"Ты потерял меня!"

***

Ни боли, ни радости. Только усталость. И всё, от меня ничего не осталось. Я с собственной тенью один на один Словно я - невидимка. гр. Вельвет. Кончено. Перелистнув страницу, что означала конец правления Императора Палпатина, Ровена чувствовала опустошение. Так долго ждать свободы - и ничего. Пустота и усталость. Едва выйдя за дверь покоев мертвого супруга, она остановилась, медленно обведя взглядом собравшуюся свору придворных, на лицах и мордах которых выражены все оттенки их чувств и ожиданий. Ровена сделала усилие над собой, выпрямившись перед ними. - Император Палпатин... - слово "умер" никак не желало соскальзывать с губ, застряв где-то в горле, сделав усилие, она поправилась, найдя другое, - ушёл от нас. Императрица заметила, как толпа подалась в стороны, давая пройти к ней Амире, ведущей за руку Рейвена. Широко распахнувшиеся глаза семилетнего ребёнка уставились на мать, сердце которой сжалось от боли. Амира подтолкнула мальчишку в сторону Императрицы, сама оставшись на месте. Тишина стояла такая, что слышался звук каблуков по мрамору пола, пока Рейвен, такой маленький и уязвимый на фоне придворных, шагал к матери. - Мама? - серые глаза обратились на родного ему человека с испугом. "Держись, мой маленький, мама рядом", - обратилась она, зная, что он услышит, сомкнув пальцы на сейбере, который ей зачем-то отдал Палпатин перед тем, как его глаза закрылись навсегда, прижала сына спиной к своим ногам. - Да здравствует Рейвен, молодой Император галактической Империи! Её глаза тяжело прошлись по толпе перед ними, которая частью охотно, частью замешкавшись, но опустилась на колени перед маленьким ребёнком, который вцепился рукой в ткань материнского платья, напуганный черезчур. И нарочно ли, или это была воля случая, за спинами опустившихся придворных в проёме дверей с другой стороны зала высилась фигура лорда Вейдера, за спиной которого толпились доверенные лица Палпатина, которые затоптались на месте, когда бывшие в зале опустились на пол, принимая нового претендента на трон. Первый лорд Империи чуть повернул голову к сопровождению, что-то обронив, отчего они пришли в движение, преклоняя колено перед Рейвеном, но сам при этом остался стоять, противопоставляя себя всем, ей в том числе. У неё не осталось никаких моральных и физических сил хоть как-то отреагировать на этот вызов, она просто пошла вперёд и в ответ поклонилась той самой толпе, после повернувшись к сыну и поманив его к себе. Молча они прошли по тому проходу, что был образован для Рейвена, направляясь прямо к лорду. Он смотрел поверх всех голов поклонившихся, как она стояла напротив покоев уже покойного Императора Палпатина: выпрямившаяся, стиснув в кулаке оружие Сидиуса, словно черпая сил из ненавистного предмета, всё та же Императрица Ровена. И только когда она после поклона выпрямилась, в карих глазах заплескалась всепоглощающая боль. Но новое усилие - и на лицо одета всё та же маска, что скрывала все чувства, но чуть поздно: по белой щеке медленно сползла слеза. И он-то знал, что это была оплакана мечта уйти с этого поля боя, навсегда. Но Палпатин не рассчитал сил и оставил её на том перепутье дорог, где гордость уступала место самосохранению: своему, детей. И на него Ровена надеяться не могла. Ни на его поддержку безоговорочную, ни на то, что мать его сына и дочери. То, что столь много лет творил с ними Палпатин прижилось в них, посеяв недоверие друг к другу, оба были уже закостенелыми пессимистами, циниками. Ровена шла ему навстречу, держа за руку сына, словно это надежду на жизнь пыталась удержать от полёта в неизвестность. И только привычка видеть за её тщательной маской эмоции позволила Вейдеру увидеть, что её колотило на грани истерики: ведь не маленькая, чтобы понять, что это начало самого страшного кошмара в её и без того не мирной жизни. Женщина без прошлого, вставшая на один уровень с Императором, властительница, о которой мало кто знал. И от этого друзей у неё не прибавилось. Видимо, в синеве его глаз промелькнуло участие и понимание её стараха, ибо Ровена вздрогнула, словно он прилюдно ударил её. - Милорд, - сдавленный голос. Захотелось закрыть глаза и пообещать, что всё пройдёт. Ложь. Он обязан быть выше бывших привязанностей, если хочет спасти, что ещё можно спасти. Вместо ответа Императрице Энакин медленно просел на колено, протянув ладонь к сыну Палпатина, погладил бледную щёку ребёнка, криво улыбнувшись: - Мой принц, я всегда буду на вашей стороне. Всегда. Серые прозрачные глаза серьёзно взглянули в синие глаза наставника и мальчик тихо улыбнулся: - Я помню вашу клятву, учитель. Я ничего не забыл. - Вот и хорошо, - сухо кивнул лорд, поднимаясь, и уже суше коротко поклонился Ровене: - Мадам, я надеюсь, вы ознакомились с завещанием Императора Палпатина? Карие глаза стали отстранёнными: она отмела в сторону свою боль, оставив лишь возможность продержаться до прихода в свои покои. - Я ознакомилась, милорд, спасибо, - бесцветно обронила она, теряя последнюю капельку надежды, что ещё тлела в отдалённом уголке её души. Из потайного кармана на обозрение была вытянута в четверо сложенная бумага и пренебрежительно отдана в руки Вейдера. - Вы прочитайте во всеуслышание, чтобы после не было недоразумений. Дайте нам пройти.

