Власть огня

- Аллах - велик и могуч. Он создал небо и землю. Каждый правоверный мусульманин, обязан славить Аллаха и склоняться пред ним. Наш великий Создатель собственноручно создает и вершит судьбы людей. Мы все, живем, той судьбой, которую должны прожить! Сесилия с постным видом слушала монотонное бормотание старого евнуха Абдуллы. «Да уж,- с горечью усмехнулась она. – Если, это и вправду так, то Аллах, явно меня невзлюбил! Столько времени прошло, а в моей жизни толком ничего не изменилось. Еще чего доброго, превращусь в старую деву, сидящую взаперти в четырех стенах!» Она просто ненавидела бездействие, а существование в гареме сводилась именно к такому ничего не деланию. Наложницы просто плыли по течению, довольствуясь сытой, размеренной жизнью, не прилагая каких-либо усилий, чтобы изменить свою судьбу. Жизнь проносилась мимо них, играя яркими красками, а пустоголовые девушки этого даже не замечали, придумав себе нелепое оправдание: видите ли, на все воля Аллаха, от самого человека ничего не зависит и если тебе суждено быть на вершине - будешь, но если нет – даже, ни пытайся, все равно ничего не выйдет. Такое положение дел, совершенно не устраивало Сесилию, привыкшую всегда добиваться желаемого. За прошедший год, проведенный в гареме она, так устала от этой монотонной, скудной на события жизни, что иногда хотелось просто волосы на себе рвать от собственного бессилия. Постоянно преследовала навязчивая мысль, твердившая об одинокой жизни, проведенной в гареме и последующей старости. У Сесилии даже вошло в привычку подолгу смотреться в зеркало, будто бы ища на своей пятнадцатилетней мордашке, морщины или дряблый подбородок. Первое время помогало отвлечься обучение. Образование в гареме было довольно специфическим и сводилось одной цели - всегда и везде быть готовой услужить Повелителю, исполнить любой его каприз. Особым достижениям считалось умение разжечь сексуальное желание утонченными и изысканными способами. Однажды, она стала свидетельницей, довольно пикантного разговора между наложницами. Девушки затеяли целый спор о поцелуях с открытым ртом, и о том, что делать с языком, и где должен быть султан, снизу или сверху, и про ласки, и про руки, и как доставить ему такое удовольствие, чтобы вовек не забыл. Услышав, эту бессмысленную трескотню, Сесилия, только фыркнула. На ком же оттачивать подобные умения, если гарем существует, только для порядка, кроме Хюррем Султан Повелитель никого больше видеть не желает, а три его молодых сына находятся далеко от Стамбула. Кроме постельной науки, наложниц обучали и таким фундаментальным дисциплинам, как грамматика, история, Коран, турецкий и персидский языки, и даже латынь, ведь султану нужна не только женщина, которая согреет его ложе, но и собеседница. Сесилия, еще дома в Венеции получила отличное образования, и теперь, схватывала все просто на лету, превзойдя своим умственным развитием, многих наложниц. Ее усердные старания были отмечены дотошными евнухами, которые редко видели такое стремление у остальных девушек. Может быть, именно поэтому, отношения гордой итальянки с остальными жительницами гарема были крайне напряженными. Исключением являлась, лишь Джанфеда с которой, к вещему удивлению самой Сесилии, у нее сложилось что-то на подобие, дружбы. В остальном, жизнь в этой золотой клетке была просто невыносимой и никак не сходила с мертвой точки застоя. Тягостные размышления девушки, прервал грозный оклик. Заметив скучающее выражение на лице ученицы, старый Абдулла устремил на нее недовольный взгляд. -Что такое, хатун? Что за выражение на твоем лице? Когда говорят о Создателе, женщине надлежит склонить голову и возносить молитвы! Сесилия с трудом оторвавшись от невеселых мыслей, не сразу поняла, что евнух обратился именно к ней, но услышав ехидные перешептывания и косые взгляды остальных девушек, мгновенно все поняла. Неожиданно, в душе вспыхнуло дикое желание бросить ему в лицо язвительный ответ и тем самым заткнуть за пояс остальных гаремных клуш, которые почему-то побаивались этого занудного старика. -Я думаю, нельзя доверять свою судьбу никому, даже Аллаху,- она нагло перебила изумленного Абдуллу. – Мое будущее, зависит, только от меня и больше ни от кого! Возможно, спустя столетия, обо мне, так и скажут: Сесилия - девушка, которая своими руками создала свою судьбу! Евнух ошарашено округлил глаза. -Гяурка! Да как ты смеешь нести такую околесицу,- не на шутку разозлился Абдулла.- Как смеешь сравнивать себе с Аллахом? Своими руками создаешь свою судьбу? Как бы, не так! Без повеления Всевышнего, даже лист с дерева не упадет! Все живущие на Земле, от нашего Повелителя до такой рабыни, как ты зависят от воли Аллаха, а тот, кто ставит его могущество под сомнение - заслуживает самого тяжкого наказания! В ответ на гневную отповедь, девушка, только прыснула, пытаясь подавить смешок. Старый седовласый евнух с его жиденькой, трясущейся бороденкой, необычайно походил на козла. -Ты еще смеешься, бесстыжая?! Вон отсюда! Не смей больше показываться мне на глаза! А о твоих выходках, я расскажу Афифе-хатун, пусть она думает, что с тобой делать! Поднявшись со своего места, Сесилия прошествовала до дверей, до ее ушей долетели чьи-то перешептывания: -Эта девчонка просто неисправима! -Сколько времени прошло, а она, так и осталась настоящей дьяволицей! Обернувшись, она искоса метнула острый взгляд на сидящих неподалеку наложниц, ощутив при этом всепоглощающую неприязнь. «О, Боже,- угрюмо подумала девушка.- Как же мне осточертел этот гарем! Мне просто с души воротит от этих безмозглых куриц и занудных стариков! Вот будь я кадиной - тогда, сама бы командовала евнухами и прочей челядью, а мной бы никто не командовал.… И послала бы я всех этих ведьм во главе с Афифе-хатун ко всем чертям! Ну, ничего, они еще попрыгают под мою дудку!»- мысленно, пообещала она сама себе, и гордо вздернув подбородок, выплыла за дверь.

