Мстители. Чистое сознание

      Полтора года назад       На задании в Энгельберге Зимнему Солдату удалось-таки лицезреть слабую сторону агента Псайлок – агрессию и отметить про себя, как тесно эта сторона связана с другой – семьей.       Груз на этот раз охранялся лучше. Гривастый громила, раза в два больше самого солдата, а уж о девчонке и говорить нечего, благо на этом задании у них было четкое разделение труда, угрожающе навис над ним, сдавив шею до хруста. Однако верный тактический нож пробил защитный костюм и вонзился под ребро по самую рукоять. Здоровяк на миг ослабил хватку, чем солдат не преминул воспользоваться. Рука противника была вывернута, челюсть – выбита стальной конечностью, туша – уложена на лопатки. Сбоку – лязг и грохот. На крыше бронированного внедорожника нарисовалась Бэт, с самодовольной ухмылкой подбрасывая в воздух добытую карту памяти. Секунда, потраченная на переключение внимания, стоила солдату огнестрельного ранения. Боец легко подскочил на ноги, будто не имея в теле лишнего отверстия, направился в сторону противника. Пуля лишь задела кожу где-то под грудью слева, солдат бы справился и сам, но Псайлок оказалась проворнее.       - Бэтти, еще ты жива, надо же?! - он оскалил кривые желтые зубы. Напарницу Солдат не узнал. Она сама словно превратилась в сталь, что ее любимый пневматический резак с двумя лезвиями, который она вечно таскала с собой на задания. Вещь, по мнению солдата, бесполезная, и годная, разве что, для позерства, в руках Бетси становилась смертоносной.       - Крид, тварь, мать твою, - лязг металла об металл. Пару ударов бойцу все же удалось отразить с помощью рук, облаченных в стальные щитки, но третий пришелся на плечо, рассекая его до самой грудины. – Где он?!!       - Он еще долго трепыхал… - фраза оборвалась звериным ревом. Оглушительный выстрел разворотил ему бедро в фарш. В руках Псайлок дымился Desert Eagle пятидесятого калибра. Игрушки для девчонки странные, солдат не переставал удивляться, что ее не сносило отдачей с земной поверхности.       - Жаль, у меня нет времени, а то могли бы вместе провести веселый выходной, - прошипела Брэддок. Пламя снова вырвалось из ствола, и в этот раз безвозвратно пострадало второе колено. – Хотя, я бы тебе такого удовольствия не доставила.       - Дрянь, я достану тебя! - громила катался по земле, срываясь на визг.       - Ну, да, попробуй, - последний выстрел снес противнику часть черепа.       Молча, агенты добрались до машины. Солдат с недоверием косился в сторону напарницы, которая вдруг разом поменялась. Язвительная, самоуверенная всезнайка, невозмутимая и надменная, в эту секунду словно сбросила маску, став мрачной, дерганной, напряженной, словно натянутая струна.       - Нет, давай-ка я, - она придирчиво оглядела напарника, заметив кровь, и решительно влезла на водительское сиденье, бросая ему ампулу с антибиотиком. – Надо тебя подлатать, а то Пирс решит, что мы недостаточно эффективная команда. Тем более, временем мы располагаем.       Спустя два часа сна место ранения, аккуратно обработанное легкой рукой Бэтси, ныть перестало. Стоило возвращаться на базу, поэтому солдат решительно вышел в гостиную снятого на ночь номера, с намерением растолкать девчонку и отправиться в путь. Брэддок не спала. Она сидела в полной темноте за планшетом, лишь лицо ее немного освещалось убавленной до минимума яркостью экрана.       - Это не твой уровень допуска, - карта памяти, за которой отправили их двоих, была вставлена в планшет.       - Ты всегда четко выполняешь все приказы?       - Перестань отвечать вопросом на вопрос, - гаджет был вырван из рук и положен экраном вверх рядом, выполняя теперь роль ночника. – Что за Крид? Что все это значит, ты мне объяснишь?       - Что именно тебе объяснить?       - Брэддок!       - Ну, хорошо, - она скрестила руки на груди, отклонившись к спинке кресла. – Я расскажу тебе все, потому что ты меня не сдашь, так как в один чудесный день ни черта не сможешь вспомнить, – что правда, то правда, солдат едва заметно усмехнулся язвительному замечанию разведчицы, намекающей на очистку, которая была не за горами. - Пирс купил меня не счетом в банке. Все, что про меня написано в том деле – чушь собачья. Выброси его. В разведке обо мне знают лишь то, что я позволяю знать. Мне стоит лишь хорошо попросить, чтобы мои данные, снимки, записи исчезли из сети и с каких-либо носителей. В этом моя отличительная черта, - она хитро улыбнулась, не вдаваясь в подробности. – Мои родители погибли не в результаты несчастного случая в лаборатории, они были убиты. И мой старший брат – Джейми, разбился на трассе. Потерял управление из-за неизвестного импульса. Брат-близнец, Брайан, пропал без вести, когда секретная служба У.Д.А.Р., на которую мы работали, была уничтожена «Рукой». Отцу предлагали перейти к ним задолго до этого, но он отказался, а они отказов не принимают. Джейми тоже отказался... До меня добраться они не успели.       - Что за «Рука»?       - Могущественная тайная организация, зародилась в Японии пораньше вашей «Гидры». Среди других подобных ей – «Рука» имеет все шансы приблизиться к власти и тотальному контролю. Тогда этой информации у меня не было, меня убедили, что именно У.Д.А.Р. виновен в гибели моих близких.       - И что Пирс пообещал тебе?       - Информацию о брате, - экран от планшета погас, погружая собеседников в кромешную тьму. – И помощь. Чтобы отомстить. Груз, который мы накрыли – поставка новейших разработок для швейцарского отделения, транзитный узел. А Виктор Крид, Саблезубый, их цепной пес, бешеный маньяк, который меня чуть не покалечил однажды. Пытать его было бы бесполезно, он ловит кайф от боли, как от собственной, так и причиняя ее другим…       С противоположного конца стола Бэт услышала тяжелый вздох и еле заметный шелест металлических пластин друг об друга. Была она понята Зимним Солдатом или нет, Брэддок не знала, спросить не попыталась, но отчего-то была уверена, что мешать он ей не станет.       - А Пирсу доверять я не собиралась ни секунды, потому что этот чертов дипломат станет выдавать мне информация по крупицам, чтобы привязать меня к себе, как собаку, перед мордой которой привязали кусок мяса на веревочке… - она злобно стукнула ногтем по экрану планшета, озарив пространство между ними голубоватым свечением. Светлые глаза, но теперь уже не такие холодные и пустые, пристально изучали ее. Странная девица, произведшая далеко не самое положительное впечатление тогда в Петербурге своей легкомысленностью, красным платьем и отсутствием всякой субординации, спустя два совместных задания открылась совсем в ином роде.       В штабе «Гидры» она появлялась нечасто, да и в эти редкие моменты была атакована навязчивым вниманием Рамлоу и Пола Деннинга, по очереди зазывавших ее то на спарринг, то на кофе. Информацию о заданиях, где требовалось ее участие, она принимала лично от Пирса и в совещаниях боевых групп участия не принимала. Они встречались на обусловленной точке, кратко обсуждали детали взаимодействия и работали. На боевые операции Пирс посылал его одного либо давал ему в распоряжение команды «Удар» под руководством Рамлоу или «Озарение» Деннинга. Но и пользоваться услугами сторонних наемников ему также не запрещалось.       Основная задача Бэт заключалась в сборе разведданных так, чтоб комар носа не подточил, в чем она была мастером. После, никто даже вспомнить не мог, где видел эту девушку и видел ли вообще. Солдат же обеспечивал ее прикрытие, и лишних вопросов ей не задавал.        Она была красива. Но то была иная красота - не блеск оружейной стали, не причудливые багровые узоры, не четкий танец военных действий. То была не разрушительная красота, а красота созидания, красота созданная природой, истинную суть которой солдат почти перестал понимать. В такие редкие минуты откровенности хотелось ее защитить, хотя она в защите и не нуждалась. Во всяком случае, физически. У нее были цели и мотивы. Личные мотивы. Примерять это словосочетание к себе и так, и эдак у солдата не получалось, оттого временами наваливалось какое-то необъяснимое уныние. Он не был ни призраком, ни машиной, и простые человеческие чувства и желания были ему понятны, тем более, что ходить вокруг да около не было ни времени, ни возможности. Находиться и работать бок о бок времени давалось мало, поэтому использовать его приходилось сполна. Ведь при такой работе никогда не знаешь, когда настанет твой последний рабочий день…       За какие-то мигом пролетевшие часы Бэтси Брэддок стала его личным мотивом. Она, словно глоток свежего воздуха, дарила ему ощущение настоящей жизни, а не ее суррогата, предлагаемого солдату день ото дня. Бэт была цельной, в отличие от него, разбитого на сотни кусочков по числу отнятых жизней. Она отдавала себя целиком, как в последний раз, не оставляя себе ничего, даря возможность собрать себя заново хотя бы на несколько часов.       - Просто начни задавать себе вопросы, милый, - ее нежные, тонкие пальцы скользили по его лицу, обрисовывая линию губ, подбородка, шеи. Тело ее, лежащее на продавленном матрасе старой скрипучей койки, было захвачено в слишком крепкое объятие - неуклюжее проявление солдатской нежности. – Это не так страшно, как кажется. В разведке сомневаются, что ты вообще человек.       - Кто это сделал? - мужчина провел ладонью по спине любовницы, следуя за глубокими шрамами, тянущимися поперек всей спины.       - Сам сатана, - ответила она, намекая на Клуб адского пламени. Намек был понят верно, и солдат еще сильнее прижал тонкую фигуру к себе. – Обычно я маскирую их, но сегодня как-то не подготовилась…       Особенности, которые по ее мнению были недостатками, воспринимались им как нечто цельное, уникальное, олицетворяющее ее и, кажется, любимое. Пара татуировок с японскими иероглифами, след от пули у груди, и шрамы…       Бэт внедрилась в этот Клуб, состоящий из видных политиков и бизнесменов Англии, в качестве сексуальной рабыни, со временем продвигаясь вверх по ступеням иерархии, а сам сатана, раскроивший ей спину до самого мяса пятихвостной плетью со стальными наконечниками, был всего лишь пресс-секретарем правительства. Задание, длившееся почти год, стало настоящим испытанием для стойкости ее психики. Дабы не спятить, Бэт пришлось буквально запрограммировать саму себя и убедить, что все, что происходит с ней, ей нравится, и не выдать себя членам клуба, которые были не менее искусными манипуляторами, чем она сама. Благодаря ее разведданным, в тюрьме оказалась дюжина влиятельных людей Лондона, были раскрыты два убийства, действия сексуального характера с участием несовершеннолетних и до кучи хищение средств госбюджета.       Пирс не отмечал изменений в поведении своего лучшего агента, поэтому вопросов не задавал, и беспокоиться причин не находил. А периодические отлучки на волю никогда не запрещались. Местами, где солдат проводил свое редкое свободное время, были дешевые придорожные мотели, заброшенные постройки в промышленных районах, пустующие квартиры на окраине города. Бэт с удивлением отмечала, что спать на пропахших сыростью и средством от клопов простынях в гостинице, больше похожей на сарай, ей нравится гораздо больше, чем в своей роскошной квартире на Манхэттене на египетских, за тысячу долларов комплект, но в одиночестве.       - Мне на базе надо быть через два часа, - шепнул Элизе солдат, склонившись прямо над ухом, заправляя непослушную прядку.       - Может, выбить тебе отпуск у Пирса, зайка? Недели так на две, - Бэт обернулась, обвивая руками его шею. – Сколько лет ты уже без отпуска? Пятьдесят? Шестьдесят? Кошмар, обратись в профсоюз! У вас нет профсоюза?!       - Не паясничай! – наемник укусил девушку за шею, пряча улыбку в копне каштановых волос.       - У меня есть идея, солнце, - девушка, проворно оседлав любовника, оторвала клок бумажки от прайса мотеля, лежащего на прикроватном столике. Милый, солнышко, сладкий – непривычно, приятно и раздражающе одновременно - кому бы еще в голову пришло называть самого опасного наемного убийцу последних десятилетий таким образом, не рискуя этой самой головой. Используя металлическое плечо, как твердую поверхность, Бэт нацарапала на листке координаты.       – Вот, это на случай сам знаешь чего. Место следующей встречи. «Стар Лайт. 46.892299, -98.680812. Только не убей меня ;)».       Неотвратимость того, что однажды он ее не вспомнит, нависала грозовой тучей. День за днем. Почти пять месяцев без криокамеры и электрошоковых воздействий. Срок, отмеренный для одной из жизней Зимнего Солдата, уже почти вышел.       - А что, если…       - Я заставлю тебя вспомнить, - терять драгоценные минуты третьей по счету встречи, было сущим кощунством, и Бэт, не меняя положения, заставила его замолчать, самым лучшим способом, которым умела.