Мстители. Чистое сознание

Два года назад.       - Завтра вылетаешь в Санкт-Петербург. Необходимо помочь агенту устранить цель. – Пирс выложил на стол фото мужчины. – Агент не имеет возможности сделать этого самостоятельно, дабы не засветиться. После ее необходимо доставить сюда для передачи ценной информации.       - Ее? – Солдат оторвал глаза от бумажной папки с деталями задания. Пирс развернул планшет к солдату. Нечеткое изображение с дорожной камеры – девушка, темные волосы, красные губы, черная косуха, высокая, но тонкая и грациозная. Олененок Бэмби, обманчиво беззащитный.       - Наемница. Кодовый позывной – Псайлок. Шифруется на "отлично", информации ни в базах Интерпола, ни в сети нет. Исполняла это задание для русской разведки, но что-то там не срослось с оплатой, и она вышла на нас.       - Мало информации, – сухо отозвался наемник.       - На то она и лучшая в Европе, – парировал председатель. – Заиметь такого агента в своих рядах я бы не отказался. Исполни все в безупречном виде.       - Так точно, – солдат промаршировал к окну кухни и тут же растворился в ночной мгле, словно привидение.       - Да, и раскошелиться придется прилично, - произнес Пирс сам себе, задумчиво отпивая молоко прямо из пакета. – Надеюсь, она и впрямь того стоит.       Не то, чтобы Пирсу не хватало разведданных, старательно добытых агентами организации «ЩИТ», находящейся под его прямым контролем, но иметь рядом собственную Черную Вдову, как Фьюри, лишним не казалось. А вопрос оплаты как-нибудь да утрясется.       «Крайне опасна», - значилось в ее деле на пару страниц, размазанных и так довольно крупным шрифтом, переданном лично Зимнему Солдату в руки. Искусная манипуляторша, рано начавшая свою разведывательную практику в рядах британской разведки. Пирс не отправил за ней Брока, опасаясь, как бы она не бросила в его недалекий ум какой-нибудь опасный якорек. Барнс же был устойчив к подобного рода провокациям, ведь провоцировать что-либо в пустом сознании все равно, что пытаться надеть штаны через голову. Тем более что перед самым отъездом его память еще разок старательно подчистили. ***       В северной столице России редко кого увидишь в красном. Особенно не туриста. Особенно в девять утра в понедельник. Но тех, кто осмеливался оживить серый, дождливый город ярким пятном будто связывала невидимая нить. Они видели друг друга издалека и как-то по-особенному улыбались, словно члены тайного общества, что случайно встретились среди повседневности. Сегодня камуфляж ни к чему. Сегодня Бэт Брэддок - французская туристка, красное пальто как раз в тему. Сойти за русскую не судьба, так как заговорить по-русски чисто, без акцента у нее так и не вышло, хотя она прожила в России почти четыре года. Бэт пересекла Исаакиевскую площадь по направлению к месту встречи – лавочку, с которой отлично просматривался Мариинский театр. Девушка, представившаяся некоей Натальей Шостаковой, агентом ФСБ, которой Бэт предстояло передать ложную информацию, уже ожидала ее на месте, аккуратно сидя на краю под красным зонтом.       - Распогодилось сегодня, – огненно-красное пятно плюхнулось на середину лавки, небрежно вытянув ноги.       - Надо же, а мне показалось, дождь еще идет, - собеседница выглянула из под своего громадного, в тон пальто прибывшей зонта и тут же закрыла его. На прорвавшемся из-за туч осеннем солнце блеснули золотом рыжие кудри.       - Удивительно, - усмехнулась Псайлок, переходя на русский. – Неужели Родина-мать позвала?       Шпионку Наталью Романову Бэтси не могла не узнать. Они пересекалась однажды в Лондоне, тогда та увела у нее из-под носа в пользу «ЩИТа» инженерные чертежи. «Настало время расплаты», - Бэт загадочно улыбалась.       - Список с тобой? – Романофф, крайне устойчивая к психологическим атакам, все же неуютно чувствовала себя в компании наемницы.       - А то! – Элиза зашуршала бумажками в кармане пальто, достала смятый билет на «Анну Каренину», на обороте которого карандашом были нацарапаны несколько фамилий.       - Что это?! – Наташа брезгливо, двумя пальцами взяла листок.       - Простите, что не вшила в папочку и не подписала крупными красными буквами «Разведданные», – она сделала извиняющийся жест, слегка тряхнув каштановыми волосами, рассыпавшимися на плечи. – Так ты не ответила на вопрос. Ты же на Штаты работаешь? Даром же ты выбрала лавку с видом на Мариинку. Ностальгия? Ведь завтра тебе улетать «домой», так сказать. Или уже сегодня? – Бэтси театрально заломила ручки.       - А тебе то что? – хмыкнула в ответ Черная Вдова. – Кому информационная война, а кому мать родная, лишь бы платили.       - Кстати, – Псайлок пару раз щелкнула пальцами, напоминая о причитающихся ей дензнаках. – Ты мне – деньги, я – не задаю вопросов.       Наташа выудила из под лавки кейс.       - А про чеки вы не слышали? Или про перевод? – наемница удивленно вскинула брови.       - Полтора миллиона, как договаривались.       - Договаривались на два.       - Твои аппетиты растут непомерно. Повышение цены не подтвердили.       - Обстоятельства изменились. Все оказалось сложнее, чем мне обещали.       - Это уже твои проблемы.       - Передай своему работодателю, что он не только совковый пережиток, не имеющий понятия об электронном денежном обращении, но и жадная задница! – с этими словами Элизабет зло подскочила со скамейки, даже слишком переигрывая, надеясь, что хоть это Романофф заметит, и устремилась в обратном направлении. А Романову даже не насторожил тот факт, что всегда безоговорочно предусмотрительная агент Брэддок вручила ей список, составленный из имен вспомогательного состава балета ДО того, как она передала ей вознаграждение. ***       Через несколько часов на другом конце исторического центра города молодой человек устраивал неизменную снайперскую винтовку Barret M82M1 между колоннами балюстрады на крыше не то дворца, не то дома, похожего на дворец, какого-то русского помещика девятнадцатого века (загадочную русскую душу он, увы, так и не постиг) и чертыхался. Усадьба была закрыта на реконструкцию, поэтому влезть туда особого труда не составило, однако место было крайне неудачное. Пришлось лежать брюхом вниз на каменном полу, так как поднять голову даже на десяток сантиметров возможности не было из опасений быть замеченным. Обзор был, мягко говоря, неважный. Деннингу*, например, было бы проще пальнуть из гранатомета и снести весь верхний этаж к чертям, чем попасть в одну единственную голову при плохом освещении, среди мельтешащей толпы, с расстояния в тысяча сто метров, при этом изловчившись не задеть его крайне важную спутницу. Дождь не думал прекращаться, и, казалось, проклятые на трех языках ледяные капли, вот-вот расколют макушку на две части. Лужа под ним разрасталась и заливалась внутрь спецкостюма, неприятно булькая от любого движения, отчего вскоре солдат прекратил любые попытки улечься поудобнее и замер в ожидании.       Наконец в оптике прицела появилась парочка – мужчина в светлом костюме, с бордовой рожей, хорошо подвыпивший. Женщина – платье красное, на спине вызывающий вырез, в который мужик периодически пытается запустить толстые ручищи. Мадам ловко уворачивается, улыбается, касается ладонями его груди, поправляя галстук, кружится в танце, разворачивается лицом к окну, глядит точно в прицел и кокетливо подмигивает. Буквально на секунду, исполняя очередное па страстного танго, драгоценная разведчица под кодовым именем Псайлок оказывается на расстоянии вытянутых рук от цели. Шанс был использован безукоризненно, как и было обещано Пирсу. Три пули – точно в цель. Женщина в красном мгновенно переменилась в лице, нацепив маску непритворного ужаса, кричала, показывая какие-то знаки в сторону окна подбежавшим секьюрити, то и дело бросалась к безжизненному телу, хватая его то за руки, то за пиджак. Даже слезу пустила настоящую, вот ведь актриса! Стрелок проворно упаковал винтовку, спрыгнул на землю прямо с крыши, не утруждая себя беготней по полуразрушенным ступенькам, загрузился в машину и через четыре минуты был у точки забора.       