Поступки, ради близких

- Хен, с Днем Рождения! – уже в двадцатый раз друзья выкрикивали поздравления. Друзья сидели за столом, который был накрыт на заднем дворе загородного дома Чонуна. Они не видели друг друга год, поэтому каждый старался рассказать абсолютно все, каждую деталь своих приключений. В этот вечер друзья узнали, что Итык и Хичоль зарегистрировали свой брак, когда находились в Нидерландах. Донхэ и Хекджэ узнав об этом, также отправились туда. Поэтому за столом находились две супружеские пары. Выслушивая от Шивона, недовольство, что они провернули все это без них, парочки обещали устроить праздник в Корее. В середине вечера Сонмин попросил Йесона поговорить наедине. - Чонун, я хотел сказать тебе спасибо, - Сонмин покраснел и опустил голову. - Я ничего не делал – Йесон улыбнулся и обнял Сонмина, - поздравляю Мин, ты будешь с ним счастлив. - Вас на минутку нельзя оставить, как вы уже в объятиях друг друга, - Сонмин и Йесон обернулись на Кюхена, который улыбался им, указывая на стоящего неподалеку Реука. Тот стоял и сгорал сейчас от ревности. Йесон растрепал волосы Сонмина и подмигнул Кюхену, затем подбежал к Реуку, поднял его на руки и кружил вокруг себя, Реук визжал и просил поставить его обратно на землю. Сонмин и Кюхен улыбались, глядя на них. Сонмину сейчас не было больно, он был действительно счастлив за Йесона. Сонмину сейчас было хорошо, он был самым счастливым, ведь сейчас его обнимали любимые руки, и наслаждался шепотом Кюхена, который шептал ему на ухо очередное признание. Уже было довольно поздно, влюбленные парочки скрылись в своих комнатах, Шивон и Донхи все еще пили, пытаясь друг друга перепить. Реук и Йесон закрылись в гостиной. Реук сидел на полу возле камина и ел мороженое. Йесон сидел сзади него, уткнувшись подбородком в плечо Реука. Чонун отобрал у Реука ложечку с мороженым и поднес к своему рту, но передумав, уронил этот кусочек на ключицу Реука, который мгновенно вздрогнул и хотел начать возмущаться, но вместо этого застыл с открытым ртом. Йесон сейчас водил языком по ключице Реука, вылизывая каждую капельку таявшего мороженого. Реук сейчас сам походил на это мороженое, растворяясь в объятиях Чонуна, он наклонил голову, открывая больше доступа к шее. Йесон оставлял засосы на шее, медленно приближаясь к губам Реука. Поцелуй был нежный, пропитанный любовью. Пока Реук наслаждался губами Йесона, Йесон расстегивал рубашку Реука. Избавившись от рубашки, Йесон развернул Реука и толкнул его лечь на спину, Реук послушно лег, заглядывая в эти чертовски красивые глаза. Чонун стянул с Реука штаны и боксы, наблюдая, как Реук краснеет, а член уже был готов к действиям. Йесон обхватил головку губами, стал водить языком по головке, вырисовывая какие-то узоры. Реук задыхался, но это было лишь начало. Реук знал, что дальше будет еще труднее дышать, будет еще приятнее. Глаза Реука готовы были выпасть, когда он ощутил на своем члене очень холодную руку и горячий рот. Йесон размазывал мороженое по члену Реука, хитро улыбаясь и наблюдая, как Реук извивается под ним, как выгибается его спина, а на губах безмолвный стон. После пары минут безумного минета, Реук готов был кончить, но Йесон ему этого не дал, сдавив в кольцо основание члена. Реук жалобно заскулил, нетерпеливо двигая бедрами. Увидев, что Йесон отстранился от Реука и сейчас просто наблюдает за ним, Реук решил продолжить игру и стал обсасывать свои пальцы. В глазах Чонуна загорелось еще больше огоньков, он медленно расстегивал свои брюки, но застыл с открытым ртом, когда Реук смотря в глаза Йесона, ввел в себя свой палец. Чонун впервые видел такого развратного Реука и уже чувствовал, что его боксы чересчур узки. Йесон пытался стянуть с себя эти чертовы штаны, которые так не вовремя зацепились замком за боксы и не хотели отцепляться. Реук уже растягивал себя двумя пальцами, насаживаясь на них и постанывая. Чонун наконец-то освободил свое достоинство из заточения. Реук громко застонал, когда к его пальцам присоединились два пальца Йесона, причем Йесон снова заставил Реука сходить с ума, Йесон растягивал Реука пальцами, которые он обмакнул в подтаявшем мороженом. Реук с ума сходил от такого контраста холодных и горячих пальцев в себе. Йесон приставил головку к входу и одним рывком вошел в него во всю длину. Это чувство наполненности Реук ждал уже давно. Йесона сразу начал с резких толчков. Сегодня он слишком долго мучил и себя, и Реука, поэтому сейчас входил в Реука во всю длину. Реук стонал с каждым толчком громче, прикосновения члена Йесона к простате Реука, заставляли срывать голос и просить еще. Реук просил входить быстрее, просил не переставать, он сильнее прижимался к Йесону, заживая свой член между телами. Вот он, еще один толчок по простате, Реук громко стонет и изливается себе на живот. Йесон еще двигается в нем, еще пару минут и Реук кончает снова, ощущая в себе жидкость Чонуна. Жидкость обжигает, приятно обжигает. Йесон повалился рядом с Реуком, они пытались отдышаться, голова шла кругом, по телу разливалась приятная усталость. Реук сейчас был счастлив, ведь его не насиловали, с ним занимались любовью. Реук улыбался своим мыслям и крепко сжимал медальон на своей шее. Они почти погрузились в сладкий сон, как Реук заставил Йесона засмеяться и обнять его крепче, - Чонун, я больше не смогу есть мороженое спокойно.