Предназначенная одному.

Сердце бешено билось в груди. Венка на висках пульсировала. Дыхание сбивалось, и, порой, не получалось выдохнуть. Три коротких вдоха и один долгий выдох: тщетная попытка избавиться от удушья. Создавалось впечатление, что сухожилия по всему телу разрываются. Пальцы ног прижались к стопе настолько, что фаланги заныли. Безумные глаза уставились в одну точку: огромные, они готовы были выйти из глазниц. Веко дёргалось. Зубы впились в нижнюю губу, запуская нестерпимую боль. Тихий вопль, больше похожий на скулеж, то и дело вырывался из глотки. Слёзы наворачивались на глаза, но почему-то никак не проступали и не скатывались по красным от волнения щекам. Волосы были разбросаны по плечам, спадая на коленки, прижатые к груди. Руки были так напряжены, что проступали вены. На запястье виднелся браслет. В темноте нельзя было разглядеть, что на нём написано, но, если постараться, можно было заметить, что буквы были выведены чёрным маркером по бежевой резине. Он был под рукавом бордовой кофты, совсем не греющей тело девушки. Ей было жутко холодно и страшно. Ещё никогда ей не доводилось испытывать подобных эмоций. Она не знала, как оказалась здесь, да и вообще, где она. Хотелось выть, и она выла: пыталась сдержать этот порыв, но ничего не получалось. Потянувшись к ногам, она сжала стопы и впилась ногтями в кожу. Нужно было прийти в себя, но она не могла. Лихорадочно перебирая в голове все варианты того, как отсюда выбраться, девушка вдруг зарычала. Непреодолимое чувство безысходности закралось в её сердце. Одним рывком она поднялась с пола и ударила кулаком в предполагаемую пустоту, но вместо этого кулак упёрся в железную стенку. У девушки не было клаустрофобии, но она начала колотить во все четыре стены, что были вокруг неё. Полый металлический звук резал по ушам, но она продолжала изо всех сил долбить препятствия. — Какой-то нервный шанк нам попался, — послышалось над головой, и она резко подняла её. Смотря ввысь безумным взглядом, девушка застыла в одной позе: там определённо кто-то был. Голос, скорее всего, принадлежал парню, а то и мальчику. — По…— отчаянная попытка подать голос провалилась. В горле резко пересохло, отчего девушка закашлялась. Было ощущение, что ей не хватает воздуха, и кашель пытался спасти ситуацию. Она начала сипеть, и слюна, наконец, начала поступать к глотке. Сглотнув её, девушка почувствовала лёгкое облегчение и уже собиралась попытаться позвать на помощь снова, но её перебили. В ящик, в котором она сидела, неожиданно попал яркий, слепящий глаза свет. Она прищурилась, пытаясь привыкнуть к нему, но все было бессмысленно: было невозможно даже рассмотреть расплывчатые черты лица человека, смотрящего на неё свысока. Потерев глаза кулачками, она вновь попыталась хоть что-то увидеть, но результата не последовало. — Не может… нет, — послышался чей-то голос, и девушка снова потёрла глаза. Постепенно она начала привыкать к солнечному свету.— Чёрт тебя подери. — Кто там, Ньют? — Второй голос принадлежал уже другому человеку, но она не знала, где он находится. — Там… там девчонка, — выдохнув, проговорил тот самый Ньют, и девушка услышала гогот толпы. По меньшей мере, там было несколько десятков человек. Она выдохнула, попыталась сделать шаг, но резко дёрнулась в сторону. Ноги слишком долго пребывали в напряжении, отчего теперь не слушались. Никаких мыслей в её голове не было: она смотрела вверх и пыталась рассмотреть хоть что-то, кроме слепящего света. — Доставай её, — уже знакомый голос собеседника Ньюта заставил девушку закивать в знак согласия. Она надеялась поскорее оказаться на свободе. Через секунду она увидела рядом с собой верёвку. Похоже, пропустила момент, когда её скидывали. Увидев на конце петлю, она, недолго думая, наступила на неё правой ногой, крепко ухватилась за бечёвку и почувствовала, как её поднимают. Только сейчас в ней начал зарождаться страх. Страх того, что же её ждёт наверху. Вдруг её убьют? Или скинут обратно в этот ящик? Она не хотела вновь оказаться запертой здесь — в тёмном металлическом помещении. — Поднимай её, — всё тот же парень, которого девочка не видела, приказывал другу. Она подняла взгляд и увидела, как Ньют тянет к ней руки. Только сейчас ей удалось разглядеть его: светлые, взъерошенные волосы, тёмные глаза чайного цвета. На