Ты мой грех

«Любовь бежит от тех, кто гонится за нею, а тем, кто прочь бежит, кидается на шею». ( У. Шекспир). Сквозь открытые окна я смотрела на безлюдные улицы и тонула в собственных мыслях. В голове куча мусора, впрочем, как всегда... Устало прислонившись лбом к прохладному стеклу и закрыв глаза, я снова ушла в себя, погружаясь в болото воспоминаний. Воспоминания, в которых остался горький осадок в душе. Дождь барабанил по стеклу, а я продолжала сидеть на подоконнике и смотреть в одну точку. Рядом лежала книга, и не просто книга, а библия. Отче наш, иже еси на небеси Да святится имя Твое, Да будет воля Твоя, Да придет царствие Твое и на земле, яко на небеси. Хлеб наш насущный даждь нам днесь И остави нам долги наши Яко же и мы оставляем должникам нашим. И не введи нас во искушение Но избави нас от лукавого. Раз за разом я перечитывала молитву, повторяя ее наизусть. Но почему-то две последние строчки мне никак не удавалось запомнить. Дождь усилился, а небо казалось мрачным, серым и таким далеким. Отложив библию в сторону, я сползла с подоконника и вышла из своей комнаты. Каждый Божий день я прохожу длинный коридор с зелёными стенами обвешанными картинами красивой природы и изображениями Христа. Ступая по лакированному полу, не услышишь ни единого звука. Школа Святой Девы Марии наполнена тишиной и благодатью. Здесь так хорошо, уютно и просторно. Хотя я считаю, что не помешал бы здесь ремонт... Слишком сильно цвет стен давил на глаза. По мне такие места должны быть оформлены более в светлые тона. И всё же мне нравилось здесь, учиться в этой школе, была именно моя инициатива, и после окончания учёбы я твёрдо решила посвятить себя Богу. Совершать благие дела, помогать людям, почему-то я считала, что это мой долг. Родные не одобрили моего решения стать монахиней. Они хотели видеть меня на престижной должности, мечтали, что я удачно выйду замуж. Но это не для меня. - Эй, Айя подожди меня! – Услышав знакомый голосок, я раздраженно закатила глаза. - Юи обязательно так кричать? У меня голова болит. - Массируя виски, я повернулась в сторону своей одноклассницы. Канэко Юи - такая же ученица школы Святой Девы Марии, как и я. А также моя одноклассница и соседка по комнате. Девочка довольно милая, но уж очень надоедливая, слишком приторная, что ли… Мне она казалось слишком легкомысленной и наивной. - Прости, я не хотела. - Юи виновато улыбнулась и состроила щенячьи глазки. Мне не нравилось, когда она так делала, давит на жалость. Может, я кажусь слишком холодной и черствой, хотя на это есть свои причины, почему я стала такой. Раньше я была совсем другой, увы, это было раньше, прежней мне уже не стать никогда. Я по-другому стала смотреть на мир и вещи происходящие в нем. - Ты куда-то сейчас собираешься? - вернув меня на землю, спросила одноклассница. - В церковь, мне нужно помолиться. - Сказав это, я резко развернулась и направилась к выходу, Юи поспешила вслед за мной. - О, правильно! Я с тобой! Ну, вот куда от нее денешься? Ничего не ответив, я продолжила свой путь, не обращая никакого внимания, что Юи за мной не успевает. На наше счастье, церковь находилась рядом со школой, всего-то пять минут ходьбы. Зайдя в храм, я уселась в первый ряд на третье место. На стене висел деревянный крест, перекрестившись пару раз, я уселась на скамейку и, закрыв глаза, сложила ладони, принялась молиться. Само здание было не слишком большое, но достаточно места для горожан, чтобы они приходили, чтобы беседовать с Богом, исповедовать свои грехи, крестить детей, или венчаться. В центре зала стоял рояль, вокруг него расставлено несколько свечей. Чуть выше - два больших окна овальной формы, на них были изображены красивые разноцветные рисунки в виде ангелов и святых. Напротив рояля стояла статуя Святой Девы Марии. Мой разум был полностью сосредоточен на молитве, я не замечала и не слышала никого вокруг, даже сидевшую рядом Канэко. Отче наш, иже еси на небеси Да святится имя Твое, Да будет воля Твоя, Да придет царствие Твое и на земле, яко на небеси. Хлеб наш насущный даждь нам днесь И остави нам долги наши Яко же и мы оставляем должникам нашим. И не введи нас во иску… «Что?»,- распахнув глаза, я испуганно уставилась на деревянный крест распятого Христа. Последние строчки как назло вылетели из головы, и почему я их никак не могу запомнить?! Поджав губы, я пыталась вспомнить нужные слова - ничего не выходило. Можно было, конечно, спросить у Юи, но девушка, сложив ладони вместе, уже молилась. Я не хотела прерывать ее, мне казалось неправильным, тревожить человека, когда он молится Господу. «Пожалуйста, Всевышний, помоги мне вспомнить последние слова, прости меня»,- молила я про себя, словно заговаривая воду каким-то заклинанием. Отче наш, иже еси на небеси Да святится имя Твое, Да будет воля Твоя, Да придет царствие Твое и на земле, яко на небеси. Хлеб наш насущный даждь нам днесь И остави нам долги наши Яко