Янтарь в глазах твоих

На удивление, третий курс прошел тихо и даже как-то спокойно. Нарцисса сняла тихий домик на окраине небольшой магической деревушки, где они с Молли встречались несколько раз в неделю – обсуждали дела, моду, детей, занимались любовью. Лишь двух тем женщины старались не касаться: предстоящей войны и любовной связи их мужей. А те продолжали встречаться. Это одновременно огорчало и успокаивало. Огорчало в первую очередь Молли, так как она не понимала, за что Артур так поступает с ней. Успокаивало же Нарциссу – она предпочитала знать, с кем спит ее супруг и чем это может грозить их семье. Хотя женщина никогда не поднимала эту тему, но одна из ранних интрижек Люциуса до сих пор болью отзывалась в ее сердце. Ничего удивительного – ведь интрижка у Люциуса была с Беллатрикс. Впрочем, продолжалась недолго и не привела ни к чему, но неприятный осадок на сердце Нарциссы остался. Летом, так получилось, женщинам пришлось прекратить встречи: Молли хлопотала по делам Ордена, а Нарцисса с сыном уехала на месяц во Францию. Впрочем, к мировому чемпионату по квиддичу Малфои вернулись в Британию. И даже сидели во время оного в министерской ложе. Не сказать, что Нарцисса интересовалась квиддичем. Точнее, она им совсем не интересовалась, но... Положение обязывает. Так что женщина сидела в ложе и со скукой обозревала стадион. Зато сразу по окончании чемпионата ей удалось поймать Молли и затащить ее в какой-то темный угол. Всего лишь для того, чтобы сорвать украдкой несколько жарких поцелуев. С этого дня их жизнь вернулась примерно в прежнее русло: тайные встречи в «их» домике, долгие беседы за чашкой чая, мелкие подарки с обоих сторон... Увы, идиллия продлилась лишь до финала Тремудрого турнира. О возрождении Лорда Нарцисса узнала почти сразу: они с Люциусом впервые за долгое время решили провести вечер вместе, когда ее супруг, скривившись, схватился за предплечье с легкой гримасой боли. Быстрый обмен взглядами – и вот уже Люциус спешит к себе за маской и мантией, а Нарцисса сидит в кресле, кусая губы и ломая пальцы в ожидании худшего. К счастью, худшего не случилось – ее супруг вернулся. Вот только больше их жизнь уже не могла быть как прежде – это осознавали они оба. - Больше никаких Уизли, - словно бы размышляя вслух, прошептал Люциус и, слегка скривив губы, помешал кофе. - Ты прав, дорогой, - тихим эхом ответила Нарцисса, отложив ножик, которым она намазывала масло на традиционную булочку. Они переглянулись, стараясь скрыть друг от друга плещущуюся на дне глаз печаль. Так будет лучше. И для них. И для Уизли. Особенно для Уизли. - О чем вы? – недоуменно спросил сидевший за столом Драко. - Да, так, - слегка улыбнулась Нарцисса, вопросительно глядя на супруга, - Теперь больше не будет никаких Уизли. Лорд позаботится об этом. - Предатели крови, - понимающе кивнул Драко и переключился на фруктовый салат. Нарциссе удалось встретиться с Молли через неделю после этого: буквально на полчаса, в течении которых они успели поругаться, разрыдаться и помириться. А еще были поцелуи: горячие, жадные, словно они виделись в последний раз. Впрочем, именно так оно и было – с этого дня встречаться снова им было опасно. Обе женщины это понимали, но... Первой домик покинула Молли, твердой рукой кинув в камин дымолетный порошок и назвав в качестве конечного пункта «Дырявый котел». Нарцисса же с тихим всхлипом осела на диван и разрыдалась – теперь, перед лицом неизбежного, она поняла, что любит это рыжее бедствие. А дома ее ждал очередной «сюрприз»: Темный Лорд решил переехать в Имение. И уже даже успел прибыть в него. Так что Нарциссе ничего не оставалось, кроме как заняться размещением нежданных гостей. И именно в этот день она велела домовым эльфам достать из кладовки сервиз тетушки Франсез и заменить им другой, фамильный сервиз Малфоев. Кроме этого со стола исчезло все фамильное серебро и еще кое-какие мелочи типа богемского хрусталя и бокалов тончайшего венецианского стекла, которые заменили более грубые и менее ценные новоделки. Лорд никакой