Семейные тайны

Рон не торопясь шел по пустому коридору в Большой зал на ужин, глубоко погрузившись в свои мысли. Вот уже несколько дней подряд, по непонятным для него причинам, он находил Драко Малфоя все более привлекательным… и исчезало это наваждение, едва слизеринец пропадал из его поля зрения. Рону становилось не по себе… тем более что задумывался он об этом все чаще и чаще. Кроме того, последнее время хорек вел себя очень странно… едва перекидываясь с однокурсниками парой-тройкой слов. И выглядел так, будто его что-то тревожило. Рон заметил это на Зельях, и теперь его снедало любопытство, зачем профессор Снейп попросил Малфоя задержаться в классе после урока? Сложившаяся ситуация выглядела весьма запутанной. Мысли Рона были прерваны, когда кто-то врезался в него со всей силы, сбив с ног. Он быстро встал, с удивлением рассматривая поднимающегося с пола Малфоя… ну, кто еще нарочно мог столкнуться с ним? Вздохнув, Рон принялся отряхивать одежду, не сводя глаз с Драко, скривившись от осознания, что ему не нравится странное ощущение покалывания, всякий раз охватывающего его тело, едва этот слизеринец оказывался рядом. - Смотри, куда прешь, Малфой, - проворчал Рон, пытаясь подавить нарастающее возбуждение. Из всех живущих на Земле, Малфой был самым последним, на кого бы у него встал. Малфой был сопляком, высокомерным ублюдком и вообще, не тем человеком, с которым можно было завязывать длительные отношения. Самое малое – Малфой рассмеялся бы ему в лицо, узнай, что последнее время испытывает к нему Рон, только для того, чтобы унизить, причиняя невыносимую боль. Краем глаза Рон наблюдал, как Малфой, нетвердо встав на ноги и пошатываясь, дрожащими руками стирал с лица слезы. - П-прости, - произнес он тихо и, придя в себя через минуту, минуя Рона, припустил бегом вниз по коридору. От неожиданности Рон быстро заморгал, полагая, что ослышался. Нет, у него точно слуховая галлюцинация. Чтобы Малфой принес ему извинения? Малфой никогда ни перед кем не извинялся: ни перед ним, ни перед друзьями или перед своей семьей. Только перед профессорами, и то только в том случае, когда его вынуждали. - Малфой, стой! – крикнул ему в след Рон, надеясь получить объяснения. Хорек вел себя очень странно, возможно, было нечто такое, что сильно взволновало слизеринца. Но тот, игнорируя окрик, продолжал бежать вперед, сломя голову. Чертыхнувшись, Рон побежал за ним. Он должен был выяснить, что случилось. Проклиная свое любопытство… ему хотелось добиться ответа. Малфой странный… очень странный. Непривычный, неправильный. Процедив ругательства сквозь зубы, Уизли нахмурился, наблюдая, как Малфой бежит в сторону Запретного леса. Плохо. Это уже ни в какие рамки не лезло. Осторожно озираясь по сторонам, к счастью для себя, он никого не увидел. Рону не хотелось, чтобы кто-нибудь заметил, как он направляется в Запретный лес. Черт, он вообще не хотел туда идти. При одной только мысли о гигантских пауках… его с головой накрыла паника, и он вздрогнул, находя идею последовать вслед за хорьком пустой тратой времени. Но оставить Малфоя он не мог … как бы Рону не хотелось повернуть назад, разрешить слизеринцу в одиночестве блуждать среди непроходимой чащи было верхом безрассудства, особенно сейчас, когда мозги у того отказывали напрочь. Как бы ты ни был расстроен, Запретный лес – последнее место, где можно найти утешение. Покачав головой, Рон, сдерживая сбившееся дыхание, медленно пошел следом, пока этот светловолосый придурок окончательно не заплутал в глубинах пугающего леса. Особого восторга от своей затеи он не испытывал, просто