Неба было не видно...

      К часу дня ливень отступил. Света как-то ослабела, хоть и пыталась убедить Диану, что все в норме. Она приняла кучу таблеток, которые, видимо, не помогли. Арбенина, видя, что дело катится не в лучшую сторону, думала, как можно её отвлечь. Остановилась, почему-то, на фотографиях. Откуда-то из закромов и дальних полок, которых было в этой квартире больше, чем полок видимых, Диана вытащила старенький, потрёпанный, но очень большой альбом фотографий. Она рассказала Светке, что это так называемая «сборная солянка», что туда она буквально запихивала все фотографии, оставшиеся у неё ещё с Ягодного, то есть её детские, школьные годы… Как ни странно, Светка выразила явное желание посмотреть на это. Диана уже подумала отказаться, засмущалась, но подумав, что лучше пусть так, всё же согласилась. Они уселись на пыльном диване на кухне, Светка положила голову Диане на плечо, обвив рукой её шею. Диана подогнула под себя ноги, и прислонившись затылком к спинке дивана, по одной начала перебирать фотографии. Света смотрела внимательно, слушала объяснения Дианы, даже улыбалась, но гитаристка буквально ощущала её неровное дыхание. Через полчаса Светка явно чувствовала себя не очень хорошо. Диана заволновалась. — Светка, может тебе лечь лучше? Ты мне не нравишься. — Правда? А я надеялась на взаимные чувства… — Слабо усмехнулась Света. — Я серьезно. — Так и я, — Светка подняла голову с плеча Дианы. Арбенина хмуро покачала головой. — Хватит острить. — Дин, со мной всё нормально, — тихо сказала Света. Диана выдохнула. — Я не настолько слепая. Свет, в этом нет ничего такого… — Я знаю. Ты же в курсе, как я к этому отношусь, — Светка поморщилась и чуть поближе прижалась к Диане. — Угу, в курсе. Так ты ляжешь или нет? — спросила Диана и изогнула бровь, заглядывая Светке в глаза. Та опустила взгляд. — Неа. Я и здесь себя прекрасно чувствую… Так, а это что? — вдруг встрепенулась Сурганова, выхватывая из рук у Дианы старую фотографию, с уже оборванными, затёртыми уголками. На ней — они вдвоем, видимо, дело было в Магадане, сидят на диване в какой-то кухне. Диана со своими светлыми волосами и с видом серьезного ученого, рядом Светка, привалившись к её плечу улыбается. Диана чуть подняла голову, наблюдая, как Светлана изменяется в лице. На губах у неё играет та теплая ностальгическая улыбка. — Надо же, тут так и просится «как молоды мы были»… — Тихо говорит Светка, улыбаясь. Диана пожимает плечами, рассматривая фотографию. — Ну, мы и сейчас очень даже ничего… — протянула Диана. — Ну, может быть ты — да, — сказала Светка, не отрываясь от фотографии. Диана усмехнулась. — Да ладно, Сурганова, цену набивать! Ты, если захочешь, мне еще фору дашь! — Это да, но согласись, годы-то не пропьешь… — Света положила фотографию на стол, и подняла глаза на Арбенину. — Раз уже речь зашла, то я тебе должна сказать, ты неплохо сохранилась, Сурганова! — с ехидной улыбкой сказала Диана. Светка тихо засмеялась. — Да уж, глумись! Сама будто фотомодель! — Ох, как высоко взяла! Может не фотомодель, но согласись и не уродина, — протянула Диана, театрально поправляя «прическу» (хотя то, что было у неё на голове, этим словом назвать сложно). — Ладно, давай сойдемся на том, что по внешней красоте мы примерно на одном уровне, — с улыбкой сказала Света, опуская голову Диане на плечо. — Вот как? А по внутренней? — Зачем ты спрашиваешь так, будто не знаешь, что я скажу? — тихо спросила Света. — Наверное потому, что всё еще надеюсь на правильный ответ, — парировала Диана, опустив глаза на Светку, которая пристроилась у неё чуть пониже плеча. Сурганова подняла голову и, коснувшись рукой волос гитаристки, тихо сказала: — Я всегда буду думать, что это ты. Диана усмехнулась, перехватив её руку. — Правильного ответа, как и ожидалось, не прозвучало. — Дин… — Дурочка, Сурганова, но спорить сейчас не буду. — Неужели Диана Сергеевна смирилась с