touch me and then turn away

Луи в действительности никогда слишком много не думал о свитерах. Ну, правда, о чем тут думать? Свитера мягкие и уютные, сшиты из хлопка, предназначены для ношения, когда на улице холодно, чтобы не простудиться. Они бывают разных цветов и размеров, и мама Луи покупает много новых каждый год примерно в то время, когда листья на всех деревьях становятся сухими и коричневыми и опадают, устилая ковром землю и хрустя под кроссовками Луи, пока тот идет домой из школы, держа маму за руку. Луи никогда, никогда в жизни не думал, что именно свитер познакомит его с его новым лучшим другом. Сегодня особенно прохладный день в середине января, и Луи в первом классе, значит, он практически взрослый, так что ему разрешено играть на асфальте вместо детской площадки для малышей. Луи очень громкий и игривый мальчик, мама зовет его «сгустком нескончаемой энергии», и он понятия не имеет, что это значит, но это не столь важно. У него есть несколько товарищей, с которыми он играет в футбол, в чем Луи очень-преочень хорош. Ему нравится видеть благоговение на лицах других ребят, когда он легко забивает гол за голом. Конечно, на воротах в основном нет вратаря, да и сами ворота — лишь несколько кустарников у края асфальта, но все же. Луи хорош. - Я лучше всех вас, - говорит он остальным мальчикам, пиная мяч в кусты еще несколько раз подряд. Все согласно кивают. Кто-то из них громко всхлипывает, будто сейчас заплачет. Луи улыбается про себя — плач для малышей, а он уже взрослый. Ему целых шесть лет. Он не плачет. Луи направляется к кустам за мячом, чувствуя, как потеет лоб под густой каштановой челкой. На нем, поверх его любимой футболки со Спанч Бобом, надет гигантский зеленый свитер, на котором настояла мама, что немного несправедливо, но ведь Луи большой мальчик, он знает, что нужно следовать маминым указаниям. Пытаясь найти мяч в зарослях ветвей, краем уха он слышит тихий шум. Это лишь едва слышное сопение, не больше. - Кто там? - смело спрашивает Луи, пролезая глубже в кусты, чтобы найти источник звука. Луи — храбрый и ничто, кроме храброго. - Я, - слышится тихий подрагивающий писк в ответ. Луи щурится, всматриваясь сквозь листья. - Я Луи Уильям Томлинсон, и мне шесть, - гордо представляется он. - А ты кто? Он видит кого-то, спрятанного в кустах. Мальчик. Маленький пухлый мальчик, свернувшийся в клубок и утыкающийся лицом в колени, что прижимаются к подбородку. Он сидит между высоким плетеным забором, охватывающим всю школу, и кустарником. - Гарри, - бормочет мальчик в ткань штанов. Его плечи вздымаются и опускаются, а с губ слетают тихие хныкающие звуки. - Мне четыре. - Почему ты плачешь? - спрашивает Луи, подползая к мальчику и садясь рядом с ним, уперев ноги в забор. - Большие мальчики не плачут. Плач для малышей. Гарри шмыгает носом и пищит: - Мне холодно. - Холодно? - недоверчиво повторяет Луи. - Да, - Гарри выглядывает из своего прикрытия в виде коленок. Луи замечает, что у него большие-большие глаза ярко-зеленого цвета, что напоминает ему ожерелье, которое мама всегда носит на шее. На голове у маленького мальчика непослушная копна каштановых кудряшек, развеваемых легким ветерком, и Луи хочется погладить их. Это он и делает. Глаза Гарри лишь еще больше расширяются. - Я оставил свое пальто внутри, - говорит он тихо, моргая полными слез глазами, пока Луи продолжает гладить его волосы. - Я попытался вернуться, когда начал замерзать, но заблудился. И теперь я здесь, и я не знаю, что делать! - Ох, - произносит Луи, когда Гарри снова начинает хныкать. - Наверное, ты должен быть на детской площадке, с остальными малышами. Гарри лишь сильнее плачет. Луи вздыхает и на мгновение задумывается. Гарри выглядит грустным, и пусть он всего лишь малыш, а сам Луи уже большой мальчик и не должен говорить с ним, у него возникает не очень хорошее чувство. Мама говорила ему всегда быть джентльменом и помогать людям, когда имеется такая возможность, потому что именно это делает человека «взрослым». Итак, Луи стягивает свой гигантский свитер и отдает его Гарри. - Ты можешь надеть мой, - любезно предлагает он. Он знает, что всегда нужно быть добрым по отношению к детям, потому что его сестре Лотти три, и она начинает плакать, когда он плохо обращается с ней. Он надеется, что Гарри не заплачет. - Большое спасибо тебе, - вежливо благодарит мальчик, потирая розовенькими пухлыми кулачками заплаканные глаза, и Луи чувствует недовольство — вежливость для больших ребят, а не для малышей вроде Гарри, которые плачут в кустах на переменах. Его гнев тает, когда Гарри мило улыбается, хватает мягкий свитер и пытается натянуть его. Луи наблюдает за тем, как малыш случайно просовывает голову в один из рукавов, а ногу — в отверстие для головы и громко плачет, без толку брыкаясь и стараясь выпутаться. Луи заботливо помогает Гарри надеть свитер и гладит его по голове, чтобы успокоить, и это действует. После того, как все закончено, оказывается, что свитер приходится Гарри до колен, практически скрывает мальчика, и Луи находит это прелестным. - Ты мило выглядишь, - говорит он. - Ты погладишь меня по голове еще раз? - спрашивает Гарри, краснея. Луи гладит его кудряшки. Гарри жмется ближе к нему. Они остаются в кустах до конца перерыва.

