Слабость сильного пола

      Этот каторжный день, именуемый вторником закончился. Завтра предстояла ужасная среда, когда в кабинет опять будут заваливаться ничего не представляющие из себя пустышки-альфы, которые думают, что они короли сексуального мира, и их плоские шутки самые лучшие. Как бы Мирослав хотел послать этих отвратительных и невоспитанных дебилов далеко и надолго, но он врач высшей категории, а это накладывает определенные обязательства.       Идя с пакетом, забитыми до отказа вкусностями для родных и угощениями для питомцев, он думал, куда катится этот мир? Время джентльменов альф и скромных непорочных омег прошло. На место добродетели пришла развращенность и сексуальность, а еще развязность и разнузданность. Омеги предпочитали ходить в таких узких и миниатюрных шортиках, что порой из них вываливались полушария задов. Топики стали настолько коротенькие, что видно было соски, обтягивающие полупрозрачные штаны, под которые не одевалось белье, делало омег доступными, и альфы пользовались этим.       Мирослав очень любил историю, читая романы прошлых веков, он поражался и боготворил чистоту прекрасного пола, к которому относился сам. В отличии от современной молодежи его воспитывали по-другому, наверное поэтому в свои двадцать четыре он был все еще один и девственник, мечтал встретить истинную пару, игнорируя предложения от альф, которые хотели лишь перепихнуться.       Его считали старомодным, хотя, скорее всего, предполагаемые женихи не желали иметь дело с многодетной бедной семьей. Мир к тому же был стопроцентным романтиком, мечтая о встречах под луной, прогулках в парке и поцелуях, украденных в тихушку. "Альфам сейчас нужно другое", - думал парень тяжело вздыхая. Сам он рос в семье, где царила любовь, нежность и взаимное уважение, и сам подсознательно искал альфу похожего на отца. В большом двухэтажном коттедже с мансардой и большим участком наполовину засаженным деревьями, горел свет. Все ждали возвращение старшего сына и брата, чтобы сесть за стол. Так уж было в этой семье заведено - ужинать всем вместе.       Стоило лишь зайти в ограду, и Мир был встречен заливистым лаем. К нему бросился золотистый ретривер, прыгая вокруг него и приветственно гавкая. - Табби! Меня встречаешь? – взяв два пакета в одну руку, он потрепал животинку за ухом. – Привет, моя девочка, пойдем, дам тебе косточку.       По дороге в супермаркет омега заскочил в зоомагазин. Потом за десертами - это был ритуал, который затягивался на добрый час после рабочего времени, и если Мирослав начинал прием с обеда, то домой еле-еле поспевал к ужину. Потому что для начала надо было ехать на маршрутках с пересадками до нужной ему остановки, потом идти в магазины, стоять в очереди у кассы и лишь потом добираться до дому, идя пешком около километра.       Машины у омеги не было! Была попытка учиться, он даже умел рулить по проселочным дорогам и полям и знал наизусть все правила, но стоило ему сесть за руль и поехать по оживленной улице, инструктор тут же начинал смеяться: «Мирослав, ты у нас блондинка за рулем». На этом попытка получить права закончилась. Омега не желал выглядеть идиотом и быть объектом насмешек. А все было очень просто – у Мира была амаксофобия в легкой форме, поэтому он не мог контролировать всю ситуацию, боялся окружающих водителей, что кто-то кинется под колеса и вообще, машина - это дорогое удовольствие. Колеса есть у обоих родителей и 22-х летнего Юки, все они периодически забирали старшего с работы и отвозили на нее, даже девятнадцатилетний Руслан на собственноручно собранном гоночном мотоцикле исполнял обязанность таксиста.       Омега очень боялся аварий, даже смотреть на них не было сил, поджилки тут же начинали трястись, его мутило, и он терял сознание. Доктор был очень счастлив, что не выбрал специализацию травматолога. В конце концов, сломанные члены всяко лучше переломанных тел, потому что первое восстановить можно всегда, а второе - с переменным успехом. Хотя, пару раз он даже оказывал первую помощь на месте аварии, а потом получалось, что доктору, потерявшему сознание, самому потребовалась помощь. Об одном таком случае, от которого его до сих пор бросает в дрожь, андролог вспоминать не хотел. Тогда мальчик был зажат между сидениями в искореженной машине, у него были сломаны два позвонка, но несмотря на ужасные травмы остался цел спинной мозг, и мальчик даже мог шевелить пальцами рук и ног. Пришлось изрядно попотеть, чтобы вытащить ребенка и при этом оставить его полностью неподвижным. С тех пор Мирослав