интуитивно чувствовал, что должен найти Малфоя. Сжав свои страхи в кулак, откинув прочь сомнения, Рон, крепко обхватив пальцами волшебную палочку, вошел в Запретный лес. Он не собирался окриками искать слизеринца, поскольку лес был полон различных магических существ, готовых повылазить отовсюду, если Рон привлечет к себе внимание. Краткий вскрик боли со стороны заставил его притормозить. Не приемля насилия ни в каком виде, Рон повернул туда, откуда донесся стон… но очень осторожно, напряженно оглядываясь по сторонам. Осторожно ступая на жухлую листву, Рон медленным шагом направился вперед. Он ни чем не сможет помочь пострадавшему, если сам поранится, мчась на зов очертя голову. К счастью, он отчетливо слышал тихие приглушенные всхлипывания. Это заставило нахмуриться. Он физически не выносил, когда кому-то было больно, пусть это даже был невыносимый Драко Малфой. Когда рыдания затихли, Рон твердо знал, где находится Малфой. Холодный осенний ветер с легкостью выдувал тепло из-под легкой школьной мантии. Рон сильно замерз, когда вновь услышал тихий всхлип Малфоя и шепот, сорвавшийся с губ слизеринца. Рон готов был поклясться, что это было похоже на «стой». Затем послышался звук разрываемой ткани, сопровождаемый громкими стонами и вздохами. Поспешив вперед, он замер на месте, от удивления широко раскрыв рот, наткнувшись на разворачиваемое перед ним действо. Сатир, рывком развернув слизеринца, со всей силы прижимал того к дереву. Бледное тело Малфоя, лишенное какой-либо одежды, подрагивало то ли от холода, то ли от возбуждения. Сатир, вжимаясь в практически не сопротивляющегося Драко, облизывал и покусывал шею парня. Лицо Малфоя выражало столько нетерпения, что при взгляде на него Рон понял: Драко согласен на продолжение. Казалось, блондин с нетерпением ждал этого. И Рон почувствовал, что должен остановить происходящую перед ним вакханалию. Согласен Драко или нет, но сатир не будет к нему снисходителен. Сатиры, как известно, никогда не отличались нежностью. И ничего, кроме невыносимой боли, лесное существо дать однокурснику не могло. Рону не хотелось, чтобы внутренности Драко были сильно повреждены в результате сверхактивного буйства подростковых гормонов. Кроме того… - Он МОЙ! – крикнул гриффиндорец, и сам ошалел от сказанного. ОТКУДА вдруг взялась такая уверенность? Рон яростно затряс патлатой головой. Однако похотливые мысли полностью завладели его разумом, а ревность застлала взор алой пеленой, заставляя кровь вскипать от негодования. В одну секунду он оценил ситуацию: нужно послать в сатира заклятие, отшвырнув подальше от Малфоя, лишив сил и сознания. Судорожно вздохнув, Рон рванул вперед. Это было единственным, что он мог сделать в данной ситуации: обезвредить сатира, не причиняя вреда Малфою. Нужно было быть очень осторожным, чтобы не попасть под магические заклятия лесного божества. Рон полностью сосредоточился на сатире. На его счастье, сатир был так увлечен, что не заметил приближающейся опасности. Взмах палочки, и сатир, отброшенный сильным ударом в сторону, рухнул на холодную землю. За спиной Рон услышал вскрик Малфоя и шум падения. Но не обернулся, чтобы убедиться, что со слизеринцем все в порядке. Малфой мог несколько минут подождать, пока он разберется с этим козлоногим ублюдком. Оправившись от удара, сатир поднялся на ноги и развернулся в сторону Рона, полоснув по нему взглядом, полным ненависти. Он нервно бил копытом о землю, втянув голову в плечи, готовясь к нападению. Нервно сглотнув, Рон еще сильнее сжал побледневшими пальцами волшебную палочку, надеясь, что все