Фэнтези (временное)

Сознание во тьме. Вокруг лишь черная пелена – пустота. Где-то в этой пустоте витает мое сознание. – «Где… я? Что… что происходит? Почему тут так холодно? Я умер?». – Эй, парень! Ты меня слышишь? – отовсюду послышался чей-то голос. – «Кто... это? Это... Смерть? А-а-а-а…! – резкой режущей болью отдало в моей голове. – Почему она так болит?! А-а-а-а…! Прекрати!» Еще мгновение и боль прошла столь же стремительно, как и появилась. Пелена испарилась – я медленно открыл глаза. Первое что я увидел – темно-серые облака в ночном небе, закрывающие прекрасное сияние звезд. Казалось, что вот-вот хлынет дождь, и я смогу ощутить его тяжелые прохладные капли на своем лице. Я хотел встать, но мое тело будто окаменело. Шея и голова были так же недвижимы, как бы я ни старался. Мне удалось лишь перевести свой взгляд. Рядом с собой я увидел догорающую частично обуглившуюся бочку. От нее исходило приятное тепло, оставляющее ощущение контраста с холодом земли, на которой я лежал. Шум сверчков доносился со всех сторон. Ветра, обычно гоняющего траву из стороны в сторону и создающего мягкое шуршание, сейчас не было. Я видел, как изо рта исходил пар от моего равномерного дыхания и растворялся в воздухе словно дым. – «А-а-а-а…!» – боль вновь дала о себе знать. Я не мог даже выкрикнуть, чтобы рассказать небесам об этом невыносимом чувстве, мучащем меня. Где-то вдали, среди всех тихих и спокойных звуков природы, мне показалось, что я услышал шуршание травы. – Вставай парень. Тебе нельзя здесь оставаться, – снова прозвучал низкий мужской голос и эхом несколько раз отразился где-то в голове. – «Настоящий ли этот голос? Или может это где-то внутри меня?» Может это и совпадение, но услышав эти слова, чувствительность начала возвращаться ко мне. Все тело постепенно начало противно колоть и стало появляться сильное чувство слабости. Сначала у меня получилось пошевелить пальцами рук. Я почти сразу ощутил немного влажную землю под ладонями и сжал маленький клочок травы в правом кулаке, загнав под ногти немного грязи. Вместе с руками чувствительность начали обретать и ноги. Мои ступни были ледяные и абсолютно голые. Наконец «оттаяло» и мое тело. Теперь я ощущал биение своего сердца и прохладный воздух, наполняющий легкие. Благодаря этому я теперь понимал, что я, все же, жив. – «Хорошо. Надо попробовать встать». Но сделать это было куда сложнее, чем казалось. Я плечами подтянул руки повыше и тяжело поднял голову. Неотступающая слабость не давала сделать все так быстро как хотелось. Тело будто что-то притягивало к земле. Я собрал все силы, что у меня были, чтобы подняться. Это было невероятно тяжело, словно на мне лежал огромный камень. Тело поднималось еще тяжелее, нежели голова. Но все же, наконец-то, мне удалось это сделать: – «У меня… получилось». Я облегченно выдохнул, еле держа спину, чтобы снова не упасть на холодную землю. Голова шла кругом, но каким-то чудом мне удалось удержаться. Чтобы голова перестала кружиться, я опустил голову и просто смотрел вниз. Мой взгляд был устремлен не в зеленую траву под своими ногами, как могло показаться со стороны, но куда-то дальше. Несколько мгновений я вот так просидел словно в ступоре пока не прошла головная боль, а потом: – А-а-а-а…! – снова боль, словно удар кузнечного молота о наковальню, с громким звоном пронзила мой затылок. Она была немного слабее, но все такой же невыносимой. Я вцепился в голову руками и зажмурил глаза, надеясь, что так мне будет легче справиться с ней. Меня знобило, и все тело трясло от холода. – Наконец-то ты встал. Похоже, тебе крепко досталось, – голос, слышащийся все так же расплывчато, кажется, вновь обратился ко мне. Я все еще не мог понять настоящий ли он. – «Кажется у меня что-то с головой…» Боль вновь утихла. Я убрал руки от затылка и посмотрел на ладони, освещенные огненным светом от догорающей рядом бочки. Их вид привел меня в ужас – они были в крови, перемешанной с грязью и сажей. – «Наверное, я ударился головой обо что-нибудь твердое, – с трудом я покрутил головой по сторонам и осмотрел землю вокруг себя, но так и не смог найти ни камня, ни хотя бы чего-то, обо что я смог бы удариться так сильно. – Странно…» Я посмотрел наверх. Облака начали рассеиваться, и свет многих звезд начал достигать моего взора. Все они были такими