Узники прошлого

— Алло.       — Алло, привет. Я так рада наконец-то слышать тебя.       — Привет, мам.       — Я уже забыла, как твой голос звучит. Когда ты вернешься домой? Твоя учеба закончилась несколько месяцев назад, я уже считать устала, сколько именно, а ты все не появляешься в родных стенах.       — Мама, я же говорил, я здесь работаю.       — Да кем ты тут работаешь? У тебя же все равно удаленная работа, так зачем тебе жить в этом ужасном Токио, где около половины жителей умирает от рака? А знаешь, из-за чего? Из-за воздуха. Совсем в этом городе никакого воздуха нет.       — Мам, ну откуда ты только эти данные берешь? Где статистика? Где хоть что-нибудь?       — Дожили, ты уже не веришь родной матери. И как я могла воспитать такого сына? Мы с твоим отцом жизнь на тебя положили, а получилось такое…       — Мам, не начинай. Ну, приеду я, приеду. Скоро ведь юбилей дедушки. Все там встретимся. Я подумаю. Но у меня здесь квартира, я скоро на права сдавать буду. Да и работу обещают настоящую, как ты выражаешься, подкинуть.       — Да знаю я, что у тебя там в твоем Токио. Но Юмио все ещё ждет тебя.       — Ждет ли? До меня доходили слухи, что у неё давно другой парень.       — Да кто тебе это сказал? Досиро? Ты с ним общаешься? И сколько раз я говорила тебе, чтобы ты не общался с этим лгуном. Что, советы матери уже совсем ничего не значат для тебя? И это я воспитала такого сына? И это на него отец положил все свое…       — Мама.       — Ладно, ладно. В общем, нет у неё никого. Ждет тебя Юмио. С самой школы ждет.       — Чего же она уже год не звонит, не приезжает?       — Да можно ли, чтобы девушка сама за своим женихом бегала? Мальчик мой, с кем ты в своем Токио общаешься? Я беспокоюсь за твое окружение.       — Отличное у меня окружение. Мама, я все понял. До встречи на празднике. Юмио… Она ведь тоже там будет?       — Всенепременно. И не забудь, приехать надо за два дня. Юбилей все же не каждый год, гостей будет множество. Так что давай, помогай нам. Твои двоюродные сестры тоже все, наконец-то ты с ними увидишься, а то сколько лет вы уже не общаетесь? Пять, шесть?       — Всегда мечтал с ними пообщаться.       — Что ты говоришь?       — Да нет, ничего. Слушай, мам, у меня ужин стынет.       — Вечно у тебя то ужин, то ещё что. Ладно, пока. Целую, милый. Не ввязывайся в плохие компании.       — Ты тоже не болей.       Юноша с облегчением отнял телефонную трубку от уха. И вот так каждую неделю с тех самых пор, как он переехал учиться в Токио. Мамаша не оставляет его. Хорошо хоть после третьего курса она прекратила к нему приезжать, а то совсем спасу не было. Она появлялась в самый неподходящий момент: именно тогда, когда квартира была неубрана, а холодильник пуст. Она привозила дикое количество еды, которую он потом с друзьями подъедал ещё почти месяц до следующего приезда дорогой родительницы. Если бы эта еда ещё отличалась разнообразием!       Юноша засунул в рот бутерброд, с аппетитом прожевал его. Что ж, на сегодня работу можно считать законченной. Статью он написал и даже не одну. Две сегодня сдал. Кажется, редактор доволен. Надо бы вечерком в кино сходить, да лень. Тем более что Сузуко заболел. А ходить с Хикари — только лишнее внимание привлекать. Они дружили с ней с первого курса, но вдвоем редко встречались — слишком уж острые языки у остальных приятелей. Юноша придирчиво осмотрел свою однокомнатную квартирку: в ней все удобства, соседи — просто лапочки, не беспокоят его, даже когда вечеринки плавно перерастают в утренники, магазины под окном, живет он один, никто его не терзает. А что будет дома? Опять мамаша возьмется за него как в раннем детстве? Представить страшно. Да ещё и Юмио… Он так надеялся, что она найдет себе кого-нибудь, пока он учится в Токио, ан нет, не нашла. С Юмио их познакомили родители ещё в раннем детстве. Родители и решили, что в будущем им непременно надо пожениться. Он рос с осознанием того, что его товарищ по играм станет в скором времени его супругой. Тогда он ещё не знал, что такое брак, и был согласен на все. Потом, правда, его взгляды поменялись, и теперешняя вольная жизнь радовала его куда больше той, которую он видел вокруг себя: с работы домой к семье, от семьи на работу, а в выходные в магазин. Это не для молодых.       