Рок под масками.

Конец апреля выдался ожидаемо тёплым. Завтра первое мая, а значит, что завтра – баттл. Иккинг шёл по улице с забинтованной головой – рана почти затянулась, но врач решил подстраховаться. Учителя разрешили ему носить капюшон на голове в это время. Настроение было бодрым – с ним попыталась заговорить Хофферсон, однако он грубо её отшил. Ну, то есть, ему так казалось, что фраза «Эм, извини, мне это, некогда» - это грубо. Он зашёл в гараж и стал готовить инструменты к репетиции. Сегодня должен быть очень напряжённый день – нужно отточить весь материал, Ночная Фурия надеялся только на победу. Ведь если они проиграют, они так дальше и останутся школьными чмошниками. Он расставил инструменты, как вдруг на телефон пришло сообщение от администратора клуба:

«Таинственность, конечно, хорошо, но Элвин предупредил, что не сможет подписать контракт, если не увидит ваших документов и лиц. Прости, но вы либо соглашаетесь на эти условия, либо не участвуете завтра».

Сообщение ввело парня в ступор. Как он мог упустить этот момент? Никто не подпишет никакой договор с человеком в маске. Это же просто абсурд! Хотя, если их тайну будет знать только один человек, которому будет выгодно её не раскрывать – что в этом страшного? - Добрый день! – голос Дагура вытащил Хэддока из раздумий. - Привет, Икк. – следом зашла Хельга. - Привет, ребята, в общем – сохранить тайну навряд ли получится. - Ты о чём? - Ну, понимаете, в случае победы нам же надо подписать контракт. Кто подпишет контракт, если человек скрывает своё лицо? - Действительно. Вот ли проблема? Если нас увидит только Элвин, это не страшно. - Ну, хорошо. Когда вторая парочка придёт? – дверь скрипнула. – О, легки на помине. - Мы слышали про маски. Что в этом такого? - Ну если вы не считаете это проблемой – можно начинать репетировать!