******

Хюррем Султан, довольно улыбаясь, читала, только что прибывшее из Манисы письмо. Сюмбюль-ага, державшийся на почтительном расстоянии, с любопытством поглядывал на свою госпожу. Интересно, все-таки, что привело ее в такой восторг. Однако нарушить повисшее молчание, он не решался: видано ли это - отвлекать султаншу своими вопросами?! Если она захочет, то сама поделиться радостью, если же нет,- его дело сторона! Наконец, Хюррем отложила послание и взглянула на маячившего рядом евнуха, ее серо-зеленные глаза светились, как уголья. -Дай, Аллах у шехзаде Мехмеда все в порядке? – робко поинтересовался Сюмбюль-ага. -Все прекрасно, Сюмбюль! Маниса, благодаря мудрому управлению моего Льва, стала процветать! Дела у него, идут не в пример лучше, чем у Мустафы. Теперь надолго прикусят языки, все те, кто утверждал, будто бы мой сын, слишком юн для управления, таким важным санджаком, как Сарухан. Мехмед, на деле доказал, в будущем из него получится такой же могущественный владыка, как наш Повелитель! -Инш Аллах, султанша! Пусть Всевышний оберегает шехзаде и дарует ему множество побед! – почтительно промолвил евнух. - Как там поживает Джихан-хатун? -У нее все в порядке! Она чувствует себя хорошо, беременность протекает легко, без каких-либо осложнений. Дай, Аллах, совсем скоро, я возьму на руки своего внука! Сюмбюль-ага, почтительно склонил голову, разделяя счастье своей госпожи. -Подожди радоваться, Сюмбюль, – неожиданно переменила тон Хюррем. – До меня дошли кое-какие новости, которые вызывают у меня опасенье! Лала Махмуд, написал мне, что мой Лев уже некоторое время ведет любовную переписку с одной знатной особой! -Любовную переписку? Со знатной особой? – изумленно переспросил Сюмбюль-ага. – Это не сулит ничего хорошего, султанша! Уже известно, кто эта девушка? -Разумеется, известно! Разве от меня, можно, что-либо скрыть, - натянуто улыбнулась Хюррем.– Это Эсмахан – дочь Шах Султан и Лютфи-паши! -Как такое возможно, султанша? Она, ведь покинула столицу вместе со своей матерью! -Ну и что с того?! Разве, она не может отправить письмо? – раздраженно передернула плечами Хюррем. - По словам лалы, переписка началась по инициативе султанши, она первая написала Мехмеду. Пока эта связь не переросла в нечто больше, необходимо принять соответствующие меры. -Какие именно? -Клин клином выбивают! Нужно отправить к Мехмеду наложницу, которая сможет отвлечь его от ненужных мечтаний. Тем более, пока Джихан-хатун беременна, она не может исполнять свой долг перед шехзаде. -Отличная идея! У вас уже есть кто-то на примете? Хюррем Султан задумчиво взглянула на евнуха. На несколько минут повисло тягостное молчание. Неожиданно, султанша спросила: -Как там поживает, та итальянка? Пообтерлась немного в гареме? Как ее обучение? -Сесилия? – удивленно переспросил Сюмбюль. – Что же сказать о ней. За прошедший год, она, действительно поуспокоилась, но характер у нее такой… Упаси Аллах! Хотя, учится, как ни странно, с большим интересом! Учителя ею довольны, – немного помолчав, он добавил. - Неужто, вы решили отправить ее к шехзаде? Такой наглой и своевольной хатун, свет не видывал! - А что же здесь такого? Не в гареме же ей увядать? А то, что строптива, так это не беда. Легкая строптивость женщины, добавляет мужчине удовольствие от обладания ею!- довольно рассмеялась султанша. -Госпожа,- доверительным шепотом начал Сюмбюль. – Можно подыскать других, более покладистых хатун. С этой Сесилией хлопот не оберешься! Девушки в гареме считают ее настоящей дьяволицей! -Какое мне дело до этих сплетен, – разозлилась Хюррем. - Иди и приведи хатун ко мне, я сама со всем разберусь!