Юноша лег на диван и включил приставку. Пожалуй, компьютерные игры он любил более всего на свете. Особенно если включить радио. Он пультом настроил нужный канал. Ди-джей как раз объявлял очередную песню. Юноша всегда отмечал про себя красивый голос ди-джея. По работе ему приходилось часто сталкиваться с ним, в паре проектов они даже вместе работали. У того родители были актерами, пускай и не очень известными широкой публике. Сына пристроили на радио ещё в детстве и пророчили ему актерскую карьеру, однако тот воспротивился родительской воле и захотел остаться на радио навсегда. Особенно нравилось ему вести полночные и ночные программы, которые слушали молодые девушки. Он говорил, что ему доставляет удовольствие само осознание того, что его слушают красотки по всей Японии и вздыхают о нем. Он был прав: девочки встречали его около студии, требовали автографы, а иногда и что-то большее. Кончилось дело тем, что бедному ди-джею пришлось ходить с охраной. Когда же ему хотелось погулять в одиночестве, он долго и тщательно гримировался, прежде чем выйти на улицу. Ди-джей… Надо будет ему позвонить, скоро же очередное интервью.       Юноша записал в блокноте «позвонить ди-джею завтра» и включил приставку. «Прекрасный воин Сейлор Мун» — загорелось название. Юноша внимательно вгляделся в экран. Будет ли сегодня ему казаться то же, что и последние много дней? Он был фанатом этой игры, как и почти вся молодежь. Культовая игра, пришедшая на смену давно опостылевшей всем Сейлор Ви, была не просто игрой, все говорили, что она основана на реальных событиях. Сейлор Мун многие видели, но ещё никому не удалось взять у неё интервью — девушка умудрялась сбежать ото всех. Когда же решили делать игру, то пригласили всех, кто хоть что-то знал о ней, присутствовал при битвах. Написанием сценария, как и биографией занималась Нару Умино: предпринимательница, которая сталкивалась с воинами света и тьмы, по меньшей мере, тринадцать раз. Она и её муж Гурио владели ювелирным магазином, но зарабатывали давно уже не продажами. Только благодаря им появилась самая современная, самая популярная компьютерная игра с потрясающей графикой! Игра, в которую играли все школьники, почти все студенты и даже многие взрослые. Выбрать в ней можно было либо темных, либо светлых, а дальше сюжет стремительно разворачивался: Темное Королевство, Черная Луна, Апостолы Смерти… Первая часть, посвященная Темному Королевству, считалась самой сложной, если играть за сейлоров, и самой легкой, если за демонов. Юноша легких путей не искал, поэтому уже много месяцев пытался выиграть сейлорами. Его любимицей была Сейлор Марс: воин огня и магии — её он использовал чаще всего. Первая четверть игры — сражения с Джедайтом — для него была достаточно проста и понятна, а вот потом… Нет, Нефрит не был таким уж сильным противником и загадки вроде бы были не такими уж сложными (все друзья жаловались, что совершенно непроходим Зойсайт, а уж Кунсайт-то…). Но юноше казалось, что что-то в игре не так. Битва в анимационной студии казалась ему нелепой, ведь должна была происходить на крыше. А сражение на теннисном корте? Почему в нем участвуют четверо воинов, должны быть только Сейлор Мун и Такседо Маск. А фотоателье? Девушки стоят на фоне машин, но должны быть пальмы… Юноша не мог сказать, откуда у него такая уверенность во всем этом. Он играл, играл и играл, и все время ему казалось, что что-то где-то не так. Сегодня, именно сегодня, он собирался расправиться с Нефритом и перейти к Зойсайту и радужным кристаллам. Как ни странно, в этот раз все получилось довольно быстро. Должно быть, потому, что Нефрита убил Зойсайт, а не сейлоры. И вот последние кадры: сейлоры передают маме Нару рыдающую девушку. «С ней все будет хорошо, я, Сейлор Мун, обещаю вам это!» — говорит главная героиня. Свет Луны озаряет её тело, и она убегает.       Юноша откинулся на подушки. Он прошел! Наконец-то он прошел Нефрита! Заиграла музыка, ему набежали новые очки, открылось новое оружие. Диктор стал рассказывать, что же случилось дальше. На экране появилось Темное Королевство. У Зойсайта в руках Черный Кристалл. Королева с трона говорит голосом Амио Сейшимо (о, как юноша любил эту замечательную сейю, ради нее одной он был готов играть в приставку до бесконечности):       — Зойсайт, твоя задача найти три кристалла: кристалл тьмы, света и тени. Соединив их, ты получишь матрицу.       — Матрицу, ваше величество?       — Не перебивать! Да, на неё надо наложить ещё четыре кристалла: красный, синий, желтый, зеленый. И тогда…       Юноша нажал на паузу. Его сжигало… Чувство несправедливости! Почему-то он был уверен, что все, все, что сказала Королева, неправда. И ещё… Он почему-то был уверен, что в тронном зале рядом с Зойсайтом должен стоять ещё и Кунсайт.       