Внимание

Сложно сказать, что бывает сложней — отвязаться от девчонки, которая из дружеского сочувствия пытается поддержать, или от целителя-менталиста, который чувствует твое плохое настроение еще раньше, чем его ощутил ты. Корита Джан, к сожалению, была и тем, и другим, и отделаться от нее было нереально. — Как будто не понимаешь, — недовольно буркнул Гарри. — Из-за рейтинга этого дебильного? — Да нет. — Из-за чего тогда? — Да нафиг мне метаморфмагия? Она абсолютно бесполезна. — Джей, ты серьезно? — Конечно. Посмотри. Все вокруг очень успешно применяют врожденные способности, даже ты. Корита не поддалась на провокацию, выражая лицом только искреннее внимание. Им всем на курсах целителей сепарируют мозги, забирая обидчивость, усиливая желание помогать? — Я абсолютно бестолков, я не такой быстрый, как Крам, не знаю столько заклинаний, как Гера, не умею даже создавать шумовые иллюзии, как Дрей — из пары шишек и осколка кирпича. Да, он не умеет ничего особенного, но он хотя бы здорово отвлекает внимание, пока Сабрина всех поджаривает. — Джей, ты запутался, — Корита осторожно взяла его за руки и закрыла глаза. Открыла и нахмурилась. — Что-то не так? — Должно быть не так. Но все подозрительно гладко. — Так это же хорошо. — Скажи мне, Гарри, — осторожно спрашивает, будто у психа, — а как давно ты метаморфировал последний раз? — Так сразу и не вспомнишь… На экзамене, наверное. — Попробуй сейчас. — Зачем? — Просто. Покажи мне что-нибудь. Гарри честно попытался, но знакомое ощущение подкожной щекотки при изменениях вызвать не удалось. — И что это значит? — Это значит, что у тебя начались переходные сбои, — Корита выглядела мрачно. — Когда любая смена настроения может вызвать сбой магии. — Не понимаю, чем это плохо? — Джей, не тупи, вот если бы у тебя пропала рука, это было бы хорошо? — Нет. Но я же ей не пользовался. — Это-то и плохо, последствия могут быть очень неприятными. — Какими? — Я не знаю, но сэр Исаак и мадам Ле Пен всегда говорили, что возрастные сбои индивидуальной магии очень опасны. Рэйвенмилк нельзя было назвать маленькой деревней. Это был микрогород магов с тремя кафе, пунктом аренды сов и с безумным количеством маленьких лавочек. Корита, покупая ингредиенты и зелья, долго копалась, выбирая товар посвежее, сгружая на руки Гарри коробку за коробкой. — Пойдем, перекусим, — предложила она по выходу из аптеки. — После кросса всегда жрать охота. — Я не брал денег, — неудобно, но есть все равно хотелось и ему. — Потрачу на тебя пару сиклей, — хихикнула девчонка, — только не вздумай из-за этого заказывать воду и героически пить ее, пока я ем. Если не считать, что приходилось тащить неудобные коробки, настроение у Гарри поднялось. И без всяких ментальных штучек Кориты. Она и без этого могла рассмешить, рассказывая, как они с би-боями прятались от капитана Морэ, который терпеть не мог последствий «магловского воспитания». Конечно, Кориту нельзя было назвать человеком, в смысле, маглом. Хотя мама у нее и была родом из немагической Ирландии. Вообще, в принципе, Джан умела быть другом, ей Гарри абсолютно не боялся признаться в том, что в прошлом году во время встречи с Риддлом его не отпускало противное ощущение липкого страха. Собственно, наверное, тогда он и убедился в бесполезности метаморфмагии. — Да ты что! — возмутилась Корита, закусывая какао пирожным. — Как вообще можно говорить, что есть бесполезная магия? Любое ее проявление зачем-нибудь нужно. — У тебя есть варианты? — Нет, но Тонкс, которая тебя учит, наверняка чем-то занимается. — Отчим упоминал, что она в Аврорате работает. — Ну вот. — Ты, что ли, думаешь, мое призвание — ходить и запихивать опасных существ в резервации без разбору? — одно-единственное знакомство Гарри с аврорами британского Министерства Магии сформировало не очень-то высокий рейтинг этой профессии. — Если хочешь знать, авроры занимаются не только этим. — А чем еще? — Слушай, я не знаю. Я попрошу, чтобы Тонкс вызвали для тебя. А сэр Исаак приедет и тебя посмотрит. Он все равно будет принимать у меня летнюю практику. — Джан, скажи, тебе удобно сидеть? — Да, а что? — У тебя, наверняка, в заднем кармане шило или иголки. Ну, что там тебе покоя не дает. — Дурак, — Корита кинула в Гарри салфеткой. — А что за летняя практика? — чтобы уже отвлечь девчонку от его проблем, спросил Гарри. — Ну, я тут занимаюсь с теми, кто после срывов