Узники прошлого

Юноша сладко потянулся и откинулся на мягкую траву. Вокруг гулял ветер, и сидеть у самого края обрыва было неприятно и ему, и сове. Да, это была уже самая настоящая сова, а вовсе не маленький совенок, которого он когда-то украл из зоопарка. Правда, размеров она осталась прежних. Маленькая сова могла в неволе прожить около двадцати лет, но Юноша был не уверен, что готов ждать так долго. Сказать по правде, он был готов умереть ради того, чтобы оказаться в следующем круге перерождения, чтобы воспоминания о прошлом не мучили его больше. Он написал книгу в соавторстве с Юмэми, он скопил деньги, которые и проедал все последние месяцы. Когда он сбегал из Токио, не попрощавшись ни с кем, даже с родной матерью, то был уверен, что поживет вместе с совой в каком-нибудь уединенном месте (рядом с которым, естественно, должен располагаться либо супермаркет, либо магазинчик). Там они сполна насладятся обществом друг друга, а также гармонией с природой, а потом погибнут вместе, чтобы в следующей жизни оказаться в одной стране, быть может, даже в одном городе… Если они превратятся в людей, разумеется.       Когда они спланировали побег, то у Юноши не было сомнений в своей решимости, но чем больше он жил в уединении с совой, тем больше ему не хотелось умирать ради гипотетической возможности побыть вместе с любимым демоном в будущем. Воспоминания все больше овладевали им, он уже наизусть знал историю Серебряного Тысячелетия и Темного Королевства, и прекрасно помнил собственную болезненную смерть.       С одной стороны, он хотел посмотреть, какой будет новая жизнь, но, с другой стороны, окажется ли она лучше прежней? Вдруг он очнется во время войны или ядерной катастрофы или вообще станет демоном ада или голодным духом? Или не он, а его сова. Юноша пытался беседовать с ней через азбуку Морзе, но сова не принимала никаких доводов. Она твердо стояла на своем, что смерть — единственный выход из создавшегося тупикового положения.       Юноша соглашался с ней, каждый день приходил на скалу, с которой собирался броситься, прижав к себе птицу, и каждый раз ложился на траву, будучи не в силах сделать последнего шага. Умирать больно, разбиваться о камни — особенно больно. Но к концу подходили деньги. Смерть от голода тоже мучительна. Можно купить на последние иены нож… Но сможет ли он заколоться? А, главное, поднимется ли у него рука заколоть милую сову?       И вот настал тот день, когда надо было выбирать: деньги подошли к концу. С оставшимися крохами юноша спустился к магазину, оставив сову в лагере. Скоро все решится. Он прошелся по единственному в округе магазину, купил риса — на большее денег не осталось. Последний рис — как же это символично. Стоя на кассе, он услышал, как хозяин магазина в разговоре по телефону упомянул, что ему требуются работники, да только кого в такую глушь затащишь? Клиенты — только водители машин с трассы, расположенной неподалеку, да туристы с парочки местных объектов культурного наследия. Юноша вполуха слушал разговор, настраивая себя на скорую смерть. Он расплатился. Взял рис. Подошел к выходу. Приветливая дверь раскрылась перед ним, выпуская на улицу. Оставалось сделать единственный шаг, но…       — Если вам срочно нужен работник, я могу поработать у вас, — услышал он собственный голос. Голос труса и предателя.