Ты для меня идеален

-Ева, очнись! -Она не Ева, а Лина. -Она Ева. Ева, открой глаза! -Чёрт, я их всех поубиваю! Чуть пошевельнувшись, я открыла глаза: по обе стороны от меня сидели на коленях Эдмунд и Каспиан, первый осторожно похлопывал меня по щекам. -Что происходит? - спросила я. Голова раскалывалась, словно пыльным мешком в подворотне огрели. -Мы в темнице, - мрачно ответил Каспиан и сжал мою руку. Я сейчас же убрала от него руку и отпрянула от Эдмунда, который наклонился слишком близко ко мне: -Давно? -Двадцать минут. Через полчаса стемнеет. -Как ты себя чувствуешь? - поинтересовался Эдмунд, - мы испугались, когда тебя уронили на каменный пол головой. -Голова болит. -Сильно? -Не очень, я потерплю. Что делать-то теперь? Нас продадут, и что тогда будет, если мы больше не встретимся? -Будет плохо, - ответил Каспиан, протягивая ко мне руку. Я опять отпрянула, в этот раз подальше. -Да что же ты такая колючая, - засмеялся он, - я хочу посмотреть твою голову, вдруг там синяк, или ещё что. Меня такая забота шокировала. -Н... не надо. Всё нормально, я сказала же. А как у вас, вам ничего не сделали? Эдмунд покачал головой: -Нет, у нас всё в порядке. Я отползла подальше от парней и улеглась на сене: голова болела немилосердно. Каспиан и Эдмунд о чём-то разговаривали, а я лежала и смотрела в потолок, пытаясь успокоиться. Всё равно я вернусь в Англию, и всё будет хорошо, всё будет, как прежде. Стемнело прямо у меня на глазах, и в конце концов воля победила, и я уснула, свернувшись калачиком. Проснулась я от лучей солнца, которые немилосердно щекотали мне ресницы. Я отвернулась, ворча что-то себе под нос, но через пару минут они настигли меня и там. Пришлось открыть глаза. Увидев над головой тот же самый потолок, я с трудом сдержала стон. Что-то тёплое припекало мне правый и левый бока. Я осторожно повернулась и обомлела: с обеих сторон от меня лежали мои доблестные короли и сладко посапывали, причём Эдмунд почти уткнулся носом в моё плечо. Мне стало приятно: он относится ко мне хорошо и заботится обо мне, в отличие от его сестры. Его сестры!.. Порывисто вскочив, я стала мерять шагами крохотную площадку. Если Люси и Юстаса продадут, то это будет плохо: мы можем никогда не увидеться. Что же делать, что делать! Для начала я влезла на подоконник и выглянула в крошечное окно, забранное решёткой. Рассвет. Красотища. Однако мне было не до красоты. Я пыталась рассмотреть, что происходит внизу, тремя этажами ниже. -Ты что делаешь? От неожиданности я чуть не вскрикнула: -Эдмунд, не пугай меня так. Он стоял снизу и с интересом разглядывал меня. Я спрыгнула к нему: -С добрым утром. -С добрым. Я легла на сено и закрыла глаза. Меня настойчиво клонило в сон. Рядом со мной лёг Эдмунд: -Лина, можно спросить? -Можно. -Я так и не узнал... Сколько тебе лет? -Семнадцать. -Ммм... Ясно. -А тебе? -Мне тоже семнадцать. -Понятно. Ты из Англии? -Из неё. -Где живёшь? -На Лайм-Стрит. А ты? -Я дальше. На Карнаби Стрит. -И как там? -Не очень. Постоянные стычки хиппи, крики по ночам. Весело. -Ах, да, это же район хиппи. У нас спокойнее. Мы помолчали. Тишину нарушало только дыхание Каспиана. -Ты хорошая, Лина. Я повернула к нему голову. Он смотрел вверх, а когда я посмотрела на него, тоже посмотрел на меня. От его определения я засмеялась: -Ты заблуждаешься. -Нет. Ты хорошая. Только строишь из себя кого-то. Отвернувшись от него, я отрубила: -Ты только всё усложняешь. Вы с Люси и Каспианом - положительные герои. А мы с Юстасом - отрицательные. -Не неси чушь. Я вижу, что ты хорошая. Я не ответила. Каспиан заворочался. Эд вздохнул. А я заснула, игнорируя внешние раздражители в лице Певенси и света, бьющего из окна прямо мне в лицо.