пойдет, как он рассчитал. Подняв руку, направив палочку на сатира, он громко крикнул: - Stupefy! – и облегченно вздохнул, когда сатир, теряя сознание, рухнул на жухлую траву словно подкошенный. Вот теперь можно было заняться Малфоем. Драко, бледный как полотно, сидел у подножья дерева. По его обнаженному телу стекали капельки пота. В руках он держал порванную одежду, прикрываясь ею, словно щитом. Его била крупная дрожь. Слизеринец опустил голову вниз, стыдясь своего позора. Присев рядышком на корточки, Рон осторожно положил руку на его плечо. - Поднимайся. Нам нужно уходить отсюда. – Сдерживая животный зов, охвативший тело, Рону пришлось призвать все свое самообладание, чтобы не накинуться на соблазнительного однокурсника прямо сейчас. Он не мог понять, почему… почему из всех людей, живущих на Земле, он хотел именно Малфоя? Нужно было выбраться из проклятого леса до того, как сатир придет в себя и закончит прерванное дело, предварительно устроив Рону кровавую бойню. - Не могу… - прошептал Драко срывающимся голосом. – Я не могу идти. Моя лодыжка… и колено. Я споткнулся и упал. Вздохнув, Рон встал перед ним на колени, отодвинув одежду Малфоя ровно настолько, чтобы увидеть его ноги. Опухшая нога имела малопривлекательный вид… колено и лодыжка, несомненно, были повреждены, возможно, имело место сильное растяжение. Ощупав ногу, он вновь укрыл Малфоя и поднялся на ноги. По-привычке, он принялся расхаживать взад-вперед, размышляя, что можно сделать в создавшейся ситуации. Определенно, в таком состоянии и при таких травмах самостоятельно Малфой до школы не дойдет. Возможно, если бы Драко был более адекватен, то ему удалось бы преодолеть расстояние, но только не сейчас. Рон хорошо помнил обратную дорогу до Хогвартса, достаточно следовать путем, которым он добрался сюда, как бы далеко не убежал Малфой. Рон намеренно оставлял малоприметные метки на нескольких деревьях, стараясь как можно незаметнее оставлять за собой след. И был полностью уверен, что сможет выбраться отсюда. Но бросить Малфоя рыжий не мог. Оглянувшись вокруг, Рон заметил темнеющий вход в пещеру, а рядом – огромный валун. Запустив пальцы в волосы, он вздохнул. Этим можно было воспользоваться. Они вполне могли укрыться там на несколько часов или, по крайней мере, на то время, пока сатир не потеряет к Драко интерес и не уберется восвояси. Другого выбора не было. Драко не мог дойти до школы, а вместе они не могли оставаться под открытым небом. Покачав головой, Рон поднял брюки Малфоя, закидывая их себе на плечо. Затем вернулся к слизеринцу. - Пойдем. Я спрячу тебя в укромном месте, - тихо сказал он, становясь на колени перед Драко, осторожно подхватывая его под мышки. Малфой всхлипнул и, дрожа всем телом, обнял Рона за шею, пряча лицо на его груди. Рон зажмурился, сдерживаясь из последних сил, хотя кровь звенела в ушах, а мерзкий внутренний голосок настойчиво призывал швырнуть Малфоя на землю и взять его прямо здесь, посреди леса. Как бы ни была идея заманчивой, Рон не мог себе позволить подобное. Он не набросится на Малфоя, тем более, тот был ранен и пребывал явно не в себе. Молча, не позволив себе ни единого лишнего жеста, Рон подхватил Драко на руки и понес к пещере. Осторожно заглянул внутрь, с облегчением обнаружив, что она свободна. Оказавшись внутри, Рон осторожно поставил Драко на землю, не заметив, как брюки слизеринца соскользнули с плеча вниз. Обеспокоенно наблюдал, как Малфой, обхватив себя руками, не обращая внимания на катящиеся по щекам слезы, хромая направился к дальней стене пещеры. Добравшись, слизеринец сполз вниз