Глава 7
26 сентября 2014 г., 22:33
Экзамены приближались со скоростью «Хогвартс-экспресса», который нёсся к школе, что до чёртиков пугало учеников. В это же время в классе анимагии оставалось всё меньше студентов, а интрига в коридорах нарастала. Из всех учеников седьмого курса только пятнадцать до сих пор продолжали занятия у МакГонагалл, и четырьмя из них Гарри действительно гордился: Рон, Гермиона, Блейз и Панси всё больше совершенствовались и хвастались этим, только не называли форму, потому что никто, кроме них самих и преподавателя, знать не должен был. Чем особенно гордился юноша, это тем, что они теперь вместе. У Гермионы и Панси было несколько свиданий, и каждому из них Грейнджер радовалась, после каждого возвращалась окрылённой — она была счастлива. Девушки почти не расставались и не стеснялись демонстрировать свои отношения. Блейз и Рон были куда более скрытны, хотя их отношения зашли намного дальше. Двое парней уже два месяца ночевали в Выручай-комнате и выглядели довольными. Поттер был действительно счастлив за них, но сам чувствовал себя не очень хорошо. Драко внимательно наблюдал за ним, но даже не пытался поговорить, сам же Гарри с каждым днём всё больше сомневался в своём решении не приближаться к Малфою. Гриффиндорец смирился с тем, что, видимо, влюбился в слизеринца, но не пытался что-то изменить. Вёл себя, как трус, мягко говоря, но ничего лучше придумать не мог, поэтому просто читал трактаты по анимагии. Их было немного, всего десять, так что Сириус оказался прав — никто всерьёз не исследовал. Подняв взгляд, он столкнулся с ледяными серыми глазами и сглотнул. Из мыслей его выдернуло постукивание ножа о бокал.
***
— Святые основатели, Драко, ты можешь, наконец, с ним поговорить? Вы избегаете друг друга и делаете вид, словно ничего не происходит. При всём этом оба чувствуете себя не особо счастливыми, — тихо произнесла Панси за очередным завтраком, когда Малфой внимательно смотрел на жующего Поттера. Тот был очень задумчивым сегодня, то и дело покусывал губу и смотрел в какую-то книгу. Взгляд внимательно скользил по строчкам, улавливая основной смысл и посвящая брюнета в суть текста. Необычное зрелище. Гарри редко настолько увлекался книгами, что не мог от них оторваться. Драко хотел бы узнать, что он читает, что так сильно занимает его, но не мог, вынужденный только смотреть со стороны. Возможно, его друзья и были правы: не разговаривать с Поттером было плохой идеей. — Почему он не хочет поговорить со мной? Почему сам не сделает первый шаг? — спросил Малфой, нахмурившись. Панси опустила глаза и вздохнула. В её личной жизни всё было хорошо. Она была счастлива с Гермионой, которая понимала её и поддерживала, была нежной и заботливой, даже родители, скрипя зубами, благословили выбор дочери. Всё было прекрасно, но, глядя на страдания лучшего друга и метания Грейнджер, которая, так же, как и она сама, наблюдала за болью Гарри, Паркинсон понимала — всё не так радужно, как ей хотелось бы. — Если ты думаешь, что ему всё равно, то ты ошибаешься. Он убивает себя на тренировках, учится, как никогда раньше, и больше всего на свете хочет сбежать подальше от тебя, потому что ему совсем не всё равно, — поделился информацией Блейз. Он бы не лез в личную жизнь друга, если бы не волнение Рона, который не мог спокойно смотреть, как его лучший друг себя истязает. Сам же Забини был вполне счастлив с Уизли, не планируя расставаться с ним ни в ближайшее время, ни позже. Родители с горем пополам согласились не вмешиваться в его жизнь и дать ему возможность самому выбирать человека, с которым он её проведёт. Откровенно говоря, парень был им чертовски благодарен. — Сбежать подальше от меня? — переспросил Драко. — Блейз, если ему так плохо без меня, то какого чёрта он не пытается что-то изменить и стремится сбежать куда подальше? — вопрос был, скорее, риторическим, чем серьёзным. Их разговор прервало постукивание ножа о бокал. Все разговоры