Сказки- детям не игрушки!

POV Карина: Как оказалось, никто, кроме меня, слов Биллы не услышал. К счастью, наверное, а то Том с Шишуликом кипишь бы подняли, мама не горюй! А она и так у меня не горюет, вон, бухает в уголочке на пару с Томасом, радостью делится с родственником будущим. Праздник у них, блин! Пристроили самых дорогих людей и отмечают, ага. Нет, мамулю ещё можно понять, а чудо это с шнурками на голове? Сечёт же ситуацию, мог бы поддержать, ан нет, Томушка лучше будет радоваться жизни, нежели нейтрализировать противника - собутыльника! На этой теме у меня встаёт вопрос: у него мозги заведомо в комплектацию не входили или с течением времени во внутреннее продолжение шнуровидного причесона превратились? Ещё спустя сорок минут наблюдения за активно расслабляющейся общественностью я осознал, что ещё один день, выделенный на подготовку псевдоменя к экзамену успешно провален, успел было расстроится, но был стремительно выведен из задумчивого состояния заботливой маменькой, решившей, по всей видимости, упечь меня в дурку. Всерьёз и надолго. - Эй, зятёк, ты что какой хмурый? – окрикнула меня любимая «тёщенька». Я подавился безмолвным криком. - Мы тут с Томом спорим, от какого дизайнера тебе смокинг выбирать. Тебе что, не интересна эта тема? - Светуль, он не по этой части! – спотыкаясь через каждое слово, вымолвил мой дорогой родственничек, - Было бы там платье какое или подводка для глаз, тут Билли первый спец, а в мужских шмотках он - ноль! От подобных панибратско-алкогольных отношений Тома и мамы резко захотелось повесится, но, к сожалению, для этого нужно было выйти в другую комнату, а аргументов быстро придумать не удалось. По этой причине я решил потратить ещё пару тысяч кубов кислорода, портя своим присутствием ауру окружающих ещё энное количество времени. Ладно, я – то промолчал, а вот прибывающему под влиянием коллектива пьяных шизофреников с садистскими наклонностями Биллу конкретно снесло крышу. - Чё ты вякнул? – истерично заорало психованное создание, подпрыгивая на месте и пытаясь запустить в близнеца близстоящим предметом, - Ты кого бабой назвал, придурок протеиновый? Я баба? Сам же регулярно пи*дишь мою тушь из гримёрки! А на каблуках по сцене скакать пробовал, нет? Только и можешь орать, какой ты ох*енный гитарист и неебически потрясающий любовник! Дебил! Да я сейчас тебе этот торшер так глубоко засуну, что ни один хирург не вытащит! - Эй, Ка… - попытался было вклинится я, вырывая из тонкой ручки увесистый элемент обстановки гостиной. - А ты вообще заткнись! – взвизгнул Билл, выворачиваясь против оси и устремляя на меня горящие праведным злом глаза, - Что, всё устраивает, да? Зашибись мной быть! Почему бы и нет! А обо мне кто-нибудь подумал? Я баба, мать вашу! У меня грудь! Из меня кровь хлещет в неограниченном количестве, психи всякие пристают! Да и Том на эти бидоны пялится! А ты тут с моим телом рассекаешь! - меня схватили за ворот кофты и принялись трясти. От шока я даже молчал. – Отдай обратно! Я мужик. Мужик я! Верните мне мой ч**н! Я хочу женщину! И не хочу быть тёлкой! - Вот идиот…- протянул Том, звучно ударяя ладонью по своему лбу. Маменька ничего толком не поняла, но и в её окутанную алкогольными парами голову пришла мысль, что что-то тут не так. - Карин, ты чего несёшь? – смутилась женщина, - Ты себя нормально чувствуешь? - Зашибись, мамуль! – попытался я исправить ситуацию, зажав ладонью рот отчаянно брыкавшемуся созданию. Но не тут-то было, меня отменно цапнули остренькими зубками за руку, - Ты псих? – взвизгнула я. - Не псих я, а Билл! – завопил псих, явно пытаясь развить тему, но допустить этого я не мог. Поэтому пришлось, подчёркиваю, ПРИШЛОСЬ, заткнуть его единственным доступным способом- поцеловать так, чтобы воздух не поступал и возможности визжать не было. Первые секунды Билла никак не реагировала, осмысливая происходящее со скоростью беременной улитки-инвалида, но спустя какое-то время принялась отчётливо колотить меня кулачками по спине. Я предпочёл этого не заметить и лишь углубил поцелуй, раздвигая языком пухлые губки очумевшего создания. Она слегка прикусила мне нижнею губу, чем заставила