Эльфийская песнь

      Король молча смотрел на омегу, всматриваясь в его глаза и ожидая ответ. Хоть слово или даже звук из уст этого юноши, Эндрих расценивал это как согласия на дальнейшие действия. А сделать ему хотелось очень многое.       Но омега молчал. Взгляд с каждой секундой будто тускнел. Йен отодвинул руку от короля, чем заставил того нахмуриться. - Это невозможно, - наконец нарушил тишину омега, отворачиваясь. – Я не могу быть Вашим истинным, Вы ошибаетесь. - Ошибаюсь? – король не на шутку разозлился. Даже если этот юнец его будущий супруг, как он смеет говорить о том, что он ошибается в своих суждениях? - Именно так. Я не благородных кровей. Меня усыновили, и вы знаете об этом, - Йен говорил, пытаясь не смотреть на Эндриха. Хотя голос его был уверенным и спокойным, омега дрожал. – Я также принадлежу другой расе, которая не в почёте в нынешнее время. И я прекрасно это понимаю. Мои, возможно, реальные родители… не думаю, что тот, кто был человеком, был из знатного рода. Там, где сейчас обитают эльфы, живут лишь воры и бандиты… - И? – Эндрих взял нож и, отрезав кусочек от огромного куска баранины, что стояла посреди стола, засунул в рот и стал интенсивно прожевывать. От этого выглядел он крайне пугающе, и даже украдкой посмотрев на короля, Йен ощутил его негодование. «Что мне ему сказать? Правду? Что я не рассчитывал стать супругом короля, а тут мне так удачно повезло? Или же сказать, что я просто боюсь ответственности? Хотя, будет правдивее сказать, что я боюсь его…       - Милорд… - Йен всё же поднял голову, и его словам вторил звук ножа, что с силой бросили со звоном на стол. - Я ведь говорил, называть меня по имени? – голос Эндриха был полностью пропитанной несдерживаемой злобой. Омега смотрел на короля, который был грознее тучи: вены на его руках и шее вздулись от напряжения. В комнате снова повисла тишина. Точнее, Йен отчётливо слышал стук собственно сердца и дыхание короля.       Оба понимали в этот миг одно – им будет непросто друг с другом. Эндрих был королём властным, но причинять боль без причины не в его правилах. А с каждой минутой ему буквально хотелось причинить эту самую боль. В его голове то и дело появлялись агрессивные и пошлые мысли с участием омеги. Йен ощущал в себе тревогу каждый раз, когда смотрел на будущего супруга. Что-то общее между желанием безропотно подчиняться и конкретно обратное: делать всё наперекор любому приказу. А главное, юноше хотелось бежать. В родные земли или куда ещё, неважно!       - Ты… - король вставал из-за стола. Йен поднимался со стула вместе с ним. Ему было страшно оставаться на месте. – Подчинение не твой конёк? Омега был ошарашен, словно альфа только что прочитал его мысли. - Именно, - смог он выдавить из себя. - Мне это нравится, - с лукавой улыбкой произнёс Эндрих. – Так даже интересней.       Альфа тут же обошёл стол и приблизился к Йену. Тот не успел отреагировать, прежде чем оказался заключён между краем стола и королём. Взгляд хищника и прерывистое дыхание распаляли тело юноши, а руки, что обхватили омегу, сильные и грубые, не давали никакой возможности избежать этого плена. - Ты будешь моим, - проговорил король уверенно. Йен смотрел на его губы и нервно сглотнул. – И если мирным путём не получиться, знай – я военный с пеленок.       В этот момент Йен вспомнил, зачем он здесь. Он – будущий супруг короля, который должен стать решающей фигурой в решении политических проблем страны, связанных с постоянными боевыми действиями. - В таком случае, мне стоит сдаться? – омега преодолел последнее, что отделяло его и короля, приблизившись к нему и поцеловав. Мягко, нежно и осторожно. Но таким поцелуй был недолго и, подобно характерному рыку, альфа принялся страстно отвечать омеге. Поцелуй тут же стал влажным и горячим, температура вокруг накалилась до предела. Йен не мог уже дышать, но настойчивый язык Эндриха не унимался, отчего юноша почти обмяк в объятиях альфы. - Постойте.., я… - омега попытался отстраниться, но настойчивость короля переросла в одержимость. Он схватил Йена за бёдра и посадил на стол, продолжая терзать его губы. – Постойте же…       Послышался стук в дверь. Конечно же, его никто не услышал. Затем стук стал громче и настойчивее. - Это я! Эндрю! – голос отца короля привел в чувства Йена и тот с силой оттолкнул альфу. Силы потребовалось немало, ведь Эндрих уже не на шутку разгорячился. - Кто смеет беспокоить? – прорычал басом король, отчего Линсент по ту сторону двери даже вздрогнул. - Сын, это я, - повторил он. - Я сейчас открою! – Йен уже слез со стола и