***

С тех пор Гарри принадлежит Луи, а Луи — Гарри. Все следующие школьные годы мальчики неразделимы. Они прячутся в кустах во время перерыва, хихикают, тыкают пальцем друг в друга и обсуждают других детей. Гарри — полненький маленький мальчик с мягкими щечками и широко раскрытыми глазами, которого Луи обожает. Гарри же думает, что Луи — самый замечательный человек во всем мире. Он идет за ним по пятам каждый раз, когда есть возможность, с зажатым между двумя пухлыми губами большим пальцем и глазами размером с мячики для гольфа. Луи в это время скачет вокруг, говорит заумными словами, вспоминает тексты любимых песен Гарри и поет ему. Гарри живет четырьмя домами ниже по улице, и каждый день мальчики ходят домой вместе. Луи кладет руки в карманы джинс, а Гарри держится за ремешки своего рюкзачка с паровозиком Томасом, спотыкаясь о собственные ноги и пытаясь не отставать от старшего. Однажды, практически в конце января, Луи бежит и тащит Гарри за собой домой, чтобы пожевать немного маминого теплого печенья и торта со стаканом прохладного молока, но Гарри спотыкается, падает головой в сугроб и начинает плакать. С этого дня они держатся за руки. Гарри размахивает их сплетенными ладошками по дороге. Луи не возражает.