стал побаиваться оживленного движения, а езда в автомобиле была просто каторгой. Он постоянно занимал себя чтением медицинской литературы, пока ехал в маршрутке или с родственниками в машине. В одном из газетных номеров о нем даже писали: «Благодаря оперативным действиям и высокому профессионализму доктора, который чудом оказался на месте происшествия и оказал первую медицинскую помощь на месте аварии, ребенок остался жив». Ни один врач скорой помощи тогда и не заподозрил такой странный перелом, одно неверное движение могло оставить пятилетнего альфу инвалидом на всю жизнь. А так, медицина идет вперед, ребенку поставили имплант, правда долго он ходил чуть ли не в доспехах с шлемом поддерживающих шею, и спустя восемь месяцев родители с единственным сыном появились на пороге «Полного дома». Мирославу предлагали сменить квалификацию, пойти работать в 03. Да, денег меньше. Но! Сколько жизней он мог бы спасти, а омега лишь отшучивался: «Это не дело, когда для доктора тоже нужна скорая.»       Ох уж эти воспоминания, как всегда заявляются без приглашения в самый неподходящий момент. - Идем, Табби, у меня для тебя новая игрушка.       Псина приветливо завиляла хвостом, вставая на задние лапы, и стала прыгать вокруг. Мирослав обожал своего питомца и баловал его при каждом удобном случае. Таблетку подобрал отец возле мусорных контейнеров, тогда, маленький чумазый вонючий комочек не представлял из себя практически ничего, но единственный омежка в семье, кроме папочки, очень хотел собачку, кто же мог подумать, что из писклявого замарашки вырастет такая красавица. Табби уже 5 лет для семьи Рюриковичей она стала полноценным членом семьи, впрочем, как и другие животные.       Зайдя в прихожую, Мирослав поставил пакеты на пол, которые тут же стал охранять ретривер от посягательств других обитателей «Полного дома», снял туфли, убирая их на полку с подогревом, переобулся в тапочки, слегка лениво стянул с себя куртку, чтобы повесить. - О, боги! – взвизгнул он, поворачиваясь к открытому шкафу, который, по сути, представлял из себя огороженные сверху и с боков вешалки для верхней одежды. - Юки! – крикнул он. – Ералаш снова на верхней одежде!       Самый крупный из себе подобных, 50-ти сантиметровый хамелеон Осталети думал, похоже, что он часть серебристо-черной куртки хозяина. Сидя неподвижно, зверюга вращала огромными глазами в разные стороны. - Принеси его мне, как будешь подниматься… - послышался сверху голос альфы.       Сняв холоднокровного с одежды, Мир посадил его на лестничные перила, этот зверь очень медлителен и не сможет далеко уползти, пока он тут раздевается. По коридору, ведущему в игровую и гостиную, послышались весьма характерные звуки ползущего ребенка и его радостное мычание, сопровождающееся цоканьем коготков о паркет. Табби лишь шевеля ушами, продолжала охранять вверенные пакеты.       Омега внутренне напрягся, что снова во рту у оставленного без присмотра полуторагодовалого альфы? При появлении самого младшего члена семьи, глаза у Мирослава открывались все шире. Во рту у ребенка был зажат полосатый хвост зеленой игуаны. - Валь! – закричал Мирослав.       Спустя лишь мгновения на лестнице послышались быстрые шаги, и вниз сбежал подросток. - Флаффи… - альфа рассмеялся, а его питомец, услышав голос хозяина, забрался малышу на спину, надеясь на спасение от мелкого изувера. - Валь, ты знаешь, что слюна игуаны может быть опасна для ребенка, может начаться заражение. - Мир, не кипятись! Флафф еще ни разу никого не укусил. Вот чо ты заводишься? – присев на корточки, альфа посмотрел на младшего брата. – Хидеки, отдай хвост, – попросил он прекрасно понимая, что забирать бесполезно, иначе альфенок сожмет челюсти сильнее.       Малыш послушно открыл рот, и получившая свободу игуана тут же забралась на плечо своего хозяина. - Ералаша тоже забери, – попросил омега. - Есть, док! – брат встал по стойки смирно, потом забрал пресмыкающихся и удалился в комнату. – Мам… сестренка вернулся, – возвестил брат на весь дом. Сил злиться на альфу в период гормонального становления у омеги совсем не было, и он пропустил издевку мимо ушей.       Но на этом приключения на тему «Я и мои животные» не закончилось. Самым безобидным набором из всего присутствующего в доме были амфибии восьмилетнего Игоря. Те хоть далеко от воды уйти не могли и пределы комнаты никогда не покидали и соответственно не мешали. Лисичка - фенек и хорек альбинос Акито и Вадима спелись давно и периодически совершали набеги не только на плохо спрятанные вкусняшки, но и на вещи обитателей дома. Тырилось все, что нравилось: наушники, игрушки, украшения, брелки с ключами, даже пуговицы у одежды отгрызались. Ключи впоследствии стали запираться в стеклянном шкафу у входа. И сейчас эта парочка уже сунула нос в пакеты, уворовывая блестящие, для них, кстати, приготовленные игрушки с колокольчиками.       