Понимание

— Итак, что мы имеем? — Гермиона, скрестив ноги, сидела на ковре, вооружившись пером и пергаментом. — Мы имеем обрывочную информацию о темном артефакте. В основном то, что он закрывает ментальное поле Драко от внешнего прочтения, — буркнула Корита. — Джея эта штука не закрыла, значит, артефакт настроен только на Малфоя. — Кроме того, следует признать, что эта штука каким-то образом воздействует на убеждения Дрея, — заметил Гарри, — потому что причина, по которой он с нами рассорился, самая глупая. Подумаешь, место в команде. Весной по-любому кто-нибудь набор объявит. — Причина действительно глупая, — зевнула в уголке Сабрина. — И что дальше? — Он выглядит уставшим, значит, мало спит. Ник, при тебе это часто было? — Да, ну вообще-то постоянно. Сидел, писал что-то в этой книге, бормотал постоянно. В общем, был очень похож на психа. Да, кстати, — Доминик встрепенулся, словно что-то вспомнил. — От книги этой здорово смертью несло. Прямо на всю комнату. Я его, помню, спросил, что это, он сказал, что не мое дело. — Артефакт некромантического происхождения? Это как знаменитый Жезл Сорока Скелетов? — подняла голову Корита. — Да я бы не сказал, что это артефакт, — Альфарес призадумался. — Артефакт — это либо талисман, либо амулет, всегда носит свойства определенного характера. У них и спектр действия другой, они не действуют на психику. — Попрошусь к тебе в пару на артефакторике, — сказала Корита. — Не, я с Кантаро, мы с ним сработались. — Предатель, — спокойно ответила Корита. — Ладно, давайте дальше. Ник, что еще он делал? — Ну, я знаю, что несколько раз он куда-то уходил среди ночи. Я просыпался, а его нет. — Гера, ты можешь подвести итог по информации? — Прямое воздействие на психику, полная изоляция ментального поля, избирательный тип действия, некромантическое происхождение, не артефакт, — Гермиона, видимо, успела нахвататься на целительском курсе спецтерминов и формулировок. — Сможешь поискать в библиотеке? — Если Кор попросит допуск в Спец. Раздел. Сэр Исаак по ее просьбе выпишет. — У тебя правда такой блат? — Гарри скосил глаза на Джан. — Ну, есть немного, — Корита фыркнула. — сэр Исаак дает допуска и мне, и Гере, мало ли что может понадобиться. — И никто ничего не спросит? — Не спрашивали же раньше. — Так, с информацией работает Гермиона, но неплохо бы проследить за Малфоем. Куда он ходит и насколько часто. — Я лучше Гермионе помогу, — Обри не вдохновляло следить за кем-либо. — Если она, конечно, не против. — Не против, если помогать будешь, а не на диване сидеть, — ответила баньши, хотя восторг на ее лице не присутствовал. — Ник, ты-то с нами? — спросил Гарри, оглядываясь на развалившегося на диване Альфареса. — Лучше следить, чем в библиотеке торчать, — наконец-то мужская психология. — Кто первый? — на лице Кориты не читалось желания начинать график бессонных ночей. — Ну, давайте я, — буркнул Альфарес. — Завтра некромантии нет, выспаться успею. — Тогда держи, — Гарри вытащил из сумки мантию-невидимку. То ли мама про нее забыла, то ли что, но этим летом никто о ней даже не спросил. — Классная вещь, — Доминик покрутил мантию. — Наследство? — Папина, — неохотно ответил Гарри. Как и Дадли, он не любил пускать никого в свой маленький мир фантазий о настоящей семье. Маму он очень любил, отчим тоже был неплохим. Но… Это, видимо, пунктик усыновленного — мечтать о настоящих маме и папе. — Верну утром. — Не спались. Если уснешь, ты храпишь громко. — Я Заглушающее поставлю и книгу возьму. — Знаете, чего я не понимаю? — вдруг произнесла Корита. — Если ментальная блокировка зациклена на этой книжке, почему профессор Бергсон до сих пор не заметил? Он-то артефактор от рождения, как Дрей. Он видит ауры