и, обхватив колени руками, тупо уставился в одну точку на полу. Покачав головой, Рон на несколько минут вышел из пещеры. Он принялся собирать сухие ветки вокруг их убежища, решив, что самым лучшим для них будет тепло живого огня. Малфой нуждался в тепле, пока окончательно не продрог, поскольку вечер накрывал окрестности с неимоверной быстротой, а ночь обещала быть холодной. Хотелось надеяться, что они не задержаться здесь надолго. Рона мало прельщала перспектива остаться в лесу после того, как ночь вступит в свои права. Набрав полную охапку хвороста, Рон вернулся назад, скинув тяжелую ношу на землю. Обернувшись, посмотрел на вход в пещеру. Парень не чувствовал себя в безопасности, пока проем был открыт для всех и каждого. Вытащив палочку, нацелился на большой валун около входа и попробовал использовать заклинание левитации, чтобы с помощью камня заблокировать вход. Это потребовало больше физических сил, чем он рассчитывал. Камень был слишком тяжел… Рон упал наземь от изнеможения, едва валун встал на надлежащее место. Это было слишком утомительно. Никогда ему еще не приходилось левитировать настолько тяжелые предметы, как этот. Но рыжий был удовлетворен. Чувство безопасности придало сил. Теперь сатир ни за что не сможет добраться до них, а холодный ветер больше не гулял по пещере, выдувая остатки дневного тепла. И если возникнет необходимость, они смогут продержаться здесь какое-то время, не опасаясь вторжения извне. Единственным минусом были полное отсутствие еды и воды. А он так и не успел поужинать. Ладно, пару дней они продержатся... Рон тряхнул головой, отгоняя неприятные мысли. Как только сатир потеряет интерес к Малфою, ноги их здесь не будет. Уж он-то постарается. - И ч-что теперь? – голос Малфоя был не громче тихого ветерка. Рон повернулся к Драко. По крайней мере, он надеялся, что повернулся в нужную сторону, поскольку в пещере было темно. Единственный лучик света едва пробивался сквозь маленькую щель между камнем и краем входа. - Сейчас я разведу костер. Тебе нужно согреться. У тебя кроме ноги еще что-нибудь болит? Взгляд Малфоя на мгновение скользнул по гриффиндорцу. - Мои ладони в ссадинах… П-прости. Я не понимал, куда иду. – Он свернулся калачиком, и до ушей Рона донеслось тихое всхлипывание. Рон хмыкнул: два извинения за один день? Это невероятно! Это было так НЕ ПОХОЖЕ на Драко Малфоя. Подавив в себе росток желания к притягательному блондину, он принялся горкой укладывать хворост, поджигая ветки заклинанием. - Садись ближе к огню, - не глядя на Малфоя, Рон призывно махнул ему рукой, наблюдая, как огненные язычки облизывают сухое дерево, даря первое тепло и тускло освещая стены убежища. Ответом послужил вздох. В след за этим Драко вошел в круг света, созданного костром. Рон нахмурился, глядя на свои подрагивающие руки. Эта дрожь совершенно не походила на ту, что случается из-за холода… возможно, всему виной Малфой, - подумал Рон. - Слушай, от чего ты бежал? Это так не похоже на тебя. Ты обычно высмеиваешь тех, кто носится по коридорам. – Рон прекрасно помнил, как Малфой хихикал на первом курсе, когда он вместе с Гарри опоздал на трансфигурацию, с непривычки заплутав в коридорах школы. - Сегодня приезжал отец. У нас состоялся… разговор. У него есть привычка все время скрывать что-нибудь от меня. Вот и сейчас он утаил, что… в общем, существуют вещи, которые вызывают у меня некоторые трудности. – Голос Драко был мягок, с легкой хрипотцой. Слизеринец смотрел на Рона со странным блеском в глазах. Рон сглотнул, облизав пересохшие губы, чувствуя, как по телу разливается