разницы не заметил. Разве что съязвил о цветах сервиза. - Это подарок французской тетушки Люциуса, - ответила на это Нарцисса. - Никогда не видела у вас этого сервиза, - подозрительно прищурилась находящаяся за столом Белла. - Разумеется. Ведь мы берегли этот сервиз специально для особого случая, - чуть скривила в улыбке губы Нарцисса, - Например, рождения второго ребенка... – она прикрыла глаза, но почти сразу же взяла себя в руки, - Но присутствие в нашем доме Лорда – гораздо более особый случай, ради которого стоит выставить все самое лучшее, что мы имеем. Белла на это лишь ухмыльнулась, многозначительно посмотрев на сестру. Та ответила холодной улыбкой. - Что ж, - Волдеморт обвел взглядом стол, - Посуда – вещь хорошая, но я бы предпочел поговорить о другом. О нашей цели. Нарцисса улыбнулась собравшимся за столом и покинула их – она предпочитала не знать о планах Лорда. * * * Пятый курс прошел как во сне. Впрочем, после того, как Люциус попал в Азкабан, все стало еще хуже: Драко винил во всем себя и рвался помочь отцу. Нарцисса перепробовала все, но так и не смогла убедить сына не принимать метку. Не сейчас... Но тот лишь твердил, что это единственный выход. И женщина, проплакав всю ночь в подушку, решительно взялась помогать сыну – раз уж не получалось его переубедить. И именно ей пришла в голову мысль подстраховать Драко, взяв с Северуса Нерушимый Обет. Белла была категорически против, считая, что это – ненужные сопли, а настоящий Малфой должен... Что именно должен настоящий Малфой Нарцисса слушать не стала, холодно напомнив сестре, что единственная Малфой среди них – отнюдь не Беллатрикс. Дальше – хуже. У Нарциссы возникло стойкое ощущение, что вся их жизнь катится под откос огромным снежным комом. А снег на него все налипает и налипает. Шестой курс был агонией, но седьмой... Она уже мечтала, чтобы все это закончилось хоть чем-то. И лишь об одном тайно сожалела миссис Малфой – что так никогда и не сказала Молли, что любит ее. Возможно, именно поэтому она и помогла Поттеру – в память о времени, проведенном в обществе одной своенравной рыжей ведьмы. А еще потому, что понимала, что Лорду не выиграть – не в этот раз. А потом были суды, пристальное внимание авроров, медленное восстановление почти разрушенного Имения и их привычного уклада жизни. Впрочем, прежним он не будет уже никогда – это понимали все. Люциус старался сделать все возможное, чтобы оградить семью и спасти хоть что-то. Нарцисса знала, что он снова стал встречаться с Артуром, но закрывала на это глаза, понимая, что это – всего лишь один из способов спасти семью. Драко, резко повзрослевший и разом потерявший всю свою манерность и спесивость, тоже вертелся загнанной белкой, помогая отцу, восстанавливая деловые связи и налаживая новые контакты. А сама Нарцисса целиком и полностью погрузилась в домашние дела, коих было немеряно. Ей оставалось лишь надеяться, что рано или поздно их жизнь вернется в прежнюю колею. Только без Лорда. Без этой отвратительной метки, довлеющей над семьей... * * * После расставания с Нарциссой Молли проплакала весь остаток дня. Но женщина понимала, что так было правильно, поэтому вытерла слезы и занялась домашними делами. На следующий день было собрание Ордена, на котором принималась стратегия борьбы с Тем-Кого-Нельзя-Называть. Молли вызвалась помогать с зельями, вызвав тем самым скептическую усмешку Снейпа. Впрочем, сложные составы она варить и не собиралась – только простые, но столь необходимые заживляющие, восстанавливающие, кроветворные. Впрочем, даже из-за них пришлось выдержать небольшую перепалку с зельеваром. И только мягкое замечание Дамблдора о том, что это помогло бы разгрузить и без того безумный график Северуса, заставило того сдаться. При условии, что он лично проверит качество изготовляемого перед тем, как позволить применить его. Молли на это лишь фыркнула, сообщив, что пока что никого не отравила. От новой перепалки всех спас Моуди, рявкнувший, что надо заниматься делом, а не скандалить, как бабы на базаре. При этом единственный