Глава 2.
1 октября 2014 г., 09:44
На кухне, куда привел меня тролль, я нашел большой деревянный поднос, поставил на него гору тарелок под пристальным и удивленным взглядом повара и его помощников, следящих за манипуляциями с установкой посуды — там тоже своя система — и собрался было продефилировать на выход, как меня остановил вопрос хозяина:
— И как ты это донесешь? — тарелки стояли в три яруса одна на одной по краям. Я на его вопрос только ухмыльнулся и ответил:
— Легко и побольше носил, привычка, но скорее просто ловкость рук, — после чего под пристальными взглядами направился к столу этого типа.
Представ перед ним, ловко, танцующими движениями, сервировал стол, расставлял тарелки, попутно раскладывал приборы так, как уже давно вошло в привычку, при этом поглядывая на изумленного эльфа.
— Ты новый слуга? — певуче поинтересовался тот, разглядывая меня сверху донизу. — Одежда у тебя необычная, да и движения слишком пластичные, отточенные, — уставившись на бабочку, констатировал он, слегка нахмурив брови и о чем-то попутно размышляя, явно что-то задумал.
— Обычная спецодежда для официантов, — пожал плечами я, проигнорировав первый вопрос, что бы не выдавать себя раньше времени. На новое и необычное слово в этом мире тот только мельком глянул на меня слегка удивленно, но я сделал вид, что не обратил внимания, не став объяснять, кто это такие и с чем их едят. Вместо этого церемонно, как и учили, поинтересовался у посетителя, слегка склонив голову набок: — Еще чего-нибудь изволите?
— Да, тебя, — как само собой разумеющееся, приказал эльф, даже не взглянув на меня, а беря в руки столовые приборы и начиная накладывать себе еду; мне едва удалось сохранить дежурную улыбку.
— К сожалению, но я в меню ресторана не вхожу, — продолжая улыбаться, категорично отказался я. Тот только успел положить первый кусок в рот, медленно начиная жевать. На пару минут повисла пауза. А он культурный, однако, с набитым ртом не разговаривает, похвально.
— Здесь я приказываю, кто входит, а кто нет, — прожевав то, что было, зло и надменно взглянул на меня посетитель.
— Нет, не вы, к вам я не имею никакого отношения, вижу вас впервые в жизни, не говоря уже о том, чтобы исполнять ваши прихоти. Я, знаете ли, хорошо воспитанный человек, но и у меня есть предел терпения, — не унимался и я, заставив этого надменного типа заскрипеть зубами.
— Ты — грязный слуга, который не имеет права открывать рта в присутствии перворожденного, — прошипел тот. — И я научу тебя манерам, ты у меня сапоги вылизывать будешь, стоит мне пальцами щелкнуть, и тапки в зубах приносить, как преданный пес.
— Напротив, я очень даже чистый, и у меня санкнижка есть, могу показать, — я уже откровенно издевался. — К тому же я не слуга, а добровольный помощник. А вот вылизывать сапоги — это негигиенично, неизвестно какая зараза там на них, подхватить дизентерию, дифтерию и иже с ними в мои планы совершенно не входит.
Пока эльф собирался еще что-то сказать, открывая и закрывая рот, при этом не забывая и жевать, из его ушей, казалось, вот-вот повалит пар, я, вильнув бедрами, мило и любезно осведомился:
— Повторяю свой вопрос, еще чего-нибудь из еды желаете? У меня работы много, знаете ли. Я могу идти? — мне показалось, что я услышал треск зубов этого типа. Ответом меня не удостоили, потому, усмехнувшись, я сам ответил за него: — Что же, молчание знак согласия. Приятного аппетита.
— Стоять! — Не успел я и шагу сделать от стола, как меня остановил окрик разгневанного эльфа, который со злости скинул на пол столовые приборы, отшвырнул в сторону стул, создавая неимоверный грохот, на который даже не обратил внимания, видимо, в порядке вещей дебош устраивать.
А вот то, что произошло потом, заставило сердце колотиться быстрее, а душа едва не распрощалась с телом, когда меня резко схватил подскочивший эльф, встряхнул и потащил на выход, вцепившись мертвой хваткой. На улице стоял красавец-скакун, белый, как снег, с длинной гривой, на него-то и попытался закинуть меня эльф, но я уперся всеми четырьмя конечностями.
— Вы что себе позволяете? Что за самоуправство? Вы нарушаете права человека, часть вторая, пункт пятый уголовного кодекса... — я сам не знал, что несу, но главное было не молчать.
— Заткнись, с этой минуты ты мой раб и будешь делать все, что я тебе скажу, больше ты не имеешь права голоса, — перебил меня этот наглец, заставив задохнуться от возмущения.
— Что? А не пойти ли тебе по маршруту, который я тебе укажу, если хочешь, еще и волшебный пендель подсуечу? — вызверился я, отшвыривая от себя этого гада, на миг расслабившегося, откуда только силы взялись. — Не будет свободный русский никогда рабом, — пафосно изрек в конце, подхватывая с земли толстую палку и чувствуя себя немного увереннее с таким-то оружием.
Но когда эльф извлек длинный меч из ножен, у меня все внутри сжалось от страха. Не успел перворожденный броситься на меня, как от дверей харчевни раздались аплодисменты. Мы одновременно повернули головы в ту сторону. Там стояли Эйл с троллем и наблюдали за нашей перепалкой. Я заметил краем глаза, как при взгляде на моего спутника слегка вздрогнул мой противник, но тут же снова вернул себе надменность.