приехал. Как Гермиона на первом курсе. Только проще, я все-таки уже имею допуск к серьезной ментальной работе, а не только к простеньким успокоительным процедурам. — Я никого не видел такого. — Конечно, не видел, — фыркнула Корита, — они все содержатся в изоляторе. Да и потом, их нынче только трое. Оборотень, вампир и стихийный воздушник. — А когда больше было? — В том году, но я тогда только подмастерьем работала, сэр Исаак тогда здесь у девчонок капитаном был. Он, кстати, еще хуже вашего Бриса. У меня за ту смену ни одной увольнительной не было. — Круто, ты пользу приносишь. — Джей, — Корита добродушно пихнула его в плечо. — Не переживай. Это пройдет. Легко сказать, что пройдет. А как нормально реагировать на то, что ты самый худший в своей группе? И чертов янки Кинг пару раз за сутки проезжается на тему того, что Поттера нужно перевести к девчонкам, может, хоть там будет лучше выглядеть? А самое обидное — это то, что даже в смешанном рейтинге между девчонками и мальчишками Гарри был на предпоследнем месте, опережая только Кориту, которая, в принципе, никаких боевых заклинаний, кроме Экспеллиармуса, и не использовала. Тонкс приехала на следующий день и забрала Гарри с тренинга по заклинаниям. — Мне сказали, что ты не можешь меняться, — тревога на лице Тонкс была заметна и без очков. — Да, не могу. — Гарри, тебе следует успокоиться. И как можно чаще пытаться вызвать изменения. Тогда метаморфизм вернется. — Я вообще не понимаю, зачем он нужен. — Ты серьезно? — Да. — Гарри, — Тонкс тяжело вздохнула. — В моей жизни метаморфизм отказал мне лишь однажды, и это закончилось для меня не очень хорошо. — И как же? — Это долгая история. — Тренинг последний, а до обеда час, — Тонкс вздохнула и начала: — Я тогда училась в Хогвартсе. Как раз перешла на третий курс. В Хогвартсе не занимаются индивидуальными способностями, только стандартной магией. И я тебе скажу, там очень опасно выделяться. Мне повезло попасть на факультет Хаффлпафф, который характеризуется терпимостью и миролюбием. Но мои постоянные изменения не остались незамеченными ученицами с других факультетов. И если бы они этим восхищались, было бы гораздо легче. Обо мне стали распускать плохие слухи, и не проси, их содержание я точно уточнять не стану, — заметив заинтересованность Гарри, сразу заявила Тонкс, — скажу только одно. Меня подставили, подкинули какую-то цацку в сумку, заявили, что я ее украла, прикинувшись хозяйкой. Тогда и случился сбой. Я очень расстроилась и просто возненавидела свои способности. Я не метаморфировала три месяца, а потом… магия будто прорвалась и начала менять меня абсолютно бесконтрольно. У меня удлинялись руки и ноги, менялся цвет кожи и волос. Тогда меня и привезли в Шармбатон. Мне помогли взять под контроль метаморфизм, но, к сожалению, это аукнулось мне серьезными проблемами с вестибулярным аппаратом. Я спотыкаюсь на каждом шагу. На ровном месте. — Зачем вообще он нужен? Метаморфизм. Тонкс взмахнула палочкой, обводя ею комнату: «Оглохни». Затем серьезно взглянула на Гарри. — Вообще, я думала, ты узнаешь сам, но, видимо, нужно сказать сейчас, — она выдержала паузу. — Я шпионка британского Отдела Тайн. — Отдел Тайн? — Это очень секретный отдел в Министерстве. Тайная служба магического мира. — Чем они занимаются? — Чем только не занимаются, — шепотом произнесла Тонкс. — Шпионаж, разработка новых технологий, разгадка тайн древних магов, защита магического мира. — То есть, они защищали волшебников от Волан-де-Морта? — Гарри, они защищают нас от проблем иного рода. От магических ловушек, массово захватывающих чужую волю, и от прочего. Волан-де-Морт — дело внутреннее, дело Аврората. В котором я по легенде работаю. — Так к чему метаморфизм? — Преображение, Гарри. Я в считанные секунды меняю внешность, и никакая магия обнаружения этого не зафиксирует. Никаких зелий и маскирующих чар. Нас, метаморфов, вербуют сразу же после совершеннолетия, потому что мы рождены для шпионажа. — А если я не захочу? — Свобода выбора всегда остается. Но поверь, они делают отличные предложения с далекой перспективой. Такие, что все соглашаются. Так что возвращайся, Гарри, возвращай метаморфизм. Потому, что тебе это нужно. — Мисс Тонкс, — в кабинет заглянул учитель Кориты, Исаак Хаимович, — мне требуется провести обследование вашего ученика. — Да-да, конечно. Мы закончили. Напиши мне, Гарри. Сегодня же.