И согреет, и обожжет
29 сентября 2014 г., 14:41
– Ну, выпьем! За успешное начало! – воскликнул Кид, поднимая высокую кружку. – Бухаем!
– Кампай! – подхватили все.
В баре царило небывалое оживление. Повсюду разносились выкрики и возгласы участников игры. Кто-то ругался, кто-то, посмеиваясь, оглядывал царящий бедлам.
Блондинка и другие бармены, вызванные по такому случаю, буквально зашивались у стойки.
– Санджи, крошка! Организуй всем выпивки за счет заведения! – заорал Юстасс, вечно ему не имеется.
– Эй, малец, ты не обнаглел ли? – послышался хриплый голос.
– Крокодайл-сан! – Санджи кинулась к хозяину заведения.
– Привет, малышка! – мужчина потрепал золотистую макушку девушки. – Вижу, вы тут совсем в мыле?
– Ничего страшного! А Вы… – Санджи с ужасом глянула на босса. – Ваша левая рука?..
– О, это всего лишь плата за слабость.
– То есть?
– Я расслабился на свою беду…
– О, Крок, смотрю, все же пришел сюда, не постыдился! – послышался противный писклявый голос. Из глубины бара вышел один из победителей первого этапа – черноволосый мужчина с глазами психа.
– Карибу! – прошипела Санджи. – Ублюдок! Как ты посмел его тронуть?! Да я тебя!..
– Успокойся, малышка! – Крокодайл положил ей руку на плечо. – Не стоит распаляться из-за этого мусора.
– Я-то – мусор? – противно усмехнулся Карибу. – И это говорит мне тот, кто стал настолько никчемен, что не видит ничего дальше своего носа? Неужели древний божок совсем расклеился?
Крокодайл прикрыл глаза.
– Такой паршивый трус, как ты, не знающий о чести, не имеет права упрекать меня в никчемности. Ты всего лишь дрожал за кучей мусора, а теперь решил, что всесилен, раз смог воспользоваться ситуацией и забрать мою руку, плешивая псина? Так запомни: когда бешеная собака кусается, ей обычно простреливают пасть.
Голос Крокодайла был спокоен, но вот глаза поменяли цвет, а зрачки вытянулись, превращаясь в узкие полоски.
Карибу сглотнул. Не стоит злить Бога, даже бывшего. Они никогда не прощают обид. Незаметно стушевавшись, он скрылся, про себя решив, что еще всем им покажет.
Фыркнув, Крокодайл снова окинул взглядом бар.
– Что ж, выручку вы мне сегодня сделали неплохую! – усмехнулся мужчина, садясь рядом с Луффи и компанией.
– Крокодайл-сан, Вы, значит, тоже участвовали в Играх? – спросила Робин.
– Почему нет? – криво усмехнулся тот. – Я, как-никак, божество. А такие как я всегда были падки на поклонения.
– Кроки, раз ты бог, то, как ты смог проиграть такому идиоту? – в лоб спросила Луффи. Санджи зашикала на нее. Крокодайл поднял на нее свой тяжелый взгляд.
– Ты всегда такая бестактная или ты просто глупа, девочка?
– Но вы же сильный, – утвердительно заявила Лу. – А он всего лишь бесхребетный слабак.
– Я посмотрю на тебя, когда тебе перевалит за четыре тысячи лет – криво усмехнулся Крокодайл.
Кид присвистнул.
– Да как из тебя еще песок не сыплется, старикашка? – протянул он. Санджи выпала в осадок.
Внезапно Юстасс стал задыхаться и хвататься за горло, а вокруг него закрутился песочный вихрь.
– Сыпаться-то он сыплется, только это не значит, что я буду терпеть неуважение кого-то сопляка, который даже к девушке не может нормально подкатить, чтобы не довести ее до белого каления! – насмешливо произнес «старикашка».
Кид упал на пол, задыхаясь и кашляя. Санджи выплеснула на него стакан воды. Тот хотел возмутиться, но не мог. Казалась, вода впитывается в его кожу, стараясь восполнить утраченную жидкость в организме.
– Не стоит злить Себека*, – тихо прошептала ему на ухо вампирша.