***

Зал клуба был набит под завязку. Кажется, вся молодёжь района пришла посмотреть на своих звёзд. Конферансье вышел на сцену и поправил микрофон, толпа затихла. - И так, все собрались посмотреть на битву титанов, сегодня кому-то выпадет счастливый билет на «MegaFest», а кто-то с позором продолжит сотрясать стены этого чудесного заведения. И так, суть проста – группы по очереди выступают, сначала три песни на произвольную тематику, затем – три пары песен на заданную тему, и в конце группы должны исполнить песню, которую раньше не исполняли! Ваша задача – на специальном листке, выданном вам при входе, просто отметить галочкой понравившуюся группу! И так, ты – он указал на случайную девушку, стоящую перед сценой – поможешь мне. – Он протянул ей шапку, девушка сразу поняла, что нужно вытянуть из неё бумажку. Она протянула ведущему свёрток, тот развернул листок и придвинулся к микрофону: - Первыми будут выступать «Strong Team»! Ребята, с вас три песни! Начинаем! Музыканты вышли на сцену, взяв инструменты в руки, Астрид объявила названия песен. Их соперники за кулисами знали весь репертуар группы, Скрилл аскетично произнёс: - Да это же их самые слабые песни. - Тринадцатилетних девочек, вроде бы, нет. – поддержала его Тайфумеранг. - Именно этим они хотят нас победить? – кто о чём, а Фурия грезил победой. На сцене случилось непредвиденное – Сморкала попытался пропеть строчку гроулингом. Однако вместо рыка получился сдавленный сип. В зале разразился хохот, заглушающий песню. Забияка, которая могла освободить руку, использовала её самым разумным образом – с небольшой силой ударила себя по лбу ладонью. Драконы отошли из-за кулис в коридор с техническими помещениями, откуда их не было слышно со сцены, и выпали в дичайший ржач. Шторморез загибался, Фурия сполз спиной по стене, Скрилл опёрся на подоконник, Тайфумеранг села на стул, а Жуткая Жуть прислонилась спиной к дверному косяку. Они смеялись минуты три, после чего зашли обратно. Их противники начали играть последнюю песню первого этапа. - Так, ребята, помним, что будем играть? Дагур начал отстукивать ритм, Иккинг начал тихо петь. Остальные подхватывали бэк-партии. Закончили обе группы одновременно. Драконы вышли в коридор, вскоре туда же вышли и «Strong Team». Астрид попыталась унизить соперников: - Ну что, видите, зал разразился овациями! - Угу, - Дагур выпрямился, еле сдерживая смех. – Давно они такого юмористического шоу не видели. – Он попытался спародировать Сама. - Ты охренел? – Сэм уже пытался замахнуться, однако, охранник, сидевший в коридоре, быстро подошёл к месту встречи. – И не пытайтесь нас оскорбить второй раз, потому что после вашего проигрыша у нас будут деньги и возможность отомстить. И я заставлю вас снять маски! – Он присмотрелся к Фурии. – Задницей чую, что я тебя где-то видел. - Это твой единственный орган с работающими нейронами? – усмехнулся Хэддок. Йоргенсон замахнулся, но его друзья вовремя схватили его за руки. Охранник встал ещё ближе, Иккинг гордо махнул головой и повёл друзей на сцену. Конферанс оглянулся, и, увидев выходящих музыкантов, сказал: - Ну где вы задержались, люди уже заждались, верно?! – В зале послышались одобрительные возгласы. – Ну тогда встречайте – «Dangerous Dragons»! Ночная Фурия не стал объявлять все песни сразу. Он вообще счёл, что, в данной ситуации, объявление песен будет стратегической ошибкой. Надо вовлечь зрителя в такой невербальный диалог, чтобы он сам по первым аккордам догадался, что за песня, и считал себя умным. Хэддок начал ударять по струнам… Другая группа разбрелась по клубу. В то время, как парни отправились на кухню в поисках питья, Астрид и Сегри сидели в коридоре на стульях. Торстон развернула свой стул, поставив его напротив подруги, и села. Хофферсон тяжело вздохнула: - Он не пришёл. - Кто, рыжий твой, что ли? Да у него от такого громкого звука, наверное, спинной мозг из носа вытечет. Хотя, раньше он сюда ходил. - Ты что, забыла, что он с гитарами хорошо знаком? - Точно. Может быть, он боится, что толпа его просто не заметит? На одиночных концертах ведь всегда было меньше народу. - Слушай, а мне показалось, что Фурия очень похож на Иккинга. Сейчас, по росту, джинсам и голосу, он показался похож. - Ты думаешь, что этот, боящийся людей, мог бы вот так выйти на сцену, как Фурия? - Не исключено. – она включила телефон. – О, сообщение от него. Минуту назад. Так, не смогу прийти, ты и так мной навертелась. Удачного выступления, надеюсь, Сморкала облажается по-крупному. Нет, Иккинга точно здесь нет. Но почему навертелась? Я ему что, давала какие-то надежды? Всего-то три раза пересеклись. Тем временем, Ночная Фурия всматривался в зал, не отрываясь от основного занятия. В зале два раза мигнуло пятнышко света от экрана телефона. «А у Хельги весёлая сестра» - на фоне удавшегося плана он просто вошёл в раж, вбивая все силы в игру на инструменте и пение. Блумма, сидевшая на стуле у противоположной от сцены стены, хитро улыбнулась. Когда днём Иккинг предложил ей ещё раз поиздеваться над Астрид, Йомарсон-старшая, не раздумывая, согласилась. Конечно, когда Хэддок разъяснял ей ситуацию, он использовал слегка преувеличивающие фразеологические обороты, из-за чего Блумма и использовала в сообщении такие слова. Хофферсон набрала ответное сообщение:

«Ты – неблагодарная сволочь! Я ведь искренне. Я действительно испытываю к тебе чувства. И только от тебя зависит, будут ли они сильнее, или исчезнут вовсе».

Блумма прочитала сообщение. «Хвала небесам, что это читает не Иккинг. А то сразу бы раскис, как тряпка» - нет, такой склад мышления явно не соответствовал почти тридцатилетней женщине. Что и нравилось в ней окружающим. Ответ не заставил себя долго ждать:

«Действительно, ты испытываешь ко мне чувство. Ненависти. И, представь себе, оно взаимно. Я любил тебя все годы, что знаю, но за последние пять месяцев я разочаровался в тебе. Ты, ради того, чтобы быть в кругу избранных, за несколько минут можешь забыть какого-то хлюпика. Лицемерка, если у тебя не получается найти парня, я не прогнусь!».

