Рабыня моей любви

- ПОЛИНА! – вырвалось у нас с Максимом. Я видела ее слезы. Она никогда не плакала, даже когда ходила с фонарем под глазом. Плакали только те, которые обижали ее, после того как я их била. Я не могла пошевелиться, меня всю парализовало. Ее окружили несколько голых парней. - Кто же сейчас из этих парней удовлетвориться? – спросил Хмельницкий. – Может он? Или он? А может быть все сразу?! Я начала соображать, когда уже к ней подошла толпа. - СТОЙТЕ! – крикнула я, встав с места. Я, не обращая на высокие каблуки, побежала вниз. - «УБЬЮ!» - вертелось у меня в голове. Я присела на оградку и, перекинув ноги, упала на колени перед Маленькой, прижимая ее к груди. Ее длинные белые волосы были обкромсаны в клочья. - Господи, что они с тобой сделали? - Саша…мне…больно, - шепнула Поля. - Где больно, где? – я начала осматривать ее и увидела кровь между ног. Во мне просыпался дикий зверь. - Кто это сделал? – тихо прорычала я. - Было темно и…и их так много… Она громко заплакала, что у меня чуть сердце не разорвалось. Я встала на ватные ноги и взглянула на Бориса. - Ну, все, сука, те хана! Он стал отходить назад, когда я подходила к нему. - Александра, одумайся! – просил он. - ДА Я ТЕБЯ, ПЕДРИЛА, СЕЙЧАС УБЬЮ! – заорала я, и зал ахнул. Я повалила принца на пол и начала бить его по лицу. - Саша, прекрати! – приказывала мама, которая уже находилась на сцене. – Оболенский, хватит смеяться! Лучше успокой ее! - Маргарита, дай ей закончить дело, - посмеялся Макс. – Хотя думаю уже достаточно. Максим ухватил меня за талию и стал приподнимать. - Сволочь, я до тебя все равно доберусь! – кричала я. Аристократ взял слабое тело Полины на руки и понес на улицу. Мужчина положил ее на кровать. Она совсем слабая. Я прилегла рядом с ней и укрыла ее одеялом. - Максим, оставь нас наедине, - попросила я. Он кивнул головой и, взглянув на слабую Полю, ушел. - Полиночка, как ты здесь оказалась? - Я гуляла по саду. Ты ведь знаешь, как я люблю их. Тут появился человек и спросил меня, знаю ли я тебя. После моего ответа он усыпил меня, а потом… Она заплакала. - Тише, маленькая моя, тише. - Саша, что скажет папа? – спросила Маленькая. Я взглянула в сторону. Что скажет Ян? Он спокойный человек, но когда дело касается его дочери, Самойлов становится очень агрессивным. Помню, когда Макс сильно злился на меня, я убегала в комнату подруги, где Ян рассказывал нам анекдоты. - Он ничего не скажет. Потому что мы ничего не скажем ему. - Но папа ведь узнает. Он всегда, когда отлучается, приходит и отводит меня к Марве. - Марва сделает тебе операцию, и ты снова станешь невинной. Я попрошу Макара, чтобы он стер тебе этот промежуток памяти, а волосы…а для роста волос есть одно хорошее средство. - Спасибо тебе, Саша. Я тебя никогда не забуду. - А я тебя никогда больше не брошу. Спи, девочка. Полина, наконец, успокоилась. Пока мама и бабушка решали вопрос насчет сегодняшнего инцидента, я сидела на крыше одного из зданий Филании и смотрела на свою планету Дегиду, которая словно висела в воздухе. - А я тебя искал, - я повернула голову; Максим подошел ко мне и сел рядом. – Как Полина? - Успокоилась и заснула. А ты чего? - Да я хотел спокойно в столовой комнате посидеть, но королева и принцесса мне не давали: кричали, чтобы я ушел, так как решают какое же наказание придумать для твоего «прынца», - подразнил меня мужчина. Я ударила его в бок, и тот засмеялся. - Он не мой! Мы замолчали, глядя на Дегиду. Оболенский встал на ноги и помог мне встать. - Мне нужно кое-что тебе сказать, - начал он. - Я слушаю, - мое сердце затрепетало. - Саша, мне действительно нужно улететь. - Я тоже улетаю на Дегиду: нужно вернуть Полину и забрать тетю с братьями. Полетели вместе, потом вернемся сюда. - Саш, ты не понимаешь. Я улетаю в Максибург и сюда больше не вернусь. Это не мое. Там я – влиятельный человек, а здесь – всем чужой. Как же мне хотелось закричать ему в лицо, что он не чужой, он – мой! - Максим, нет. Это же временно. Они привыкнут к тебе, и ты тоже будешь главным секретарем королевы. - А ты изменилась. Уже не узнаю ту противную девчонку. Я вижу перед собой взрослую девушку, которая скоро станет принцессой. Ты теперь не моя рабыня, и мне не стоит держать тебя возле себя. - Ты меня опять отпускаешь? – спросила я, чувствуя подступающие слезы. - Да, только потом я уже не верну тебя, - моя слеза не удержалась на ресницах и покатилась вниз по щеке. – Извини мне нужно идти. И он пошел. Саша, что ты стоишь? - Максим, я тебя… - ну же говори! Макс обернулся. - Продолжай. - Я тебя…отблагодарить хочу, - на вздохе договорила я, но совсем не то, что хотела. – Спасибо тебе за все. Он подошел ко мне и обнял. - Ты и правда изменилась. - Ты изменил меня. Он поцеловал меня так нежно, так сладко. - Пожалуйста, не уходи, - прошептала я, но Оболенский снова начал уходить. – Не бросай меня! – крикнула я, а он не остановился. – Ну и проваливай. Придурок! Ненавижу тебя! Я упала на колени и заплакала. Мне больно…моему сердцу больно. Я его потеряла. Потеряла…навсегда…