Двор-колодец не лучшее место для маневра. Два выезда – одно свободное, другое – закрыто ржавыми воротами, которые, в крайнем случае, снести не проблема. Агента не было. Опоздание в две минуты. Твою ж мать!       Вспоминая детали ее дела, солдат пытался просчитать возможные ее ходы. Дочь ведущих военных инженеров Великобритании, погибших при взрыве лаборатории пятнадцать лет назад. Старший брат Джейми – военный пилот, разбился на машине, брат-близнец Брайан – агент Ми-6, пропал без вести. Сама девчонка имела ученую степень в области психологии и психиатрии, и была завербована британской разведкой в еще юном возрасте вместе с братом. Затем была переведена в У.Д.А.Р. - секретную службу, аналог американского «ЩИТа». Спустя время пути Псайлок и У.Д.А.Р.а разошлись по неизвестным никому причинам. С тех пор о шпионке информация появлялась урывками. Следы присутствия разведчицы обнаружились в британском Клубе адского пламени, разоблаченном перед общественностью тремя годами ранее, а позднее, уже в качестве вольной наемницы - в Японии и Северной Корее, России и Штатах. Клуб адского пламени, да уж… Она не пропадет.       В ту же секунду металлическая дверь со скрежетом распахнулась, не слабо шарахнувшись о стенку. Из проема вылетел здоровенный амбал, посланный в нокаут ударом хрупкой на первый взгляд ножки. Следом, словно само пламя, вырвалась девчонка, отправив парня двумя выстрелами крупного калибра в упор к праотцам. Оглядевшись, она в три прыжка добралась до машины, придержав платье, приземлилась на переднее сиденье, словно сноп искр от раскаленных углей.       - Привет! – бросила она отрывисто. Дыхание сбито после недавней драки. Солдат чуть дольше, чем нужно задержал на ней взгляд, отмечая про себя исходящий от нее жар, тонкий запах дорогого парфюма и еще чего-то неуловимого.        – Ну, поехали, поехали! - прибывшая нетерпеливо жестикулировала, на секунду окунулась в ледяное озеро серых глаз, ту же охладившее ее боевой пыл.       Не сказать, что присутствие незнакомки раздражало солдата, мешало – может быть, слишком ярким пятном она выделялась на фоне всех его прошлых заданий. Но, тем не менее, это всего лишь задание.       - Дико извиняюсь! - девушка перелезла на заднее сиденье мощного японца, ненароком задев бионический протез, тут же спешно одернула руку, неловко плюхнувшись на пятую точку позади.       Водитель молча, с нескрываемым даже интересом, наблюдал занятные манипуляции в зеркало заднего вида. Наемница стащила с себя платье, попутно ладонью размазав по лицу красную помаду, в попытке избавиться от излишне яркого камуфляжа, выудила откуда-то замученное тряпье. Высоко задирая ноги, натянула драные джинсы неопределенного цвета, следом – голубое линялое худи. Ноги – в кеды, шпильки – в окно. Ей, собственно, было плевать, что снайпер наблюдал за ее действиями, наготы своей она не стеснялась. При необходимости пройтись голой перед целым батальоном - раз плюнуть. «Достоинства – владение боевыми искусствами, опыт в боевой авиации, владение оружием, сильное психологическое воздействие на противника. Слабые места – семья, редко – чрезмерная агрессия», - а так же распущенность, невыдержанность, склонность к аффективным состояниям, добавил бы еще от себя солдат. Наблюдать за ней было сколь забавно, столь и интересно думать, что с таким набором качеств она чисто исполняла свою работу, заинтересовав даже Пирса. С ней в разведку он бы не пошел. Хотя…        Она снова пролезла через передние сиденья, теперь уж преднамеренно используя плечо водителя в качестве опоры. Удостоверившись, что ей не почудилось, уселась в кресло. Ни секунды покоя. Подскочив на одно колено, уставилась в зеркало заднего вида, продолжив ладошкой стирать с лица красные разводы, загородив солдату обзор.       - Сядь на место и пристегнись, - рявкнул он грубее, чем собирался, и аккуратнее, чем нужно, оттеснил девчонку обратно к своему месту.       - Я – Бэт, - она ничуть не смутилась неласковому обращению. – А тебя как зовут?        Не то, чтобы она не знала, кого Пирс послал за ней, притом дважды как бы случайно задев легендарную среди разведчиков механическую конечность, надежно скрытую рукавом униформы. Скорее неуемный жучок любопытства вызывал зудящее нетерпение разведчицы узнать мифического солдата с красной звездой на плече лично. Страха она не испытывала, и ей было все равно, скольких человек порешила эта рука. Испытывала она скорее благоговейный трепет, как перед ценным произведением военного искусства. То, что Зимний Солдат в первую очередь человек, узнать ей предстояло гораздо позже.       - Зимний Солдат, - нехотя, всем своим видом показывая, что разговор нежелателен, откликнулся он.       - Ага, - девушка цокнула язычком. – Ясно. Значит, я – Псайлок, это мой, ну, как бы псевдоним. Ты - Зимний Солдат. А еще я – Бэт, а ты …?       Забавно и раздражающе одновременно. Солдат наградил ее недружелюбным взглядом, и ответить на вопрос, сформулированный для мальчика из ясельной группы, не соизволил. Потому что отвечать было нечего. Мало кто интересовался этим вопросом и почти никто его задавал. А задавать вопросы самому себе было чревато рассеянностью, нестабильностью состояния и следующей за этим процедурой, привыкнуть к которой за семь десятилетий он так и не смог.       - Понятно. Приятельская болтовня нам сегодня не грозит, - Бэт сплела руки на груди и отвернулась к окну. – В общем, список инженерного состава того пресловутого секретного проекта русских я достала.       - А что субъект? – в разговор по существу втянуть агента оказалось проще.       - А он и так работал на Северную Корею, так что убили, пардон за тавтологию, двух зайцев – и за мной прибрали, и шпиона ликвидировали. Надо бы в ФСБ счет прислать.       - Для тебя главное – деньги?       - А для тебя – мир во всем мире?       Солдат усмехнулся. Конечно, должен же быть какой-то смысл во всем, что ему приходилось делать, и в том, кем ему пришлось стать. «Мир вздохнет свободно», «Твоя роль огромна, агент», «Это задание приблизит нас еще на один шаг к свободе» - эти фразы он знал наизусть, даже верил в них порой, но отчего-то фанатичность Пирса, да и всех тех, кто был до него, не находила в душе отклика. Солдат лишь делал то, что умел и к чему привык. А солдаты привыкают воевать.       - Лишние средства карман не тянут, особенно при моем роде деятельности, – ответила Бэт, становясь на секунду серьезной. – И я уже ни во что не верю…       Мимолетная перемена в настроении разведчицы не прошла незамеченной для лучшего агента «Гидры». Пару раз взмахнув ресницами, Элизабет словно переключила известный только ей тумблер, снова нацепив маску невозмутимости и легкой разнузданности. Лишь случайно перехваченный солдатом взгляд, рассеянный и полный горечи, показал, что не все с ней так очевидно, как она хочет показать… ***       Через двенадцать часов утомительного перелета и автомобильных поездок туда-сюда-обратно, Бэтси Брэддок почти засыпала в удобном кресле в здании банка, под которым на глубине нескольких десятков метров располагалась тайная квартира и лаборатория «Гидры».       - … я предлагаю тебе контракт, - усыпляющая демагогия председателя увенчалась абсурдной фразой, от которой Псайлок даже слегка взбодрилась.       - Мистер Пирс, вы намереваетесь вогнать Америку в еще большие долги, чем сейчас? – она хмыкнула, поведя бровью.       - Нет, я думаю, это в твоих интересах, Элизабет.       - Дурить Фьюри? Или состязаться с Романовой в интеллектуальных способностях? Простите, скучно…       - Брайан Брэддок, – при звуке этого имени маска напускного безразличия слетела с ее лица, заставив ее буквально подскочить на сиденье. – Тебе знакомо это имя?