Сильфиада. Книга Судеб.

      …и выносили Ему Книгу, Да Будет Она Вечно Не Дописана, и сандаловую печать, не знающую чернил. Он брал Печать в правую руку и на чистой странице после последней записи прижимал дерево к бумаге. И чистая печать без знаков и чернил клеймила новый лист личным знаком Его, и Свидетель на Трапезе писал новую историю, таковую, какую диктовал ему Сильф.       После Сильфиаду относили туда, где была она куплена, и хозяин товара имел право и обязан был продавать новые Сильфиады – с новой историей.. **********************************************       Сильфиада была рядовой книгой – правда, в очень красивом переплете, тисненом золотом и украшенном так искусно, что могла бы считаться произведением искусства. Экземпляр, который выложил на прилавок хрюкающий от восторга хозяин, был в зеленом кожаном переплете, поблескивающем стразами. Чистых страниц было много – почти четверть всей достаточно объемистой книги.       - Печать, - Мак Кензи деловито, как заправский бухгалтер, дохнул на неё, и на абсолютно чистой девственной поверхности засветился яркий знак. Хозяин еще раз радостно взвыл, возведя взгляд к темному потолку. Вэд смачно тиснул печатью по странице; новая история начиналась.