***

Она мысленно поблагодарила Амиру, которая достаточно быстро нагнала их и вызвалась проводить Рейвена до его покоев. Сегодня Ровена ещё согласилась на подобное, пока ещё, но всё же кивком головы отправила двоих Безликих в сопровождение сына, практически ввалившись в комнату, захлопнув дверь и прислонившись к ней, бессильно сползая на мягкий ковёр, забившись в рыданиях. Умереть бы, да этот гад сумел и эту возможность выбить из её рук! Он всё поставил на то, что не сможет бросить младшего сына на произвол чужой прихоти, знал, что живёт детьми, всё отдала бы им, себя в том числе! Ровена знала о своём более, чем шатком положении. Всё держалось на воле Императора. Разброд обеспечен, когда будет озвучено завещание, но только она знала, что Палпатин оставил ей возможность к отступлению, но тогда она станет полностью зависима от Вейдера и тех, кто примкнёт к нему. На его стороне сила, как реальная, так и та, что метафизическая. " Окружающие верят тому, чему хотят верить. Если их владыка скажет, что в ложке хаттских слизней есть жемчужина, но чтобы достать её, надо проглотить слизней, они согласятся. Лишь бы урвать свой куш. Я дал вам подсказку, а как вы ею распорядитесь - это на вашей совести, милая Падме. С вами или без вас, но Рейвен станет Императором. Это не обсуждается, пусть те, кто думает иначе, так мечтают занять мой трон. Вот только, если вы уступите в этом противостоянии, вас просто ликвидируют, заняв место ваше рядом с Рейвеном: незаменимых нет, милая моя, помните это." Тёплые струи душа ударили по телу, отчего она вздрогнула, от неожиданности на мгновение задохнувшись и запрокинув голову, подставила бледное лицо под воду, позволяя себе чуть покоя, ни о чём не думать, зависнуть в невесомости. Вокруг её мысленного взора было белое пространство безмятежности, тишина, где она растворялась, успокаиваясь. Мысли устремились в детство, где малышкой она бегала по саду бабушки, плескаясь в водах озера и на террасе пила с ней чай, кончиками пальцев вылавливая из густого янтарного мёда прилетевших на запах мух. "- Фу, какая гадость! - стряхивая с пальцев выуженную пчёлку. - Это не "фу", милая, это закон жизни: на сладкое ловится больше мух, чем на горькую приманку". Карие глаза женщины распахнулись и она нахмурилась. Что-то новенькое в её бурной жизни. Решив не отступать от своего расписания, Ровена вошла в кабинет, одетая в чёрное платье без всяких украшений, тут же остановившись, когда секретарь бросилась ей наперерез, не давая войти в помещение. - Ваше величество! Там работает отдел безопасности. - Без предварительного со мной согласия? Кто отдал приказ? - набуанка отодвинула в сторону родианку, чтобы войти в кабинет. Злость взмыла в её душе, когда она увидела, что пара рабочих с эмблемой отдела Исарда на нагрудной планке пытались вскрыть её сейф, где она хранила самые важные из своих документов. - Кто позволил вам войти в мой кабинет без разрешения? - её голос прозвучал, словно железом по стеклу провели. И тут же из угла материализовался сам Арманд Исард собственной персоной, неспешно направившись к ней. - Мадам, это личное распоряжение лорда Вейдера. Она сомкнула губы прежде, чем вырвалось возмущённое: "Что?!" Натянуто улыбнувшись директору СИБ, она качнула головой: - Если вы позволите себе вскрыть мой сейф, директор, то заранее подумайте о последствиях. - Я только выполняю распоряжение милорда, мадам. - Рискуя собственной шкурой? Впрочем, дело ваше. Действуйте, мне нечего скрывать, - с этими словами она повернулась и направилась на выход, чем немало удивила Арманда, который ждал воплей досады и приказа остановиться. Он не отвлёкся от работы с документами, пусть и почувствовав её заранее. Подняв голову, когда дверь закрылась, а она даже не шелохнулась, чтобы подойти к столу. Смена акцентов. - Мадам. - Вижу, вы уже лишили меня титула, лорд Вейдер. Это мило. Чем я заслужила такое пристальное внимание СИБ к своей персоне, что для этого требуется вскрывать мой сейф? - её губ не покидала улыбка, но он же чувствовал, как внутри клокотала ярость в этой женщине, которая уверенно стояла напротив него в наглухо закрытом платье чёрного цвета. - У них не было приказа вскрывать ваш сейф. Только проверка на прослушку. - Тогда, выходит, они решили превысить свои полномочия, так как сейф вскрыт! - она дёрнула ладонью вверх, где на брелоке мигал огонёк алого цвета. Энакин стиснул челюсти, активировав связь с Исардом: - Директор, вам разве не были дадены конкретные задачи? Когда перед мной стоит мать Наследника и говорит, что её сейф вскрыт, мне вам верить? Покиньте кабинет, если закончили проверку.