Поворот судьбы

      С глухим хрустом ломались кости под ударами палача. Эльф дергался, но не издавал ни звука. Это пугало Иорвета. Пугало до такой степени, что внутри все переворачивалось от леденящего ужаса.       На эшафоте медленно, очень медленно тянулась казнь. Мерзкая, тошнотворная казнь, не используемая здесь уже почти десять лет. Вместо шеста с колесом на помосте лежал деревянный крест, к перекладинам которого был привязан обреченный. На нем и ломал ему кости палач. Одну за одной.       На небольшой площади Дракенборга стояла гробовая тишина, нарушаемая только резкими выдохами Гарги да хрустом крошащихся костей.       Лорилея стояла рядом с эльфом, вцепившись обеими руками в его правое предплечье, и с каким-то болезненным любопытством наблюдала за происходящим. Одноглазый смотрел на эшафот исподлобья, чтобы успеть отвести взгляд, если он столкнется со взглядом жертвы или палача.       Гарга снова резко выдохнул и перебил жертве позвоночник.       По приказу коменданта крест подняли над эшафотом и зафиксировали. Поломанной куклой повис на креплениях молодой эльф.       Кого-то рвало, кто-то ржал, кто-то пел гимн Редании и орал что-то про превосходство людей.       «У него зашиты губы, — прошептала в его сознании чародейка. — Вот почему он молчит. А сверху гламур намазан. Не стали портить тебе репутацию».       Иорвета скрутило. Он вполне мог пополнить ряды блюющих, но желудок категорически отказался отпускать хоть и мерзкую, но все-таки пищу. Чародейка сжала предплечье мужчины сильнее и слегка подворожила, успокаивая эльфа. Он отвернулся от эшафота и уткнулся носом в плечо волшебницы. Его трясло. Лорилее и самой было не очень хорошо, но она до последнего наблюдала за казнью.       Молодой эльф умер этой же ночью. Иорвет видел это. Он не мог уснуть и сидел около конюшни, смотря на крест, на котором должен был умирать он. Одноглазый сжал голову руками. Тошнота опять подступила к горлу. Эльф прижал тыльную сторону ладони к губам, сдерживая позывы. Было очень гадко на душе, но в тоже время он понимал, что ничего не мог изменить. Вот это «ничего» и рвало скоя'таэля на части.       Или мог? Мог. Мог встать и сказать, что он — Иорвет, а не этот несчастный. Мог спасти парня. Но не сделал. Не встал. Не сказал.       «Трус. Выродок. Да еще и урод. Никчемный урод».

***

      Утро во Флотзаме застало мага и капитана странной картиной: солдаты срывали со стен и ворот плакаты с изображением Иорвета. Плакаты, которые висели здесь не один год.       — Милейший, — обратился Крон к ближайшему солдату. — Неужели вы поймали этого бандита?       — Так точно! — гаркнул стражник. — Но токмо не мы, а реданцы. Его вчера в Дракенборге распяли, предварительно все кости переломав, чтобы не убег, окаянный.       Маг слегка прикрыл глаза, переваривая услышанное. К нему подошел капитан.       — Ну и что теперь? Домой? В Империю?       Даррен отрицательно покачал головой.       — Надо найти Лору. Она точно жива, а значит может быть где-то рядом с этой крепостью.       — Даррен, я верю в магию до известных пределов, но только живой Иорвет давал возможность того, что Лорилея жива. Сейчас эта возможность сходит на нет.       — Продолжай верить, капитан. Лорка не так беспомощна, как ты себе представляешь.

***

      Маг витиевато, но тихо матерился, стоя у эшафота. Дамиан на крест не смотрел, а больше озирался по сторонам. Именно он первым и увидел чародейку.       — Даррен, — дернул за плечо чародея капитан.— Мне не лгут глаза? — сказал он, указывая на девушку, которая тащила ведро с водой. Лорилея, не поднимавшая в жизни ничего тяжелее пера и книги, практически волокла наполненную до краев бадью.       — Не лгут, — ответил маг. Глаза его вспыхнули. — Лора! Дочь моя! — заорал он на весь Дракенборг. Девушка вздрогнула. Уронила ведро и попыталась скрыться, но мужчина был быстрее.       «Лора. Ты жива...»       «Иорвет тоже жив. На кресте — подделка».       — Глупая дщерь! — показушно орал маг. — Где тот совратитель? Подать его сюда! Позвать коменданта!       На крики вышел комендант и потребовал Крона объясниться.       — Видите ли, господин комендант, дочь моя, приемная, глупая, убегла с нашим охотничьим. Со свадьбы практически сбежала. Вот мы ее с ее женихом по всем Северным Королевствам ищем. Чудом к вам попали.       Комендант пристально посмотрел на мага и капитана.       — Документы предъявите. Откуда вы?       — С Каэдвена мы. А документами нашими незачем перед чернью трясти. Пройдем к вам.       Маг ушел с человеком.       Дамиан светло улыбнулся чародейке.       — Я так рад, что ты жива! Мы уже почти отчаялись, — сказал он, коснувшись пальцами ее волос.       Девушке захотелось прижаться к давешнему любовнику. Обнять его и не думать о последствиях, но она уже видела, как из конюшни солдаты волокут Иорвета. Эльфа передернуло. Резкое незнакомое чувство заставило его вырваться из рук стражи и сломать челюсть человеку, который прикасался к Лорилее. Только признав Дамиана, одноглазый почти успокоился.       Двое солдат крепко скрутили эльфа. Лору держал Дамиан.       Даррен вышел из крепости вместе с комендантом.       —...Вы понимаете... со свадьбы... с охотничьим... сами вердикт вынесем... не вам... сами накажем... конями разорвем... по закону...       Комендант качал головой, как болванчик, даже и не собираясь возражать Даррену.       Дамиан поднял девушку на седло своего коня. Веревку, которую привязали к рукам эльфа, прикрепили к луке седла мага. Резко дав шенкеля жеребцу, Даррен повалил одноглазого на землю и проволок его за собой. Лорилея прижалась к капитану и отвернулась, зарывшись в его плечо. Дамиан пустил лошадь легкой рысью, не догоняя жеребца мага. Остальной отряд дожидался за воротами.