***

Сейчас Луи учится в третьем классе и сидит за письменным столом, выполняя домашнее задание. Он достаточно большой, чтобы делать настоящие задания, писать на реальных листах для работы и все такое, так что он запирается в своей комнате, чтобы никто из глупых сестер не беспокоил его. В последнее время он пребывал в довольно мрачном расположении духа, и причиной этому послужила их с Гарри ссора. У школы, в которой они учатся, официально есть питомец — хомячиха, толстенький комок шерсти по имени Бабблз, который живет в клетке в кабинете директора, и каждый год одному ученику выпадает удача на месяц взять ее домой и заботиться о ней. Только самые умные и самые послушные ученики выбирались на эту роль, и у них сразу же появлялась куча друзей и внимания, а также множество завистников, которые этого не признавали, но друзей все же больше. Луи учился в два раза усерднее и поднимал руку, чтобы ответить, а также целых две недели воздерживался от того, чтобы ударить по лицу этого придурка по имени Ник Гримшоу (потому что он называл его «геем», что бы это ни значило, и когда Луи попросил Найла спросить у своего старшего брата, Грега, тот сказал, что это означает женственный, слабый и глупый. Луи не хотел мириться с этим), только для того, чтобы его на месяц выбрали хозяином хомячихи. Мама продолжала называть его незрелым и своевольным, а Луи своей заботой о хомяке хотел показать ей, что он все же зрелый. Настал тот день. Все ученики собрались в актовом зале. Луи выискивал маленькую голову с непослушными кудряшками среди толпы рядом с первоклассниками, и когда ярко-зеленая пара глаз встретилась с его, Луи помахал. Гарри обнажил широкие зубы в радостной улыбке, привстал на носочки и помахал в ответ. - Кому ты машешь? - спросил Зейн. Найл был по другую сторону от Луи. - Моему другу, - сказал Луи, на автомате готовясь защищать его. - Той малявке? - фыркнул Малик. - Он выглядит странно. - Заткнись, - прорычал Луи, на что Зейн закатил глаза. Директор вышел на сцену и выступил перед учениками с речью. Луи игнорировал все эти занудные объявления, пока не наступил главный момент. Бабблз, конечно же, должна был достаться ему. - Лучшим учеником, который заберет Бабблз домой, является... - Луи Уильям Томлинсон, - тихо пробормотал Луи, будто молясь. - Гарри Эдвард Стайлс! - произнес директор. Итак. Хихикающий и краснеющий Гарри поднялся на сцену, а Луи отвел взгляд, не обращая внимания на то, как сердце екнуло от беспокойства, когда Гарри споткнулся на верхней ступеньке и чуть не упал лицом на пол, в последнюю минуту упираясь на руки. Он был слишком взволнован. Гарри со сцены обвел толпу взглядом, щурясь, пытаясь найти своего Луи, надеясь, что тот видел его победу. Луи нахмурился, скрестив руки на груди, но Гарри, увидев его, просиял и помахал рукой. С того дня Луи больше не разговаривал с Гарри, и пусть ему было больно не находиться рядом со своим любимым мальчиком, еще больнее было не иметь Бабблз. Гарри был лишь глупеньким малышом, он и понятия не имел, как заботиться о хомяке. Луи решает десятый пример на умножение, когда дверь в его спальню распахивается и с треском ударяется о стену, а в комнату вваливается Гарри. - Гарри! - вскрикивает он. - Что ты... Все последующие слова так и не произносятся, потому что Гарри бросается к Луи, заваливая его на спину на подушки. Луи выглядит испуганным, а мальчик взбирается к нему на колени, обхватывает ногами его талию и прячет лицо на груди. - Гарри, отстань! - требует Луи, пусть на самом деле и не хочет этого. Он пытается оторвать Гарри от себя, но тот кричит в знак протеста, из-за чего Луи приходится быстро прекратить свои попытки. - О, Лу, - шепчет Гарри. - Это все моя вина, это моя вина! - В чем твоя вина? Вставай, - Луи осторожно поднимает его голову от своей груди, осматривая опечаленное пухлое лицо. Луи неуверенно начинает поглаживать кудри Гарри кончиками пальцев, пытаясь успокоить. - Бабблз, - шепчет Гарри. - Бабблз? - Бабблз... умерла, - грустно говорит Гарри. - Она... она... думаю, я, возможно, кормил ее недостаточно... или слишком много, я не знаю... но вчера она спала и... не проснулась, а потом умерла. Луи вдруг приходит в ярость. - Ты глупый маленький ребенок, - ворчит он, грубо сталкивая Гарри с себя. Тот скатывается с кровати и падает на ковер с глухим стуком. - Ты убил Бабблз? Ты убил ее? Ты такой тупой! Ты всего лишь глупый ребенок! Гарри смотрит на Луи своими невероятно большими глазами, и у него дрожит нижняя губа. - Я знал, что она не должна была достаться тебе! Ты не умный и не взрослый, тебе нельзя иметь своего хомяка! Ты даже не можешь сам завязать шнурки! Ты дурак! - восклицает Луи, утыкаясь лицом в ладони. Некоторое время они оба молчат. Луи тихо негодует, а потом слышит слабый всхлип где-то под собой, и он сразу же выбрасывает злость из мыслей. - Гарри? - зовет он. Он заглядывает за край кровати, но мальчика там не видно. - Гарри, - повторяет он. - Гарри. Гарри, Гарри, Гарри. Гарольд, Хаз, Гарри... - Уходи, - приглушенно доносится из-под кровати. - Выходи. - Нет. Луи вздыхает, и его неожиданно осеняет. Он хватает белый свитер, который валяется на полу, и залезает под кровать, присоединяясь к плачущему Гарри. Конечно. - Надень, - говорит Луи. - Нет. - Прости меня. Прости, что назвал тебя дураком, и маленьким ребенком, и глупым, а также остальными гадостями. Это было не очень хорошо с моей стороны. Прости меня, Гарри. Ты знаешь, что ты абсолютно замечательный, и я очень-очень люблю тебя. - Ты л-любишь меня? - Гарри спрашивает с любопытством, шмыгая носом и глядя на друга заплаканными глазами. - Навсегда, - обещает Луи. - Ну, я тоже люблю тебя навсегда, - утверждает мальчик. Через несколько минут они все еще лежат под кроватью, на Гарри, прижимающемся к Луи, надет большой свитер, пальцы Луи зарыты в кудряшки, и Гарри счастливо вздыхает в его шею. Они устраивают похороны и достойное погребение для Бабблз на выходных. Родители и сестры Гарри и Луи составляют толпу вокруг небольшой кучки грязи возле края лесистой местности недалеко от их домов. Все они молятся, чтобы Бабблз была счастлива в Раю, где бы там ни была, и Гарри громко всхлипывает, да и у Луи слезятся глаза. Когда рука Гарри тянется к Луи и их пальцы переплетаются, никто не говорит ни слова.