******

Тем вечером, девушек, как обычно повели в хаммам. Ежедневное посещение бани, было излюбленным мероприятием жительниц гарема, которое вносило некоторое разнообразие в их монотонную, однообразную жизнь. В хамам наложницы, по обыкновению, ходили всей толпой, облачившись лишь в пештемаль, свободные, прозрачные одеяния, вошедшие в моду благодаря одной персидской принцессе, некогда, бывшей любимой женой покойного султана Баязида Молниеносного - деда нынешнего Османского владыки. Дворцовый хаммам представлял из себя огромное помещение, состоящий из соуклука- парилки, маленьких комнаток для омовений и зала-купальни. Подземные печи под полом поддерживали нужную температуру воды в глубоком мраморном бассейне - излюбленном месте всех наложниц. Прислужливые евнухи, поддерживали ароматный пар в соуклуке, выливая ведра воды на горячие угли, обсыпанные сандаловым деревом и лавандой. Чувствуя относительную свободу в стенах хаммама, осмелев в клубах пара, наложницы хихикали, сплетничали и откровенничали друг с другом. В этой ароматной исповедальне, разговоры неизменно обращались к султанским сыновьям. Девушки, без всякого стеснения сравнивали их достоинства и недостатки, в тайне мечтая оказаться в постели одного из них. Так было и в этот раз. Сесилия лежала на теплом мраморе, спрятав лицо в сложенных руках. После тяжелого дня, хотелось расслабиться и насладиться относительным одиночеством. Неожиданно, к ней подсела Дильшах, слывшая, едва ли не самой красивой девушкой гарема. Белотелая, светловолосая с пышными, округлыми формами, она представляла собой полную противоположность темноволосой и худощавой Сесилии. Характер у Дильшах был довольно склочный и сварливый, но она довольно ловко его скрывала, маскируясь под кроткую тихоню с милыми ямочками на щечках. Отношения у них всегда были довольно натянутыми, что объяснялось банальным женским соперничеством за звание первой красавицы. Впрочем, Сесилии всегда казалось, что наложница раздражает ее своей тупостью и недалекостью. -Ты уже слышала последние новости? – Хвастливо защебетала Дильшах.- Скоро я отправлюсь в Конью! В гарем шехзаде Селима! Сесилия нехотя подняла голову и презрительно взглянула на раскрасневшуюся то ли от пара, то ли от гордости, девушку. -И что с того? Ты удивить меня решила своими бреднями? – насмешливо протянула она. -Просто, решила развлечь тебя беседой. Вижу же, что ты скучаешь,- на лице Дильшах, появилось фальшивое сочувствие.- Говорят, шехзаде Селим очень любит красивых женщин. Я оглянуться не успею, как стану его кадиной! Правда у него уже есть фаворитка Селимийе, но она мне не помеха!- заметив, кислое выражение на лице итальянки, она нескрываемым удовольствием прибавила.- Кажется, я расстроила тебя? Прости, пожалуйста, я не подумала.… Жаль, конечно, что тебе до сих пор, так и не улыбнулась удача! Услышав фальшивые слова сочувствия, Сесилия внутренне вспыхнула, но вовремя взяла себя в руки, не выказав гнева. Вместо этого, она саркастически усмехнулась, взглянув на соперницу из-под длинных ресниц. -Кадиной? Да неужели? Ты переоцениваешь свои способности! Селим скорее падок на вино, нежели на женщин! Я вот слышала историю, как Селимийе и еще одна наложница, принялись вдвоем обхаживать шехзаде. Они распустили волосы, расшнуровали шнуровку на платьях, выставив свои прелести на показ и принялись потчевать уже хмельного шехзаде кусочками лукума, пытавшись добиться постельных утех. И что же?- Сесилия сделала паузу, наслаждаясь замешательством Дильшах.