магических предметов. — Может быть, Дрей не берет ее с собой? — предположил Гарри. — Тогда почему я ничего не чувствую? Тем более, мы с ним в паре. — Дрей ведь знает о твоих способностях, — все-таки, сколько мозгов у Гермионы, — и таскает на артефакторику кусок обсидиана, основным свойством которого является защита разума от сторонних воздействий. — Ты же не ходишь на артефакторику, откуда знаешь про свойства обсидиана? — не выдержал Доминик. — Я конспекты Малфоя прошлогодние читала. — Не лень тебе? — Лишних знаний не бывает. — А на зелья не берет? — Если мы правы, и эта книжка как-то воздействует на Дрея, то, если он постоянно будет использовать обсидиан, воздействие книги может ослабеть. А вот на пару лекций ее, видимо, хватает. — Все, друзья, я заступаю в караул, — Доминик накинул на себя мантию и исчез. Дверь открылась, было слышно, как Доминик уходит в конец коридора. Первая ночь наблюдений ни к чему не привела. Равно как и первая неделя. Один только раз Доминику удалось засечь, как Малфой выходит из комнаты и ходит по преподавательскому крылу, во что-то вслушиваясь. Но не более. Гермиона почти не выходила из библиотеки. А если и выходила, то в обнимку с кучей книг, тут же зарываясь в них по самую макушку. — Малфой остается в замке на Рождество, — сказала Корита за три дня до конца первого семестра, сидя в их штабе. — А вот я тут точно не останусь. — Что делать, придется повременить до конца каникул, — развел руками Гарри. Мама бы ни за что не допустила, чтобы ребята отмечали Рождество не дома. — Перед тем, как уехать, мне нужно с вами кое-что обсудить, — сказала Гермиона, доставая из сумки толстую тетрадь. — Ты поняла, что это за вещь? — Я поняла, но нам от этого не легче, — Гермиона тяжело вздохнула. — В общем, слушайте. Я долго рылась в учебниках по артефакторике, но там ни слова о некромантических артефактах, способных овладевать разумом. Для этого вещь должна быть разумной, что противоречит основному правилу артефакторики. — Артефакт не имеет разума, он подчиняется воле любого волшебника, — закончил за нее Доминик. — Я потому и сказал, что это не артефакт. — Будешь перебивать — ничего не скажу, — обиделась Гермиона. — Молчу, — Альфарес демонстративно зажал себе рот. — Тогда мне пришлось походить по отделу менталистики и поискать там про вещи, обладающие волей. — Таких в менталистике нет, — покачала головой Корита. Гермиона сердито уставилась на нее. Целительница виновато потупилась. — Наконец я дошла до отдела некромантии и пошарилась там, правда, недолго, по целительскому допуску там мне было нечего делать. Так вот, там я нашла книгу «Танцующий со смертью». Доминика передернуло: — Жуткая мерзость. Там обложка из человечьей кожи. — А половина страниц выдрана, и выносить ее мне было нельзя, мистер Альбин сразу бы что-то заподозрил, — перебила Альфареса Гермиона, видимо, он совсем ей надоел. — И там я нашла о наделении своей душой, а, соответственно, разумом и ментальностью сторонней вещи. — Ну, и… — поторопил Гарри замолчавшую Гермиону. — Искусство их создания называется наитемнейшим, а все, что касается их создания, из книги вырвали. Мы имеем дело с крестражем, господа. Это якорь чьей-то жизни, какого-то человека, пожелавшего остаться бессмертным. И сейчас он, видимо, хочет вернуться к жизни, используя при этом Дрея. — Получается, нам ждать нельзя, нужно идти к преподавателям, — заметила Сабрина. — Если крестражи являются запрещенными, то преподы спросят, где Дрей его взял. Тогда его отцу не поздоровится… Вряд ли Дрей от этого преисполнится к нам благодарностью. — Что ты предлагаешь? Действовать самим? — Да. — И каким образом? — Мы знаем, что Драко не берет книгу на занятия по артефакторике. У