Доможил меняет профессию

      Работа не спорилась; я крыла матом всю возможную площадь вокруг себя, включив в обсуждение-монолог ещё и неповинного ни в чём кота. Пупсик лишь жалобно поглядывал на меня и изредка вопросительно мяукал, ожидая конца бури. - Всё, я успокоилась, можешь вылезать, - пробурчала я, когда компьютер перестал зависать и выдал все сделанные ранее штрихи на новом слое. - Есть, поди, хочешь? Пошли, друг пушистый, жрать будем.       Жрать было что: расщедрившийся сосед сверху компенсировал залитую недавно кухню. Обаятельный молодой доктор психиатрии по имени Сергей успокаивающим тоном увещевал сразу двоих - меня и Милку, когда мы с боем вломились в его квартиру с требованием прекратить дождик с нашего потолка. Нет, ну я, что ли, виновата в том, что этот рассеянный идиот забыл воду выключить? В общем, моя драгоценная подруга на правах третьекурсницы-юристки такого ему приплела, что бедняга уже и не знал, чем крыть, как исправлять. Сошлись они - меня из диалога деликатно выперли - на сорока тысячах с его стороны и телефончике Милены - с её. Кому скажешь, не поверят, чёрт побери... Вадим позвонил пару раз, посочувствовал насчёт срочного ремонта и потребовал вернуть все его подарки. Ежу понятно, что я ответила матом и окончательно расстроила интеллигента-скупердяя. - Ляль, ну ты только не плачь, - Мила лишь трогательно поддерживала меня, пока я рыдала от хохота на полу. Свидетель сего, сосед пресловутый, тихо присвистнул и покрутил пальцем у виска, засобирался и вмиг исчез. Мила гонялась из квартиры в магазин три раза - за шоколадом, вермутом и пачкой "Тампакс", которые грозила подложить Вадику куда-нибудь в качестве мести. После того, как я перестала икать и повизгивать от дикого смеха, мы выпили и начали перемывать косточки всем, кого могли вспомнить...       Тем утром я морщилась от боли в голове, привкуса рвоты на языке и внезапно проснувшейся совести, просившей извиниться за хамские СМС-ки Вадику. Совесть успокоилась после первого же глотка кофе и превратилась в Музу, велевшую придумать эскиз для росписи потолка. Нахрена ежу перья, то есть нахрена мне делать эскиз для потолка, если его рискуют потом опять залить???       Между тем, я стала замечать какие-то странности по всему дому. Это нервировало, заставляя ёжиться и вздрагивать от всего подряд. Странностей было несколько.       Первое - обалдеть какие громкие шорохи по ночам. Я раньше не замечала, что в старой бабулиной трёшке такая хорошая акустика. Мышей здесь водиться по определению не могло, они бы просто сдохли от наглости моего кота. Собственно, и сам кот не мог так шебуршать, особенно в запертой кладовке в два часа ночи. Сто раз я проверяла запертую комнатку и не находила ни одного источника шума.       Второе - дикий стук при любой моей возможности перебрать старые вещи в комоде. Комод, стоявший в спальне, ранее бабушкиной, а теперь ничьей, не желал явить мне открытым один из ящиков; другие были заполнены доверху всякой дрянью - нитками, иглами и старыми цветными свечками, разными мешочками с травами, камушками и чем-то вроде... костей. Всё указывало на то, что бабушка, как и утверждали в своё время, была ведьмой. Стук становился назойливым и пугающим всякий раз, когда я только бралась за ручку одного из отделений.       Третьим кошмариком был факт постоянного исчезновения моих вещей. Нет, они, конечно, появлялись позже, но совершенно в других местах. К примеру, новенький набор пастелей, нераспакованный ещё, был найден мной в опасной близости от ведра с водой спустя день после его пропажи. Такая участь постигала множество вещей, раз за разом зля и пугая меня всё больше.       Милена лишь глухо охала и хваталась за сердце, слушая мои жалобы. - Слушай, это нужно прекратить. Давай, я экстрасенса приведу? - её охи сменились жгучим энтузиазмом, который необходимо было побороть. - А ещё Серёжу позови, - посоветовала я, почёсывая Пупса за ухом. Животное меховым пуфиком устроилось на моих коленях, согревая и успокаивая. - Зачем? Он тебе нравится? - слегка понуро спросила рыжая, на что я ответила: - Нет, просто нам после экстрасенса только психиатр и будет нужен. Мил, не нагнетай. Я думаю, мне нужно выкинуть комод и основательно прошерстить дом в поисках мышей. И всё. - Ну-у... Ну Ляль! Ляль, я же никогда не видела мышей, которые будут стучать из-за комода и прятать твои вещи! Это барабашка, не иначе! Слушай, Ляль, а вдруг тебя сглазили? А если порчу навели, а?! А я слышала, что от порчи венец безбра... - Милена!!! - вот на больное место не надо, мне и так всех мужиков без исключения переубивать охота! - Ещё слово - и я Сергею позвоню! - Ну и звони! - Я ему, как врачу, позвоню! Чтобы с санитарами и рубашками выехал! Ишь, умная какая, мне тут про венцы безбрачия заявляет!       