Новая ошибка по-французски

      — Ну, как-то так… — Дин наклонил голову, оценивая свою работу. На двери комнаты красовалась размазанная красная руна, похожая на кривого Кроули в профиль — такой у майя защищались от нечисти, которая уже две недели пожирала мирных жителей Детройта. Оставалось только посидеть в мотеле до наступления темноты, а под покровом ночи замочить тварюку. У Винчестеров давно не было настолько привычного и обыденного дела, поэтому Дин разве что не танцевал от нетерпения по комнате в обнимку с братом. Сэм же предпочёл рисованию кровью поиски и уже третий час корпел над дневником отца, не поднимая головы.       — Главное — не выходить из помеченного помещения до темноты, иначе последствия плачевны, — пробормотал он, шаря по столу в поисках бутылки пива. — «Побочные эффекты: головокружение, тошнота, кровохарканье…       — Как страшно, — фыркнул Дин, тыкая пальцем в нос нарисованного Кроули. — Уж что-что, а кровохарканье меня не пугает. Видел и похуже.       — …а также импотенция, разломы пространства, потеря конечностей и абсолютная слепота».       — Беру свои слова назад. Импотенция — это страшно.       — Чувак… — Сэм приложил руку к лицу, покачал головой и снова зарылся в пожелтевшие страницы.       Вскоре лиловые сумерки сменились угольно-чёрной ночью. На небе не было ни единой звёздочки, луна так и не взошла, и где-то глубоко в груди Дина, погребённое под танцующим мамбу азартом, зашевелилось плохое предчувствие. Охотник отмахнулся от него, словно от назойливой мухи или не менее назойливого Кастиэля, и растолкал задремавшего на стуле брата.       — Уже пора? — с зевком спросил Сэм, проверяя исправность оружия.       — Да, да, — нетерпеливо пробормотал Дин. Пальцы его легли на ручку двери и повернули её.       — А луна?! — заорал вдруг брат, подскочив с места. — Подожди!       — Какая луна? — весело спросил Винчестер-старший, дав двери хорошего пинка. Она распахнулась настежь, и, почувствовав головокружение и тошноту сразу, охотник понял, что всё очень плохо.

***

      Дженсен вывалился из машины, чувствуя себя мешком с камнями. На конференции его малость подразмотало, и последние полтора часа они вместе с Мишей пороли какую-то чушь. Шляпа с Джареда слетела аж два раза, превратив рокочущую толпу фанатов в тысячу чертей, жаждущих крови кумиров.       Но наконец-то дом, милый дом, и никаких съёмок в ближайшие сутки. Едва заметив собственную семью и бормоча что-то про демонов и спасение мира, Дженсен пополз в спальню в надежде вырубиться часов на двенадцать. Ничто, как говорится, не предвещало.