***

Годы идут своим чередом. Луи и Гарри по-прежнему принадлежат друг другу. Они проводят ночи вместе, шепча секреты друг другу на ушко, Гарри учится печь и каждую неделю приносит Луи кексы и печенье. Луи награждает его крепким, смачным поцелуем в лоб, заставляя Гарри искренне радоваться, и они все еще держатся за руки, когда идут в школу по утрам, и это уже выходит настолько инстинктивно, что не является чем-то грандиозным.

***

Гарри звонит в три утра, когда за окном валит снег. Луи садится на постели, бормоча проклятья под нос, пока телефон продолжает громко звонить в темноте. - Господи, - ворчит он, спотыкаясь, но все же подходя к столу, на котором вибрирует телефон. - Кто это? - нечленораздельно выговаривает он. - Привет, Лу, - из динамика слышится дрожащий голос Гарри. - Гарри, - выдыхает Луи, мгновенно взбодрившись. - Гарри, сейчас три часа ночи. - Да, - вздыхает тот. - Я знаю. - Что... случилось? - Он ушел, - скептически смеется Гарри. - Он просто ушел. - Чт... твой отец, - понимая, шепчет Луи. Родители парня ругались в течение почти всего года, и тринадцатилетнему Гарри было слишком тяжело с этим справиться. Луи понял, что утешал мальчика чаще, чем обычно, вытирая бесчисленные слезы и обнимая столько раз, сколько возможно. - Да, - отвечает Гарри. На минуту воцаряется молчание. - Я сейчас буду, - на автомате отвечает Луи. Он приходит к Гарри со свитером на плече и снежинками в волосах, и его сердце бешено колотится от волнения, потому что он знает, да, знает, насколько чувствителен Гарри, как даже самая незначительная проблема сильно влияет на него. И настолько тяжелая ситуация окажет на него слишком сильное воздействие. Луи никогда не упускал из виду, как Гарри появлялся каждое утро в школе с темными кругами под глазами, а выражение его лица было измученным, будто он плакал. Гарри открывает дверь, появляясь в одних старых спортивных штанах и потирая глаз кулаком, щурясь на Луи сквозь копну вьющихся волос, спадающих на лицо. Луи сглатывает и быстро отводит взгляд от голой груди парня. Гарри уже не ребенок — ему тринадцать, большая часть детского жирка исчезла, и он рос и стройнел, становясь подростком. Хотя Луи уже пятнадцать, он знает, что Гарри скоро обгонит его в росте. И это же Гарри. Нельзя вот так вот пялиться на него. Это не нормально. - Эй, - тихо говорит Луи, вдыхая холодный ночной воздух. - Где твоя мама? - Спит, - отвечает Гарри хриплым голосом. Его руки безжизненно висят по бокам. - Папа ушел несколько часов назад. - Боже, Гарри, - Луи обнимает мальчика, успокаивающе гладя его по спине. - Пойдем наверх. После того, как Гарри надевает свитер и сворачивается возле Луи на маленькой двуспальной кровати, он начинает говорить. - Он... я не знаю. Он пришел домой и странно себя вел, думаю, он был пьян. Что-то вроде того. И мама, ну... начала кричать. О том, как он плохо на меня влияет и все такое. Он рассердился, и они что-то кидали... - Гарри замолкает. Луи вздыхает, пропуская пальцы сквозь волосы парня. Они становятся слишком длинными и лезут ему в глаза, закрывая ярко-зеленые радужки. - С моим отцом все было точно так же. - Я не знаю, где он, - тихо говорит Гарри, положив голову Луи на грудь. Тому приходится сделать глубокий вдох. - Куда он пойдет, когда вернется... вернется ли вообще. - Гарри, послушай меня. Посмотри на меня, - Луи мягко поднимает лицо Гарри за подбородок, и тот смотрит прямо в его лазурные глаза. - Твои мама и папа ругаются потому, что у них возникли некоторые разногласия в том, как они хотят жить. Это все. Это совершенно не влияет на его чувства по отношению к тебе или к Джемме, понимаешь? Он до смерти любит вас обоих и никогда не перестанет любить тебя, - Луи понятия не имеет, есть ли смысл в сказанных словах, но его мальчик плачет, и сейчас важно лишь это. - Пусть я покажусь сумасшедшим, ужасным и злым, для твоих родителей так будет лучше. Может быть, без всех ссор они станут счастливее. Мы никогда не узнаем. В данный момент нам просто нужно подождать и увидеть. Глаза Гарри медленно закрываются во время небольшой вдохновляющей речи Луи, и его тело становится теплым и более расслабленным, совершенно подходя телу Луи. Сколько раз они так засыпали, нежась в объятьях друг друга, находясь в безопасности? Луи не может сосчитать. Гарри шевелится и тихо бормочет в шею парня: - Ты подождешь со мной? Луи резко вздыхает и не отвечает. Гарри засыпает.