Милена лишь надулась, стянула последнее пирожное с тарелки и запила чаем. Тема барабашек и экстрасенсов была благополучно забыта.       Ночь, холод по дому и дикая тяжесть на груди. Я застонала, пытаясь перевернуться, но эта тяжесть камнем лежала на мне, не давая двинуться. - К худу или к добру? - вспомнила я старую присказку бабушки, когда ей сложно было вздохнуть. Шею сдавило, и лишь свистящий шепоток "К добру..." прошёлся по квартире. Медленно тяжёлый груз исчез с моего торса, позволив вдохнуть и успокоить бешено бьющееся сердце.       Следующие полчаса я тряслась на кухне в обнимку с бешено шипящим котом и бутыльком валерьянки. Мила притащилась сразу же и с порога начала требовать вызвать какую-нибудь гадалку или эксперта по такой вот фигне. Тем же утром в квартиру заявилось чудо в перьях, точнее, в бусинках и перьях. Милена с любопытством смотрела на размахивающую руками даму лет сорока с макияжем в три слоя. Я молча закатывала глаза на каждое: - Чувствую здесь какую-то неблагоприятную энергию. В доме что, ни одного обряда очищения не было? Ужас, ужас...       В спальне затрясся комод, стоило дамочке только пересечь порог комнаты. Потом раздался пугающий грохот в кладовке, испуганный взвизг недоэксперта и последующие угрожающие бубнения в стиле "уберись, уберись, я тебе приплачу потом..."       Я лишь посмеялась и выперла даму из квартиры. Стук моментально прекратился, а моё рыжее чучело начало обиженно нудеть, не подозревая о том, что выпрут скоро и её. Мы с котом остались одни и решили договориться с нечистью полюбовно. Нечисть, как назло, подозрительно затихла, и я просто в сердцах плюнула и пошла доделывать работу, потому что дедлайн не радовал никогда. В одиннадцатом часу вечера, когда три арта были отрисованы и почти завершены, завалился Сергей. Взъерошенный и помятый сосед потребовал срочно валокордина и что-нибудь сладенькое. Зачем ему это, я не поняла, но объяснил он доходчиво: - Твоя... Твоя подруга тут днём ко мне привела какую-то даму. Она назвала себя экстрасенсом и решила заодно осмотреть мою квартиру. Слушай, ты это... Ты свою подругу-то утихомирь, пока я у неё шизофрению со всеми вытекающими не диагностировал!!! Это же просто букет мозговыносов в разных видах! - Ну так сразу бы и сказал, что руки её просишь, - миролюбиво ответила я, с удовольствием поняв, что не мне одной сегодня не свезло. - Всё высказал? Отлично, а теперь спать иди. - Не могу, там Мила, - слегка растерялся сосед, на что осталось только закатить глаза: - Выпри. Обеих выпри, пока мозги не выели. Господи, ты что, такой культурный??? Распахнутые изумлённые глаза зелёно-жёлтого цвета офигело взирали на меня из-под тонких очков, пока я выволакивала их обладателя за собой и шла на этаж выше. Расшугав двух активно ищущих всплески негатива чудил, я втащила в квартиру её хозяина и попрощалась. Вот люди, а! Ночь отозвалась десятком тихих шорохов, не так сильно пугающих, больше просто беспокоящих сон. Я поднялась с кровати и вышла в прихожую, ощущая прохладный линолеум под пятками. Холодно, надо скорее посмотреть, что же является причиной. Страх, разбавленный диким интересом, пронизывал меня, пока я вглядывалась в дверь кладовки из-за уголка. Вот, сейчас... Ага, открылась! Значит, что-то там обитает точно! Страшно и так клёво, я прям охотник на привидений! Фигасе, это... Ну, этот барабашка какой-то... Больше, чем я ожидала. Метра под два, да и силуэт человеческий. Я резко взяла в руки первый попавшийся предмет, подбежала и шарахнула это по голове. - Кикимора окаянная, что творишь-то?! - я нажала на выключатель. Свет озарил... - Пиздец. - Не пиздец я, а Домаш! - несколько недоумевающе воскликнул двухметровый блондинистый шкаф с наивными синими глазами и в типичном народном костюме. Чё за клоун, мать твою?! - Пиздец.