз.       — Исчезла, как будто сквозь землю провалилась! Мы ищем её вот уже битый час, но всё тщетно, — по бедной девушке можно было сказать, что она едва не плачет от досады.       — Когда и где её в последний раз видели? — по сравнению с тем, что было раньше, его голос звучал решительно и резко, из-за чего Агрия вздрогнула.       «Если буду раскисать, то тогда точно никак не смогу помочь делу», — резонно подытожил для себя Роуг, отбрасывая в сторону так некстати решившие проявить себя эмоции.       — Ещё в обед, как только все разбили палаточный лагерь. Она тогда ушла вместе с госпожой Каной и Нацу, но так и не вернулась.       — Только не говори, что они пропали втроём.       — Всё так и есть. Общее собрание и жеребьёвка начнутся где-то через полчаса, а мы совсем одни! Если до того времени мы так никого и не отыщем, нас попросту дисквалифицируют!       Нарастающее в геометрической прогрессии чувство тревоги моментально было вытеснено раздражением. Это какими же надо быть безрассудными и безответственными, чтобы бросить целую группу подростков, за которую ты ручаешься головой, на столь продолжительный срок?!       — Если ты не против, то я одолжу, — фонарик беспрекословно был передан новому владельцу. — Я поищу вон в той стороне, а вы проверьте ещё разок остальные, договорились?       Светлая мысль о том, какого чёрта именно он должен заниматься поисками Хартфилии и её славной компашки не посетила его отнюдь не светлую голову в тот момент. К счастью, он хорошо помнил то направление, в котором они ушли до того, как бесследно исчезли. Поляна, на которой располагался лагерь, по всему своему периметру была заселена, так что проскользнуть в другую сторону незамеченными им бы вряд ли удалось (особенно если вспомнить тот факт, что с ними увязался Драгнил, от голоса которого могли лопнуть барабанные перепонки). Следовательно, оставалось всего две тропинки, ведущие вглубь леса. Решив испытать судьбу, Роуг доверился интуиции и пошёл по той, что вела влево. Чем дальше петляла узкая, едва заметная в рассеянном свете фонаря дорога, тем больше создавалось впечатление, что она попросту тупиковая и никуда не ведёт. Над головой то и дело пролетали птицы и летучие мыши, издавая протяжные звуки, тонущие во всеобщем гомоне; ветки кустарников всё больше нависали над головой, так и норовя зацепиться за волосы или исцарапать лицо.       «Идти дальше нет абсолютно никакого смысла. Это тупик. Ну что же, господин следопыт, твоя интуиция как всегда подвела тебя».       Уже твёрдо приняв решение вернуться назад и пойти по другому пути, Роуг всё же на мгновение заколебался, задумавшись о чём-то своём. Очередной порыв ветра после яростной попытки сорвать с крон листву успокоился, где-то поблизости кто-то рассмеялся, после чего повисла абсолютная, пробирающая до мурашек тишина. Парень перевёл дух и развернулся на сто восемьдесят градусов, так и не успев сделать ни единого шага. Рассмеялся?       Если верить слуху (здесь уже нельзя было с абсолютной уверенностью утверждать, чему можно верить, а чему — нет), дальше следовало передвигаться перпендикулярно тропе. С первым же шагом он угодил в какую-то яму, из-за чего едва не подвернул ногу, со вторым — залез в непроходимые кусты орешника и разодрал всё лицо и руки по локоть, с третьим — зацепился за корягу и чуть не прорыл носом землю. Фонарик замигал и издал прощальный звук, после чего всё погрузилось в кромешную тьму.       — Отлично, просто замечательно, — оставалось лишь надеяться на то, что если поменять батарейки местами и немного покрутить-пошаманить, то их заряда ещё хватит на некоторое время. Слишком увлекшись этим занятием, Роуг даже не заметил, как устрашающе зашевелились и затрещали за его спиной ветки кустарников. Наспех дрожащими пальцами он включил фонарик и развернулся в ту сторону, откуда раздавался звук, направляя туда жидкий столб света. На несколько долей секунды сердце в груди ёкнуло, а к горлу подскочил склизкий ком желчи. Существо, представшее перед ним, напоминало скорее девочку из «Звонка» с тем лишь различием, что волосы его были щедро «украшены» листвой.       «Ну что же, задание выполнено. Первая пропажа обнаружена».