***

Гарри глубоко ранен — восстановление проходит тяжело. Оно включает в себя много заботы, обезболивающих, бинтов, отдыха и силы, пока Гарри не возвращается в нормальное русло. Следующие несколько недель Луи невероятно нежен с ним, держит его за руку каждый раз, когда появляется время между уроками для встреч, и обнимает его в два раза крепче, никогда не забывая погладить по голове, потому что именно это успокаивает Гарри больше всего. Это факт — Луи знает каждую слабость Гарри и то, как надо обращаться с ним, чтобы он никогда не прекращал улыбаться. В течение первых нескольких дней Гарри печален и задумчив. Он мало говорит, и ямочки на щеках никогда больше не появляются после той ночи. Луи яркий, как и всегда, припрыгивает и размахивает переплетенными руками по пути в школу, рассказывает шутки о своих сестрах, издевается над учителями и пытается изо всех-всех-всех сил. К тому времени, как они подходят к школе, лицо Гарри приобретает хоть немного цвета, и ямочки выделяются, пусть и совсем немного. Гарри льнет к Луи как благоухание к розе, всегда находясь рядом с ним и почти касаясь носом его плеча. За обедом он садится с Луи, Найлом и Зейном, и друг Гарри Лиам присоединяется к ним, и они сидят на школьном дворе, бросая друг в друга еду. Три парня недоумевают, когда видят, что Гарри будто тисками сжимает руку Луи, а тот поглаживает пальцами внутреннюю сторону бедра Гарри, но ничего не говорят. В конце концов, Гарри снова начинает улыбаться, каждый день чуть больше, и пятеро парней становятся ближе, и щеки Гарри вновь становятся розовыми, на них появляются ямочки, и Луи, возможно, кричит от радости. Больше всего Гарри улыбается рядом с Луи. Тот делает вид, что не замечает.