Девушка нажала «Отправить», встав, она пробилась ближе к сцене и быстро передала телефон солисту в перерывах между песнями. Астрид, прочитав ответ, заплакала. Да, она действительно никому не нужна. Даже тому, кто при виде девушки готов, казалось бы, лечь в лужу, чтобы она не запачкалась. Нет, он точно не такой, он сильнее. Это ещё больше возвысило Иккинга в представлении Астрид, но легче от этого не стало. Наоборот, она осознала, что это из-за неё. Она сделала его устойчивым, но от этого он стал ещё дальше от неё. Забияка попыталась успокоить подругу: - Не распускай нюни! Нам ведь ещё выступать! Выиграем – любой будет валяться у твоих ног. Даже этот, забыла, как его по имени, Иккинг. - Навряд ли. Его на это не купишь. - Ну всё равно, вместо того, чтобы что-то придумать, ты сидишь и ноешь. Хочешь его – встань и покажи, что ты сильная. Собственно, такой ты ему и нравилась. Ты как стала сентиментальной, так он сразу и разлюбил. - А ты права. – Она смахнула слёзы и сделала лицо серьёзным. – Я сейчас выйду и покажу, что я та Хофферсон, как и раньше! Да и вообще – не хочет, не надо! - Вот так лучше. Кажется, что они через песню заканчивают. О, а вон и мальчики. Вы воды принесли? - Ага. – Росбьёрн протянул бутылку Забияке. – Астрид, чего у тебя лицо красное? Не уж то плакала? Не бойся так, мы сейчас их, как клопов, размажем! - Она вообще не из-за выступления. - Парня, что ли, нет? – Сам ехидно улыбнулся. – Это, в общем, я много думал, наше расставание, это, было ошибкой. И, э-э-э, прости меня. Он попытался поцеловать девушку, она не сопротивлялась. В этот момент уже закончившие выступать Драконы вышли в коридор. Иккинг, успевший за время ухода со сцены прочитать переписку, смотря на эту ситуацию, не испытывал ровным счётом ничего. Никаких чувств – ни презрения, ни обиды. Он вытащил телефон из кармана, набрав сообщение:

«Что и требовалось доказать. И у стен есть глаза».