него как раз лекция завтра. Свистнем ее, и дело с концом. А потом сами с ней разберемся. — И кто это будет делать? Мы должны быть на занятиях. — Я могу не пойти, — тихо сказала Корита. — Пофиг, придется писать объяснительную. Скажу, что меня бесит работать с Малфоем, что, в принципе, является правдой. — Он же сразу поймет, что это ты. — Поймет, не поймет, какая разница? Открыто он заявить не может, сомневаюсь, что создатель крестража захочет объявить о себе. — Он может стащить обратно. — Интересно как, если мы ему допуск в нашу комнату не делали. — У девчонок одни льготы, — возмущенно произнес Доминик. — Вот я тоже, например, не хочу, чтобы ко мне вламывались рано утром. — Тогда больше я ваше шмотье в прачечную носить не буду, — надулась Корита. — Я совсем не против, — поспешил заявить Гарри. — Ладно, ладно, убедила, — махнул рукой Доминик, успевший уже облениться под заботой девчонок. Они и в самом деле часто выручали: Корита — относя грязную одежду эльфам в прачечную, Сабрина — ее оттуда забирая, а Гермиона иногда объясняла домашку («Я не буду делать ее за вас, вы ничему не научитесь»). — Держи тогда, — Гарри отдал Корите мантию-невидимку. — Ребят, вы не поняли. Ну, стянем мы книгу у Драко, а дальше-то что? Крестраж — это вам не обычная тетрадка, просто так ее не порвешь, — озадачила друзей Гермиона. — Есть примеры, как это сделать? — Ну, в книге, — Гермиона заглянула в свой конспект, — уничтожение предлагалось проводить с помощью яда василиска или адского пламени. Последнее нам использовать нельзя, а первого мы не имеем. — Зато у нас есть драконий зуб, — Гарри вспомнил про подарок кентавров за то, что они с Коритой тогда помогли драконенку. Ну, помощь была весьма странной — драконенка вернули в нежный возраст яйца, но, видимо, кентаврам это было на руку. — Может помочь, — пробежав глазами пару листов конспекта, сказала Гермиона. — Я свой не брала в школу, — покачала головой Корита. — Я тоже. Тогда подождем до дома. — Я не возьму эту штуку домой. Если папа заметит, а он заметит, мне влетит. — Значит, перед оправлением передашь книгу мне. У меня дома артефакторов нет, — на этом дискуссия была завершена. Весь следующий день Гарри и друзья нервничали. Лишь после спецкурса, когда на трансфигурации Корита поймала его взгляд и качнула головой, от сердца отлегло. Вечером Корита притащила книгу в общую гостиную. Это была та самая тонкая книжка с абсолютно пустыми страницами. Доминик оглядел ее, поморщился и отодвинулся, видимо, его некромантские штучки были далеки от создания крестражей. — Я в ее присутствии плохо себя чувствую, — призналась Корита. — Она испускает слабые ментальные импульсы. Но пару дней переживу, это факт. Корита отдала книгу Гарри в день отъезда. День был полон беготни — нужно было определиться, какие вещи отвести домой, а что оставить в общежитии, как в прошлом году таскаться с чемоданом не хотелось. Книга, комплект зимней одежды, пара свитеров и рождественские подарки прекрасно уместились в рюкзак. Макса пришлось умолять залезть в клетку. Путь до вокзала на экипажах занял меньше времени, чем ожидалось. Пришлось разделиться, так как Сабрина и Доминик ехали в европейском прицепе. Все время до дома Гарри ждал момента, когда удастся уйти в подвал с рюкзаком и зубом дракона и уничтожить эту книгу. Он очень надеялся, что Дрей очнется и придет мириться. Уже дома, утащив из комнаты зуб и сказав маме, что пошел выкинуть грязную одежду в стирку, Гарри ушел в подвал. Вернее, в ту его часть, что не была узурпирована отчимом. Вытряхнул на стиралку все содержимое рюкзака. И с трудом поверил своим глазам. Перерыл на всякий случай, хотя перерывать было нечего. Заглянул еще раз в рюкзак. Книги не было.