Внимание

Самое сладкое в каникулах — возможность выспаться. До неги в теле валяться в постели, а потом тащиться на кухню, где, прикрытая крышкой от сковородки, лежит на тарелке яичница, приготовленная мамой. Но… — Отделение, подъем! — чертов капитан Брис. Этот муд… рец не давал и минутки сверх положенных восьми часов подросткового сна. Быстрее надеть на себя зеленую кадетскую форму, сунуть ноги в шнурованные, тяжелые, совершенно не летние ботинки и выстроиться перед корпусом. Да, это лето протекало для Гарри Поттера уникальным образом. Одно хорошо — рядом верные друзья. Ну, как рядом, Малфой в конце строя, а Альфарес в начале. Чертовы коротышка и великан. — Отделение, равняйсь! — рявкнул Джонатан Брис. Гарри повернул голову налево. Глядя в затылок Эрику Майеру, Гарри размышлял, что они будут делать сегодня: бежать кросс или бежать кросс. Или все же бежать кросс? Гребаные три километра. Даже бывшего пловца Поттера, упражнявшегося прошлым летом в беге, они выбивали из сил. А все потому, что «не гуляли по супермаркету», как выражался Брис, а мчались на скорость, уворачиваясь от огненных шаров, которые пускал в курсантов с вышки скотина Брис. Да, да, этот козел был пиромантом и учителем Сабрины Обри. Вот о чем она точно не говорила, так это о редкой паскудности его характера. Он выдавал увольнительные в расположенную неподалеку от лагеря деревеньку Рэйвенмилк исключительно согласно таблице спаррингов. Поэтому Поттеру, не поднимавшемуся выше третьей строчки с конца, не светило выбраться из казармы до дня Рождения. У девчонок все было куда проще — даже пацифистка и обитательница последней строчки таблицы дуэльных спаррингов Джан успела «уволиться» уже два раза. Единственное хорошее, что было в лагере — приличная кормежка. Не помои, как в американских фильмах про армию, а нормальные обеды, завтраки, обеды и ужины, правда, порционные, не как в Шармбатоне, но вкусные. Вообще, если забыть про железобетонную дисциплину, зверские физические нагрузки, в процессе которых хилые юные волшебники болтались на турниках, бегали и отжимались, в лагере было неплохо, а перед отбоем вообще было четыре часа свободного времени, можно и в футбол погонять со смешанными командами разных отрядов и погорланить песни под гитару. — Отделения 92/1 и 92/2 проходят на групповые спарринги, — через Сонорус сообщили после завтрака. Спарринговые дуэли. Гарри их терпеть не мог. Потому что главным образом он отвлекал внимание, пока поставленная к нему в пару Гермиона расшвыривала противников боевым воплем. — Привет, — кивнула ему Гермиона, когда он подошел к расписанию спаррингов, — мы четвертые. — Ну, что, я сегодня хоть Бомбарду кинуть успею? Или меня сразу скосят? — настроение было похоронным. Гермиона ободряюще подтолкнула его в плечо: — Не хандри, Кор вообще на последнем месте и в ус не дует. — Она девочка. — Мы, кстати, сейчас выходим против нее и Доминика, — Гарри глянул на противоположный конец дуэльной площадки. Там уже разминал пальцы некромант Альфарес. Спарринги велись до капитуляции или до сигнала судьи, который мог счесть травмы серьезными. Поощрялось использование связывающих и парализующих заклинаний, не запрещалось использование индивидуальных способностей. В общем, раздолье для таких, как Гермиона и Сабрина. Недаром обе они находились на верхних строчках девчоночьего рейтинга, постоянно меняясь местами. Две разных вещи — тренинги командные, то есть парные, и индивидуальные, один на один. В последних хотя бы не было стыдно, что находишься на подтанцовках у более сильной напарницы. — Поттер и Грейнджер, Джан и Альфарес! — крикнул капитан Морэ. — Пойдем, что ли, Джей? — Я рядом, — Гарри запустил Редукто под ноги Альфаресу, добиваясь снижения видимости. Главное — не дать ему поднять своих скелетиков. Потому как в противном случае от крыс не отобьешься. Разбиваешь