Mon dessert

Цукияма прижимает к носу платок и задыхается. Как пахнет Канеки? Как клубничное фраппе? Как французский жюльен? Как шартрёз тех времён, когда в нем, как и в абсенте, ещё была полынь? Нет, все эти изысканные названия для гуля всего лишь ничего не значащие слова, их вкус отвратителен, но гурман может перечислить по памяти любые блюда самых дорогих ресторанов. Гурман должен оставаться гурманом вне зависимости от того, в людском он находится обществе или среди гулей. Как пахнет Канеки? Шуу задыхается в тонком аромате и чувствует, как начинают подрагивать кончики пальцев. Как светская львица, которая не пропустит ни одного дорогого приёма? Как актёр, чье лицо мелькает на всех афишах города? Как студент, чей внешний вид равно влечёт юношей и девушек, что уж, даже преподавателей. Нет. Ни один, даже самый удивительный и уникальный человек не сравнится бы с этим волнительным запахом. Может быть, это запах тихого восторга? Буйного, неудержимого, от какого срывается голос. Или радости? Искренней, совершенно наивной и слепой, какая может быть только у детей. Или нежность? Словно осторожные прикосновения первой любви... - Amore... Цукияма невольно расплывается в улыбке. Это именно оно! Любовь! Запах его любви к Канеки. Или любви Канеки к нему? Запах бурной, неудержимой страсти. Запах равных ласк и долгих поцелуев. Такому нельзя сопротивляться. Можно только следовать за ним, рваться к нему, помнить его. Он с трудом заставляет себя убрать руки с платком от лица и откидывается в кресле. Хочет ли он съесть Канеки? Один, разом, не выжидая лишние минуты... Или разделить это изысканное блюдо с толпой, дать и им ощутить это великолепие, которое нашёл он, сам великий Гурман? Нет, все же, будучи честным к себе, прежде всего он хочет его попробовать. Этого нелепого мальчишку, уже не человека, но все ещё не гуля. Уловить нотки наивности, юности... Едва ли Канеки можно было назвать действительно привлекательным внешне. Это уже давно не уровень Цукиямы. Но его книжный вкус оказался очень даже не плох. С ним было интересно говорить. Скорее, за ним интересно наблюдать. Шу откидывается в кресле и в голове его медленно, словно первые весенние цветы, распускается прекрасный план.