распахнуть глаза и встретится с её взглядом, яростным, диким, но обжигающим до мозга костей. Выдохнув мне в губы, девушка принялась остервенело отвечать на поцелуй, встав при этом на носочки и запустив руки в мои спутанные волосы. Ещё миг – и мне бы на прочь снесло крышу, но тут за спинами раздалось деликатное покашливание мамы и свист, сопровождающийся улюлюканием старшего из неадекватных близнецов, свалившихся на мою многострадальную голову. Мы нехотя отстранились друг от друга. Билла, красная до кончиков волос, принялась тщательно изучать маникюр. Бестыжий я же нагло ухмыляясь, пялился в глаза насупившемуся Томасу. - Что-то поплохело мне. – буркнул бывший вокалист, плюхнувшись на близстоящий диван. - Накатило, ага! А слабо на бис? – усмехнувшись, поинтересовался он, делая странные движения бровями. - А слабо сдохнуть? – рыкнул в ответ я, стремясь закатать надоедливое создание в тазик с цементом и сбросить на парашюте его же фан-клубу, перевязав предварительно красивеньким бантиком с затейливой надписью. - А слабо объяснить, что тут, укуси меня Джигурда, происходит? – вступила в занимательный опрос значительно подвыпившая мамочка. - Мамуль, я и не подозревала, что у тебя такие изощрённые сексуальные фантазии! – от познаний мамы в области бреда укуренных интернет-публицистов, я на миг забыл, что я есть в данный момент, - А папа был в курсе? Или ты уже при Серёже так на орангутанга запала? - Что ты сказал? – глаза женщины приняли форму буквы «зю», хоть я, ей Богу, понятия не имею, как она выглядит. Но, думаю, так же странно и смешно. - Пойду я, пожалуй…- решив не вдаваться в подробности и смыться как можно быстрее, решил я, прихватив при этом девушку, уютно устроившуюся на мебельном изваянии, - Потом поболтаем, пожалуй… - Стоять боятся! – рявкнула Светлана Михайловна, перегородив своим субтильным туловищем пути к отступлению, - Сейчас Вы оба мне всё объясняете, или я вас придушу своими хрупкими руками! - Я тут ни при чём, это всё она! – завопила Билла, тыкая в меня наманикюриным пальчиком, - я говорил, что это плохая идея, но кто будет слушать? - Да, это я придумала весь обман, о начала и до конца! – принялся быстро тараторить я, иногда сбиваясь в окончаниях, - Тут такое! А они приехали… И тут журналисты! Ведь надо было что-то делать! А правде бы никто не поверил. Я всё. Я виновата, да. - Но приехали мы, так что тоже виноваты! А девчонки просто ничего быстрее сообразить не смогли. – проснувшийся в Билле мужик решил заступиться за меня, прикрыв моей же грудью от моей же, кстати, матери, -И мы всё вернуть хотели, искали. А тут Дейв. И мы разговаривали, а тут вы! – на одном дыхании выпалил заступничек, тяжело глотая воздух, - Вот так как-то. - Тю, какие вы милые! – хлопнула в ладоши женщина, умилительно покачав головой, - Заступаетесь друг за друга. Спелись! Решено. Вы – идеальная пара! Будем готовится к свадьбе! Том разразился дьявольских смехом. Ленка уткнулась носом ему в плечо и принялась хрюкать, мы же, так сказать, виновники торжества, отскочили друг от друга, бешено вращая глазами. - Дааа? А меня спросить забыли? – возопил Кау, подскакивая к братику, - Сбагрить неугодного родственника решил? Предатель! Морда моя его не устраивает! Я твою уже 22 года почти терплю, а он месяцок переконтоваться не может! - С какого это перепуга мы должны к свадьбе готовиться? – праведно возмутилась я. Нет, она мне нравиться, но женится как-то рановато. И потом, что я детям в будущем скажу? - Дорогой друг! – торжественно начала мама, положив руку мне на плечо, - Видишь ли, у нас в семье такая традиция – кто целует дочь на глазах у матери, тот должен идти с ней под венец! И никак иначе! - Что-то я такого не припоминаю! – усмехнулся я, скрестив руки на груди. - Ты и не должен! – согласилась женщина, - Дочка не обязана посвящать своих мужчин в подобные тонкости семейного устройства! Или ты против? Да… А такие слова красивые говорил, я аж растрогалась… Эх, все мужчины одинаковы… - Нет, не против, но…- вконец запутался я, но спасение пришло неожиданно. - Согласен? – заорал Билл, словно ему яйца прищемили. Ах, да, о чём это я? Вообщем, громко заорала Билла, - Да