- Селим, хорошенько приложившись к вину, уснул прямо в зале, уронив голову на стол. Все их ухищрения пропали втуне! Это и тебя ждет, если, конечно, шехзаде польстится на такую цаплю, как ты! Дильшах задрожала от злости: -Как ты смеешь? Своими грязными словами ты оскорбляешь родного сына нашего султана! Какая же ты завистливая дрянь! Сама спишь и видишь, как бы на тебя обратили внимание! Но разве кто-то посмотрит на такую дьяволицу? Так и умрешь старой девой, не познав мужской ласки! Тут уже разозлилась и Сесилия. Язвительные слова, брошенные наглой девкой, привели ее такое бешенство, что перед глазами заплясали черные точки. Резко поднявшись на ноги, она, как змея в броске, схватила Дильшах. Вывернув ей руку за спину, вцепилась так, что наложница и шевельнуться не могла, только вскрикнула от нестерпимой боли: -Ты с ума сошла что ли? Перестань! Больно же! -Что здесь происходит?- Раздался совсем рядом разгневанный голос Джанфеды.- Вы, что драку решили затеять?! Давно не получали хорошей трепки? Дильшах вырвала руку из железной хватки Сесилии и потерла плечо, пытаясь избавиться от боли. - Не мне это говори, а своей разлюбезной подруге,- злобно бросила она.- Послушала бы ты, что она несла о шехзаде Селиме! Так и этого ей оказалось мало, как безумная набросилась на меня, чуть руку не оторвала! -Хватит, Дильшах! Слушать ничего не хочу! Если закончила мыться - отправляйся в гарем!- не терпящим возражений тоном, распорядилась Джанфеда. Не говоря больше ни слова, разгневанная наложница покинула соуклук, напоследок, метнув гневный взгляд в сторону Сесилии. -А я-то думала, что ты поумнела за это время! Да, где уж там, – укоризненно заметила калфа, обращаясь к насупленной девушке.- Не успела я, уладить утреннее происшествие, уговорив старого Абдуллу, ничего не говорить о твоей выходке Афифе-хатун, как ты опять успела набедокурить! Сколько раз тебе говорить: следи за своим язычком и характер свой бешеный придерживай! Вот, Дильшах, например… -Да, именно, посмотрите-ка на эту курицу,- раздражено вскрикнула Сесилия, гневно уставившись на Джанфеду, она казалось, излучала, какую-то зловещую силу.- Вдвое глупее меня и вполовину не так красива, а туда же - отправляется в гарем к шехзаде! А я - никто! Не желаю прислуживать здесь в гареме, это ниже моего достоинства! Почему все получают шанс возвыситься, кроме меня? Уже год, как я здесь, а так ничего и не поменялось! Я совсем молодая, я нахожусь на пике своей красоты! За это время, я научилась зрело рассуждать. И кто все это видит? Кто слышит мои рассуждения? Я - узница, окруженная горсткой старых идиотов и бесстыжих девок! Джанфеда ободряюще похлопала ее по плечу. -Наберись терпения! Тебе также улыбнется удача, только обуздай свой нрав!- участливо заверила она. -Не желаю больше ждать,- упрямо поджала губы девушка.- И если в ближайшее время дело не сдвинется с мертвой точки, я сама что-нибудь придумаю! - она отодвинулась от калфы, сбросив с плеча ее руку. - Хватит меня утешать, я не ребенок! Иди, займись своими делами! -Ну и пожалуйста,- раздраженно дернула плечами Джанфеда.- Знаешь, хатун, временами ты бываешь просто невыносимой! С этими словами она развернулась и ушла, оставив девушку в гордом одиночестве. Немного поостыв и вымывшись, Сесилия двинулась обратно в гарем, но на выходе была остановлена непонятно от куда возникшим Сюмбюлем-агой. -Быстро одевайся, хатун,- взволнованно затарахтел евнух.- Тебя желает видеть Хюррем Султан! -Что случилось?- Сесилия была крайне удивлена. - Ты еще и вопросы задаешь, бесстыжая,- разозлился евнух.- Ну же, бегом за мной! Да не плетись, ты, как старая черепаха! Наша великая султанша ждать не любит!

