Возьми моё сердце, возьми мою душу...

Идиллию в комнате нарушила, неожиданно вошедшая, Агнес. Увидев нас, она немного смутилась и замялась, а после произнесла: — «С Таней всё в порядке. Она совсем скоро оклемается. Король послал меня проверить твоё состояние», — обратилась она ко мне. Я повернулась к Мише и одни лишь взглядом попросила его оставить нас с ведьмой наедине. Немного нехотя он кивнул и, поднявшись с колен, произнёс: — «Только недолго», — после чего покинул спальню. Я перевела взгляд на Агнес и та кивнула мне, чтобы я легла. Опустившись на кровать, я поудобней устроилась на подушках. Темнокожая ведьма присела на край кровати и протянула руки к моему животу. Тёплые, почти горячие ладони опустились на живот, и тепло от рук ведьмы пробралось по всему телу, заставляя расслабиться. Я устало прикрыла глаза, отдаваясь во власть этого умиротворения. Не знаю, сколько прошло времени, но очнулась я лишь тогда, когда Агнес осторожно коснулась моей руки. Сфокусировав свой взгляд на ней, я хрипло произнесла: — «Ну что?» — «С вами обеими всё хорошо», — с улыбкой ответила она. — «Обеими?» — с широко распахнутыми глазами, переспросила я. Агнес поднялась с кровати и, обернувшись уже возле двери, с хитрой улыбкой повторила: — «Да, обеими». Я даже не успела сообразить, как мне реагировать на её слова, как афроамериканка вышла из комнаты с весёлой улыбкой на губах. Всё ещё шокированная, я села на край кровати и просто уставилась перед собой, молча открывая и закрывая рот, будто рыба, выброшенная на сушу. Спустя несколько секунд, дверь снова распахнулась и в спальню вернулся Миша. Он остановился в шаге от кровати и с подозрением посмотрел на меня. — «Я оставил тебя всего на 10 минут. Неужели даже за это время успело произойти какое-то дерьмо?» — скептически вскинув брови, произнёс он. Я подняла на него взгляд и состроила выражение лица, мол «Почему бы и нет? Это ведь я». Закатив глаза, он усмехнулся и присел рядом со мной, обнимая за плечи. Поцеловав меня в висок, он спросил: — «Ну, и что на этот раз?» — «Ну-у-у, — протянула я, — если смотреть на это с положительной стороны, то ты вполне можешь открыть гарем!», — с саркастичной улыбкой, ответила я, похлопав его по плечу и поднявшись с кровати. Поднявшись, я сделала несколько шагов в сторону двери, а затем обернулась, дабы оценить реакцию будущего мужа. Тот тупо втыкал перед собой и хлопал ресницами. Усмехнувшись, я решила оставить его наедине с самим собой. Уже выйдя за дверь, я услышала громкое и отчётливое: — «Ну, твою ж мать!» Не выдержав, я громко расхохоталась и поспешила в сторону гостиной. Там похоже, как раз в разгаре было обсуждения дальнейших планов. И с хера это они без меня решаются? Бесцеремонно войдя в комнату, я равнодушно прошла мимо этого собрания сверхъестественных существ и, схватив из вазочки на журнальном столике ириску и сунув её себе в рот, плюхнулась на кресло. Одарив присутствующих стервозной улыбкой, я произнесла: — «Никто не хочет поделиться своими соображениями с беременной неуравновешенной волчицей с силами верховной ведьмы?» В комнате повисла тишина, во время которой, вся эта компашка боязливо переглядывалась. Неожиданно, и я думаю не только для меня, но и для всех, один из ведьмаков, Закари, окинув всех взглядом, робко поднял руку. — «Зак?» — жуя ириску, обратилась я к нему. — «Сейчас у нас в руках все козыри. Предлагаю, для начала, узнать, что знает двойник, а затем сверить с тем, что узнаем от рыжей ведьмы», — ответил он и развёл руками, мол «на этом у меня всё». — «Хмм, — задумчиво протянула я, дожёвывая конфету, — думаю, в этом есть смысл, но как мы можем быть уверены в том, что они нам не соврут?» — спросила я и перевела взгляд на потрёпанного Джереми, над чьими ранами сейчас трудилась Айрин. Странно, что дочь короля Ада здесь, а он сам — нет. Хм, мне это не нравится, ладно, будем разбираться с проблемами по мере их поступления. — «Он не сможет в таком состоянии их допрашивать», — ответила за волка МакЛеод. Вервольф перехватил руку шотландки, которой она водила над его ранами и, одарив её многозначительным взглядом, повернулся ко мне: — «Дай мне пару минут и я буду в порядке». — «Хорошо», — кивнула я, и в этот момент в комнату вошёл Миша. — «А теперь помогите мне подняться!» — весело воскликнула я и протянула руки к Горшенёву. Присутствующие засмеялись, а Миха только усмехнулся и поднял меня за руки из кресла. С таким пузом я бы ещё долго пыталась из него вылезти. Прилипнув к Горшенёву в крепких объятьях, я кивнула ему в сторону кухни и мы направились туда. Оказавшись на кухне, мы прикрыли за собой двери и я, опершись о стол, взглянула на Мишу. Тот нахмурился и спросил: — «Ты ведь не просто так меня сюда позвала. Я должен ещё что-то знать?» — «Я видела Амади», — глухо ответила я. — «Что? То есть?»