Неудачники

      До Рождества оставалось совсем немного, когда их лавку внезапно навестили авроры с проверкой. Феллиани, загодя предупрежденный о нежелательном визите, старательно убирал запрещенные и просто способные вызвать подозрение предметы. Гермиона, с детства ненавидящая уборку, чувствовала себя хуже домовых эльфов: эльфы, по крайней мере, были рабами с промытыми мозгами, а она делала весь этот ужас добровольно. А ведь в это время можно было перечитать новый выпуск «Трансфигурации сегодня»... Рон, ненавидящий работать вообще, был с ней в этом солидарен. Один Гарри молча таскал, что было указано, и даже с невозмутимым лицом вытирал давно скопившуюся на полках пыль.       В общем, авроры застали их на завершающей стадии — старательно очищенная лавка выглядела непривычно и пусто. Печальное зрелище... А ведь знания и доступ к ним должны были бы быть открытыми, но из-за политики Министерства! Хорошо чистокровным — у них свои библиотеки, а их, незванных и нежеланных гостей из обычного мира, даже защищаться никто не учит!        В общем, когда в лавку вошли три дюжих аврора и какой-то молодой светловолосый парень, Гермиона была зла до неприличия.       И ведь прямо перед Рождеством заявились, будто больше делать им нечего!       - Приперлись, выкормыши гноллевы, - недовольно шепнул Феллиани и тут же растянул губы в улыбке, - господа авроры, добрый день.       Авроры день добрым, судя по их виду, не считали. Ну да, все закономерно — на улице мороз и снег, самое время сидеть дома, пить горячий чай или даже не менее горячий глинтвейн, а не шататься по всяким подворотням с проверками. Понятное дело, что авроры заранее были настроены негативно и активно не любили весь мир.       - Ну и дырень, - брезгливо огляделся один из министерских, лет тридцати, с длинным постным лицом. Второй — с залысинами, лет сорока, похожий на обесцвеченного и оттого более унылого Артура Уизли — с удивлением уставился на подпиравших вертикальные поверхности мальчишек. Видимо, Феллиани следовало бы дать им выходной.       Рон, застывший у двери со скрещенными на груди руками, смерил высказавшего оскорбительное замечание аврора кипящим возмущением взглядом. И чего это он?       Ах, ну да, ну да... Если по мнению министерского служащего это — дыра, то тогда Нора вообще трущобы. Как в Гарлеме, о котором Гермиона, к счастью, только слышала.       - И что же привело господ авроров в мою скромную лавку? - оскорбленно уточнил Феллиани. Скандал, конечно, их работодателю совсем не нужен, но и совсем промолчать тоже не дело.       Тем временем, его напарники по хозяйски обходили лавку. Гермиона столкнулась глазами с одним из авроров и почувствовала себя здесь лишней. Очень уж неуютно было под подозрительными и одновременно... какими-то липкими чужими взглядами. Гермиона даже начала понимать Гарри — кто знает, как бы она сама повела себя под тем прессом, под который попал Поттер на пятом курсе? Тогда-то она думала, что у того излишняя эмоциональная возбудимость и реагирует ее друг на происходящее как-то не так... Если бы дело было сейчас, Гермиона сомневалась в том, что она сама бы не сорвалась       Когда Гермиона начинала много вспоминать или размышлять, у нее получался отменный Круциатус. Взгляды и прикосновения Сивого, отвратительные егеря, Лестранж, ощущение ее палочки у горла, кровь, мертвый Колин Криви... Крики Лаванды Браун, Лав-Лав, неудачливой, бестолковой, шумной, но все-таки гриффиндорки, все-таки смелой и решительной, все-таки однокурсницы, с которой они провели шесть лет в одной комнате. Гермиона, если откровенно, терпеть ее не могла — за женскую болтовню и поверхностность, за друзей и популярность, но боли и смерти Браун не желала.       Смешно, тогда она считала, что за справедливость надо бороться. Сейчас Гермиона думала, что магическому миру не нужна справедливость. И, в любом случае, Гермиона не могла ее дать всем этим людям... Право, что характерно, магическому миру тоже было ненужным. Потому что как можно говорить о правовом государстве, если то же Министерство, даже не скрываясь, нарушает собственные законы?!       Вот и эти авроры, даже без приказа и ордена, собрались обыскивать их магазин! Это было просто... возмутительно!       И что с того, что Феллиани в самом деле хранит темные предметы — мало ли тех предметов у Ноттов и Гойлов, но к ним-то авроры не ходят! Где равенство перед законом?!       И, главное, к Боргину, который за столько лет преступной деятельности, приобрел множество контактов на верху, никто ни разу с проверкой не заглянул. А ведь там сам Волдеморт проработал некоторое время, попутно занимаясь довольно темными делишками. И, кто знает, если бы аврорат спохватился чуть раньше, то возможно Англия бы лишилась одного из своих Темных Лордов.       - Аврор Фенвик, - представился один из проверяющих, - нам поступил донос, что вы храните и распространяете запрещенные темные артефакты. Согласно постановлению Визенгамота 12-3- ф, мы вправе провести обыск помещения.       Гермиона аж подавилась воздухом от возмущения — обыск из-за анонимного доноса? Да это хуже, чем охота на ведьм Маккарти! Возмутительней, чем Уотергейтское дело, когда правительство прослушивало телефонные разговоры политических конкурентов! Потому что тут была даже не политика, и не целесообразность, которую Гермиона еще смогла бы — нет, не простить, но хотя бы понять... Это было черт знает что, полный беспредел и беспорядок! Если бы аврорам так мешала подпольная торговля, то куда разумнее было перетрясти весь Лютный, а не помогать мистеру Боргину избавляться от конкурентов.       И все-таки кто их сдал? Вряд ли обитатели квартала: все-таки у местных была своя, пусть и своеобразная этика, да и недолго живут здесь доносчики, совсем недолго, а кончают и вовсе плохо... Видимо, кто-то из клиентов.       - Позвольте спросить, - скрипнул зубами Феллиани: источники итальянца причину его неприятностей не раскрыли, - кто же вам сказал подобную глупость?       - Скажем так, честный и бдительный волшебник, - выдавать информанта Фенвик явно не собирался.       Гермиона сделала страшные глаза Гарри — пусть хоть поверхностно, чтобы не заметили, попытается пролигелиментить авроров. Вон, хоть того, что помладше, у него окклюментивный щит должен быть похуже.       Гарри еле заметно кивнул. Остается надеяться, что у Поттера получится незаметно просканировать мужчин. Сама бы Гермиона точно не рискнула- не особо она была хороша в легилименции, как ни печально, даже бы прямой глазной контакт не помог. То есть, возможно защиту она бы сломала, но незаметно бы явно не вышло. Пусть лучше Гарри...       - Что ж, тогда добро пожаловать, - пожал плечами полностью смирившийся со своей судьбой Феллиани.       Авроры почему-то к обыску приступать не спешили. Может, ждали предложения о взятке? Это они зря, потому как их наниматель за медный кнат удавится. Гоблинские предки у Феллиани что ли в роду были?       Как оказалось, она ошиблась. Авроры ждали не возможности пополнить кошелек, нет, их смущало кое-что другое.       Их смущало присутствие их с мальчишками. Неназванный аврор что-то даже пробурчал про наглых школьников, шатающихся Мерлин знает где, вместо того, чтобы учиться. И вообще, будь его воля, он бы отпускал малолетних волшебников с Хогвартса только на лето, чтобы не мешали работать честным аврорам.       Рону даже пришлось сказать, что они не учатся в Хогвартсе. Фенвик смерил брезгливым взглядом порванную с утра — неаккуратный Уизли зацепился за какой-то гвоздь — и изгвазданную в процессе уборки мантию, и согласился, что они могли и не учиться в Хогвартсе. Все-таки за обучение надо было платить, а обладателям таких мантий, вероятно, с трудом хватало даже на еду. И то, по-видимому, не каждый день.       Потом их и вовсе попытались выгнать из лавки, но тут воспротивился Феллиани. Сказал, что они его работники и платит он не за то, чтобы они весь день бездельничали!       - О, а это что? - пока главный аврор препирался с лавочником, один из его товарищей добрался до полок с оставленным в лавке безопасным и легальным (сам не в курсе, откуда у меня этот хлам, - ворчал по этому поводу итальянец), а потому никем не купленным товаром.       В общем, сейчас русоволосый парень лет двадцати со странно знакомым лицом разглядывал невесть как завалявшийся в лавке огромный гадальный шар.       - О, не трогайте, это настоящий гадательный шар Кассандры, - всплеснул руками Феллиани, - он очень дорогой и хрупкий! Сэр, скажите вашему... молодому другу, чтобы был поаккуратней!       - Это мой стажер, - хмуро оборвал его Фенвик, - Френк, положи эту гадость, а то еще разобьешь.       Лучше бы разбил — тогда бы хоть можно было потребовать с аврора денег. Да и чем-то этот шар Гермиону неуловимо раздражал. Сразу вспоминалась изрекающая бред Трелони, ее многочисленный бусы, вызывающий головную боль аромат курительных палочек...       Авроры, наконец, приступила к своим служебным обязанностям.       Феллиани демонстративно ходил за Фенвиком следом — вроде как контролировал, чтобы ничего не украли. Красть было нечего, по сути, все стоящее было убрано, но авроров такое поведение итальянца бесило, так что Феллиани хоть как-то смог досадить «гобловым министерским ищейкам».       