Блокнотные рассказы

В огромном зале царила кромешная тьма. Отовсюду слышался тихий шепот, образующий единый рой голосов. Сотни тембров, интонаций, все они слились в единый шум. Внезапно одновременно вспыхнули десятки свечей, озарив лица множества мужчин, скрытых алыми капюшонами. Ропот стих. Собравшиеся, заполнившие огромное помещение, словно ожидали чего-то. Большинство покорно склонили головы, робея, будто провинившиеся дети в горьком предвкушение скорого наказания. А ведь некоторые из них были люди почтенные. Нечистый на руку сенатор Бингли, бравый полковник Раст, видный финансист Герхард. Были и деятели менее знатные и богатые, встречались и юноши, не видавшие жизни студенты, и пылкие влюбленные, отцы семейства, юристы, воры и прочие крайне интересные экземпляры. Постепенно в центре зала образовывался широкий круг из людей. Они взбрасывали руки вверх, монотонно повторяя: «Хвале сале!». Через некоторое время из двери в дальнем углу выплыла величественная фигура в длинном синем одеяние. Это был седой старик. Тонкая струйка бороды его доходила почти что до живота, а спина была слегка сгорблена, но, тем не менее, он все равно был невероятно высок. С появлением старца круг бесновался еще сильнее прежнего. Наконец, войдя в его центр, тем самым разорвав круг, он жестом заставил толпу замолчать. Непонятно откуда рядом с ним возникла трибуна, на которую и взошел старик. Его холодные голубые глаза быстро оглядели собравшихся, и он начал свою речь: - Хвале сале, о братья! Тысячелетия землею правили силы зла. Тьма застлала наши очи пеленой, оттого мы не видели тех ужасов, что творились вокруг. Но сегодня вы прозрели, о братья! Вы увидели свет и идете прямо к нему. Я возжелал быть вашей путеводной звездой. Но, что же, то будет длинная дорога, полная препон. Но вместе единою силу мы победим, победим Дьявола, завладевшего умами и душами, тех, кто рядом с нами. Возможно, и в этом зале, - сказал он тише. Те, кого он называл братьями, принялись подозрительно коситься друг на друга, - да, не стоит удивляться. Враги есть и среди нас. Подлые предатели, что желают разрушить нас изнутри. Но мы лишь сомкнем свои ряды и будет бдительны. Но Крик, господь и творец, поможет нам в этом. Он очистит этот грешный мир от козней Тьмы. Но помните, о братья, никогда не забывайте о том, что не следует слушать этих ослепленных ложью святош, прогнивших христиан. Их Иисус – иллюзия, и только. Выдумка хитрых дельцов. Есть один истинный Бог. И это Крик. Молитвами к нему мы сумеем освободить мир от вселенского зла, иудеев, православных, католиков, мусульман, буддистов, язычников и других корыстных лицемеров. Мы будем молить по конца, и тогда Крик сжалиться и освободит нас от страданий. И тогда восторжествует добро. Мы построим храм, за каких-то пять лет, и он будет возвышаться над этими богомерзкими заведениями златою свастикой. И там мы падем на колени, выслуживая благословение Крика! – старец медленно слез с трибуны. Ее тут же подхватила пара крепких мужчин и унесла к краю зала, спешно распихивая зазевавшихся зрителей сея действа. Старец поднял указательный палец. И вдруг довольно резво припал к полу, устроившись на коленях. Собравшиеся тут же повторили жест вслед за предводителем. «Хвале сале! Хвале сале!» - раздавалось вокруг. Из дальних концов помещения послышалась нагнетающая барабанная дробь, накаляющая атмосферу. Вся оргия продолжалась на протяжение пятнадцати минут. Но позже старец встал и, вскинув руки вверх, спешно удалился. Тем временем люди, наполнявшие зал, начали постепенно расходиться, предварительно опустив купюры и монеты в тяжелый ящик со странной символикой и схематичным изображением храма, стоявший на выходе. Темноволосый гладковыбритый молодой человек (лет 30-35) с довольно красивым лицом и невероятно пронзительными голубыми глазами сидел и с интересом рассматривал себя в зеркале в небольшой мрачной каморке. Он застыл в позе, поставив руки по бокам, нахмурил брови и кинул в сторону самого же себя надменный взгляд. - И пусть судьба несправедлива, но жизнь – игра, играй красиво! – декламировал он. Неожиданно для мужчины в каморку зашел молоденький конопатый паренек, прервавший эту театральную сцену. - Калеб, ты был на высоте! – восхищенно произнес он и примостился рядом с сидящем на стуле Калебом. - Годы тренировок, мой друг. Быть может, и ты когда-нибудь достигнешь моего уровня. Но здесь нужен талант, хоть и схема до крайности проста и избита, - он поглаживал свой подбородок как-то хитро улыбаясь. - Можно всего один вопрос? – Калеб кивнул, – ты же понимаешь, мы совершаем преступление. Не боишься расплаты? Мужчина пустил смешок, - О, нет. Как ты не поймешь, Джимми, люди нуждаются в вере, а я лишь любезно предоставляю им данную возможность, да и к тому же получая за это доход, - глубокий взор старика устремился к Джимми, он скромно улыбнулся. Но близился расцвет, товарищам пришлось распрощаться. И они разошлись до следующей ночной встречи.