- ОН бросил взгляд на Ровену, выключив связь. - Теперь всё? Она мило улыбнулась, делая шаг к столу. - Дайте мне завещание. Вейдер насторожился. Женщина тут же напружинилась, стиснув кулачки, подалась всем телом к нему: - Энакин Скайуокер, дайте мне эту ситхову бумагу! - У меня её нет, - чистая правда, если честно. Он заставил себя расслабиться, откинулся на спинку кресла. - Но я хотел бы услышать, что вы не станете оспаривать мои решения. Карие глаза заметались по его лицу, после скользнули в сторону и тут она выдохнула, поняв, что он скорее всего совершил. - Где оригинал? - В моей голове, - он впервые понял, какое удовольствие можно получить от её общества вне постели. И погрустнел. - Я обязан расставить все акценты, Падме, чтобы между нами не возникло непонимания и обмана на личном уровне. Присядь. - Иначе, я так понимаю, упаду? Так и быть, - она уселась в кресло, положив руки на подлокотники кресла, мило улыбаясь. - Я сделал подлог, но о том только ты и знаешь. Я изменил завещание, но, думаю, если ты подумаешь как следует, то поймёшь, почему и зачем я такое сделал. Ты читала завещание Палпатина, в нём именно ты должна стать регентшей, правильно? - Истина, - в груди появился холодок, но выслушать надо до конца. - Вот только те, кто был рядом с Палпатином, не примут тебя правительницей. Будет подспудная война, новые попытки твоей ликвидации, которые могут закончиться твоей гибелью и душевным сломом Рейвена, Люка и Леи, а ты знаешь, что они не станут колебаться, чтобы разнести всё на кусочки тут, а моих с Кеноби сил маловато для их умиротворения. Чтобы мы не получили такого исхода и полубезумного правителя, я изменил завещание, где вся регентская власть переходит ко мне. - Ты не справишься, лорд Вейдер. Это не только видимая власть и улыбки раздавать, тут и более тонкие ниточки дёргать придётся. А, на твоём месте, я не сильно доверяла Таркину, последнее время крутившемуся возле Пейстажа и Масс Амедды. Этот эриданский паучок плетёт что-то серьёзное. Что ты будешь делать вот с этим? Он опустил глаза на поверхность стола, чтобы явственно не улыбнуться: всё происходило, как и предсказывал Император, вот только Палпатин предупредил, что она может и вспылить. Но пронесло. Вроде бы. - Эту проблему я сам решу, если ваше величество не против. - Прости? Мне вот так просто вернули титул? Синие глаза серьёзно уставились на неё: - Этого титула тебя лишить никто не может. Только когда ты сама отречёшься или заново выйдешь замуж, - пауза, - Или же до тех пор, как Рейвен взойдёт на престол. А это креслице я для своего ученика удержу ценой любой крови. Карие глаза потускнели, пальцы сжимались на подлокотниках и расслаблялись. - Ты указал на проблемы, что встанут перед мною, но умалчиваешь, что у тебя они могут тоже возникнуть. Люк и Лея станут тоже на острие атаки желающих изменить право преемственности. Он не сдержал вздоха, взлохматив свою шевелюру и прикрыл на короткое время глаза. Иметь дело с прежней Амидалой было почему-то легче, а вот с Ровеной частенько не срабатывала его интуиция. - Вот поэтому я и обязан предложить тебе взаимодействовать со мной. - Уверен? - на её лице расцвела самая лукавая улыбка. - Подумай дважды, лорд, я, конечно, не такая уж непорочная, но многое будет от тебя зависеть. В политике я более твоего понимаю, у меня больше твоих связей, как открытых, так и подспудных. Но встанет проблема и наших личных отношений. Ты готов к проблемам этого порядка? Он откинулся на спинку своего кресла, чему-то усмехаясь: - А ты? Набуанка усмехнулась в ответ, только горько. - Туше. Впрочем, я не уже не ветреная девица, да и пожить мне хочется, правда. Думаю, в руках мы оба себя можем держать. - То есть ты согласна стать моим союзником? - Лорд-регент, может мы не будем переходить рамки регламента, хорошо? А то многие подумают неладное, а мне с Амирой не желается вести противостояние. - Простите, ваше величество. Я жду ответа. Утвердительный кивок каштановолосой головы. - Будь, что будет, а там посмотрим.

КОНЕЦ.

и НАЧАЛО...