их Бомбардой, а они, послушные воле некроманта, вновь собираются воедино. Гермиона набрала воздуха, и Гарри пригнулся — вопль вышел чертовски впечатляющим. Конечно, кричала она даже не в полную силу, потому что этим воплем она просто сшибала с ног или оглушала. Никаких взорванных голов. Альфарес схватился за голову, явно дезориентированный. А вот теперь главное не подпустить к нему Кориту — она одним лишь прикосновением может привести его в себя. Она называла это ментальным электрошоком. Сама Корита успела применить к себе Оглохни, поэтому послала в сторону Гермионы луч Силенцио, существенно снизивший децибелы вопля. Гарри взмахнул палочкой в сторону напарницы, и Фините Инкантатем вернуло ей голос. Корита не стала подбегать к Альфаресу, она всего лишь послала в него два Энервейта подряд, тем самым встряхнув его. Некромант, очухавшись, прижал ладони к земле — в этот раз это были крот и несколько землероек. Спасибо, что не крысы. Гермиона, не теряя зря времени, раскинула руки и оторвалась от земли. Она терпеть не могла грызунов, тем более, в полуразложившемся виде. Да, если вы не сразу поняли — баньши умели летать. Без метлы, без крыльев, просто вот так, впадая в боевой транс. Правда, выглядело это жутко — глаза светятся, волосы дыбом, рот вот-вот распахнется, издавая боевой вопль. — Агуаменти, Глассио! — Гарри залил на пути грызунов-мертвецов целый каток, выкраивая тем самым пару минут для передышки. Уворачиваясь от Экспеллиармуса Кориты, он послал ей дружеское Редукто под ноги, взрывая землю и лишая видимости. Классное заклинание, кстати. А Альфарес продолжал заставлять вылезти из-под земли новых членов армии микро-инферналов. Он всегда говорил, что на это нужно чуть-чуть энергии. Просто разбудить, а потом упокоить. Как бы вывести из боя этого любителя костей? Вопрос решила Гермиона, камнем рухнув прямо на Альфареса, припечатав по пути его чем-то парализующим. Похоже, Петрификусом, хотя черт ее разберет, она же невербалка. Единственная в лагере колдунья младше шестнадцати лет, способная колдовать, не издавая ни звука. Альфарес вышел из игры, но и баньши почти потерялась. Корита вскинула ладони в жесте «Усмирение воли». Ладони перед лицом, пальцы врастопырку. По правде говоря, до лагеря Гарри даже и не знал об этой ее артикуляционной способности. А здесь оказалось, что даже два голодных оборотня в период полнолуния не причинят целительнице вреда. Служить не будут, но не тронут. Куда там Гермионе. Однако Джан не учла одного — волшебную палочку в руках Грейнджер. Вопля-то ее внутренняя баньши издать не могла, а вот приложить любимым Петрификусом — почему бы и нет? Капитан Морэ, тренер по спаррингам, свистнул в свисток, объявляя конец поединка и подсчитывая очки по спаррингу. Стыдно сказать, но обоих противников вновь из строя вывела Гермиона. Гарри снова сидел за ее спиной, ограничиваясь глухой защитой. Очков он получит мало и вряд ли поднимется в рейтинге. — Пойдем, посмотрим на старших, — предложила Корита, как только ее расколдовали. — Пятнадцать минут до следующего спарринга, — Гермиона глянула на часы. — Пойдемте скорей. Бегом припустили к соседней площадке. Почти все были с нашивками на рукавах в виде пятиконечной звезды, выдававшей принадлежность к школе Дурмстранг. У них сейчас индивидуальные дуэли. — Крам, Волчанов, — крикнул их капитан. Гермиона радостно улыбнулась — почему-то она всегда болела за широкоплечего шестнадцатилетнего болгарина. Хотя следует признать, он прекрасно выступал на дуэлях. Просто двоилось в глазах от скорости выпускаемых им заклинаний. Вот и сейчас увернулся от красного луча, невербальным Экспеллиармусом вырвал палочку из рук противника, затем приложил левитирующим прямо с земли камнем по голове. К Волчанову тут же ринулся целитель, а Крам подошел к капитану, заглядывая в лист на количество