же и мы оставляем должникам нашим. И не введи нас во… Прочистив, горло я снова начала читать молитву. И не введи нас во... И не введи нас во искушение, Но избави нас... нас… Наконец вспомнив, я заново перечитала молитву вместе с последними строчками. Но избави нас от лукавого. Яко царствие Твое есть сила и слава. Во веки веков. Аминь. Облегченно вздохнув и перекрестившись, я открыла глаза и посмотрела в сторону Юи, та уже давно перестала молиться и с беспокойством смотрела на меня. - В чем дело? - немного грубо произнеся, я недовольно покосилась на одноклассницу. - Да нет, ничего... просто мне показалось, ты выглядела несколько напряженно. - Просто с трудом вспомнила последние слова молитвы, ничего особенного. - Не глядя в темно карие глаза Юи, я молча встала с места и, обежав ряды скамей, вышла на улицу. Канэко, как всегда кое-как плелась позади. Вернувшись в интернат, я сразу забежала в свою комнату, и устало плюхнулась на кровать. - Может, сходим чуть позже в продуктовый магазин, ты не против? Чувствуя, как проваливаюсь в объятия Морфея, я едва кивнула в ответ звонкому голоску. *** На улице заметно потеплело, серые тучи скрылись, и яркие лучи солнца вновь дарили нам тепло. Переодевшись в белую футболку и в серые джинсы с кроссовками, я прихватила свой черный кожаный рюкзак и, выйдя на улицу, стала терпеливо ждать свою соседку. В людных, местах мне не нравилось ходить в платье будущей монахини, хоть и собиралась ею стать, и вскоре мне придется ходить так всегда. Лично я была не против, но пока я училась, не хотелось к себе привлекать лишнего внимания. -Я готова! Обернувшись, я заметила стоящую Юи с довольной улыбкой. Как всегда, девушка подбирала себе короткие платья выше колен с тонкими лямками и туфли на высоком каблуке. Как можно носить такую обувь не представляю... Будущей монахине было неподобающе так одеваться. Вот только, Юи вовсе не собиралась становиться невестой Бога. Главная цель моей соседки после учебы, удачно выйти замуж и чтобы по любви, а также завести большую дружную семью. Не знаю как другим, но лично меня воротило от ее рассказов, как она хочет иметь свое хозяйство, быть женой, домохозяйкой, каждый день встречать мужа с вкусным ужином и выпечкой, да еще нарожать ему кучу детишек. Что за мечты, у десятилетней девчонки? Хотя сама одноклассница выглядела на вид весьма недурно. Она доставала мне лишь до плеча, да и фигура была слишком, на мой взгляд, худощавой, зато довольно-таки милое личико, с пухленькими щечками прилагалось в комплекте. Темные волосы коротко пострижены под каре, узкий вырез темно карих глаз, длинные ресницы и губы бантиком. Ну, конфетка одним словом. Слишком уж Канэко слащаво выглядела и вела себя как настоящая неженка, даже не по себе становилось. Именно из-за этого наша матушка настоятельница недоумевала, мол, как такой ангел как Юи не хочет служить вместе с ними Всевышнему, и как, такая фурия, как я пошла на такое. Мне часто доставались замечания от сестер и матушки-настоятельницы. Не смотря на это, женщина видела, как искренне я верую в Бога,учусь лучше многих, молюсь три раза в сутки, держу пост,- в общем, соблюдаю все правила. Вот и сейчас вспоминаю ее слова. «У тебя не простой характер дитя мое, однако, в тебе столько упорства. Ты добра с людьми, трудолюбива, готова всегда помочь, и стараешься изо всех сил быть ближе к Господу. Уж что говорить, я горжусь тобой, Айя». Я очень любила матушку-настоятельницу, в конце концов, она растила и воспитывала меня уже столько лет, с тех пор как я покинула родительский дом. - Айя, ты зайдешь со мной вместе в магазин? Пока я была в себе, то сразу и не заметила, как мы быстро дошли с Юи до нужного места. - Ты иди, а я подожду тебя снаружи, мне ничего покупать не нужно. Юи послушно кивнула и вошла в магазин. Потянувшись, я лениво прислонилась к стенке кирпичного здания, что стояло напротив супермаркета. Этот кирпичный дом так и не достроили, из него хотели построить то ли бутик, то ли клуб, но, так и не закончив работу, забросили все. Прошло где-то чуть больше двадцати минут, пока я ждала одноклассницу. Устав стоять в одном положении, я присела на корточки, подбирая и кидая камешек с земли куда-то вдаль. Долго так сидеть я тоже не смогла и поэтому, поднявшись, сложила руки в замок, шагая из стороны в сторону. «Ну и где эта Юи?!» Терпения уже не хватало и хотелось уйти, но неожиданно чья-то рука зажала мне рот. Я не успела опомниться, как была прижата к стенке из кирпича. - Не рыпайся и не кричи, просто выручи меня. На какой-то момент я застыла словно статуя. Этот проникновенный взгляд, этот голос. Парень, что зажимал мне рот и просил не шуметь, был известен на весь город. Яно Риота - главарь клана «Тигров». Пока до моего сознания дошло, кто меня насильно зажимал между собой и стенкой, я почувствовала его тело, ощутив горячее дыхание. А потом случилось нечто невероятное! Чужие губы накрыли мои...