Он отправил этот текст, из-под маски наблюдая за адресатом. Она отстранила Сморкалу, вытащив телефон. Её глаза вылезли из орбит. Ночная Фурия встал так, чтобы она его видела, но не видели её друзья, и, делая вид, что не замечает её взгляда, как бы незаметно положил телефон в карман. Астрид поняла, какую ошибку она совершила, поддавшись минутной слабости. Она всадила Йоргенсону пощёчину: - Извращенец! – в голове никак не могли собраться слова, которые могли бы выставить её жертвой ситуации. После трёхсекундной паузы она продолжила: - Кто тебя просил? Что ты наделал? Сегри в это время взяла телефон из её рук и прочитала сообщение: - Ого. Это поворот. Хофферсон рывком встала и пошла по коридору в сторону туалета. Подруга пошла за ней. Свернув за угол, где в это время стояли Драконы, Она, как бы случайно, ударила Иккинга в район пояса. Он подождал, когда девушки отойдут на пару метров дальше, и, хитро улыбнувшись, засмеялся. Друзья были в курсе дела и без слов его поняли, подхватив смех. В туалете Астрид, опираясь руками об раковину, не пыталась плакать – они была злая. Сегри обрадовалась «возвращению» подруги. Хофферсон прошипела: - Это Фурия. - Что Фурия? - Он сдал меня Иккингу. Я видела, как он что-то делал с телефоном. - Ты уверена? Я не верю, что это чмо с ним знается. - Больше некому. Охранника в этот момент не было. Да и вообще – много ты о нём знаешь? Он же скрытен, как спецагент. Может, он Драконам гитары настраивал. А что, они с нашего района, Йохан его знает. Мог и свести. - Хотя, ты права. Ладно, не время сейчас – она сильно хлопнула ладонью по лопатке подруги. – Идём на сцену. За кулисами, по разные стороны помещения, сидели две группы. Все участники ловили каждое слово ведущего: - И так, кто-то из зрителей оказался самым нетерпеливым, и у нас уже есть голоса. Их немного, но они уже есть. Всего девять листков, восемь из которых – «Strong Team»! – он выждал паузу для одобрительных возгласов. – Либо фанаты опытных участников так нетерпеливы, либо это отражение итогов, я не знаю. И так, следующий этап! Повторю, что его суть – спеть по одной песне на три темы. Первая тема – спорт. Начинают фавориты первого этапа! Несмотря на сопливую тематику, у «Strong Team» была песня на спортивную тему. Но даже она была слишком унылой: - Под эту песню хочется не бегать и побеждать, а застрелиться. – Реплика Хедэр выражала общую мысль друзей. Несмотря на это, публика всё равно отреагировала одобрительно. Ребятам казалось, что даже если на сцене без музыки завоет лабрадор, то зрители так же будут кричать в его поддержку. Песня была про то, как здорово бежать по парку, и давайте заниматься спортом, и т.д., в общем, была вариантом социальной рекламы, от которой, как известно, пользы мало. Иккинг, когда писал песни, знал, за что надо цеплять толпу. За ЧСВ. Песня «Dangerous Dragons» была по стилю схожа с панком – быстрая, бодрящая. Текст призывал к чемпионству, в различных видах, стремление к победе, радость после победы. Народу нравится, когда его не просто гонят бегать, а когда ещё при этом можно получить моральное удовлетворение. Судя по визгам толпы, которая балдела от этой музыки и от этого текста, выступление получилось явно лучше, чем у предыдущей группы. Следующей темой была учёба. Уничижительные песни про это скучное занятие, имелись у обоих групп, Хэддок, придумывая к такой песне музыку, не хотел тратить на неё свои лучшие заготовки, поэтому песня вышла ещё унылей, чем у «Strong Team». На сцену опять вышел конферанс: - Так, немного поменяем условия. Сейчас выйдут «Dangerous Dragons». – Драконы начали выходить на сцену, Иккинг стал поправлять микрофон. – И тема третей пары песен – любовь. Ночная Фурия уронил микрофон. Он и его друзья настолько не хотели казаться сопливой группой, что за пять месяцев не придумали ни одной песни, хоть как-то подходившую. Пока вокалист поднимал микрофон, Хедэр спросила у ведущего: - А если мы скажем, что у нас нет такой песни? - То есть, как? Вроде, это такая темя, что я не припомню, чтобы хоть кто-то про неё не пел. - С первым разом! – попытался пошутить Скрилл, но без микрофона его услышали только близко стоящие у сцены. - Нда, ребят, вы меня разочаровали. Ну у нас не строго регламентированные соревнования, так что вас никто не дисквалифицирует. Но учтите – я не знаю, что вам придётся сделать, чтобы победить. На выходе со сцены они пересеклись с соперниками. - Ну что, динозаврики, сдулись? – Задирака был горд, что смог придумать остроумный подкол. - Ну мы просто серьёзная группа, а не для маленьких девочек. – попыталась