вид ему было лет шестнадцать-семнадцать, и он явно был в шоке. — Обхвати меня за шею, — попросил он, осторожно обвивая талию гостьи руками. Девушка сомкнула дрожащие, холодные ладони на его шее, и Ньют одним рывком вытащил её из ящика, ставя на землю. — Это что, шутка? — Произнёс парень, что был выше её на голову с лишним. Хмурые брови, сведенные к переносице и надутые губы говорили о том, что он не рад такому посетителю их Приюта. Всего за несколько секунд зрительного контакта девушка прониклась к нему стойкой антипатией. На первый взгляд обычный мальчишка: небесный взгляд, ежик из светлых волос и россыпь веснушек на лице. Морщины на лбу говорили о том, что он напряжён. Девушка смотрела на него в упор, как и он на неё. — За два года… за два этих стебанутых года я не видел ни одной девчонки, мать его. Вы издеваетесь? Зачем? — Темнокожий парень обернулся к огромной стене. По голосу девчонка поняла, что именно он говорил с Ньютом. «Что за… почему она такая огромная?» — только сейчас она заметила огромную каменную стену за спиной недовольного парня. Её глаза расширились. Хотелось закричать, узнать, что это за хрень, но не могла проронить ни слова. Обернувшись, она поняла, что эта стена окружает её со всех сторон. В ней было четыре вертикальных отверстия. Девушка нервно сглотнула и повела взгляд дальше: где-то вдалеке виднелись полуразваленные сооружения, назначение которых оставалось загадкой, и небольшой лесок. Это всё. Всё, что она была в состоянии увидеть за спинами многочисленных парней, что окружали её. Только сейчас она поняла, что попала в место, где были только особи мужского пола. Это было до жути странно. Их можно было разделить ровно на две категории: тех, кто шокировано смотрел то на неё, то на Ньюта с его товарищем, то на ящик, и тех, кто моментально начал перешёптываться друг с другом, оценивая нового Шнурка. Первых было заметно больше. — И это наш новый Салага? — Темнокожий парень подошёл к девушке и заглянул в изумрудные глаза: его взгляд казался ей настолько проницательным, что она поёжилась и вздрогнула.— Как тебя зовут? — Я…— хотела было сказать, что не знает, но вдруг запнулась и выпалила как на духу. — Эбигейл. Как? Как ей пришло это в голову? Пока он не спросил, ей было безразлично, как ее зовут. Только сейчас Эби поймала себя на мысли, что не помнит даже своих фамилии и возраста. И даже представления не имела, как выглядит. Опустив на себя взгляд, Эбигейл заметила, что достаточно стройна, разве что одета в непонятные обноски, которые были мокрыми насквозь от пота. — Эбигейл… Чёрт, я не верю своим глазам. Таких шанков я никогда не видел, — Ньют скрестил руки на груди, непонимающе глядя на девушку. Она задумалась на несколько секунд. «Шанк? Что за шанк?» — Гостья нахмурила брови, пытаясь вспомнить значение этого слова, но в голову ничего не шло. Понадобилась еще пара секунд, чтобы бросить попытки и снова взглянуть на Ньюта, изучающего её с ног до головы. — Стоп. Алби, что у неё на руке? Эби опустила взгляд на запястье и подняла руку на уровень глаз. Она уже успела забыть об этом браслете. В темноте невозможно было разглядеть то, что там было написано, а сейчас представилась отличная возможность, но успеть прочитать надпись ей не удалось: Алби схватил её запястье и прищурился, рассматривая браслет. Когда он прочитал то, что написано на браслете, послышался нервный выдох. — Ньют… подойди, — проговорил он, пытаясь сохранять спокойное выражение лица. Светловолосый быстро сократил расстояние, разделявшее его с Эби и Алби и, взяв девушку за запястье, развернул браслет так, чтобы было видно и ему. Его глаза расширились. — Она предназначена одному. Без неё ОН не найдёт выход из лабиринта, — вслух прочитал Ньют, опуская запястье девчонки. Та вновь нахмурила брови, возвращая ладонь к глазам, лично убеждаясь в том, что они прочли послание верно. Попытавшись снять браслет, Эбигейл начала было стягивать его с запястья, но тот отказывался покидать тонкую девичью кисть. С виду резина, но словно вросшая в кожу. Попытавшись подковырнуть её ногтем, девушка шикнула от боли. Появилось ощущение, похожее на то, когда ты отрываешь от болячки пластырь, успевший к ней присохнуть. — Что за кланк? Кто этот ОН, и как ОН сможет найти выход с её помощью? — Тот самый хмурый парень, который изначально вызвал антипатию, сделал шаг вперёд. Его непонимающий взгляд метался от Алби к Ньюту. В конце он остановился на Эби.