разными: яркими и тусклыми, маленькими и побольше, от красных до фиолетовых. А все вместе они составляли прекрасные картины, которые далеко не каждому дано увидеть в жизни. – «Многие просто не замечают, такие далёкие, но прекрасные вещи, которыми расписывается небо в столь позднее время», – думал я, наблюдая за таким простым и, в то же время, чарующим явлением, не обращая внимания на слабость и озноб, странно отошедшим на второй план. – Эй, парень. Ты меня слышишь? Что ты видишь там... в небе? – голос снова привел меня в чувство и вернул в холодную реальность. На этот раз он был отчетливо слышен, и я сразу понял, откуда он исходил. Я повернул голову и слева увидел мужчину, стоящего в нескольких шагах от меня. Он был крупного и мускулистого телосложения, а ростом куда выше меня. Его волосы были длинными и светлыми. Лицо украшали рыжеватая короткая борода, завязанная в небольшую косичку и такие же рыжеватые, но длинные усы. – «Викинг?» – первое, что мне пришло в голову. Одежда у него была не такая уж теплая для этого времени года: штаны из кожи животного с меховыми нашивками по краям, завязанные поясом с металлической бляшкой; такая же кожаная и меховая внутри жилетка, точно так же украшенная нашивками из меха и стальными пластинами снаружи. А так же, на нем были стальные утепленные сапоги и кожаные беспалые перчатки. В правой руке он держал огромную секиру. Оружие его было действительно странным – лезвие было не стальным, как у всех, а кристальным, переливающимся бирюзовым цветом. Вся рукоять оружия была из темно-красного материала и расписана непонятными символами. Воин был весь в ранах и ссадинах. Вся одежда вместе с оружием были окроплены странной кровью. На вид она была густой, а фиолетовый цвет никак не говорил, что она принадлежала человеку. – «Это кровь? Но тогда, чья она? Кажется, я никогда не видел ничего подобного». Но я не испугался, увидев этого Викинга. Откуда-то у меня было странное чувство, что он не причинит мне зла. Он смотрел туда же, куда были прикованы мои глаза пару секунд назад – на те необыкновенные звезды, которые можно было увидеть между постепенно растворяющимися в ночном небе облаками. Но потом он заметил, что я смотрю на него и тоже повернулся. Он взглянул на мои руки: – Тебе повезло, – выдал он. Эта фраза показалась мне странной, и я не понял, что это могло означать. Я едва мог разглядеть его лицо в своем состоянии, но он явно был очень обеспокоен. – Как тебя зовут? Я только было открыл рот, чтобы рассказать ему кто я, но вдруг понял, что сам этого не знаю. Я попытался вспомнить свое имя, но не смог. – «Кто я? Как... как я мог забыть собственное имя?! Ну же, вспоминай!». Но мои попытки были тщетны. Меня одолел страх неведенья. Я попробовал вспомнить своих родителей и место где я жил, но и это у меня не получилось. Я старался вспомнить хоть что-то, что помогло бы мне найти ответ, и все же ничего не вышло. – «Что со мной?! Почему я ничего не помню?!» Викинг, кажется, понял все и озадаченно спросил: – Ты... не знаешь кто ты? Меня одолело отчаяние. Глазами полными смятения я посмотрел на него и в ответ только покачал головой. – Ты хоть что-нибудь помнишь? На его вопрос я лишь опустил голову. – Да-а-а... – он почесал в затылке – ... кто знает, может сейчас для тебя это и лучше. Я поднял свой взгляд и вопросительно посмотрел на него, пытаясь понять, что он имеет ввиду. Он подошел ко мне. Убрав за спину оружие, Воин опустился одним коленом на землю, и, облокотившись руками на другое, посмотрел мне в глаза: – Я понимаю, что сейчас тебе, наверное, тяжело, и ответить на мой вопрос будет очень трудно в твоем положении, но ты должен понимать, что у нас нет времени, чтобы задерживаться здесь. Здесь ничего не осталось. Что ты теперь будешь делать? – он старался казаться спокойным, но голос выдавал его усталость и настороженность. Я был озадачен этим вопросом и тем, как беспокоен он был. Мои мысли были несобранными. Тяжело было о чем-то думать. И что значили его слова “здесь ничего не осталось”? Пока я думал, он все ждал, когда я дам ответ, постоянно прислушиваясь и изредка посматривая куда-то за меня. – «О чем он говорил? И что ему ответить? Я же даже не знаю кто я. И где это “здесь”?» И тут я, глядя на траву, понял, что я не знаю, где сейчас нахожусь. С надеждой, что ко