оправдаться Хельга. - Ну для девочек или нет, но это не мы сейчас уходим с позором. – Забияка продолжила, закончив предложение злорадным смехом. Астрид подошла к микрофону, схватив стойку, она строгим голосом сделала объявление: - Когда-то я посвятила эту песню одному человеку. Я не замечала его десять лет, но несколько месяцев назад он понравился мне. ДА, я влюбилась в него! Я сейчас это признаю! Но сегодня – она на секунду обернулась в сторону кулис – я поняла, что он – последняя сволочь! Но я всё ещё люблю его… Они заиграли ту песню, которую впервые исполнили в тот вечер, когда Хофферсон пригласила Иккинга на концерт. Сам он в это время сидел за кулисами, наклонив голову. На него напала ностальгия по тем временам, когда он сидел за барной стойкой, вслушиваясь в каждое её слово, когда он не был обременён известностью, когда он был незаметен. Удар по щеке вернул его в чувство: -Да чё ты опять-то поплыл, а? – Хедэр начала его трясти. – Забыл, как она тебя не замечала, забыл, как она забывала о тебе за несколько минут? Забыл? Сколько лет с её подачи её недоразвитые дружки издевались над тобой? Забыл? - Ик… Фурия. – Олаф жестом показал Вереск немного успокоиться. – Она права. Мы всё это видели. Забей на неё, ты ей не нужен. - Дружище! – Дагур решил продолжить. – Я тебя в первый раз вытащил из этой ямы, вытащу и во второй. Чего ты как баба? – Он поднял собеседника за плечи. – Очнись! - Иккинг, правда, - вмешалась Хельга, - ну сам-то ладно, но ради нас – если ты будешь унылый, то мы, так надеявшиеся на эту победу, останемся ни с чем. Они смотрели на друга секунд десять, после чего тот сказал: - Вы бы сейчас видели свои лица. – На последних словах он расплылся в улыбке, а после – засмеялся. – Нормально всё, чего-то я, правда, поплыл. Ладно, команда! За мной! - Куда? - Ну, это, результаты послушать. «Strong Team» уже закончили песню, и спускались в помещение за сценой. Они с нескрываемым злорадством посмотрели на соперников, которым, казалось, проигрывали ещё вчера. Ведущий попросил подождать минуту, после того, как помощница вынесла ему листок с результатами, он объявил: - Сорок семь – «Strong Team»! За «Dangerous Dragons» всего пятнадцать. Осталось ещё восемьдесят три голоса. И так, последний этап – новая песня! Первыми – опять победители прошедшего этапа! Эта песня с первых аккордов начала отличаться от обычного стиля группы. Похоже, что они наконец-то поняли причину популярности своих соперников. Вот это уже точно было металом. Однако, у Драконов всё-таки оставался козырь – никто из их противников не умел использовать голосовые приёмы. Песня была принята на ура. Драконы уже сомневались, смогут ли они вырвать победу, или лучше уйти сейчас, чем терпеть позор потом. Ночная Фурия обратился к своим друзьям: - Мы же команда! Мы победим, нужно только сыграть мощно. Не надо жалеть инструменты на последней песне. Давите из них всё! Конферансье объявил финальную песню. Музыканты вышли. Они начали с медленного темпа, но после четырёх повторов гитары взревели, барабанщик бил по бочкам с невероятно быстрой скоростью, вокалист надрывал связки, вокалистка – тоже. Не важно, о чём была эта песня. Быстрый темп, мелодичность, скриминг и гроулинг, всё было смешано в одну песню. Гитаристы подходили к краю сцены, они не стояли деревьями, они играли с залом. На финальном аккорде из грифов гитар выстрелили снопы искр. Зрители визжали, свистели, создавали шум всем, чем можно. Казалось, что здесь не полторы сотни человек, а целый стадион! Группа поставила инструменты и спустилась за сцену. Администраторы долго считали оставшиеся голоса. Пять минут длились вечность. За это время никто из ребят не сказал ни слова. Ведущий вышел на сцену: - И так, Результаты! На «MegaFest» с результатом в девяносто голосов едут… «Dangerous Dragons»!!1 Драконы выбежали на сцену. Толпа кричала, десятки рук поднялись вверх, визги и топот дополняли картину. - А сейчас Элвин Мортон, организатор фестиваля, подпишет с ними контракт на их участие! Ребята ушли в коридор, зайдя за грузным мужчиной в один из кабинетов. В кабинете они сняли маски и достали из карманов документы. - Так, кто самый главный? – прохрипел мужчина. - Я. – Иккинг протянул документы. - Так… Иккинг Хэддок… Хэддок?! - Что-то не так? - Мы с твоим отцом были друзьями. До тех пор, пока Валка не ушла ко мне. – Он опустил глаза вниз. – От меня она потом тоже ушла. – Элвин поднял голову. – Ну ладно, чего прошлое ворошить, так, подписывай здесь и здесь. И остальные тоже, сначала показывайте документы, а потом подписывайте.