глаз старого аврора смотрел на Снейпа. Зельевар, прошипев, что если он понадобится, то его можно будет найти в лаборатории, развернулся на каблуках и вихрем вылетел из комнаты. К Рождеству ситуация стала гораздо более серьезной и напряженной – из-за «милой» змейки Лорда чуть не погиб Артур. Когда Молли узнала об этом, то чуть не упала в обморок. Да и после ее долго трясло. До тех пор, пока она не увидела мужа и не убедилась, что он жив. Конечно, она хотела, чтобы он прекратил свою противоестественную связь и заплатил за это, но... Но не так. Иначе тогда и она должна... С заключением Люциуса в тюрьму Артур снова стал проводить почти все время дома. И вроде бы женщине надо было бы радоваться, но ее супруг был слишком дерганным. Впрочем, как и все они. Напряжение все нарастало и нарастало: уже было понятно, что войны не избежать. И единственное, о чем молилась Молли – это чтобы ее семья выжила во всем этом безумии. Шестой курс Гарри Поттера она провела как на иголках, разрываясь между Норой и штабом Ордена, стараясь все успеть и все предусмотреть. Ее старшие дети решительно поставили Молли перед фактом, что они в Ордене не для красоты сидят, так что каждое их задание женщина переживала, молясь Мерлину, чтобы сыновья вернулись целыми и невредимыми. После смерти Дамблдора все стало еще хуже: главой Ордена стал Моуди, старая штаб-квартира на Гриммуальд Плэйс оказалась заброшенной, а Упивающиеся, казалось, и вовсе потеряли всякий стыд – нападения на магов и магглов участились. Именно в такой обстановке и объявили о своей свадьбе Билл и Флер. Это была та самая, столь необходимая всем, передышка. Молли с головой окунулась в подготовку, хоть и не сказать, что ей так уж сильно нравился выбор сына. Но она обещала, что не будет вмешиваться в личную жизнь детей, и намеревалась исполнить свое обещание любой ценой. Возможно, именно из-за этих ее настроений свадьба и закончилась так, как она закончилась: на Нору напали, Рон, Гермиона и Гарри сбежали... К счастью, все члены семьи остались живы... Первого сентября Молли провожала свою единственную дочь на Хогвартс-экспресс с весьма тяжелым сердцем – ей не хотелось отпускать Джинни. Но та, видимо, унаследовав упрямство от родителей, поставила мать перед фактом: она возвращается в школу и делает там все возможное, чтобы помочь Гарри и брату. А Молли каждое утро с тех пор стала ждать вестей от дочери, постоянно глядя на знаменитые часы Уизли. Артур, хотя и продолжал ходить в Министерство, тоже был чрезвычайно молчалив и напряжен, каждое утро прощаясь с женой как навсегда. Молли уже хотелось хоть какой-то развязки. Чтобы все, наконец, закончилось, так как ждать дольше уже не было сил. И все закончилось. В начале мая Волдеморт напал на Хогвартс. Они все отправились защищать школу. Место, которое в течении семи лет было домом для каждого члена семьи, кроме близнецов, которые сбежали от Амбридж, и Джинни, которая все еще не закончила обучение. Именно тогда сбылся самый страшный кошмар Молли – погиб Фред. И чуть не погибла Джинни. От руки сумасшедшей Беллатрикс. Этого женщина допустить не могла – ее единственная дочь должна жить. И она выжила. А Белла умерла от руки столь презираемой чистокровными Уизли... Последующие события промелькнули словно в калейдоскопе. Очнулась Молли лишь на кладбище – перед гробом сына. Смотреть, как его опускают в землю, было выше ее сил. А опустошенный взгляд Джорджа словно добивал ее. И если до финальной битвы Молли изредка вспоминала Нарциссу, то после похорон сына ей было уже не до этого – надо было восстанавливать семью и разрушенную Пожирателями жизнь. Так что на вновь начавшиеся задержки Артура на работе женщина смотрела уже сквозь пальцы. Она не хотела верить, что тот вернулся к связи с Упивающимся. Пусть даже и оправданным. Не после того, как был убит их сын. Так что Молли решила, что все дело в новой должности. А последовавшие вскоре свадьбы детей и вовсе переключили ее внимание. Вот только без Фреда жизнь все равно никогда уже не будет прежней. И это понимали все.