******

Хюррем Султан заинтересованно взглянула на стоящую перед ней Сесилию. В мягком колеблющемся свете зажженных служанками ламп, в дыму курящихся благовоний, среди мятущихся теней лицо любимой супруги султана казалось высеченным из мрамора - таким спокойным и ничего не выражающим оно было. Только глаза, жили собственной жизнью, то и дело, вспыхивая то надменно, то оценивающе. Молчала и Сесилия, украдкой поглядывая на повелительницу гарема и строя в уме предположения, зачем в такую пору она понадобилась великой султанше. Жесткий дворцовый этикет не позволял ей заговорить первой. Султанша вглядывалась в черты девушки, замечая произошедшие с ней, за год перемены: вытянулась, повзрослела, однако пика своей привлекательности, еще не достигла. «Эх, выждать бы еще годик,- небрежно подумала Хюррем.- Тогда эта хатун, без сомнения, превратится в ослепительную красавицу, глаз невозможно будет оторвать! Хотя, возможно попав в мужские объятия, ее красота расцветет и раньше». Задумчиво сузив глаза, она вспомнила, как ее саму семнадцатилетней девчонкой отправили впервые на хальвет к султану. Осознав, что пауза несколько затянулась, Хюррем решительно ее прервала. -Как ты живешь? Уже освоилась в гареме? Сесилия скромно опустила глаза, почтительно, склонившись. -Мне не на что жаловаться, султанша. Я живу здесь, как и подобает наложнице, выполняю все приказания, обучаюсь всяким наукам. Хюррем величественно кивнула. -Да, я слышала о твоих успехах. Учишься ты, действительно, прилежно, но не могу сказать тоже и о твоем характере! В гареме сказывают, ты - настоящая дочь шайтана! Сесилия встретила скептический взгляд султанши со спокойной уверенностью. -Думаю, столь умная женщина, как вы, сразу же отличит ложь от правды и ваш праведный гнев меня не коснется! -Развеять мои сомнения, сможешь, только ты сама,- бросила острый взгляд Хюррем.- Ладно, оставим пока этот разговор! Тебе интересно, хатун, для чего же я вызвала тебя в столь позднее время? -Я не смею спрашивать об этом, султанша. Думаю, если вы сочтете нужным, то сами поделитесь со мной!- смиренно проговорила девушка. -Что ж, будь, по-твоему, - улыбнулась Хюррем.- Я решила отправить тебя в Манису, в гарем шехзаде Мехмеда! Как думаешь, получится у тебя привлечь внимание моего Льва? Внезапно воцарилось молчание. Сесилия изумленно таращилась на султаншу. Такого поворота событий она не ожидала. В голове пронесся целый ураган сумбурных мыслей. Вообще-то, на протяжении всего этого года, ее не покидала надежда покорить сердце другого султанского сына и тем самым отомстить ему за все выходки, совершенные в прошлом. О Мехмеде, как о возможном покровителе, она не задумывалась вовсе. И вот теперь, Хюррем Султан вознамерилась отослать ее, к нему в гарем. Сесилия воскресила в памяти образ старшего сына султана. На ее придирчивый взгляд, он был достаточно привлекательным молодым человеком, но в тоже время каким-то очень правильным и благочестивым. Мехмеда можно сравнить с традиционным турецким блюдом мухаллеби- молочным киселем на рисовой муке, но она никогда не была любительницей, столь пресных блюд, гораздо больше ей по душе хорошо проперченный кусок мяса в который, так приятно вонзить свои острые зубки. Вряд ли такой осмотрительный парень, как Мехмед позволит себе вспышки необузданного гнева и дикой ревности. Сможет ли он обуздать такую решительную особу, как она - разумеется, нет! Как любят говорить, здесь на Востоке: «Норовистую лошадь, нужно уметь объездить». Скорее всего, в Манисе ее будет ждать спокойная и размеренная жизнь! Неожиданно, Сесилия осеклась. Маниса! Как же раньше, она об этом не подумала! Шехзаде Мехмед получив в управление санджак Сарухан, тем самым был официально назначен наследником престола. Случись сегодня с султаном Сулейманом какая-то беда, его сын - Мехмед, вне всякого сомнения, сядет на трон! Правда, у падишаха есть еще один сын – Мустафа, рожденный его первой женой черкешенкой Махидевран, но вряд ли у него много шансов стать следующим султаном. Даже самая недалекая наложница знает, как ненавидит Мустафу, Хюррем Султан, а ей поперек дороги не становись! Став кадиной шехзаде Мехмеда, она получит шанс, в будущем, превратиться в великую правительницу всех османских земель! Такая перспектива стоит любых жертв! -Что же ты молчишь, хатун? От радости, язык проглотила?- прервала размышления девушки, Хюррем. Сесилия быстро потупилась, боясь, что султанша, славившаяся своей проницательностью, сумеет разглядеть алчный блеск в ее глазах. -Извините, я действительно потеряла дар речи, услыхав такую потрясающую новость. Вы, в милости своей сочли меня достойной, столь высокой чести, что я… -Хватит, забивать мне голову пустыми словечками! Отвечай на мой вопрос,- нетерпеливо тряхнула волосами султанша.- Сможешь ли ты покорить сердце моего сына настолько, чтобы он забыл о существовании других женщинах? Сесилия подняла голову и улыбнулась - живое воплощение самоуверенности. -Я сделаю все, что в моих силах! Наш шехзаде сильный мужчина, управляющий самым важным санджаком Османской империи. Он известен, как самый образованный, самый остроумный, самый привлекательный молодой человек во всем мире! Моя задача очень непроста, но думаю, я сумею завладеть его сердцем! -Откуда же такая уверенность, хатун?!- весело рассмеялась Хюррем. -Я родилась и воспитывалась в Венеции, проведя свое детство при одном из самых блистательных дворов мира, а теперь, еще год провела в гареме! За это время, я даром времени не теряла, внимательно наблюдала, разглядывая все, на что стоило посмотреть. Я знаю, как себя вести и сделаю все, что от меня требуется! -Поразительная самоуверенность,- фыркнула султанша.- Что ж, я люблю умных и смелых женщин, особенно, если их ум направлен в то русло, в которое нужно мне! Ты понимаешь, о чем я говорю? Храня холодное молчание, Хюррем пристально взглянула на девушку, ее проницательный взгляд, казалось, проникал в самую душу. Сесилия смело выдержала этот оценивающий взгляд, и, не отведя своих глаз и покойно, с расстановкой произнесла: -Можете не сомневаться, я буду вам верна, чтобы ни случилось! -Отлично,- коротко кивнула Хюррем.- Будем надеяться, что это, действительно так, в противном случае, я уничтожу тебя также легко, как и вознесла! – немного помолчав, она вновь заговорила. - Через пару недель, ты тронешься в путь. Перед отъездом получишь подробные указания, что тебе надлежит делать. А сейчас, можешь отправляться спать! Мы с тобой заговорились, время, весьма позднее. Аудиенция была закончена.