в помещении мгновенно стихли, и ученики перевели взгляды на учительский стол, ожидая новостей. До экзаменов оставалось всего три недели и каждый понимал: сейчас Дамблдор скажет что-то очень интересное. — Друзья мои, немного подумав и проанализировав результаты занятий в классе анимагии, я решил, что мы немного поменяем условия конкурса. Шестнадцать анимагов сегодня получат известия о том, где и когда встретятся с другими учениками, а в конце дня, подведя итоги, я объявлю двух победителей, которые получат главный приз. Это будут не просто два ученика и не просто два анимага, а люди, которые знают друг друга настолько хорошо, что даже сквозь призму магии могут рассмотреть истинное лицо, — вдохновенно говорил Дамблдор, пока справа от него не послышалось деликатное покашливание МакГонагалл. — Ну а для всех остальных маленький бонус: сегодня занятий не будет, — улыбнувшись, закончил директор. Ученики снова загудели, обсуждая то, что только что услышали. Все знали, что в класс анимагии ходили пятнадцать человек, а Дамблдор сказал, что участников конкурса шестнадцать. Интрига нарастала, потому что все были убеждены в том, что Гарри Поттер — анимаг, шестнадцатый анимаг. — Гарри, я не думала, что ты тоже участвуешь, — тихо сказала Гермиона. Она волновалась за него, но иногда ей хотелось дать ему подзатыльник, чтобы он поговорил с Малфоем и перестал замыкаться в себе и увиливать от обсуждения темы их отношений. Поттер радовался за неё и Рона, но, тем не менее, хотел оказаться как можно дальше от того, кого любил сам. — Дамблдор попросил. Сказал, что это станет отличной проверкой моей интуиции. Я согласился. Кроме тебя, Рона, Панси и Блейза всё равно никто не знает мою форму, а вам четверым явно нет резона выбирать меня. Вот и всё, — спокойно ответил Гарри, пожимая плечами. — А Малфой? — уточнил Рон. — Возможно, он догадывается, но не думаю, что рискнёт всерьёз предположить. Я полагаю, что он вряд ли выдвинет эту теорию, — ответил Поттер и поднялся. — Я буду на Астрономической башне, вам двоим тоже следует быть на отдалении друг от друга. Так интереснее, — подмигнул парень и, взяв книгу, ушёл. Через пару часов к нему прилетел огненный феникс, написав пламенем всю информацию. Вздохнув, парень поднялся и отправился вниз, стараясь не попадаться никому на глаза. Пристальное внимание к своей персоне уже давно не раздражало, но по-прежнему порядком нервировало. Он мог себе только представить, что случится, когда он уйдёт в спорт. Подойдя к нужной двери, Гарри остановился и посмотрел на Дамблдора. В большой круглой комнате, о которой большинство учеников школы и не подозревали, сидели на небольших постаментах пятнадцать разных зверей, ни одного повторения. Возле пятнадцати дверей стояли учителя: Дамблдор, МакГонагалл, Снейп, Хагрид, Грюм, Слизнорт, Флитвик, Аврора Синистра, Бинс, Помона Стебль, профессор Вектор, профессор Трелони, Бербидж, мадам Трюк и профессор Двукрест. После того, как свет мигнёт, все анимаги выйдут каждый через свою дверь и, став людьми, назовут одного зверя и соответствующее этому зверю имя. Правда, в комнате был и шестнадцатый постамент, созданный специально для одного уникального ученика. К огромному удивлению многих анимагов, через минут десять, как они тут стояли, в комнату вошла большая лоснящаяся пантера. Она скользнула глазами по всем ним и грациозно заскочила на шестнадцатый пьедестал. Все звери стояли и смотрели друг на друга. Большой, с лохматой гривой лев нервно дёргал хвостом из стороны в сторону и то и дело выпускал когти. Гарри почти мгновенно опознал в нём Рона. Только у его друга были такие прекрасные лазурные глаза. Глубокие и чистые, словно весеннее небо. Справа от льва сидел орёл. Красивый и гордый, он сверлил Гарри взглядом. Недобрым взглядом. Симус. Определённо он. Дальше лежала чёрная египетская гадюка. Она мало на кого действительно обращала внимание, скорее, выискивала кого-то конкретного. Панси. Всё