Но отличался от всего «нормального» сообщества животных лишь наглый синий ара, которого 19-ти летний бета Руслан звал ласково: Детка. Эта огромная наглая бестия, свободно перемещаясь по всему дому, терроризировала весь зверинец, даже папиного мейн-куна Адара, для своих Ад и Адик из-за чудного характера. Черная наглая двенадцати килограммовая бестия считался полноправным хозяином в доме, но и он боялся орущую птицу. В конце-концов этот король зоопарка даже объединился с добродушной Табби против попугая. - Мир-р-р… - с огромных рогов, висящих на стене в прихожей, слетел синий комок перьев и уселся к омеге на плечо. - Дай кр-р-рекер-р-р…- протянул он, тщательно выговаривая слова. – Дай!       На что тут же был облаян ретривером, который намекал на наглость ары. На заливистый лай с лестницы спрыгнул «хозяин зоопарка» и тут же решил поохотиться за длинным синим хвостом. - А-а-а… убивают! – заголосил попугай. – Спасите, пер-р-рьев лишают.       Табби продолжала лаять, а Ад готов был с ног свалить Мирослава лишь бы добраться до ненавистной птицы. Детка вернулась на свое место под потолком, и, ходя по ветвистым рогам, тихо отвешивала проклятья в сторону собаки и кота. После нескольких безрезультатных попыток достать птицу, мейн-кун успокоился и стал тереться о ноги старшего сына, мурлыча и доверчиво смотря в глаза, Табби тут же умолкла и легла около пакетов, поскуливая. - Правильно, кто в доме хозяин? – смеясь, спросил омега.       Погладив Адара, он дал черному монстру кошачью колбаску, а своей собаке обещанную косточку. - Мир-р-р хор-р-роший, – принялся нахваливать парня ара, сидя на безопасном насесте. – Дай кр-р-рекер-р-р.       Омега усмехнулся, вытащил из пакета печеньки для попугая. - Отнеси Руслану, он откроет.       Попугай умело подхватил пакет на лету и скрылся на лестничном пролете. Но тут же снова появились два тихушника, которые по отдельности нигде не появлялись. Получив свои вкусняшки лисичка и хорек скрылись. Вот кто был воистину безапелляционным, пришел взял что нужно ушел. Решение обжалованию не подлежит! - Мое сокровище, с работы вернулся, – вышедший встретить Мирослава Олег поцеловал сына в висок. – Как прошел рабочий день?       Альфа всегда очень интересовался работой сына. Отцу было стыдно, что омега не сидит и не нянькается с детьми, как другие представители его пола, что Мирослав, как и он сам, зарабатывает деньги для семьи. Олег очень печалился, что старший ребенок так до сих пор не обзавелся своей собственной семьей. - Все хорошо, отец. С сегодняшнего дня и до пятницы будут проходить школьные медосмотры, – сказал он с гордостью. – Это дополнительные деньги. - Бедный мой малыш, – Олег обнял его, с нежностью прижимая к себе. – Не о деньгах должен думать мой мальчик, а о своем муже и детишках. - Ну, отец… - недовольно начал парень. – В Японии вот до 30 лет дети должны жить во благо семьи и родителей, которые вырастили их. Так что, у меня еще больше пяти лет. - Шкодник! – альфа потрепал его по волосам. – Давай пакеты унесу на кухню, а ты переодевайся, умывайся и ужинать.       Счастливый Мир кивнул и пошел в свою комнату. На правах старшего сына он делил мансарду с Юки. Под крышей «Полного дома», как называли родители семейный коттедж, было место под две комнаты для старших сыновей. У Омеги был даже свой балкончик, куда он любил выходить ночами, чтобы посмотреть на звезды и помечтать. Этим он обязательно займется вечером перед сном, а пока, быстренько сменить строгий костюм на домашние штаны и футболку, по-быстрому принять душ в своей собственной ванной комнате, которую все же приходилось делить с братом, и бежать сломя голову вниз, совсем как в детстве, чтобы побыстрее усесться за стол и уплетать вкуснейший в мире ужин.       Пока старший брат принимал душ, Юки с серьезным видом сидел на крышке унитаза в позе лотоса. - Ты чего так тяжело дышишь? – спросил Мирослав. Смотря на мутный силуэт, который расплывался в толстом мутном пластике душевой кабины. - Вопрос к тебе есть, как к доктору. - Спрашивай.       