******

Дильшах раздраженно глядела на компанию наложниц, кучкой обступивших надменно улыбающуюся Сесилию. Все они галдели наперебой, поминутно перебивая, и споря друг с другом. Невероятная удача, улыбнувшаяся итальянке, не оставила равнодушной ни одну девушку в гареме. Дильшах недовольно поморщилась. Чем эта ведьма, так приглянулась Хюррем Султан, что она вознамерилась отправить ее в гарем к своему любимому сыну и престолонаследнику всех османских земель? Теперь и без того наглая девка, станет просто невыносимой! Видеть ее самодовольную рожицу было сверх всяких сил для Дильшах. С каким бы удовольствием, она стерла это выражение с лица соперницы. Но ничего не поделаешь, не будешь же оспаривать приказ управительницы гарема! Хотя, если подумать, преимущество у нее все же есть! Любимица Селима - Селимийе-хатун до сих пор не осчастливила шехзаде, подарив ему ребенка. В то время, как у его братьев - Мехмеда и Баязида в скором времени появятся наследники. Баязида… Дильшах на минуту обомлела, удивляясь, как такая простая мысль не пришла ей в голову раньше. До нее неоднократно доносились слухи, якобы Сесилия неравнодушна к младшему шехзаде. Правда, она не знала, правдивы ли эти сплетни! «Попытка- не пытка,- усмехнулась про себя Дильшах.- Даже, если эти сведения - ложь, все равно настроение итальянской куртизанки будет основательно испорчено!» Поднявшись со своего места, она решительно приблизилась к группке наложниц. - Поздравляю тебя, хатун! Воистину, ты поймала птицу удачи за хвост,- придав своему голосу фальшивую сладость, проговорила Дильшах.- Смотри же не упусти свой шанс! Сесилия, которая в это время царственно восседала на тахте, ловя на себе завистливые взгляды остальных девушек, пригубила шербет и вкрадчиво рассмеялась. - Не надо лицемерных поздравлений, Дильшах! Итак, понятно, что ты лопаешься от зависти! Конечно, ты же думала - я ничего не добьюсь. А теперь видишь, я, куда целюсь, туда и попадаю! Дильшах иронично изогнула бровь. -Не заносись слишком высоко! Ты еще можешь все испортить. Лучше возноси молитвы Аллаху и благодари нашу великую и милостивую Хюррем Султан! -Не беспокойся на мой счет,- безмятежно улыбнулась девушка.- Я знаю, что делать! Вот увидишь, я стану баш-кадиной в Манисе! -Да, поможет тебе Аллах,- покорно кивнула Дильшах и коварно усмехнувшись, прибавила.- Кстати, я не говорила, что получила добрые известия из Кютахьи, от моей подруги, Раны-хатун? -Эта гусыня, еще фаворитка шехзаде? А я-то думала, что ее уже давно в служанки разжаловали, - грубо рассмеялась Сесилия, отметив ядовитый оскал соперницы.- Хотя, чему я удивляюсь?! Разве, у тебя, могут быть умные подруги! И что же с ней? Подожди, дай угадаю! Баязид ее бросил и теперь она на грани безумия? -Рана-хатун ждет ребенка,- расплылась в довольной улыбке Дильшах.- Говорят, шехзаде Баязид просто очарован ею! Он не желает расставаться с ней ни на мгновенье! Последних слов, Сесилия не слышала. Она не изменилась в лице, только губы у нее слегка побелели. Так бывает, когда удар обрушивается внезапно и человек не успевает охватить сознанием, что произошло. Дильшах внимательно всматривалась в игру эмоций на лице Сесилии, пытаясь определить, какое впечатление произвела на нее услышанная новость. -Разве ты не знала? Я-то думала, что Джанфеда-калфа давным-давно, все тебе рассказала! Как я слышала, она сама должна в скором времени отправиться в Кютахью, прислуживать там в гареме!- притворно удивилась хитрая Дильшах. Сесилия невидящими глазами смотрела по сторонам, переводя пустой взгляд с одной наложницы на другую. Весть о вероломстве Джанфеды, которую она считала своим доверенным лицом, окончательно выбила ее из колеи. Наконец, она смогла взять себя в руки, нацепив на лицо маску безразличия и придав голосу надменные нотки, небрежно бросила: -И это вся твоя новость, Дильшах? Да уж, нечего сказать - удивила! Подумаешь, Рана-хатун беременна! Ну и что с того? Разве рождение ребенка-это гарантия ее неприкосновенности! Как бы не так! Такая гусыня, как Рана, не сможет надолго удержать возле себя шехзаде! Она смазлива и влюблена, но я сомневаюсь, что ей удастся навсегда завладеть сердцем Баязида!