Луффи встревожено посмотрела на Кида, который наконец смог сесть на полу, потом перевела сердитый взгляд на Крокодайла.
– Он мой друг! Не смей его трогать! – рыкнула она, яростно сжав кулаки.
Крокодайл лишь лениво усмехнулся
– Он поплатился за свое неуважение ко мне. В следующий раз будет разумнее.
– Что ж ты Карибу не высушил так же, как его?!
– Карибу не достоин столь легкой смерти. Ты знаешь, как крокодилы охотятся? Они сливаются с водой и терпеливо ожидают, когда их жертва подойдет ближе, чтобы попить. А когда она потеряет бдительность, – Крокодайл неожиданно хлопнул ладонью по столу, заставляя всех вздрогнуть, – пасть крокодила захлопывается, отрезая путь к спасению.
Луффи молча смотрела на мужчину. Насмешливый, чуть прищуренный взгляд мудрых и глубоких зеленых, как воды Нила, глаз. Его не волнует происходящее, он плывет, повинуясь собственному течению в вечность. Его ничем не удивить, он повидал многое. Гораздо больше, чем Ло и Санджи вместе взятые. Он родился в расцвете Великой цивилизации и смотрел, как она падает, захлебываясь в собственных песках.
Санджи, вздохнув, отошла от столика. За тот срок, что она тут работает, девушка успела привязаться к начальнику, и, несомненно, уважала его.
– Все работаешь, как пчелка, я сочувствую тебе – хрипловатый голос Марко вывел ее из задумчивости, вызвав, к тому же, табун мурашек по всему телу.
– Ага, – вампирша кивнула. – Есть варианты получше?
– Есть, но твой босс зорко следит за нами – чуть скривился Марко. – Он будто ревнивый муж или бдительный отец на страже чести своей дочери.
Блондинка рассмеялась.
– Он добрый, хоть и довольно строг.
– Боги создавали свои заветы и правила, потому что всегда были гордыми существами, считавшими себя выше людей.
– Он не такой! – заступилась за босса вампирша.
– Это он сейчас не такой, – усмехнулся Марко. – Если бы ты видела его в годы рассвета, ты бы так не говорила.
– А ты, значит, видел? – скептически хмыкнула Санджи.
– Я много чего видел. И пантеон Египетских богов в том числе. Я умирал и возрождался столько раз, что давным-давно сбился со счета. – Марко посмотрел на нее, в его глазах на миг отразилась вечная усталость. – Но таких, как ты, не встречал никогда - тихо добавил он.
Блондинка опустила глаза в пол.
– Но даже мне, Фениксу, не по силам разжечь твой огонь, Санджи. Твоя душа рядом со мной излучает равномерный теплый свет. А рядом с ним в внутри тебя разгорается пожар.
– О чем ты?
Феникс вместо ответа посмотрел на стол, где сидели Крокодайл, Кид и Луффи с компанией.
– Чушь! – скривилась девушка. – Кому нужен этот драный волчара!? Кид просто никогда не выходит из периода гона.*
– А я разве тебе сказал, что речь идет о нем?
Глаза девушки расширились, когда она поняла что ляпнула.
– Но даже если так, позволь мне хотя бы на миг почувствовать жар твоего огня.
Притянув ее к себе, он нежно провел рукой по ее щеке, и, наклонившись, коснулся ее губ. Девушка приоткрыла ротик, и ее зубы слегка оцарапали его губу.
Санджи хотелось почувствовать пламя, которым он горел. Оно было теплым и мягким, не сжигало, а согревало тело до самого сердца. Марко прижал ее крепче и углубил поцелуй. Теперь он был страстный и всепоглощающий. Он целовал ее с не свойственным ему напором. Но огонь все еще был нежным и… умиротворительным. Санджи бы сравнила его с огнем, который пляшет у них по вечерам в камине.
Феникс внезапно оторвался и посмотрел в ее голубые, как его пламя, глаза. Они были спокойны.
– Вот видишь. Я же говорил.
Она лишь грустно посмотрела на него в ответ.
– И ты не станешь бороться? – спросила она.