Он задумчиво вертел приставку в руках. Что с ней такое? Юноша помнил, как впервые почувствовал, что игра навевает на него странные мысли и чувства. Его испугали загадочные галлюцинации, которые он видел, стоило закрыть глаза. Напугали настолько, что он, не долго думая, обратился к специалисту. Собственное здоровье всегда было для него на первом месте: стоило ему чихнуть, как он уже мчался в поликлинику. Почему-то болезни дико пугали его с самого детства, особенно, если они были хоть немного связаны с легкими. Вот и в тот раз он ни на секунду не усомнился в том, что ему нужен психолог. По телефону его сбивчивую речь слушали довольно долго, потом назначали встречу и повесили трубку. Юноша весь извелся, дожидаясь среды. Играл в приставку, надеясь, что фантомы растают, но все тщетно.       На прием он пожаловал на полтора часа раньше назначенного срока. Долго и нетерпеливо ходил по светлому холодному коридору, ожидая своего часа. Незадолго до назначенного времени в зале появилось еще трое молодых людей. Юноша через пару минут пристального наблюдения за ними и за часами понял, что, кажется, они пришли на то же время, на которое и он. Наружности двое из них были престранной. Один очень высокий с неестественно темной кожей. Юноша даже подумал, что такой оттенок — результат какой-нибудь страшной болезни, оспы, например. Почему оспы, он объяснить не мог, она просто первая на ум пришла. Второй же был короткостриженным крашеным блондином с ярко-голубыми глазами. Юноша отметил про себя его отдаленное сходство с Джедайтом из игры. Третий посетитель никаких особенных отличительных черт не имел, поэтому юноша не обратил на него внимания.       Ровно в час дня всех одновременно пригласили в кабинет. Доктор — мужчина в полном расцвете сил в каком-то невероятном малиновом халате — долгое время буравил их недобрым взглядом, а потом пригласил садиться и рассказать, с чем они, собственно, пожаловали. Юноша, вслушиваясь в истории остальных, с удивлением узнал, что не на него одного игра оказывает столь невероятный эффект.       Заговорил длинный:       — За последний месяц я прошел почти всю игру Сейлор Мун. Несмотря на то, что эта забава детская и моему возрасту не приличествующая, я не мог оторваться от нее ни на минуту. Работа, жена — все пошло прахом. Доиграв в первый диск, я не могу побороть желания купить второй и пройти его столь же быстро. Я привык все контролировать, доктор, и мне не нравится, когда что-то, особенно детская забава, выходит из-под контроля. Кроме того, я играю за темную сторону, и мне очень импонируют лорд Кунсайт и Королева Берилл. Я отношусь к ним почти как к своим немногочисленным друзьям, а Нефрит в моем представлении является злейшим врагом. Я понимаю всю несостоятельность подобных мыслей, и поэтому я здесь.       Продолжил блондин:       — У меня как-то все проще, понимаете? Я просто чувствую, что в прошлой жизни был Джедайтом. Не перебивайте, я уверен в этом на сто процентов. Сначала я хотел вызвать его дух и поговорить с ним, но оккультисты меня отговорили, понимаете? Тогда я решил, что и сам вполне похож чертами на своего орденоносного предка, и могу им гордиться.       — Чего же вы тогда не пришли сюда в военной форме? — откликнулся длинный. Блондин посмотрел на него презрительно-изучающе:       — Пошив копий одежды из мультиков и книг — дело косплееров. А я не косплеер, я реинкарнация.       Третий молодой человек без каких-либо отличительных черт только хмыкнул и взял слово:       — В такой компании мой собственный недуг представляется вполне мирным, — съязвил он. — Господа, мое дело маленькое, я просто влюблен. Без памяти влюблен в Зойсайта из игры. Я теперь во всех девушках выискиваю его черты. Правда, мне еще не приходило в голову поискать среди косплееров. Может, я там найду своего лорда?       