мне придут хоть какие-то воспоминания, если посмотрю на знакомое место, я начал осматриваться по сторонам. Открывшийся вид поразил меня. Я находился на довольно высоком и большом холме. Слева от меня простирались серо-зеленые поля. Недалеко за полями виднелись огромные леса, километровыми пятнами рассыпанные по огромной равнине. Сразу за ними величественно стояли большие белоснежные горы, часть вершин которых были отрезаны темными облаками. Самих гор сейчас почти не было видно. Разве что светлые тонкие их очертания можно было отчетливо разглядеть даже такой темной ночью как эта. Этот вид был прекрасен и очень успокаивал. Я провел несколько мгновений, наслаждаясь такой красотой. Мне стало лучше – эта невероятно прекрасная картина приносила умиротворение моей душе. Но потом я вспомнил, зачем посмотрел туда, и, словно очнувшись, повернул свою голову в другую сторону и обомлел. Все приятные чувства и спокойствие вдруг испарились. Это было словно совершенно другое место. Оказывается, я лежал недалеко от входа в деревню. Несколькими большими столбами в небо поднимался черный дым от догорающих брёвен деревенских построек. Дома были сожжены почти до каменного основания вместе со всем, что находилось внутри, оставив лишь каменные трубы печей. А то, что еще не успело догореть, все еще продолжало ярко пылать. Огонь снова и снова нещадно разгорался, стараясь забрать с собой все до последней щепки и травинки. Но не сожженный город вселил в меня столь огромный страх. По скромной дороге, проходящей через деревню, неслышно проливался багровый ручеек, отблескивающий яростным огнем. Обгорелые, изувеченные и разорванные тела жителей этой деревни молча лежали на холодной земле в собственной крови. Головы, стеклянными глазами смотревшие в даль, застывшим в ужасе взглядом; куски иногда обожженного мяса, руки и ноги были грубо раскиданы повсюду. Вокруг, кроме нас, больше не было живых – только пугающе молчаливые тела. Все это походило даже не на войну, а на бойню. Словно нечто ужасное разразилось посреди города и уничтожило все, что только можно было уничтожить. Кроме меня… – «Что… что это?! Кто мог сотворить такое? Что произошло?!» Я пытался закрыть глаза и убедить себя, что все это ненастоящее, и я на самом деле сплю. Но это не помогло – ничего не изменилось, когда я раскрыл их вновь. Вся эта деревня теперь – лишь ужасные мертвые кроваво-угольные декорации, пылающие огнем и не вписывающиеся в тихие и успокаивающие ландшафты этих земель. И если бы сейчас поднялся ветер, то все это словно прах развеялось бы по ветру, стирая с лица земли эту часть карты, но навсегда оставив уродливый шрам не только на этой земле, но и в моей душе. – А-а-а-а…! «Боль! Снова эта боль! Но…», – на мгновение мне показалось, что я что-то вспомнил. Это был чей-то образ. Но он так же быстро испарился, как и пришел, забрав с собой боль. Одно я знал точно – я не испытал никаких чувств и ничего не вспомнил, когда он мелькнул. Это значит, что я, скорее всего, не знаю, кто это или что… или не помню. Помимо этого, было еще что-то, но что? Вместо мелькнувшего образа пришло странное чувство – с этим местом, похоже, у меня были связаны очень теплые воспоминания. Может быть, я жил здесь, или, возможно, кто-то из моих близких. Но теперь… теперь здесь кладбище. Маленький уголок смерти. Мою грудь защемило от боли. Воин был прав – “тут ничего не осталось”. На глаза наворачивались слезы, но я не мог понять почему. Среди людских тел, лежащих на земле, я глазами наткнулся и на другие. Сначала, я не заметил их, потому что они были похожи на человеческие по своему строению и размерам. Я испугался. Впервые я видел подобных существ. Их кожа была темно-серой, и вместе с длинными и тощими руками и ногами они не вызывали ничего кроме отвращения. Издали, в свете огня, я смог разглядеть, как из раны одного из этих тел просачивалась фиолетовая вязкая жидкость. Теперь я понимал, что это была за кровь, которая покрывала одежду и оружие Викинга. А он все продолжал ждать моего ответа, все так же сидя, оперевшись на колено, и смотря на меня. И тут он вновь заговорил: – Я могу отвезти тебя к храму в горах, что к северу. Уверен, там тебя примут: дадут одежду, накормят, вымоют и выучат всему, чему смогут. Они дадут тебе будущее, – он посмотрел на деревню. – Начались