ни за что! Я в няньки для садистов- извращенцев не нанимался! Сами родили – сами и нянькайтесь! А я жить хочу! Так что разбирайтесь со своей доченькой сами, мы сваливаем! Мамуля довольно потянулась. Мы с ребятами изумлённо переглянулись. А наш тугодум продолжал злобно пыхтеть, отчаянно сжимая кулаки. Тишина длилась минуты три, а потом была прервана моей матерью. Та, схватив меня за рукав, вышла в холл, прикрыв за собой тяжёлую дверь. - Чистосердечное признание! Ну наконец-то! – всплеснула руками она, - Я вот уже в своих умственных способностях засомневалась! - Ты о чём? – сглотнув ком, подступивший к горлу, мужественно пропищал я. - О том, доченька, что парень из тебя получился просто потрясающий! – хмыкнула женщина, - Я бы хоть сейчас тебя за тебя замуж сбагрила, клянусь! Только вот вопрос: неужели ты подумала, что я куплюсь на этот спектакль? - Откуда ты узнала? – не веря ушам, прошептала я. Шок медленно затягивал в пучину тьмы и пустоты. - Лена рассказала. Не злитесь на неё, она хотела как лучше! – женщина отвела меня в сторону и продолжила, - А почему ты сама мне не призналась? - Не хотела волновать… - я потупила взгляд, - Почему ты ей поверила? - Потому что люблю тебя. Ты же – мой ребёнок и я узнаю тебя в любом обличии. Банально учувствую. – она грустно улыбнулась, - Ты не переживай, всё вернётся на круги своя. - Знаешь, мам…- я задумалась и отвела взгляд, - Я не знаю, хочу ли этого. Мне так комфортно рядом с ним. Я боюсь потерять хоть это немногое. - То, что говорила, было не игрой? – скорее утвердительно, произнесла женщина, - Я понимаю тебя. Любовь – понятие сложное и необъяснимое. Только помни, что у настоящей любви всегда наготове завещание. - Мам, если что, то юрист тут – я! – попыталась развеять обстановку я. - Знаю. А я – женщина, дважды бывавшая замужем. И можешь поверить, знаю. О чём говорю. – она улыбнулась мне и подмигнула, - Только ты теперь не юрист, а влюблённый парень с кучей заморочек. - Спасибо, мамуля, ты всегда можешь поддержать в трудную минуту! – надула губу я, на что мама, привстав на носочки, поцеловала меня в щёку и направилась к двери. Я последовал за ней, но внезапно замер, расслышав окончание чьего-то разговора. Этот голос я узнал бы всегда. Любимый, со слегка хрипловатыми нотками. Мой бывший голос. «… мать у неё отличная. Жаль, что гены у ребёночка не те. Интересно, как бы всё было в том случае?» Тяжелый вздох сам собой слетел с губ. Пальцы сжались в кулаки от того, с какой силой резанули по сердцу простые вроде бы слова. Взгляд упёрся в стенку. На плечо легла тонкая рука. - Не переживай, ты просто не так понимаешь! – попыталась обнадёжить она, но мне не нужны были глупые оправдания. - Без разницы. – развернулся и направился к лестнице, но меня окликнула вышедшая Ленка, - Чего вам всем надо? - Зачем так грубо? – вздохнула девушка, - Мы же с твоей мамой помочь хотим! Это я ей позвонила. Чтобы она приехала и помогла вам сойтись! - Что ты сказала? – я, подобно грозовой туче, нависла над испуганно сестрой, - Из-за тебя это всё? Спасибо, милая, удружила! Благодаря твоим стараниям я тут чуть не поседела к чёртям собачьим! Да ты думаешь своим крошечным мозгом, что творишь вообще? Я тут такого наговорила, можно сказать, душу перед вами всеми обнажила, а вы! - Но я же хотела помочь…- едва сдерживая слёзы, прошептала Лена. - Да пошли вы! – рявкнул я. За спиной раздался плачь, но мне было уже всё равно. Резко чеканя шаг, я спускалась вниз по лестнице, в великолепно оборудованный спорт – зал семейства Шишкиных. Нашел перчатки, натянул их и ударил разок по боксёрской груше. Рубашка на спине жалобно затрещала, поэтому пришлось её снять и отшвырнуть в сторону. В голове стоял розовый туман, застилающий разум. Каждый раз, замахиваясь на тренажёр, я представлял на его месте своё сердце. Такое глупое и ничтожное. Безнадёжно влюбленное. Ущёрбное. Удар за ударом, миг за мигом, мозг всё сильнее отказывался повиноваться. Не знаю, сколько я ещё выдержу. Боюсь себя, сердца, злобы на себя и весь мир… Раздался отдалённый стук каблучков. Затем хлопок двери. Я замер, боясь пошевелится. В зеркальной стене отражалась та, что привела