Из-за шума воды приходилось говорить на повышенных тонах. - Вот смотри… - Смотреть буду как выйду, – смеясь ответил Мир. – Пока просто говори. - Говорю, – брат тяжело вздохнул. – У меня есть любовник. Ну ты знаешь, омега с нашего курса. До последнего времени все было нормально, но уже недели две у меня на него не стоит, а если Влад орально и пытается поднять меня, то во время секса оргазм очень слабый, и мне даже париться не надо по поводу сцепки, потому что ее попросту не бывает, - альфа встал и подошел вплотную к кабинке, утыкаясь лбом в запотевший пластик. – Скажи мне, брат, я заболел? Я становлюсь импотентом?       Мирослав молчал, соображая, что же такое происходит с братом. - А когда ты один, в своей комнате, онанизмом занимаешься?       Альфа фыркнул, он что, ребенок? - Нет, зачем? У меня же есть постоянный партнер. - Тогда пока я моюсь, просто подрочи, – предложил доктор. – Чисто в медицинских целях, только без представления перед собой Влада, просто омегу, например… в душе.       Юки хмыкнул. - Скажешь тоже!       Но все же, брат андролог, ему лучше знать. Усевшись на пуфик в углу, он прислонился спиной к стене и закрыл глаза, вскоре рука нырнула под домашний халат в штаны к спящему члену. Как просил брат, он представил омегу в душе, как тонкие пальцы гладят себя, размазывая пену по точеному телу, как бегут струи воды, смывая ее, как вода бежит по соскам, по животу… К своему собственному удивлению, член быстро поднялся и запульсировал, требуя объект мечтаний. Альфе показалось, что он даже запах в этой ванне почувствовал, но не принадлежащий брату, а кому-то еще, невидимый ели уловимый флер словно окутал его, и к этому запаху тянулось тело, член требовал обладателя этого запаха, но Юки даже не мог понять, кто этот омега, послевкусие отличалось от Владовского. Он даже не заметил, как вытащил член из штанов, как рука металась вверх-вниз, а он сам уже стоит в толпе студентов идущих по коридору, пытается выискать того единственного обладателя чудесного ванильного аромата. И в тот момент, когда его сотряс мощный, за последнее время, оргазм, когда следы его преступления мелким жемчугом рассыпались по полу, дверь ванной открылась, и в проеме возник Тайске. - Юки! – заверещал омега. – ты что, дрочишь на собственного брата? Извращенец! Кого я вырастил! Разрыдавшись, сорокалетний омега схватил полотенце и стал лупить им взрослого сына. - Пап, ну пап это… Мир, скажи ему! – вопил альфа, стараясь и спрятать обмякающий член, и увернуться от буйств папочки.       Услышав несвойственные данной комнате звуки, Мир выключил воду и вышел из душа, обматывая бедра полотенцем. Увидев ледовое побоище, он звонко рассмеялся. Угораздило же папочку зайти в такой неподходящий момент. Стараясь не наступить в разбрызганную сперму, в которую уже наступили и не раз брат и папа, он прижался к стене. - Мир, скажи ему, ну скажи! – совсем по-детски вопил здоровяк Юки убегая от родителя. - Пап, поздравляю! – заявил доктор. – Ваш сын встретил свою омегу, только пока не знает, кто он, – вся эта ситуация забавляла доктора. - Он учится со мной в универе, – альфа старался вразумить папу, закрываясь от очередного удара, которого, впрочем, не последовало.       Тай стоял, замерев и смотря на парня, хлопал глазами. - Он на потенцию пожаловался, – сказал Мир, подходя к Тайске, обнимая его и целуя в щеку.- Привет, папочка. - Привет, малыш,– ответил омега ошалело. – то есть… потенция. - Брат случайно встретил свою истинную пару и даже не заметил этого, поэтому любовник отпадает, ему нужно было понять, что случилось. Я попросил его заняться онанизмом сугубо в медицинских целях, – Мирослав в такие моменты даже дома становился доктором, говорил весьма деловито. Так, как общается только в часы приема. - Олух! – Тай замахнулся на альфу полотенцем. – Встретил истинного и даже не понял этого! Что за тюфяк! - Я, кстати, об учебе думаю, – фыркнул альфа.       Он учился так же как и брат в лучшем университете страны, на инженера-конструктора робото- и космической техники, мечтал побыстрее закончить и начать заботиться о своей семье, ведь ему, как и Мирославу в свое время, даже подрабатывать запрещали, отец заявлял, что выкрутится, что деньги на карманные расходы у сына будут, а пока надо учиться, нечего тратить силы на низкооплачиваемые работы, нефиг с него брать пример. - А потом я должен работать и помогать семье! – заявил Юки. - О своем истинном заботься! – огрызнулся Тай. – Нельзя упускать пару.       С чувством выполненного долга он обтер домашнюю обувь тряпкой и заявив: "Сын, свою оказию вытирай сам!" Удалился, гордо подняв голову. Ведь надо было еще мужу рассказать о том, что сын встретил свою пару.