— переспросил Горшенёв. — «Там, в то время, куда я попала, следуя за оружием, я видела Амади. Совсем маленький мальчик, такой невинный и улыбчивый, он был сущим ангелом», — тихо говорила я. — «Видимо не таким уж и ангелом», — мрачно изрёк Миша. — «Я бы тоже изменилась, если бы мою мать повесили», — так же мрачно ответила я. — «Повесили?»— изумлённо переспросил Горш. — «Они дали мне слово, что они позаботятся о ней, но похоже у них не вышло и думаю здесь не обошлось без вмешательства Натали». — «Стоп. Кто «они»?» — недоумевая, спросил Мишка. Я неуверенно поджала губы, а затем, оттолкнувшись от стола, подошла к Мише и обхватила ладонями его лицо. — «Будет немного неприятно», — произнесла я и погрузила его разум в свои воспоминания. Всего минута, возможно больше и Горшенёв резко распахивает глаза и делает судорожный вдох, отрывая мои руки от своего лица. — «Прости, — пролепетала я, заметив состояние панка, — у меня в этом мало практики». Отдышавшись, Миша поднял взгляд на меня и спросил: — «Сможешь так же посмотреть и мои воспоминания?» — «Только если ты позволишь и направишь», — ответила я. — «Ты же знаешь, что я доверяю тебе не смотря ни на что», — ответил Миша и я поняла, что он прекрасно знает о том, что щит вокруг кладбища моих рук дело. Кивнув на его слова, я неуверенно сделала шаг навстречу и снова обхватила его лицо ладонями. — «Глубоко вдохни и выдохни, сосредоточься на том, что хочешь мне показать, зафиксируй это воспоминание, а затем прокрути его в своей голове», — полушёпотом наставляла я анархиста. Мишка неуверенно кивнул, и я закрыла глаза, погружаясь в его воспоминания. Это было будто резкое падения куда-то в темноту и приземление в чужое воспоминание, будто сквозь толщу воды доносятся слова Натальи. Ведьма шипит каждое слово с яростью и отчаянием. Та самая толща воды начинает давить слишком сильно и мне приходится покинуть чужое сознание. Я резко делаю глубокий вдох и открываю глаза, опуская руки на плечи Миши. Он кладёт свои руки поверх моих и заглядывает мне в глаза: — «Всё хорошо?» — «Я-я не знаю», — сбитая с толку, ответила я. Да, я несомненно подозревала о чём-то подобном, но когда мои догадки оказались правдой, на душе стало как-то дерьмово. — «Меня тошнит», — проговорила я и опустилась на табурет, стоявший неподалёку от меня. — «Сейчас», — ответил Миша и налил мне воды из кувшина. Протянув мне стакан с водой, он сел на второй табурет и стал наблюдать за мной. Я сделала несколько глотков и тошнота немного отступила. Подняв взгляд на Горшка, я произнесла: — «Нам нужно допросить двойника, этим займётся Джереми, но я хочу пойти с ним…», — начала было я. — «Ира, только не начинай…» — перебил меня Миша. — «… и я хотела бы, чтобы ты пошёл со мной» — не обращая внимания на его реплику, продолжила я. Горшенёв одарил меня удивлённым взглядом, а потом кивнул, чуть улыбнувшись. Держась за руки, мы вышли из кухни. Джереми и почему-то Закари уже собирались спускаться в подвал, мы присоединились к ним и отправились к нашим «пленным». По мере того, как мы всё глубже спускались в подвал, я всё сильнее сжимала руку Миши. От чего-то, мне было не по себе, возникало предчувствие чего-то плохого. Преодолев подступающую панику, я продолжила спускаться вглубь тёмного подвального помещения. Когда мы спустились вниз, перед нами предстали две прочные тяжёлые двери. Помнится, за одной из этих дверей как-то оказалась я. Закари кивнул на дверь, что находилась ближе ко мне и Миша, отпустив мою руку, принялся отворять громадную дверь. Когда она открылась, передо мной оказалась, сидящая на полу и скованная кандалами, двойник. Она подняла на меня отрешённый взгляд и как-то обречённо усмехнулась. Нахмурив брови, я вошла в её «камеру», а вслед за мной и остальные. Миша закрыл за нами дверь и двойник с усмешкой спросила: — «Пришло время допроса с пристрастиями?» — «Что-то вроде того», — ответил ей Зак. — «Для начала познакомимся, — встряла я в разговор, чем заставила блондинку снова перевести взгляд на меня, — как тебя зовут?» — «Катерина», — немного замешкавшись, ответила вампирша. — «И сколько тебе лет?» — задала я следующий вопрос. — «Чуть больше пятисот», — с ухмылкой ответила она, видимо надеясь удивить нас такой цифрой. — «Прости, не удивила, милая», — видимо тоже поняв замысел Катерины, ответил Закари. — «Что заставило тебя работать с ними?» — не отвлекаясь, продолжила спрашивать я. — «Надежда», — обречённо произнесла она, опустив взгляд. Недоумевая, я перевела взгляд на Джереми, тот тоже был сбит с толку, однако кивнул, подтверждая, что Кейт говорит правду. Снова взглянув на неё, я спросила: — «Надежда на что?» — «Снова стать человеком», — взглянув мне в глаза, тихо ответила Катерина, чем заставила всех нас шокировано застыть.