незнакомое тепло. - Какие вещи? А... почему ты позволил сатиру… - Я на четверть вейла. Спасибо бабке по линии отца. Папаша удосужился сообщить мне сегодня… - Драко на мгновение прикусил нижнюю губу. – Сейчас я нахожусь в состоянии «жара»… и мне нужно с кем-нибудь переспать, иначе я сойду с ума, - простонал он, сотрясаясь от озноба. – Прости, но я больше не могу бороться с собой! Рон едва успел перевести дух, прежде чем Драко набросился на него. Почувствовал губы Драко на своих губах, горячий дерзкий язык, атакующий его рот. Захотелось оттолкнуть зазнавшегося гаденыша прочь, но силы отказали. Драко был слишком желанен… И Рон начал подозревать, что виной тому - малая часть вейлы. Вместо того, чтобы отшвырнуть Драко в сторону, Рон руками обхватил стройное тело Малфоя, прижимая к себе еще ближе, приоткрыв губы, впуская чужой язык. Мгновение спустя язык ворвался в рот, углубляясь как можно дальше, изучая все на своем пути… словно утоляя голод. Ощущения, вкус Драко… всё было так заманчиво, так восхитительно, что Рону показалось этого мало. Чувствуя, что вот-вот задохнется, Рон отстранился от Драко, разорвав поцелуй, хватая ртом воздух. - Нам нужно остановиться. Ты ранен. Я не хочу, чтобы тебе стало хуже, - произнес он, глядя в серые глаза, в глубинах которых мерцало пламя. Драко казался удивленным неожиданной заботой Рона. - Т-ты не будешь смеяться надо мной? То, что я стал таким? – спросил он, потрясенно глядя на гриффиндорца. Ласково улыбаясь, Рон отрицательно покачал головой. Его тело горело. Хотелось чувствовать Драко всей кожей. - Нет… Ты не виноват в том, что с тобой произошло. Но ты прекрасно понимаешь, что больше не можешь кичиться своей чистокровностью. Он вырвал из рук Драко то, что раньше можно было назвать одеждой, и бросил никчемные тряпки на пол пещеры. Стянул с себя мантию и расстелил перед Драко, делая поверхность более удобной, чем грязная земля. С такими ранами на ноге, кто знает, что могло быть лучше и удобнее, чтобы хорошенько отдохнуть. Осторожно уложив Драко на мантию, Рон не мог побороть искушение: взгляд скользил по тонкому бледному телу парня. Он стянул с Драко разодранную в клочья рубашку и отбросил ее в сторону за ненадобностью. Сейчас она была совершенно бесполезной и только мешала созерцать совершенные формы Драко. - Ты знаешь… Ты такой потрясающий… когда не корчишь из себя сноба. Драко со стоном дотронулся рукой до скрытого одеждой члена Рона. - Просто… войди в меня, и покончим с этим! – голос был требовательным, более глубоким, с хрипловатыми нотками. – Я знаю, что ты хочешь этого так же, как и все остальные! При слове «войди», Рон вздрогнул. Он начал раздеваться. - Нет. Тогда я ни чем не буду отличаться от сатира, если буду просто тупо вколачиваться в тебя. Наверное, это больно. – Рон замер, когда понял, что остался в одних боксерах. Склонившись, ласково провел ладонью по влажной от пота коже на груди Драко, мягко скользнув большим пальцем по напряженному соску слизеринца. Судорожно вздохнув, Драко, прикрыв глаза, руками вцепился в ткань мантии под собой. - Еще, - сорвалось с его губ. - Это твой первый раз, да? – улыбнулся Рон, поигрывая сосками Драко. – И мой тоже. Скажу честно, если бы мне кто-нибудь неделю назад сказал, что я тебе нравлюсь, а ты окажешься в моих объятиях, то я бы посоветовал тому шутнику посетить Больничное крыло мадам Помфри. - Он наслаждался мягкой шелковистой кожей слизеринца и его томными вздохами, полностью попав под очарование Драко. Наконец Рон стянул с себя последнюю деталь одежды и склонился над побледневшим Драко, чтобы поцеловать его