***

      Ужин в этом семействе проходил как всегда шумно. Стол ломился от яств, приготовленных папой, который в свое время работал поваром в одном из элитных ресторанов и еще немного, мог бы стать главным на кухне, но в итоге встретил свою любовь. Братья цапались и ругались друг с другом из-за еды, животные поумнее были тут же. Детка сидела на спинке стула хозяина, выпрашивая у него что-нибудь съесть, тем же занималась Табби, сидя около Мирослава. Наглый Адар бродил под столом, терся об ноги и мурлыкал, прося у мелочи мясо, иногда его даже получая.       При взгляде на это не богатое семейство, землю которому выделило государство, как многодетному, а дом так и вообще достраивался в течении шести лет, откуда было такое множество экзотических и дорогих животных? Все дело было в отце. Альфа, совершенно несклонный к точным и тонким наукам и закончившим только среднюю школу, работал на мусоровозе и обладал редким даром – находить разные вещи, он был просто везунчиком. Новенькая плазма в гостиной была принесена им совсем недавно, Олег нашел сломанный и списанный огромный телевизор на одной из мусорок около магазина, приволок домой на откуп Юки, который постоянно что-то разбирал. В итоге, после нескольких часов кропотливого перебора всех деталей и паяния у семьи новый телик. Отец находил все: телефоны, золото, деньги, по возможности он, конечно же, возвращал все, что было возможно. Вещи, чьи хозяева так и не были установлены, оседали в доме. Новый айфон у Мирослава, который был случайно выкинут какими-то продавцами, магазин так и не был найден. Даже будущего супруга и свою истинную пару альфа нашел благодаря своей способности всего лишь по потерянному носовому платку. То же было и с животными. Умирающий котенок - выбраковка был найден в мусорном мешке. Почти задохнувшийся попугай выкинут в тубусе для чертежей струсившим контрабандистом, тоже было с игуаной и хамелеоном. Только хорька и фенька, посчитав бешеными, принесли усыплять в ветеринарку, в которую Олег исправно носил всех найденных животных, где врач предлагал просто усыпить и не мучить, а альфа относил всех своему сыну доктору и в итоге, почти у всех детей животные. Так и ветеринар, видя не принесенных впервые заморышей, а полных жизнью здоровых зверей удивлялся гениальности омеги и иногда вызывал Мирослава на безнадежные случаи. Врач андролог почти всегда спасал бедных зверят, за что получал немалые деньги, а ветеринар кусал локти говоря, что омега выбрал не ту профессию. Только вот Мирослав всегда мечтал лечить людей, животных ему просто было жалко.       Тай с улыбкой смотрел на детей, на мужа. Вот оно омежье счастье: полный дом детей, дружная семья, вот она, настоящая жизнь – переживать за детей, радоваться их успехам. Он все реже мечтал о том, что хочет открыть небольшой семейный ресторан, где небогатые пары смогли бы вкусно покушать, где устраивались бы семейные праздники и небольшие свадьбы. Но мечте не дано было сбыться из-за очередной беременности, а теперь он просто был домохозяйкой и готовил для своей любимой семьи. Ему уже сорок один, он счастлив и все вроде как хорошо, только вот… Тай нахмурился, немного растерянно посмотрел на мужа и встретился взглядом со старшим сыном стушевался, слишком уж проницательно смотрел молодой специалист.       Мирослав удивленно смотрел на папу. Этот взгляд он хорошо помнил, так смотрел папочка думая, стоит ли сказать мужу об очередной беременности или пойти и сделать аборт. Если сказать, то Олег ни за что не разрешит прервать беременность, скажет лишь: "Буду работать побольше и следующие 8 месяцев будет самым счастливым альфой". А если не сказать и пойти в абортарий? Тай дойдет только до входных дверей и испугается, потому что все дети дарованы богом, и бог помогает их растить.       