***

      — Здравствуй, Дин, — донеслось слева. «Чего только во сне не услышишь… Изыди, чувак, прошу, дай отдохнуть». — Луна взошла. Пора вам отправляться.       За плечо потрясли.       — Миша, иди домой… — пробормотал Дженсен, сбрасывая с себя расталкивающие руки. — Зачем ко мне припёрся?       — Не знаю я, что ты в виду имеешь, как и не знаю, Миша кто такой, — ответили сверху низким голосом без единого намёка на смех.       — Опять начинаешь? Крыша поехала после вчерашнего? Говорил, не ходи на автограф-сессию… — Дженсен повернулся на другой бок. Когда это кровать успела стать такой скрипучей?       — Что с тобой, Дин?       — Спать хочу. Иди домой.       — Нет дома у меня.       — О, отлично, — буркнул Дженсен. — Что тебе надо в такую рань?       — Охотиться хотел ты. Говорил, что жаждешь этого необычайно. Решил я намекнуть, что выдвигаться нужно.       — Ждёшь, что я похвалю тебя за отличную игру?.. Хлоп-хлоп, отлично сыграл приставучего ангела, Миша. Я чуть не врезал тебе. А теперь свали, пожалуйста, до утра.       — Пожалуй, Сэма стоит разбудить… — взволнованно пробормотал голос. Откуда у Миши ключи от его дома, Дженсен даже не задумался: этот мужик может абсолютно всё. «Наверняка стащил запасные из кармана пиджака, пока трепался про новый сезон… Какая же всё-таки адски скрипучая кровать.»       — Здравствуй, Сэм, — донеслось из другого угла комнаты. «Он сам с собой, что ли, репетирует? Совсем заработался, бедолага».       — Что? Миша! — воскликнул Джаред. Дженсен очешуел, моментально открыл глаза и вскочил.       — Ты и его сюда приволок? Ну спасибо! — набросился он на плащеносного Мишу, а потом обернулся к Джареду. — Ты был мне братом, чувак, я уважал тебя, а вы… Спелись! Спелись, демоны!       — Где демоны?! — взъярился Миша, вытаскивая из недр плаща ангельский клинок. «Чёртов клептоман!»       — Я бы сказал, где! — пригрозил кулаком Дженсен. Он точно помнил, что завалился спать в костюме. Тогда какого, простите, на нём три слоя клетчатых рубашек?! Что происходит?       — Ми-ми-миш-а-а… Дж-ж-женс-с-сен… — заикаясь, пробормотал Джаред и скатился с кровати. Со скрипучей кровати. Со скрипучей кровати в мотеле!       Дженсен открыл рот и тут же закрыл его. Он снова потерял вторник и не понял, почему. «Наверное, сейчас уже среда. Съёмки там, все дела… Но тогда появляются три вопроса. Первый: почему здесь нет никого из съёмочной группы? Второй: почему я не помню, как проснулся, приехал сюда и переоделся? И третий: почему у Джареда такой взгляд, будто у него заворот кишок?!»       — Миша, можно вопрос? — ласково схватив друга за плечо, пискнул Дженсен.       — Имя моё забыл ты, Дин? Прискорбно…       — О Господи… — Дженсен начал вскипать, поэтому потёр двумя пальцами переносицу. — Ладно, подыграю. Дорогой Кастиэль, скажи мне, какого чёрта тут происходит?       — Вы с Сэмом хотели охотиться пойти, — членораздельно и медленно, будто ребёнку, ответил Миша. Сегодня уровень его кастиэльности зашкаливал. — Луна взошла, но не вставали вы, и я явился, помочь чтобы. Ты болен, Дин?       — Уже не знаю. Джаред, ты как?       — Почему?.. — задыхаясь от непонимания, прошелестел тот.       — Всё ясно, — махнул рукой Дженсен, обводя взглядом холодную, бедно обставленную комнатушку, так похожую на очередное пристанище Винчестеров. — Точнее, ничего не ясно.       — Не понял я, — покачал головой обкастиэленный Миша.       — Ой, только не ной!       — Охотиться вы что же, не пойдёте? — спросил он, и в его по-детски наивных голубых глазищах промелькнуло разочарование. — Мечтал же ты…       — Ааааррррхххх, — прорычал Дженсен, выходя из себя. Нужно либо врезать Мише и перечеркнуть хорошие отношения, либо выдохнуть и вдохнуть. Выдох. Долгий вдох. Спокойно. Всё образуется.       — Я не понимаю, — поддержал общее мнение Джаред. Уже тридцать секунд он тупо смотрел в зеркало в ванной, надеясь, что рубашечно-футболочный Винчестер, словно по волшебству, превратится обратно в шляпно-шапочного Падалеки, — но чуда не происходило. Джаред тоненько заныл. Миша подхватил, размахивая совсем не похожим на реквизит клинком.       — Это, — встрял в хоровое нытьё Дженсен, — абсолютно невероятно.       Он медленно подошёл к зеркалу, легонько пихнул плечом Джареда и примостился рядом. Из отражения смотрели испуганные, бледные Дин и Сэм. На заднем плане завывал ничего не понимающий Кастиэль.       «Вот это поворот».