- с всегдашней безжалостной точностью заметила Сесилия. -А кому удастся?- ехидно спросила Дильшах.- Тебе, что ли? -Мне-то это зачем?- казалось, безупречно прекрасное лицо итальянки вырезано изо льда.- Я птица другого полета! Поэтому, в отличие от тебя, отправляюсь в санджак наследника престола! Дильшах презрительно фыркнув, поднялась на ноги, решив уйти. -Смотри, не отрави шехзаде Мехмеда своим змеиным ядом!- зло бросила она на прощанье. -Неужели ты покидаешь нас, Дильшах? Что, зависть совсем замучила тебя?- весело рассмеялась ей вслед Сесилия.

******

Сесилия, как ураган влетела в комнату Джанфеды. Ей пришлось ни один час дожидаться, пока все девушки уснут, чтобы беспрепятственно выскользнуть из гарема. Калфа измерила ее удивленным взглядом. Она только что облачилась в шальвары и просторную льняную рубашку, готовясь ко сну. Неожиданный визит девушки не на шутку встревожил ее. Сесилия, походила на разъяренную фурию: ее глаза неистово пылали, пышные черные кудри в беспорядке рассыпались по плечам, маленькие ладони были сжаты в кулаки. Остановившись на пороге, она вперила в ничего не подозревающую Джанфеду, грозный взгляд. -Это правда?- без предисловий начала она.- Эта змея действительно ждет ребенка? -Какая муха тебя укусила, хатун? Что за околесицу ты несешь? -А ты - вероломная особа! – понизила голос до грозного шепота Сесилия.- Я считала тебя верным другом, а ты, оказывается, проворачиваешь за моей спиной свои грязные делишки! Будешь притворяться, что ничего не понимаешь? Ладно, я освежу твою память, – она истерично расхохоталась.- Ты, оказывается, в скором времени покидаешь гарем и отправляешься в Кютахью, прислуживать этой мерзкой беременной девке! Вместо ответа, Джанфеда поспешно шагнула к дверному проему и втолкнула Сесилию внутрь. После этого, вышла в коридор и осмотрелась по сторонам. Убедившись, что их разговор остался не услышанным, вошла в комнату, крепко притворив за собой дверь. -Гнев совсем лишил тебя разума?- опасливо воскликнула она.- Разве можно, вести такие разговоры и даже не удосужиться закрыть дверь! Здесь и стены имеют уши! Тебе лучше помолчать и подумать прежде, чем рот открывать! - Не бойся, твоя драгоценная шкура не пострадает в любом случае,- огрызнулась Сесилия.- Так, как? Будешь отвечать на мой вопрос? Или смелости не хватит посмотреть мне в глаза после всей твоей лжи! - Я тебе никогда не лгала,- спокойным голосом сказала Джанфеда, сделав вид, что грубость подруги ее ничуть не задела.- А если что и утаила, так, только ради твоего же блага. Что же касается беременности Раны, то это не должно тебя удивлять! Она уже давно фаворитка шехзаде и, конечно же, рано или поздно должна была понести! - Пусть даже и так, - несколько не смутилась Сесилия.- Все равно, ты обязана была поставить меня в известность, дабы я не узнавала такие новости из уст Дильшах! Так, значит, ты, действительно, будешь ухаживать за этой дрянью? -Это так,- безжалостно подтвердила калфа.- Беременность Раны протекает довольно трудно, ей просто необходим, знающий человек, который способен оказать помощь. Хюррем Султан решила - я отлично подойду на эту роль! Сесилия от злости, лишь зубами заскрежетала. За этот год, она частенько вспоминала Баязида, елея надежду, покорить его сердце, после долгой разлуки. Воображение рисовало идеалистическую картину, как внезапно прибывший во дворец шехзаде, неожиданно сталкивается с ней и осознает совершенную в прошлом ошибку. Теперь же, ее надежды окончательно рухнули, гордость была глубоко уязвлена, а зависть к счастливой паре ожидающей первенца, разъедала душу. -Будь она проклята, и ты вместе с ней, коль отправляешься прислуживать этой змее! Пусть горит в аду вместе со своим ребенком!- вне себя от злости выкрикнула Сесилия, яростно сверкая глазами. -Хватит,- напустилась на нее Джанфеда.