— Ай-ай-ай, меч против палки, тц... тц... — прищелкнул языком Эйл. — И это будущий владыка эльфов.
— Тебя это не касается, — буркнул ушастый, отходя на шаг. Я даже поразился такой метаморфозе. Этот надменный тип вдруг испугался оборотня? Странно, с чего это вдруг? Или Эйл необычный оборотень, или не так прост, как пытался мне показать. — Мое право как усмирять собственного раба.
— Кого? — мой товарищ широко распахнул глаза, медленно, по-хищному приближаясь к нам, от чего белобрысый напрягся. — Раба, говоришь? А с каких пор мои друзья вдруг стали рабами? Да еще и забыв меня уведомить о таком знаменательном событии? Ты его купил? — эльф отрицательно мотнул головой. — Его согласие получил на добровольное рабство? — еще одно мотание. — Хм, решил действовать по уже привычному принципу? Что украл, то мое? — эльф резко вскинулся, но Эйл не дал ему и слова вставить. — А ты знаешь, что только что перешел предел допустимого, попытавшись украсть одного из моих друзей и сделать рабом?
— Твоего... кого? — почти шепотом, с ощутимым ужасом в голосе произнес эльф, с опаской переводя взгляд с меня на юношу и обратно. Его кожа враз побледнела. Он и до этого румянцем не светил, но сейчас был белее мела, даже смахивал на покойника, да и то их краше в гроб кладут.
— Значит так, — ткнув пальцем в грудь ушастого, начал Эйл. — Ты прекрасно знаешь, какое тебя ждет наказание, если я предам этот факт огласке? К тому же обвинив в попытке рабства свободного? — эльф убито кивнул. — А значит, еще раз я увижу тебя в этой харчевне... да и вообще в городе — пеняй на себя. Понял? — еще один убитый кивок. — А сейчас уходи прочь, — махнул рукой Эйл, после чего этот тип вскочил на коня и собрался было дернуть поводья, как его окликнули: — Во-первых, ты забыл извиниться перед юношей за причиненные неудобства и оскорбление, а во-вторых, ты должен еще и оплатить расходы хозяину этой харчевни за всех слуг, которых он потерял по твоей вине.
От тона Эйла вздрогнул даже я, вытянувшись по стойке «смирно». Казалось, он вроде и говорил спокойно и негромко, но от самого тона, в котором сквозила власть, сила и сталь, меня словно мороз пробрал до самых костей, заставив кровь застыть в жилах. Не хотел бы я иметь этого юношу во врагах.
Эльф не сказал ни слова, только достал два кошелька: один бросил мне, второй троллю, который, несмотря на приличное расстояние, ловко его поймал, я свой тоже прижал к груди, едва ли как самую величайшую драгоценность. А что? Так ведь оно в сущности и было, это мои первые кровно заработанные в чужом мире. Зря я, что ли, столько страха натерпелся?
Как только перворожденный ускакал, я обернулся к товарищу и хотел было поблагодарить за своевременное вмешательство, так как еще немного — и меня бы порубили в капусту и палка бы не спасла, так как оказалась бы абсолютно бесполезной против мощного колюще-режущего оружия перворожденного, как он сам первый хлопнул меня по плечу и довольно изрек:
— Ты молодец, отлично справился, у тебя отменные актерские способности, а теперь пойдем, надо это дело обмыть. — Я только кивнул, так как и сам бы сейчас не отказался от чего-нибудь успокоительного.
— Слышь, малец, — обратился ко мне тролль, я повернул к нему голову. — А в каком ты его собрался посылать направлении?
— А, — махнул рукой я. — В пеший эротический и без вазелина, — произнес я свою любимую фразу. Оба парня хмыкнули, едва сдерживая улыбки. — И я не малец, меня Степан зовут, — представился я троллю, хотел было еще и по привычке руку протянуть для пожатия, но меня снова хлопнули по плечу, едва дух не вышибли, подталкивая к двери заведения.
Внутри харчевни на столе, за которым недавно сидел Эйл, стояли несколько больших кружек с крышками, а еще несколько тарелок, на которых лежали кусочки, по виду напоминающие белое копченое мясо курицы. Вот только вкус оказался другим. Сам же напиток имел необычный привкус, с легкой горчинкой, но мягкое и приятное, это питье легко шло, как компот. Зато через несколько минут будто по голове кто огрел, все стало расплываться, тело стало легким, а ноги ватными. Глаза сгребались в кучку, не желая расфокусироваться.
— Кажется, нашему гостю уже достаточно, — глянув на меня, произнес тролль, мне пришлось с ним согласиться, к тому же еще и голова стала тяжелая.
Уронив ее на руки, я решил всего лишь на минуточку прикрыть глаза, в которых уже все плыло, на меня, казалось, даже внимания не обратили. Сквозь полудрему я слышал, как оба парня говорят о драконе. «Наверное, решают, как и где его лучше ловить», — подумал я с улыбкой. Как же мне повезло, что попался этот оборотень. И чтобы я без него делал? Для начала попал бы под дождь, заблудился, напоролся бы на кого-нибудь похлеще эльфа...
Дальше мысли закончились, меня стал окутывать, словно покрывало, сон. В последнюю секунду, уже глубоко проваливаясь в объятия Морфея, почувствовал, как меня подняли на руки и куда-то понесли. Мне стало так тепло, уютно и хорошо, что я, удовлетворенно мурлыкнув, потерся щекой о теплую грудь и довольный, наконец-то, отключился.