тяжелые времена. Маги понадобятся как никогда ранее, я это чувствую. Порой один человек может переломить ход всего сражения, и даже всей войны, – он сделал длинную паузу и вновь повернулся ко мне: – Ну, так что? Ты решил? Выбор за тобой. Я задумался в последний раз, но ответ был очевиден. – «Я не знаю куда идти. Мне нужно разобраться с моим прошлым, а “маги”, о которых он говорил, возможно, смогут помочь вернуть мне воспоминания. Да, там я смогу побыть до тех пор, пока не вернется память». С каждым мгновением, проведенным в раздумьях, я все больше укреплялся в правильности своих мыслей. Во мне появилась уверенность. Она наполняла душу странным чувством и зажгла маленький огонек надежды. Наконец, я решился. Повернувшись к Воину и глядя ему в глаза, я уверенно кивнул. Мягкая улыбка украсила его лицо, смягчив грубые черты. Он, молча, встал и протянул мне свою руку: – Как я уже говорил, времени у нас мало. Надо уходить. Они могут скоро вернуться. Но в этот раз я уже не смогу их сдержать. Я почувствовал в себе силы, не смотря на слабость и озноб. Так же уверенно я протянул руку ему в ответ и ухватился за его огромную ладонь. Он подтянул ее к себе, и я быстро поднялся с холодной земли. – Постой секунду, – он поднял указательный палец. – «Легко же ему говорить», – ноги держали меня с трудом, но все же я был рад, что смог, наконец, встать. Викинг отошел куда-то в сторону и подошел к одному из человеческих тел. Достаточно богатая одежда мертвого говорила, что жил он в достатке. Воин снял с него сапоги и полушубок и пошел в другую сторону. На земле он нашел обгорелое серое полотно, поднял его и повесил на руку. А я стоял и, трясясь от холода, сложил руки, чтобы согреться, и наблюдал за тем, что он делает. Затем, Воин развернулся и пошел обратно ко мне. Подойдя, он протянул мне коричневый меховой полушубок и кожаные сапоги: – Ему, я думаю, они теперь не понадобятся, а тебе они помогут выжить этой холодной ночью. Я медленно протянул руки и неуверенно взял одежду, но при этом понимал, что он прав. Он заметил мое смущение: – Надевай давай. Не хочешь же ты помереть от холода? К тому же, времени у нас мало. Дрожа, я начал натягивать сапоги на голые ноги. Они были чуть больше, чем надо, и благодарил бога, что не меньше. Почти сразу я почувствовал, как ноги начали согреваться. Следом я надел полушубок с воротником, запачканным кровью прежнего владельца, поверх светлой рубахи, заправленной в кожаные штаны и мешковато свисающей по краям. Пока я протягивал руки в рукава, Воин разорвал найденное полотно на полоски. – Подойди. Я, закончив одеваться, послушно подошел к нему, стараясь как можно увереннее делать шаги. Взяв в руки одну из полосок ткани, он начал наматывать ее мне на раненную голову. Посильнее затянув ее, он взял следующую полоску, поднес к моей шее и завязал на ней шарфом. – Ну вот. Видишь, это лучше, чем превратиться в ледяную статую и украсить это и без того мрачное место еще одним телом, – поправляя только что надетый на меня шарф, попытался подбодрить меня он. Я лишь кивнул ему в ответ. Вдруг, где-то за деревней послышались странные звуки. Сквозь них можно было расслышать то ли странный рев, то ли хрип, то ли шипение. С каждой секундой эти нечленораздельные звуки становились все громче и четче вместе с топотом. Викинг закрыл глаза и прислушался. Я посмотрел на него. Его мягкая улыбка исчезла и сменилась прежней тревогой: – Я знал, что они вернуться. Что же они ищут...? – задал он вопрос самому себе, но почти сразу опомнился и снова посмотрел на меня – Ты все решил? Точно хочешь этого? Ты можешь пойти своей дорогой, но никто не знает, что тебя ждет. Идешь со мной? Уже не думая, я сразу кивнул. Даже если я и пошел бы своей дорогой, то я все равно ничего не помню и это вряд ли привело бы меня к чему-то хорошему. Так что в любом случае, другого выбора у меня не было, и именно поэтому я решил рискнуть, даже не зная, кто этот тип. – Хорошо. Тогда пойдем. Если нас увидят, то с нами расправятся, так же, как и с этими беднягами. И мы побежали прочь от деревни в сторону леса и тех гор, что виднелись вдалеке. Я старался бежать так быстро, насколько мне позволяли мои ноги. Так началось мое путешествие, по новой дороге жизни, на которую я ступил, не помня, что было в прошлом, и не зная, что будет в будущем...