- Не веди себя, как испорченный ребенок, которому отказали в любимой игрушке! Твои чувства к Баязиду - это уязвленное самолюбие и только! Как же так? Нашу неземную красавицу отвергли, предпочтя кого-то другого! Сесилия резко повернулась. Ее кулачки были сжаты. Стой калфа ближе к ней, она наверняка бы ее ударила. Ненависть ослепила ей глаза, и она едва ли понимала, что делает. -Закрой свой рот! Мои чувства тебя не касаются! Что вообще, ты, понимаешь в таких делах?! Куда веет ветер, туда и ты клонишься! - ее глаза неистово пылали.- Боже, пусть эта девка умрет во время родов, в тот самый момент, когда соберется подарить ему наследничка. И ребенок пусть тоже не выживет! -Хатун,- Джанфеда с силой встряхнула, разошедшеюся не на шутку Сесилию.- Ты слышишь, что говоришь? Не дай Аллах, кто-то услышит твои проклятия, и тогда всем твоим мечтам придет конец! Вскоре, ты отправляешься в Манису к шехзаде Мехмеду, если, конечно ярость не затмила твою память! Выбрось Баязида из головы! Невозможно спать с одним шехзаде, а думать о другом! Сесилия на мгновенье замерла, не сводя с Джанфеды яростного взгляда. Казалось, еще минута, и она вцепиться ей прямо в лицо, словно дикая кошка. Глубоко вздохнув и взяв себя в руки, она перевела дыхание, заговорив подчеркнуто спокойным тоном. -Баязид мне совершенно безразличен,- голос Сесилии обрел прежнее спокойствие и стал ледяным.- Просто, меня всегда раздражала эта слащавая лицемерка! -Да ну? Что-то не похоже,- прищурилась Джанфеда.- Послушай меня, прекрати предаваться глупым мечтам и подумай о своем будущем! Наш шехзаде Мехмед известен своей добротой и милостивостью, но даже он, не потерпит рядом с собой, девушку, влюбленную в его брата! -Хватит меня поучать! Прибереги свои советы для безголовой Раны, а я и без твоих наставлений, знаю, как мне действовать, – Сесилия поджала губы.- Я иду спать, а ты - можешь, начинать репетировать, как на задних лапках, будешь лебезить перед этой мерзавкой! С этими словами, она стремительно выскочила за дверь. Джанфеда укоризненно покачала головой.

******

Она лежит на незнакомом ложе в чужой опочивальне. В этой комнате, так темно, что кажется поднесенную к лицу руку, и ту, будет непросто увидать, лишь в дальнем углу горит одинокая лампадка, отбрасывая на стены причудливые тени. Одеяла на ложе нет и очень скоро, она начинает дрожать от холода. Чтобы, хоть как-то согреться, скручивается по-кошачьи клубочком, подвернув под себя ноги. Вдруг, за спиной раздается шорох и на ее голые плечи ложатся сильные руки. Сердце от страха начинает биться быстрее, когда до ушей доносится тяжелое мужское дыхание. Чьи-то теплые губы, начинают дразняще целовать шею, опускаясь все ниже и ниже, вынуждая ее, в конце концов, выгнуться от удовольствия. За спиной раздается довольный смешок, словно от предсказуемости женских желаний. Одна рука незнакомца, скользнув по ее телу, начинает игриво поглаживать бедро, а другая по-хозяйски прижимает ее к себе за талию. Мимо воли, она закрывает глаза, наслаждаясь этими нежными прикосновениями. -Сесилия… - жарко шепчет до боли знакомый голос. Ее начинает мучить навязчивая мысль о том, что нужно повернуться и поглядеть на человека за своей спиной. Не выдержав, томительной неопределенности, она резко оборачивается, и ее протянутые руки касаются обнаженного мужского тела - тела шехзаде Баязида… Сесилия проснулась в холодном поту. Беспорядочно шаря руками по одеялу, пыталась убедиться, что находится в постели одна. Следом за растерянностью, ее накрыла волна гнева и негодования. Почему она не может забыть Баязида? Столько времени прошло, а она до сих пор видит его в своих снах, чувствуя при этом странное томление в теле! Он о ней, наверное, и думать забыл, живет себе припеваючи, проводя все ночи на пролет со своей шлюхой! От злости и собственного бессилия Сесилия со всех сил ударила кулаком по подушке. Хватит! Нужно прекратить это наваждение! Джанфеда права, она должна навсегда выбросить его из головы и приложить все усилия, чтобы понравиться шехзаде Мехмеду и стать его любимой наложницей, ведь это такой плацдарм для осуществления ее далеко идущих планов.