пыталась выискать Гермиону. Сразу за змеёй восседал гепард. Его Гарри не узнавал, видимо, это кто-то, кого он плохо знает. Жаль, красивая форма. Дальше сидела рысь. Вот и Грейнджер нашлась. Явно она, такая спокойная и сосредоточенная. Панси ищет, вон как глазки бегают. Рядом с ней сидел конь. Гарри прыснул, но сдержался. Вообще-то, конь был красивым: чёрный, со сверкающей шерстью и длинной гривой. Ему уж точно было неудобно тут. Дальше сидела маленькая серая мышка. Миленькая такая. Рядом с ней сова. Необычная. Она была почти красной, но всё-таки рыжей. Поттер задержал на ней взгляд и двинулся дальше: это ведь не Блейз и уж точно не Малфой. Сразу за совой сидел лис, ржаво-рыжего цвета, близкого к каштановому. Забини. Смотрит прямо на него, забавный. За ним сидел волк. На этом Гарри завис. Белый, сверкающий в этом свете волк смотрел на него пронизывающими серыми глазами. Поттер поверить не мог в это. Тот же волк, тот же прекрасный волк, что и в его видениях, что во снах. Драко... Мотнув головой, он отправился взглядом дальше. Павлин, собака, кот, попугай и овца. Эти звери уже не представляли особого интереса. Он уже нашёл то, что искал. Свет замигал, и анимаги покинули свои места, выходя каждый в свою дверь. Гарри со вздохом посмотрел на Дамблдора. Его подмывало солгать, но он был обязан директору жизнью, и это — самая незначительная услуга, которую парень мог оказать. — Волк, — бросил Поттер улыбающемуся старику, а после ушёл. Он хотел подумать. Хотел побыть один. Предчувствие подсказывало, что на ужине его ждут большие проблемы.***
За ужином все ученики были на взводе и ожидали объявления результатов конкурса. Всем хотелось узнать, кому же повезло выиграть. Гарри скучающе сидел на своём месте, благополучно пропуская мимо ушей всё, что обсуждали его друзья. Его интуиция откровенно била тревогу и кричала о необходимости валить отсюда куда подальше, дабы избежать приключений на свою задницу. Малфой сидел за столом Слизерина не менее угрюмый. Он бездумно смотрел куда-то в окно и покусывал губу, стуча пальцами по столу. Весь его вид говорил о безумной скуке и крайней степени раздражения. Когда он впервые увидел чёрную пантеру в лесу, то определённо не думал, что всё так обернётся для него и его нервных клеток. В такие вот минуты он радовался тому факту, что блондин, иначе бы поседел уже. Раньше времени. Спасибо Гарри, мать его, Поттеру. Устав лицезреть двух юношей в подавленно-скучающем настроении, а остальных учеников — в возбуждённо-азартном, Дамблдор поднялся со своего места и хлопнул в ладоши, привлекая к себе всеобщее внимание. Впрочем, и до этого действия все взгляды были направлены только на него. — Друзья, я рад сообщить, что конкурс (хотя, признаюсь честно, я не был уверен, что кому-то это удастся) выявил двух победителей. Однако, прежде, чем я назову их имена, я хотел бы сказать о вознаграждении. Эти двое освобождаются от экзаменов (к тому же, они и так заслужили блестящие аттестаты), и отправляются на три недели на Фиджи, загорать и отдыхать. Двое наших победителей приложили немало усилий и уж точно заработали этот отдых, вдали от шума экзаменов и магического мира. Гарри Поттер и Драко Малфой. В тишине зала было слышно даже то, как кошка Филча упала с подоконника, услышав два имени. — Собирайте вещи, юноши, ваш портал сработает через час, — объявил директор. Двое парней молча поднялись и вышли из зала. Ни один из них не ожидал такого подвоха, но оба понимали, что это — время для того, чтобы лучше узнать друг друга и, возможно, понять. Понять не только своего спутника, но и себя. Следом за двумя юношами последовали их друзья. Рон был немного зол, а Гермиона встревожена. Гарри же, поднимаясь по лестнице, хранил молчание. В комнате он всё так же молча принялся собирать вещи в дорожную сумку. Брать с собой чемодан он смысла не видел, толку-то, а вот сумка была достаточно удобной и вместительной. — Гарри, почему директор так тебя