— Кто тебя сюда прислал? — Остынь, Галли, — Ньют сунул руки в карманы брюк, в которые был одет, и фыркнул. У него не было никаких объяснений. Он предпочел просто закрыть глаза и окунуться в раздумья. Девушка уже начинала сомневаться, что с ней здесь ничего не сделают. — Ньют, собирай Совет, — приказал Алби, опуская задумчивый взгляд в землю, совсем недавно вспаханную копателями. Лидер покачал головой, после чего направился в сторону тех самых развалин, которые не так давно приметила Эби. — Чак, возьми её к себе и не спускай глаз. Если она убежит, или с её головы упадёт хоть один волосок, наказания тебе не избежать. Тебе и всем, кто додумается хоть пальцем её тронуть. — Может, мне кто-нибудь объяснит, где я? — Наконец, подала голос Эби. Напряжение нарастало с каждой прошедшей минутой, одновременно с тем, как страх переполнял чашу дозволенной нормы. — Добро пожаловать в Глэйд, — Ньют чуть усмехнулся уголками губ, после чего развернулся и направился следом за Алби, по пути собирая каких-то парней. — Привет, я Чак, — перед ней вырос невысокий парень, который был ниже её на пол головы, и широко улыбнулся. Он был полноватым, кудрявым, черноволосым мальчуганом с пухлыми щеками. Его глазки-пуговки смотрели на девушку и были такими счастливыми, будто он находится не в ловушке, а в Диснейленде. И с чего он такой радостный? На вид ему было лет двенадцать. Наверное, он был самым младшим из всех здесь присутствующих. Парни, окружающие Эбигейл всё это время, начали постепенно расходиться. — Эбигейл, — девушка протянула руку мальчику и пожала его ладонь.— Может, хоть ты мне расскажешь, где я? И что такое Глэйд? — Глэйд — это место, где мы сейчас находимся. Всё это — Глэйд, — он обвёл рукой всё пространство, что находилось в пределах четырёх стен. Девушка нервно сглотнула, а в голове тем временем жужжал целый рой вопросов. Почему именно Глэйд? Откуда здесь толстые стены? Почему ее окружают только парни? — Что я здесь делаю? И как оказалась здесь? Почему я ничего не помню? — Ворох вопросов желал вырваться из клетки разума, но Чак упорно делал вид, что не слышит её. Улыбнувшись, он потащил её за руку в сторону тех самых развалин, где скрылись парни.— Эй, ты меня слышишь? — Эм, я ничего не знаю. Честно. Может, Ньют или Алби расскажут тебе об этом… шанк, — последнее слово Чак сказал очень неуверенно, словно пробовал ввести его в диалог впервые. Эби хотела было спросить о его значении, но Чак остановился и жестом приказал девушке стоять на месте. Эбигейл осмотрелась: вокруг была всё та же картина, разве что, теперь развалины были к ней ближе, и можно было понять, что они построены из подручных средств, на скорую руку. Зачем это нужно было делать, если можно было построить полноценное здание из кирпича или дерева — было не ясно. Девушка была очень удивлена всему вокруг и даже чистому голубому небу, которое манило к себе с огромной высоты. Эбигейл видела солнце, которое только-только поднялось над одной из каменных стен. — Я смог достать только сэндвичи, пока Фрайпан на заседании, — появившийся Чак протянул Эбигейл добычу и улыбнулся. — Слушай… а сколько мне лет? Навскидку, — неуверенно спросила девчонка. Ей действительно было интересно. Она ощущала себя лет, эдак, на двадцать пять-двадцать шесть. Было ощущение, что она старше всех в этом… Глэйде. — Лет шестнадцать, не больше, — проговорил парень, жуя один из сэндвичей. Эбигейл открыла рот, удивлённо глядя на собеседника. Шестнадцать лет? Он, должно быть, шутит. Девушка вздрогнула и ещё раз осмотрела себя.— Ты рыжеволосая, с зелеными глазами… вроде. А ещё у тебя брови чёрные. — Достаточно, — девушка вовремя остановила Чака и выдохнула. Ладно, с внешностью можно разобраться позже. Сейчас важно не это.— Как я попала сюда, Чак? И почему здесь одни парни? — Спросишь об этом у Алби, — проговорил спутник. Очевидно, Алби здесь самый главный. Но он не создавал впечатление того, кто станет открыто отвечать на ее вопросы. И только Эби хотела попытать счастье вновь и поинтересоваться о провианте, как вдалеке показалась фигура Ньюта: он направлялся в их сторону. Девушка тут же отложила еду в сторону. Вот у кого можно было узнать ответы на свои вопросы.