еще раз. - Наверное, когда все закончится, ты возненавидишь меня. Не отводя взгляда, Драко дрожащими руками обнял Рона. - Возможно… Я не знаю, Рон… Я больше ничего не знаю. Вся моя жизнь была сплошной ложью. – Он улыбнулся, проведя кончиками пальцев по скуле гриффиндорца. – Но я никогда не забуду, что ты был моим первым. Рон улыбнулся, даря Драко поцелуи-укусы, проводя дорожку по нежному горлу парня. Если после сегодняшнего вечера это чувство к Драко у него исчезнет, то Рон собирался получить все, что можно, чего бы ему это ни стоило. Оставив влажный поцелуй на тонкой ключице, Рон сместился ниже и впился губами в твердый сосок любовника, пощипывая свободной рукой второй сосок, вслушиваясь в тихие стоны Драко. - Я хотел все сделать не торопясь, но… это выше моих сил, - прошептал Рон, слегка прикусив зубами возбужденный сосок. У Драко едва хватило сил кивнуть в ответ. Пряди светлых волос упали на лицо, прилипнув к влажной коже. - Прости. Пожалуйста… сейчас! Жажда обладания густым туманом накрыла Рона. Но остатки здравого смысла удерживали его от желания взять силой, стараясь не навредить Малфою… и он скользнул еще ниже, направляя руку к девственному входу Драко. Палец осторожно скользнул внутрь и Рон в замешательстве замер. - Что?.. – он тихонько вынул палец обратно, растирая его большим пальцем руки, удивленный обилием смазки. - Ты знал об этом? – поинтересовался он, протягивая влажную руку в сторону Драко. Блондин покачал головой. Не в силах совладать с голосом, он только протяжно вздохнул, всем телом прижимаясь к Уизли. Пожав плечами, Рон принялся подготавливать Драко, находя весьма удобным, что тело любовника само вырабатывало смазку. Это весьма облегчало его задачу, защищая тело молодого человека от разрывов. Пальцы Рона легко входили в тело Драко, растягивая и подготавливая к более серьезному вторжению. В глазах рыжего резвились бесенята, когда он наблюдал, с каким нетерпением Драко вскидывал бедра навстречу очередному добавленному пальцу. - Пожалуйста… пожалуйста… пожалуйста… - шептал Драко, повторяя как мантру одно единственное слово. Вынув пальцы из Драко, Рон смазал смазкой, оставшейся на руке, свой член. - Ты хочешь меня? – голос был низким, бархатистым, Рон с трудом узнал самого себя. Усмехнувшись, склонился над Драко и обхватил губами подрагивающий от возбуждения член. От нового, неизведанного до этого ощущения Драко, приподнимаясь на локтях, всем телом подался вперед. - Да! Прошу! Трахни меня. Возьми меня! Сделай… хоть что-нибудь! При звуках хриплого голоса Драко, насквозь пронизанного страстью, член Рона дернулся от вожделения. Гриффиндорец слегка провел кончиками пальцев по молочно-белому бедру, чуть слышно посмеиваясь, когда Малфой, терзаемый потребностью и желанием, призывно раздвинул ноги. И Рон сжалился над ним, удобно устраиваясь меж его бедер, направляя рукой член к отверстию Драко. Положив одну стройную ногу любовника себе на плечо, раненую он тронуть не решился, опасаясь обострения боли. Обхватив руками бедра, потянул Драко на себя, одновременно двигаясь навстречу, нажимая головкой члена на тугое колечко мышц. Как можно медленнее Рон погружался в тепло принимающего его напряженного тела Драко, непроизвольно выгнув спину, ощутив сильный прилив жара, охватившего его со всех сторон. Где-то на краю сознания он слышал тихие жалобные всхлипы Драко, бедрами подавшегося ему навстречу… и вышел из него, чтобы вновь войти, но на этот раз как можно глубже. - Да-а-а! – Срываясь на крик, Драко изо всех сил вцепился пальцами в плечи Рона, впиваясь ногтями в кожу и оставляя на