подставил? — нарушила тишину Гермиона. Поттер остановился и присел на кровать, немного сгорбившись. Он, конечно, ожидал подвоха, но уж точно не такого. — У него с самого начала был такой вот супер-план. Я догадывался, но не думал, что всё так серьёзно. Не очень-то мне нравится отправляться туда вместе с Малфоем, но, как ни крути, я обязан Дамблдору, только поэтому-то и согласился. Мне бы кого другого на этот остров, — хихикнул Гарри. На самом деле, он действительно не хотел туда отправляться со слизеринцем. Боялся немного. Вот конкретно сейчас в голове то и дело всплывал тот разговор с Драко в палате, когда он сказал, что волновался за него, и потом, когда Панси и Блейз были так удивлены этими его словами. Было бы неплохо, чтобы это оказалось правдой, но Гарри не верил. Не мог себя заставить, а может быть, просто сам боялся каких-то отношений. Сложно сказать. — Слушай, друг, может, это и не плохо. Вы нравитесь друг другу, и это может стать тем фактором, который лично я предпочитаю называть «пинок под задницу», — сказал Рон. Он волновался за своего друга, но прекрасно видел, как он изводит себя, стараясь не думать о Малфое, не думать о его словах или действиях. Гарри ничего не говорил, всё так же близко общался с Симусом иногда, но в глазах его была некая печаль и немного отчаянья. Он тосковал. — Я ему не доверяю, знаешь ли. Но, вполне возможно, что ты прав, — сказал Гарри, закончив складывать одежду. — Будь осторожен, — тихо-тихо сказала Гермиона, проводив Поттера внимательным взглядом. И она, и Рон были взволнованы, но, втайне от Гарри, благодарны Дамблдору. Возможно, в другой обстановке они смогут, наконец, открыться друг другу, довериться и насладиться теми чувствами, которые у них есть. Уизли и Грейнджер повезло: они нашли свою любовь, и эта любовь была взаимной. И Панси, и Блейз были близки к ним, были рядом, понимали и помогали, просто любили. Остальное не так важно.***
— Драко, я только умоляю тебя, не наделай глупостей, — говорила Панси, пока Малфой собирал вещи в свою сумку. Он не понимал, что происходит, не понимал, почему и как Гарри смог узнать его, но этот факт он выяснит позже. Спросит у Поттера, в надежде, что тот ответит. Чёрт... Он и хотел, и не хотел отправляться туда. С одной стороны, там не будет занозы по имени Симус Финиган, который постоянно распускал свои ручонки рядом с Гарри. Но, вот беда, Поттер на Драко злился, уже непонятно за что. — И не собирался, — спокойно отозвался Малфой, закрывая сумку и забрасывая её на плечо. Блейз остановил его внимательным взглядом. Он-то знал его, своего друга. Ой, как знал. Видел, как загорелись эти серые глаза, стоило ему услышать о вознаграждении. Как ни поверни, а не сдавать экзамены — было очень круто, да и отпуск этим двоим не помешал бы. — Ты и в прошлый раз не собирался, а толку? Вы разругались и почти целый год не разговаривали. Да что там, вы и сейчас не разговариваете. Слушай, Фиджи — это крутое место, где можно классно отдохнуть. Вам двоим это особенно необходимо. Там красивые места, развеетесь, отдохнёте. Ты, наконец, перестанешь ревновать его к каждом столбу... Главное, не ревнуй к пальмам — их там много, — хихикнул Блейз. Драко вздохнул, закатил глаза и вышел, поднимаясь на первый этаж. Он бы хотел, чтобы всё наладилось, чтобы Гарри понял его, наконец, поверил ему, доверился. Было чертовски обидно, что этому козлу Финигану можно прикасаться к нему, можно целовать... Возможно, даже и много больше, а он должен просто смотреть со стороны без шанса что-то изменить. Примерно с такими вот мыслями Малфой и появился на внутреннем дворе школы, где его уже ждали Гарри и Дамблдор. Директор чему-то лучезарно улыбался и смотрел довольно. Вздохнув, Драко подошёл к ним и посмотрел на Поттера. Альбус вложил в руку Малфоя маленькую монетку и отошёл, кивая на неё. Гарри прикрыл глаза и положил свою руку сверху. Через мгновение они оба почувствовали, как их дёрнуло в портал.