меня сюда, в мир отчаяния и боли. - Зачем ты так с ней? – раздался ровный голос за моей спиной. - Не твоё дело. – сквозь зубы, процедил я, - Свали отсюда. - Как раз моё! – настойчиво возразило моё тело, - Девочка не виновата, что ты никак не можешь принять происходящие. Смирись и успокойся. Не будь тряпкой, в конце концов! - Я не могу принять? – в глазах появился маниакальный блеск, с губ срывался чуть ли не хрип, - Зря ты так, детка! В один миг я оказался рядом с Биллой и крепко сжал её в объятиях. До хруста в костях, изо всех сил впечатывая собственным телом в стенку, одной рукой сжимая над головой запястья, а другой потянув на себя за волосы. В карих глазах на миг отразился животный страх, но потом он сменился холодным презрением. Губы, находящиеся всего в паре сантиметров от моих, разжались и буквально плюнули мне в лицо словами. - Ты не сделаешь этого со мной! - С тобой – нет! – прошипел я, - А с собой – легко! Это моё тело. Так что ты не смей тут командовать! Глаза девушки слегка расширились, но мне уже не хотелось наблюдать за ней. Я впился в губы, терзая их, грубо целуя и прикусывая. Язык, протиснутый с трудом между зубов, вступил в борьбу за первенство с её, руки сжались сильнее, всё крепче прижимая к себе горячее тело. Когда я на секунду отстранился, дабы сделать глоток необходимого кислорода, девушка вырвала руки из железной хватки и вцепилось ими в мою шею. - Как же я тебя ненавижу! – прорычала она, злобно сверкнув глазами. Тут же она не дала мне ответить, поцеловав меня в шею. Через секунду она перевесила меня, прислонив спиной к холодному косяку, при этом жадно и умело впиваясь в губы, покусывая и посасывая попеременно верхнюю и нижнюю. Рост начал мешать, так как девушке приходилось тянуть меня на себя за шею, едва не ломая её пополам. Приподняв Биллу под ягодицы, я вновь перехватил инициативу, прижав её к стенке. Только сейчас заметил, что на нас отсутствуют майки. Ноготки брюнетки прошлись по татуировки на моём боку, оставляя красноватые полосы. Я просунул руку под застёжку бюстгалтера, как вдруг… … вдруг осознал, что делаю. Что происходит на самом деле. Что похож на тех психов, из-за которых моя любимая сестрёнка пролила литры безмолвных слёз. На тех, что едва не лишил меня родственной души. На монстра в человеческом обличии. Резко отшатываюсь от недоумевающей девушки и молча смотрю ей в лицо. Она непонимающе обводит меня взглядом, потом стремительно вывертывается из-под моей руки, подхватывает с пола свою майку. Смотрит мне в глаза. - Прости…- выдыхаю я, не смея посмотреть в глаза тому, кого пытаюсь ежечасно сломать. Она ничего не ответила, только обняла меня со спины, прижавшись щекой к плечу. Я чувствовал, как по её щекам катятся слёзы. - Ты меня прости. – едва слышно прошептала девушка, разомкнув кольцо рук, - Мы оба – идиоты. – бросила она напоследок, скрывшись за кованой дверью. Как только шаги стихли, я изо всех сил ударил рукой об дверь. Резкая боль в суставе на миг сковала движения. Когда же она прошла, я уже мог мыслить нормально. Я понял, что единственным средством для облегчения души будет разговор с кем-то. Билл, мама и Ленка отпали сразу. Том… Не знаю, лучше не рисковать, а то ещё сорвётся и сломает мне что-нибудь. Остался единственный вариант. Я нашёл на полу телефон и набрал известную последовательность цифр. Как только гудки на том конце связи сменил женский голос, я начал говорить. - Спасай. Я схожу с ума. Приезжай, пожалуйста. – мольба в голосе, тихий, ровный тон. - Всё так плохо? - бодро отозвалась собеседница, - Хорошо, к ночи буду. Не психуй, я помогу. Чем могу. Раздались гудки. А я сполз по стене, ожидая приезда скорой психологической помощи в лице одной взбалмышной мелкой блондинки с крайне понятливым складом ума… Приветик! Я снова тут, несмотря на то, что зареклась не писать две недели. Вот такая я сволочь непостоянная! Ладно, судите меня сами, но главу я написала. Честно, идея пришла неожиданно. Сначала была другая мысль, но… Но не нужно пускать меня в интернет после психологии, правда! Читайте, комментируйте, исправляйте ошибки – всё в ваших руках! С уважение, всегда ваша, Мурик-придурок.