***

Луи семнадцать, когда он понимает, что любит парней. Его девушка, Ханна, совершенно идеальна — она милая, приятно пахнет, абсолютно веселая, игривая, так же одержима футболом, как и сам Луи, и она знает, как дать ему хороший совет, когда он ему нужен. Гарри знал ее до Луи и помог им в начале, ликуя, когда Луи пригласил ее на свидание в первый раз. - Вы будете невероятной парой, Лу, - подбадривал он Луи, чаруя своей радостью пятнадцатилетнего подростка. Его волосы изменились от непослушной копны кудрей, торчащих в разные стороны, к более аккуратной челке, и Луи был вынужден признать, что выглядела она... хорошо. Его опаловые глаза светились так, будто это был самый счастливый момент в его жизни. - Я знаю это. - Да, иди сюда, придурок, - он заключал мальчика в крепкие объятья, растрепав его кудряшки, пока Гарри глупо хихикал в его шею, и Луи спрашивал себя, что бы он делал без него. Еще, как оказалось, Ханна была наблюдательна. Она никогда не упускала из виду, что во время свиданий Луи постоянно отправлял Гарри сообщение за сообщением, глупо улыбаясь во весь рот. Она никогда не упускала из виду, что Луи ни на минуту не прекращал болтать о нем («Сегодня Гарри впервые сдал тест по математике на сто баллов, это так здорово, правда?» «На этих выходных я веду Гарри в парк аттракционов; этот идиот никогда не катался на американских горках. Познакомлю его с хорошим времяпрепровождением» «Гарри думает взять щенка. Если это случится, он назовет его Фредом. Конечно, я предлагал смешные клички вроде Болтун или Нечто, но Гарри не соглашается. Вот придурок.»). И, конечно же, она никогда не упускала из виду то, что он не был заинтересован в ней иначе, кроме как в хорошем друге. - Луи, ты по-настоящему удивителен. Ты мне очень нравишься, и я хотела бы многое сделать с тобой. Но дело в том, что... я не совсем уверена, что ты хочешь того же со мной. Луи пытается извиниться, но Ханна заставляет его замолчать. - Луи, ты обманываешь сам себя. - Что? - Ты же знаешь, почему мы не можем быть вместе, да? Луи просто смотрит на нее. Нет, он не знает. - Я думаю, ты влюблен в кое-кого другого, - осторожно говорит Ханна, широко раскрыв глаза и абсолютно искренне. - И я думаю, что это кто-то — Гарри. - Гарри? - бормочет Луи. - Я... Гарри? Да ладно, не глупи. - Я вижу, как ты смотришь на него, Луи, - голос девушки до боли добрый и понимающий. - Ты смотришь на него так, будто он — падающая звезда. Будто он — чудо. Он на самом деле такой, Луи. Он — твое чудо, и он должен об этом знать. Между вами двумя нечто невероятно прекрасное. Луи ничего не говорит и не делает, но беззвучно благодарит ее. Они расстаются без драмы и суеты, обещая друг другу оставаться хорошими друзьями и выполняя свое обещание. Когда Луи рассказал об этом Гарри, тот в ответ широко раскрыл глаза и поджал губы, боясь, что Луи будет больно, или у него будет разбито сердце, но тот просто отвесил ему подзатыльник и бросил вызов в FIFA. Ответная улыбка Гарри стоила всего. На некоторое время они остались лишь вдвоем, как это и должно было быть — Гарри и Луи, Луи и Гарри. Они были частью друг друга. Они знали каждую часть разума друг друга, каждый сантиметр тела, каждую печаль, каждую эмоцию, каждую мысль. Они принадлежали друг другу, всегда были вместе, будто планета и ее луна. Все было в порядке некоторое время. А потом случилось это. Гарри встречает девушку. Она высокая и стройная, с блондинистыми волосами и ногами длиною в несколько миль. Он говорит, что ее зовут Кара. Кара начинает появляться в их ежедневных разговорах. Кара пахнет клубничным смузи. У Кары есть хомяк. Боже, помнишь Бабблз, Лу? Кара хочет стать моделью, когда вырастет. Кара говорит, что у меня красивые глаза, как глупо. У тебя самые красивые глаза на всей планете, красивее, чем солнце, луна и все звезды вместе взятые. Луи хочет сказать это. Он никогда не говорит. Кара в одном классе с Гарри, так что они видятся чаще, чем с Луи, и каждый день Луи видит его все меньше и меньше. Однажды Луи видит их, держащихся за руки, в школьном коридоре, спустя неделю после того, как они стали «чем-то», и Гарри застенчиво краснеет, нервно переводя взгляд с одного предмета на другой, но он держит ее за руку крепко, как никогда, и Кара выглядит изящно и красиво рядом с ним, едва доставая ему до плеча (теперь рост Гарри составляет метр и восемьдесят сантиметров, и Луи понятия не имеет, когда это произошло), их тела находятся близко друг к другу, и люди с завистью оглядываются на них, наверняка считая самой привлекательной парой в школе. Луи сглатывает собственное сердце, которое от разочарования поднялось к глотке, и старается не думать о времени, когда они держались за руки, как Гарри каждый раз сжимал его ладонь, тем самым будто вводя инъекцию комфорта. И в этот момент он понимает, что влюблен в Гарри.