направился уже к двери, но Эндрих схватил его за руку. - Что тебе нужно? – голос короля по-прежнему был грозным. - Во-первых, я пока еще твой отец, а во-вторых, - Линсент уже сам было разозлился, - открывай эту дверь! Или вы там уже… - Нет! – Йен вырвался из цепкой хватки альфы и подошёл к двери. В замке был вставлен ключ и, повернув его, дверь распахнулась. На пороге стоял омега, так же изыскано одетый, как и всегда. В руках у него были книги и несколько свёртков. - Время учёбы, милорд! – произнёс Линсент слащаво и, не дожидаясь ответа, вручил всё, что было у него в руках юноше. – Тебе давно пора заняться обучением жизни при дворе. - Спешить не стоит, - послышался уже спокойный и холодный, как обычно, голос короля. - Стоит. Свадьба состоится на две недели раньше, Эндрих. - Что? – альфа и омега одновременно удивленно произнесли это, смотря на Линсента. - Почему? – спросил Йен. - Так даже лучше, - утвердительно перебил его Эндрих. Омега в ответ ошарашено посмотрел на короля. - Я знал, что ты одобришь, - будто игнорируя Йена, с еще более слащавой улыбкой произнес Линсент. – А теперь, нам пора заниматься. У тебя ведь много дел и без нас, да сын?       Омега дал ясно понять, что хочет остаться с Йеном наедине. Но король уже был в своих мыслях, попутно обуваясь и выходя из комнаты, будто действительно у него были какие-то срочно появившееся дела. А эльф, стоящий с книжками в руках, уже успел усвоить первый урок – с его мнением здесь не будут считаться, пока он не станет «кем-то». И этого «кого-то» он обязан сделать из себя сам.       Король любил конные прогулки. Между военным походами он, со своими верными поданными, любил пройтись по окрестностям своих владении. В компании верных друзей он находил отдушину уставшему разуму и телу. Но теперь всё было иначе. - Ты одурманен, мой друг. От таких, как он, можно ожидать чего угодно. Он эльф. – Рейнольд, верный товарищ короля, ехал близ него и уже целый час разговор шёл только об одном. - Не говори ерунды, - Эндрих поправил сбрую коня и потрепал жеребца по шелковистой гриве. – Лотлориэн не такой. Он чист, как утренняя роса. Ты ведь был среди слушателей, когда я поил его англеновыми ягодами. - Вот только он утаил тот факт, что не совсем человек… - Он человек! – возразил король, сжав в кулак поводья. – Наполовину, - добавил спустя пару секунд он. - Из него такой же человек, как из меня собака! - А разве ты не верный песик короля? – Кристиан, что ехал чуть позади, не утруждал себя вставить и свои пару фраз в этот бессмысленный спор. Он знал – короля сложно переубедить и, что он явно не просто увлечен этим эльфом. В ответ Рейнольд лишь фыркнул и, натянув поводья, ринулся рысью. - Он всегда был вспыльчивым, - сказал вслед Кристиан.       Прогулка в Гринфертском лесу подходила к концу, Кристиан молчал, а Рейнольд увлёкся скачкой и давно ушёл вперёд, оставив друзей позади. Король ехал остаток пути в размышлениях, и каждый раз они заходили в тупик – а правда ли всё так невинно, как он думает? Он, конечно, не просто робкий омега, каких он раньше встречал, но как и все он иногда боится смотреть ему в глаза. *       - Что это было? – Йен сидел в своих новых покоях, укутанный тёплым пледом из овечьей шерсти, и смотрел на единственный источник света в комнате – пылающую свечу, вот-вот готовую погаснуть. Дрожащими пальцами омега коснулся метки на своей шее, что недавно была оставлена Эндрихом. Юноша еще не успел отойти от радости победы, как его охватили паника и отчаяние. А что ему делать дальше? Жить в замке, рожать год за годом детей королю? Или же следовать за ним в военные походы, которые, как казалось самому Йену, только увеличатся, а всё из-за того, что будущий супруг сие превосходительство – наполовину эльф. Отчасти, Йен принадлежит одной из когда-то сосланной за горный хребет расе каких-то полвека назад и чьи представители, якшаясь в народе, являлись не очень доброй приметой, встреть их в лесу.       Конечно, не все считали так. Ведь, по большей части, сила «красоты», привитая эльфам, была отчасти мифом чистой воды. Да, они были безумно привлекательны, но гордая раса не стремилась покорять себе людей или кого-либо ещё, довольствуясь своим мирным существованием. Пение, спокойные сердца и жизнь в гармонии с природой – вот то, что было основой эльфийских неписанных законов, заложенных в глубинах их душ. В этом Йен был с ними похож. Вот только взятые черты людской расы тоже порой брали верх. Внутренние страхи, живущие в нём, не дают покоя. - Ты должен быть сильным, - внушал себе Йен, сильнее кутаясь в одеяло.