– Что бы я ни делал, как бы ни старался, он всегда будет выскакивать вперед меня, как черт из табакерки. Ты злишься, ругаешься, но смотришь только на него. Я прожил достаточно много жизней, чтобы понять и изучить это чувство. Возможно, сейчас ты все отрицаешь, но когда-нибудь осознаешь…
Санджи коснулась его рта указательным пальцем и покачала головой. Затем перевела ладонью по его щеке, и он, закрыв глаза, наслаждался ее последним прикосновением.
– Я понимаю, что вы тут заняты, – послышался рядом ехидный голос. – Но тут как бы бар, общественное заведение и все такое!
Кид стоял, сунув руки в карманы. Его лицо аж перекосило от ярости.
Марко молчал.
– Феникс! Я смотрю, у тебя совсем мозг атрофировался! Или ты его не восстановил после последнего самосожжения…
– Почему? – вдруг тихо спросила Санджи. – Почему именно он? – ее голос переходил на крик. – Почему он, а не ты?!
Марко лишь печально улыбнулся. Вампирша развернулась к Киду и заорала ему в лицо:
– Ненавижу тебя! Будь ты проклят! – и, развернувшись на каблуках, вылетела из бара.
У Юстасса вытянулось лицо. Он не понял ничего из того, что сейчас произошло. Марко, хлопнув волка по плечу и меланхолично сказав «Береги ее!», направился за столик к своей будущей команде.
Кид вышел вслед за Санджи. Та стояла возле своей машины и рылась в кармане, пытаясь найти ключ. Как только она его все же достала, тот выпал из рук, и девушка выругалась на французском.
– Чё приперся? Пошел прочь с глаз моих! – рявкнула она, даже не оборачиваясь.
– Ты даже не смотришь на меня – фыркнул Кид.
– И не хочу!
– Окей. Тогда пусть твоя спина объяснит, что это сейчас было? Почему я почувствовал себя участником неизвестной сопливой мелодрамы?
– Пошел к черту!
– Да-да, ответ на миллион. Я у него столько раз бывал, что уже прописался в Аду. Так все же?
– Чего ты пристал ко мне?! Все время лезешь, куда не просят, надоедаешь и вечно все портишь! Почему ты достаешь меня?! Тебе что, шлюх твоих мало? Издевайся над кем-нибудь другим, а меня оставь в покое!
– Да кто над тобой издевается, истеричная блондинка!? – возмутился Юстасс. – Наорала на меня не из-за чего… – Внезапно его лицо приобрело ироничное и вместе с тем злое выражение. – Или ты бесишься, что тебя прервали на самом интересном месте? Ну, звиняй, подруга, ты вообще-то работаешь, а миловаться со своей курицей можешь после работы!
– Не смей! Ты ничего о нем не знаешь! – она развернулась, забыв о том, что не хотела на него смотреть.
– На хрена мне его знать! Все, что я знаю, это что он подкатывает к тебе шары, а ты и рада перед ним ноги раздвинуть! – заорал уже порядком взбешенный Кид.
– Вот значит, как ты обо мне думаешь? – яростно прошипела она.
– Я уже ничего не думаю – внезапно отрешенно сказал Юстасс. Весь его гнев куда-то резко ушел, оставив место слепой безнадежности. – Знаешь, я устал, и теперь мой черед говорить: иди к черту, блондинка! Ты меня достала!
И, развернувшись, он ушел к своей машине, которая через минуту, мигнув фарами, уехала. Санджи так и осталась стоять на улице. Перед ее глазами все еще стояло его равнодушное лицо и потухший взгляд, в котором больше не было того яркого и обжигающего пламени, которое ее так притягивало.
*Себе́к (по-древнегречески Сухос) — древнеегипетский бог воды и разлива Нила, изображавшийся с головой крокодила; считается, что он отпугивает силы тьмы и является защитником богов и людей.
(https://ru.wikipedia.org/wiki)
*Гон - период спаривания у животных, сопровождающийся целым набором поведенческих парадигм, индивидуальных для каждого вида. Может проходить и несколько раз в год, когда у самок млекопитающих наступает течка и запахи выделений начинают привлекать самцов, которые в борьбе за право спаривания становятся агрессивными.
(https://ru.wikipedia.org/wiki/)