Мой вечный бег

Сукре перевелся в другую камеру, так что пока я сидел один. И у меня появилась возможность не отставать от графика. Как только появлялась время я копал, но впереди меня ждало сплошное разочарование. - Открыть сороковую! – проорал охранник. - Скофилд, нашел тебе нового сокамерника. На наше счастье я нашел его в психушке, ты единственный у кого пустует вторая койка – произнес веселый офицер Белик. - Психушка? – спросил я опешив. - С этим, какие-то проблемы? Я молчал, зная, что мои жалобы ничего не дадут. - Эй, псих заходи! Закрыть сороковую! – произнес Белик, когда псих зашел в камеру. Ночью, когда время перевалило за два часа, я решил что псих уснул и встал с койки. Но как только я подошел к умывальнику, то услышал шум сверху. Повернувшись, я увидел, что псих смотрит на меня. - В чем дело? – спросил я. - У меня нейротоническое расстройство, затрагивающее мой ретикулярный аппарат. - Что это значит? – спросил я, не поняв ни слова из того что он сказал. - Это значит, что я не сплю, совсем – объяснил псих и все мои надежды рухнули. Я не мог копать ни днем, ни ночью, а это значит, что отставание еще больше и брат погибнет. - Эй, псих, ты когда-нибудь думал о побеге – спросил его я через пару дней. - Что я буду делать снаружи – пробормотал псих. - Не быть здесь. - Психбольница, визиты психиатра, прием лекарства, проверки чиновников, анализы мочи, работа… нет. Почему ты спросил? – поинтересовался парень. - Один парень вчера говорил об этом во дворе, я не знал что сказать – придумал я. - Скажи офицеру Белику, он может сделать твою жизнь легкой если… Псих замолк на полуслове, и я не мог понять почему. - Если что? - Твои татуировки – пробормотал псих. - Что с ними такое? – не понимая, спросил я. - Что там на них? Что там такое, похоже, что-то вроде… - Это просто татуировки – прервал его я, быстро одев рубашку. Ночью я проснулся от шума рвущейся ткани. Резко вскочив, и сев на кровате я увидел психа. - Твои татуировки это лабиринт - Отвали от меня – предупредил я. - Я должен их увидеть, просто покажи мне их. Они притягивают меня – бормотал Патошик, приближаясь ко мне. - Я сказал, отвали от меня. - Хорошо, у него лабиринт на коже. Почему? Почему он нарисовал лабиринт на коже– причитал псих. В этот момент я понял, что теперь он от меня не отвяжется и с этим нужно что-то делать. Весь следующий день псих только и делал, что рисовал в своем блокноте. И я уже знал, что он рисует мои татуировки, нужно срочно что-нибудь сделать пока он обо всем не догадался. Войдя в камеру после ТР я увидел разложенные на кровате рисунки психа. Я смотрел и не мог поверить что он и правда разгадал мой план. - Этот путь, куда он ведет? - спросил псих, держа в руках рисунок – куда ты меня тащишь! С этими слова Патошик бросился на меня, но я оттолкнул его. В голове моментально созрел план, как избавиться от этого сумасшедшего, как только я повернулся к решетке. Два раза приложившись к решетке со всей силы, тупая боль пронзила голову, и кровь быстрым ручейком потекла по щеке. - Ты что спятил? – ошалев от увиденного, спросил псих. - Охрана! Мне нужен охранник! – крикнул я, что бы привлечь внимание. - Что здесь за фигня творится? Я показал офицеру разбитую бровь и отступил от решетки. - Что! Сукин сын! Открыть сороковую. - У него путь на теле, он куда-то ведет – бормотал псих, но охранники лишь подумали, что он бредит. Патошика быстро скрутили и увели назад в психушку. Уже на следующий день Сукре вернулся назад в мою камеру, чему я был не сказано рад. Я продолжал свою работу в лазарете, в каждый визит я выливал едкие реагенты, в трубу пытаясь ее разрушить. - Добрый вечер мистер Скофилд – поприветствовала меня док. - Привет – пробормотал я. - Как сегодня самочувствие? - В порядке. - Что случилось? - заметив, что у меня разбита бровь, спросила Сара. - Ну,… словил локтем, когда играл в баскетбол – придумал я на ходу. - Не возражаете, если я взгляну? - Конечно, пожалуйста – улыбнувшись, согласился я. Я видел, как Сара посмотрела на меня когда убрала пластырь. Конечно, она поняла, что про баскетбол я соврал. - Ты знаешь, что тебя убьют здесь, если ты не будешь осторожен? – спросила девушка, и мне понравилось что она волнуется за меня. - Предлагаю пари, что когда я выйду отсюда живым, я приглашу вас на ужин. Обед? Чашка кофе? – произнес я серьезно. Мне так хотелось услышать ее согласие, но этого не произошло. - Майкл, этот очаровательный поступок может стать для тебя причиной неприятностей во дворе – не дав мне шанса, объяснила девушка. Вернувшись в камеру, мы с Сукре приступили к главной задаче. Сделав выход из камеры, я мог свободно передвигаться по техническим помещениям, а это означало, что первый этап выполнен. Но кроме этого нужно было преодолеть еще много препятствий.