тем, что я о ней сказала? — с наигранным удивлением подняла брови Сурганова. Диана пожала плечами. — Сегодня — да. — А что должно произойти, чтобы Диана Сергеевна смирилась с этим навсегда? — С улыбкой спросила Света. — Нет, тут уже всё решено. Уж прости. — Хм, — Света задумалась, снова прижавшись к плечу Арбениной, — Дин, мы никогда не излечимся от этой взаимной простуды, да? — Надеюсь, что никогда. Ну, не скоро по крайней мере. И еще надеюсь, что ты перестанешь так высокомерно с твоей стороны разбрасываться собственными цитатами, — с улыбкой сказала Диана. — Могу я себе позволить хоть раз побыть не «женой декабриста», а дать волю своему эгоизму? — Светик, у тебя этого твоего, как ты выразилась «эгоизма», попросту нет! — снисходительно улыбаясь сказала Диана, ловя реакцию скрипачки. — Ах так, значит! Всё, я сегодня лицемерная эгоистка, и заявляю, что обижена на тебя! — Даже так? — с улыбкой промурлыкала Диана, чуть касаясь носом волос скрипачки. — Этим ты мне и нравишься… — Так значит всё-таки нравлюсь? — довольно просияла Светка. — Это меняет дело. — Да. Это меняет… Дело… — шепнула Диана, легко целуя височек Светы, отчего та сразу закрыла глаза. — Диана, что ты делаешь? — Я уговариваю тебя лечь, потому что ты очень горячая. Это нехорошо. — Дин, я горячая именно из-за твоих уговоров… — Света коснулась носом шеи Дианы. — Нет. Я серьезно. — И я тоже не шучу… — Светка выдохнула, когда Диана осторожно поцеловала её шею у основания, и подняла глаза. — Свет, ты точно в норме? — Да, просто из-за таблеток чувствую… Слабость, но в общем… — Может всё-таки тебе прилечь, полежать? — шепнула Диана. Света отрицательно замотала головой. — Нет-нет, то, что ты только что делала отлично действовало… — Света расплылась в улыбке. Диана тихо засмеялась. — Сурганова, меня попросили за тобой присмотреть не для того, чтобы я тут сидела и таким манером уговаривала тебя позаботиться о собственном здоровье! — Если ты будешь так рефлексировать, у тебя самой никакого здоровья не останется, это я как врач говорю, так что успокойся! — Усмехнулась Сурганова. — Всё нормально, я же сказала. Ты чересчур волнуешься. Это слабость после операций, из-за препаратов, это нормально. — Ладно, извини, просто со всеми твоими болячками, ты меня превратила уже в параноика. — Да, я это заметила… — Тихо сказала Светка, касаясь губами шеи Дианы. Арбенина рукой обняла её за талию, не отпуская от себя, сохраняя близкий контакт. Светка уткнулась носом в шею Диане и тихо прошептала: — Динка, я так безумно соскучилась по тебе! Ты не представляешь себе, как это классно — вот так с тобой сидеть… — Думаю, что представляю. Я тоже тут с ума сходила, — с улыбкой тихо сказала Диана, целуя Свету в макушку, — и кстати, по поводу «взаимной простуды» — отличный оборот, молодец. — Да, действительно. Предложишь что-нибудь в ответ? — спросила Светка. — Я подобного еще не написала. Как напишу — скажу. — Дин, почитай мне что-нибудь… На твоё усмотрение. Диана минуту думала, и дотянулась рукой до полки шкафа у стенки рядом и выудила из стопки книг ту, что лежала второй. Это был Эрих Мария Ремарк «Три товарища» Увидев обложку, Света усмехнулась. — Твоё новое очарование? — Да, оно самое. Заново обретённое. Почитать? — Давай, конечно! Диана довольно улыбнулась, поудобней обняла Светку и уверенным голосом начала читать вслух. Светка наслаждалась тембром голоса Дианы, этим вечным ярко выраженным «р», Эмоциями, страстью в голосе… Сидели они долго. Вся слабость ушла, Светлана почувствовала, что препараты наконец подействовали. А Диана, в свою очередь, почувствовала, как дыхание скрипачки стало ровнее и спокойнее. И именно в этот момент, под ярко выраженное «р» Дианы Арбениной в волшебных словах Ремарка пришло осознание, что теперь они смогут преодолеть гораздо больше, чем могли подумать, гораздо больше, чем могли преодолеть до всего того, что случилось за последние несколько месяцев…