ней длинные кровавые полосы. Войдя на всю длину члена, Рон, вглядываясь в лицо Драко, облегченно вздохнул. Кровь отбойными молотками стучала в висках. Стараясь до конца прочувствовать новое для себя ощущение, он замер. И лишь когда Драко шевельнулся под ним, продолжил. И как бы его тело не требовало немедленной разрядки, он двигался медленно, стараясь не навредить Драко. Неторопливо покачивая бедрами, Рон наслаждался стонами, срывающимися с губ любовника. - Трахни меня! Прошу! Сильнее! – крикнул Драко, не замечая слез, катящихся по щекам из полуприкрытых ресниц. – Я хочу получить все, что ты можешь мне дать! Закусив губу, Рон промолчал, не в силах не то что ответить - связно думать. Вняв просьбе Драко, он отстранился и вновь вошел, но уже не жалея, в полную силу, до самого основания. Наградой ему послужил громкий крик наслаждения, и Рон принялся вколачиваться в, с готовностью принимающее его тело снова и снова… желая слышать голос Драко, теша свое самолюбие, что он – единственный на свете, кого так щедро одаривает Малфой. С каждым толчком темп нарастал. Рон, изменив угол, менял положение раз за разом до тех пор, пока не нашел то, что искал. Его рот скривился в довольной усмешке, когда Драко, пребывая в чистом экстазе, требовал всё больше и больше. И Рон впервые в жизни был счастлив подчиняться, раз за разом задевая ту самую точку, от чего Драко, признав свое поражение, падал к его ногам. Их мир уменьшился до точки абсолютной потребности находиться друг в друге, направляясь к единой цели. Они оба стремились к удовольствию, ища экстаза… и ни один не мог продержаться дольше другого. Склонившись вперед, Рон впился поцелуем-укусом в соленое от пота, подрагивающее горло Драко. Бедра, движущиеся навстречу друг другу, создавали громкие хлопающие звуки. Ногти Драко оставляли на веснушчатой спине Рона глубокие борозды, горячее дыхание обжигало ухо, требуя все больше и больше. Рон, обхватив за плечи Драко, зарылся пальцами в светлых прядях, и, нарастив темп, принялся грубо вколачиваться в напряженное тело блондина. Плотного соприкосновения тел, двигающихся в едином ритме, было достаточно, чтобы стимулировать пульсирующий член Драко, вознося слизеринца к пику наслаждения. Внезапно Драко закричал. Его тело забилось под Роном. Затуманенные страстью глаза закатились. Горячая сперма толчками выплескивалась на животы, накрывая одурманивающим оргазмом. У Рона перехватило дыхание: пульсирующие мускулы Драко все сильнее сжимались вокруг его члена. Толчок… другой, третий… И Рон, давясь собственным криком, выплеснулся вглубь блондина, щедро орошая своим семенем. Непроизвольно качнувшись еще раз, Рон замер, не желая освобождаться из восхитительного плена. Глядя на бледное лицо блондина в свете костра, он видел, что глаза его закрыты. Тот спал, исчерпав все свои силы. Улыбаясь, Рон наклонился, срывая со сладких губ слизеринца последний поцелуй. Эти чувства, скорей всего, исчезнут… Рон грустно вздохнул. Определенно, сегодня Драко получил то удовольствие, к которому так отчаянно стремился. Печально улыбаясь, Рон повернулся на бок, притянув к себе Драко, так и не выйдя из его тела. Если его чувствам суждено было исчезнуть, то он хотел продлить их как можно дольше, оберегая как бесценное сокровище, выпавшее на его долю. Рон устало прикрыл глаза. Теперь, когда они оба достигли завершения, темнота с готовностью приняла их в свои объятия. Драко крепко спал, тесно прижавшись к Рону, и не слышал, как тот бормотал в полусне. Ночь с удовольствием вглядывалась в расслабленно-удовлетворенные, улыбающиеся лица мальчишек.