Омега снова взглянул на сына растерянно и ошалело, Мир улыбнулся и прошептал одними губами: «Поздравляю.» Теперь он взрослый и сможет помочь родителям растить детей не только сидя с ними, ухаживая за ними, стоит лишь взять еще одну ставку и работать не как обычно по полдня, а целый рабочий день. В больницах серьезная нехватка урологов - андрологов, всегда так было, поэтому стоит просто работать в двух поликлиниках. Папочка уже понял ход мыслей сына и прошептал в ответ: «Прости…» «Все хорошо. Скажи ему.»       Оба омеги очень часто общались вот так, беззвучно. - Дорогой… - вкрадчиво произнес Тайске обращаясь к мужу. – Я снова жду ребенка. - Правда? – Олег расцвел, дети - цветы жизни, дети - это продолжение рода, эти малыши будут великими людьми, это точно! – Тай, жизнь моя, спасибо!       Альфа опустился на колени и стал целовать колени, руки своего супруга. - Господи, пусть это будет омега, пожалуйста…       Тай сидел, плакал и смеялся, теребя волосы альфы. Ни у кого не возникло вопроса, на что содержать малыша. К тому же, десятый ребенок это редкость, семья и так имела большие привилегии. Обучение детей оплачивалось, питание было бесплатным и в центре помощи семьи выдавались продукты, одежда. К тому же, Рюриковичи получали разовое годовое пособие каждый декабрь текущего года в размере 10 минимальных окладов. Всех приезжих министров всегда везли в эту образцовую семью, однажды к ним приезжал даже президент, перед перевыборами, после чего им выделили денег и стройматериалы и «Полный дом» был достроен.       Дети наперебой стали поздравлять родителей, Юки заявил, что в этом году заканчивает учиться и пойдет работать. - У тебя омега есть, – заявил Тайске возмущенно. - Если он моя пара, то пара во всем и значит, ему будет в радость большая семья, к тому же, куда я его приведу? Только сюда!       Тайске захлопал в ладоши, еще один омега в семье это просто счастье. - Тогда надо начать строить вам свой домик в саду. Чтобы жили отдельно. - Ура! Я тогда буду жить в мансарде, – оживился Алек. - Наконец-то у меня будет своя комната! Слава богу! – Влад молитвенно сложил руки.       Ему было уже 15, а жил он в одной комнате со своим братом близнецом. Все здесь было как обычно.

***

      Наконец-то шумный ужин закончился и можно сбежать. Пожелав малышам спокойной ночи, проверив уроки у Игоря, Акито и Вальки с Вадиком. Мирослав уединился в своей комнате. Накинув на плечи теплую кофту, парень по обыкновению вышел на свой балкончик с чашечкой горячего шоколада, который всем делал папа перед сном и, облокотившись на ограждение, поднял голову. Он плохо разбирался в созвездиях и звездах. Сколько бы Юки не повторял, они просто были мерцающими пятнышками на покрывале ночи: красивые, большие и малые, но не более. Его семья самая счастливая на свете, вот бы и ему обзавестись такой же. Встретить наконец своего альфу, того единственного, которому будет важно не только его тело, но и душа. Который примет всю его большую семью, и сам будет хотеть такую же. Мир закрыл глаза и представил, как он и его избранник идут по набережной взявшись за руки, иногда останавливаясь и смотря на яркие огни большого города, как целуются стоя на мосту, и альфа нежно прижимает его к себе, защищая от ночной прохлады, как дует на озябшие руки. Парень тихо застонал от боли, что пронзила вдруг сердце. Эти мысли всегда заканчивались слезами, ведь сколько бы он не мечтал, ему почти 25 и он все еще один и все еще девственник.       Допив горячий напиток, омега отнес посуду и после вечерних гигиенических процедур улегся в кровать. «Господи. Сделай так, чтобы мой альфа нашел меня…» - попросил он прежде чем закрыть глаза и провалиться в глубокий сон.