Рон с Гарри сели играть в шахматы. Финал был довольно предсказуем, так что Гермиона тоже решила заняться делом. Помогать аврорам она принципиально не собиралась — поэтому из сумки был вытащен последний номер журнала, в который она и уткнулась. Кому надо — пусть ищет! Все равно ничего министерские не найдут.       Конечно, ничего нелегально авроры и не нашли — зря они, что ли, столько времени на уборку потратили?       - Залить бы тебе в глотку веритасерум, - разозлено бросил на прощание Фенвик.       - По закону 123-2 бис допрашивать волшебников с помощью веритасерума можно только после предъявленного обвинения, - наморщил нос Рон, а вы пока мистеру Феллиани ничего не предъявляли!       В голосе Уизли звучал явный вызов.       - А родители-то вам, детишки, разрешают здесь находиться? - подозрительно уточнил Фенвик, нахмурив кустистые брови. Смотрел аврор почему-то на Гарри, видимо, как на самого мелкого. Внезапный скачок роста Поттера, начавшийся на шестом курсе, на нем же, благополучно, и закончился. Так что был Гарри... скажем, примерно одного роста с самой Гермионой и куда ниже высоченного Уизли.       Нет, все-таки странно, куда смотрели социальные службы в Литл-Уинингсе, что за форменное безобразие?!       - Я - сирота, - трагично закатил глаза Гарри. Гермиона даже немного задумалась: правду ли он сказал или соврал. Это был, так сказать, концептуальный вопрос, требующий дальнейшего рассмотрения.       - А вы двое, - прицепился аврор. Видимо, чем-то они с ребятами его настораживали. Зря все-таки Рон привлек к ним внимание, теперь этот... Фенвик еще и не отцепится.       - Мы все совершеннолетние, мистер Фенвик, - решила вмешаться Гермиона, подчеркнуто неохотно откладывая журнал в сторону.       Аврор только хмыкнул: ему было плевать на их гражданский статус. Они просто ему не нравились.       Сдал их, как выяснил Гарри, скотина Малфой. Гермиону даже перестала мучить совесть по поводу подсунутого тому колечка.       Но история с аврорами на этом не закончилась, потому что несколько дней спустя они вновь натолкнулись на безымянного стажера. Они тогда зашли в таверну старой Греты, в кои-то веке нормально пообедать, как настаивал Рон. Там они его и встретили.       Как подозревала Гермиона, стажер искал их вполне целенаправленно, так что когда парень подсел к ним за столик, ребята не удивились. Только Рон придвинул к себе тарелку поближе.       - Привет я - Френк, - краюшком губ улыбнулся аврор. А Гермиона внезапно поняла, кто именно сидит вместе с ними. Лонгботтом. Еще молодой и вменяемый Френк Лонгботтом!       - Черт, Нев, - машинально вырвалось у Гермионы. Бесчувственный и нечуткий Рон ткнул ее в бок острым локтем — и что ему надо? Все равно, Лонгботтом ничего не поймет.       - Простите, что вы сказали? - уточнил отец еще не рожденного Невилла.       - Это так, лично, - чуть нахмурился Гарри, - вы чего-то хотели?       - Ах, да, - Френк, надо отдать ему должное, несколько смутился, - видите ли, ходили слухи, что кто-то массово скупает в Лютном темные предметы. Мы поэтому за тот анонимный донос так и зацепились, надеялись найти ниточку. Жаль, не повезло... Ой, простите, я не то хотел сказать!       Массово скупает темные предметы? Почему они не в курсе?!       - Возможно, вы что-то слышали? - не сдавался Лонгботтом. Вот же упорный. Даже если бы слышали, но ему бы точно не сказали... Хотя, это очень плохо, что не слышали. Очень, очень плохо.       - Простите? - Лонгботтом что, хочет сделать из них осведомителей?       - Не для протокола, - торопливо проговорил Френк. Ну, конечно, это же все меняет!       - Это ужасно, - твердо сказал Гарри, вгрызаясь в пирог с почками, - то есть продажа темных артефактов! И куда смотрит министерство!       Френк, заказавший себе чай, подавился и закашлялся.       - Вы поаккуратней, - Рон со всего размаха треснул Лонгботтома своей лапищей по спине.       - Извините, - откашлявшись, выдавил бедняга, - так вы ничего не замечали?       - Конечно, нет, - картинно ужаснулся Гарри, - иначе мы бы тотчас сообщили в аврорат. Хотя, - они с Уизли переглянулись и Рон начал вещать.       - Знаете, в Лютный одно время зачастил один маг, богатенький такой, его у Боргина постоянно можно было увидеть. Такой светловолосый высокий маг с тростью лет эдак двадцати с птичьей головой, - чуть улыбнулся Рон. Его веснушчатое простоватое лицо просто внушало доверие, словно утверждая — обладатель такого лица врать не может. И, все-таки, кто скупает артефакты и как они это пропустили? И не соврал ли им Лонгботтом?