полученных очков. На это осмеливались только любимчики, обладатели первого места в рейтинге. Аутсайдеров могли и на кросс послать. — Пойдемте обратно, — сразу предложила Гермиона. Наверное, не хотела, чтобы крутящий головой Крам заметил легкий румянец на ее щеках. Дни за подобным времяпрепровождением, где чередовались тренировки и спарринги, пролетали быстро. Вот и сегодня свободное время наступило быстрее ожидаемого. Поэтому, когда Гарри, Драко и Доминик смогли усесться на кровати в казарме и стащить с ног чертовы колоды со шнурками, даже и не верилось, что настало это время. Конечно, в блоке они были не одни, хотя у левой стены и пустовали три кровати. На них спали оборотни, которые в сегодняшнее полнолуние были выпущены в лес к местной стае волколаков. Вон развалился на кровати аквамант из Америки, но чертов янки не желал общаться ни с бриттами, ни с их друзьями. Высокомерный сноб, хотя здорово швыряется ледяными шарами и сосульками, за то и торчит на первом месте рейтинга. Вообще, лагерь можно было назвать небольшим. В каждом отряде-отделении было по десять человек. Мальчики и девочки отдельно, хотя на спаррингах их мешали как угодно, говоря, что это не Палата Лордов и джентльменство не пригодится. И правда — в смешанных боях часто побеждали девчонки, потому что их способности имели ярко выраженный характер. Баньши, вейлы, пиромантки, и это ведь даже не весь список. Две сестры из Японии превращались в многохвостых лисиц и в таком виде гипнотизировали. В спарринге против одной из них Гарри даже показалось, что он дерется с мамой, а затем его сшибли с ног, и лисица, обнажив зубы, уселась на его грудной клетке. А третья из той же компании японка с белыми волосами и белой кожей замораживала взглядом. Замораживала до толстой корки льда, которую потом пироманты сплавляли в течение десяти минут. Правда, это срабатывало только на тех, кто подчинялся стандартным законам магии. На Сабрине и Гермионе не срабатывало. На Корите тоже. Была также гречанка, превращавшая взглядом в камень. Порой она могла взлететь, распуская за спиной тонкие прозрачные крылья. Вот в таком террариуме и проживали Корита, Гермиона и Сабрина. Гарри с трудом представлял, что будет, если они там перессорятся. Кстати, большинство сосланных в Боевой Единорог все-таки были обыкновенными волшебниками. И это хоть как-то успокаивало. В казарму пришла Корита. Слегка поморщившись, она сотворила Фрешнер. Ботинками перестало нести. — Ты чего тут? — поинтересовался Гарри. — Я думал, ты уже с би-боями. Это была, кстати, третья новость двух недель этой чертовой смены. Корита Джан уже третий год дергалась под современный американский хип-хоп. И Сабрина знала, но не говорила по просьбе Джан. Танцем это было назвать сложно, по крайней мере, по классическим меркам. Походила на ритуальные пляски пещерных людей вкупе с легкой атлетикой и еще черт пойми чем. — Они сегодня на кроссе, — отозвалась Корита, по пути накладывая исцеляющие заклинания на стертые до содранных мозолей ноги друзей. Все-таки хорошо иметь целительницу в друзьях, пусть и стукнутую на голову, с дурацкими пристрастиями, с глупыми принципами и комплексами, но свою и уже давно привычную. — Джей, — начала Корита. — Меня послали в деревню за медикаментами и ингредиентами для санчасти. Пойдешь со мной? Нужно будет помочь донести. — Пойду, — ну хоть мельком посмотрим, чего там в Рэйвенмилк. — А почему не я? — с легкой завистью спросил Альфарес. — Потому что у тебя и так завтра увольнительная, — отрезала Джан, — Джей, пойдем. До отбоя нужно сходить. На целые ноги и ботинки можно натянуть. На пропускном пункте Джан показала сержанту Джонсу пропуск. Тот кивнул, поднимая шлагбаум. Стоило им отойти по дороге, как Корита повернулась к Гарри. — А теперь рассказывай. — Что рассказывать? — Откуда в тебе столько разочарования?