Психолог выслушал всех, а потом начал задавать какие-то вопросы, давать тесты — юноша никак не мог разобраться, какое они отношение имели к проблеме. В конце сеанса доктор произнес прочувственную речь:       — Молодые люди, всех вас привела ко мне эта игра. Поверьте, не вы первые и не вы последние. Все, что вы мне рассказали, для меня не ново. Совет, который я вам пока дам, кажется очень простым, но на самом деле почти невыполним: отвлекитесь! У вас есть хобби, друзья, жены, обязанности, в конце концов? Распланируйте свой день так, чтобы в нем не оставалось времени для игры. Займитесь чем-нибудь общественно-полезным, тем, за что вам будут благодарны. Ведь нет ничего приятнее, чем человеческая благодарность…. — он распинался минут пять, и юноша, внимательно его слушавший, почувствовал, что готов свернуть горы и творить добро направо и налево, как его любимые героини. Напоследок доктор попросил пациентов обменяться телефонами, а также сказал, что позовет на ближайший семинар, посвященный проблеме компьютерных игр. На том и расстались.       Юноша стремглав бросился в магазин. В квартире у него стояли три-четыре жалких кактуса, не требующие частого полива, так он купил книгу, посвященную кактусам. Где-то в шкафу завалялся старый полупрофессиональный фотоаппарат, так он купил книгу о фотоискусстве. И, наконец, когда-то давно еще в первых классах ему очень нравилось оригами. Он купил множество цветной бумаги и схемы. Войдя в квартиру, бросился к тумбочке, желая выкинуть игру, а лучше разбить, но потом решил, что это подождет, и запер приставку в шкаф, где раньше лежал фотоаппарат. Две недели он не трогал приставку и все свободное время проводил с друзьями, устраивая им фотосессии, пересаживая с ними кактусы или мастеря огромных драконов. За две недели не изменилось ничего. Стоило закрыть глаза, как он видел кадры из игры, чуть измененные, правда, его богатой фантазией. Юноша стал вдвое больше времени уделять работе, купил еще пять кактусов, развесил под потолком собранных животных, приводил друзей в квартиру днями и ночами, но… Легче не становилось. Дождливым июльским вечером он проснулся после шумной вечеринки. Голова гудела, хотя вроде бы ничего вчера особенного не пили. Юноша обвел мутным взглядом подоконник с кактусами, стену с фотографиями, потолок с игрушками и почувствовал величайшее отвращение к себе: на что он больше месяца тратит время? Ему ведь все это неинтересно, а друзья достали так, что век бы их не видеть. В тот вечер он впервые посмотрел на шкаф. Пока только посмотрел. Он держался еще около недели, а потом махнул на все рукой и достал приставку. Галлюцинации не проходили, доктор, видимо, забыл о нем, раз не звал на семинар. Или просто обманул — и не было никакого семинара на самом деле? Юноша пожал плечами, будто отвечая своим мыслям, и включил игрушку. Знакомая музыка ласкала уши. В конце концов, нет смысла отказывать себе в удовольствии. Галлюцинации жизни не мешают, на людей он не бросается. Быть может, это просто расплата за плохую карму? Успокоив себя такими мыслями, он продолжил игру и больше уже не пытался лечиться.       Миссии Зойсайта казались юноше невыполнимыми. За один вечер он десяток раз пытался пройти одно и то же место, и каждый раз его убивали, причем каждый раз разными способами! Обозлившись на весь мир, юноша включил компьютер и нашел один из многочисленных сайтов, посвященных игре. Форум просто ломился от сообщений пользователей самого разного возраста. Юноша почитал последние темы, и пришел к выводу, что игра строилась таким образом: сперва Джедайт, самый простой, его задания приравнивали к обучающему уровню, потом Нефрит — эта часть игры проходила под лозунгом «грубая сила»: почти любое препятствие можно было преодолеть, просто прокачавшись до нужного уровня. С Зойсайтом же все иначе: надо искать обходные пути. Так, например, при добыче первого кристалла надо не нападать на жертву сразу в магазине, а ждать, пока она окажется на безлюдной улице. Это если за демонов играть. И, наконец, линия Кунсайта была верхом садизма: она вся состояла из логических загадок, причем логика была какая-то странная: на некоторые загадки находилось десяток решений, а правильным оказывалось одиннадцатое, порой настолько банальное и простое, что его даже не рассматривали, а порой такое сложное, что математики разводили руками. Юноша скрипнул зубами. Ладно еще загадки, их он решит, но вот искать какие-то там обходные пути дико неинтересно. Он выключил компьютер и прошел на кухню. Может, дать кому из друзей? Пусть сами пройдут Зойсайта. С другой стороны, тогда пострадает гордость.       Весь следующий день юноша просидел за компьютером, дописывая материал. Редактор журнала о выставках обрадовал его скорой командировкой в какую-то провинциальную дыру. В этой дыре будет то ли выставка мыла, то ли моющих средств, то ли еще чего-то в этом духе. Юноша только поморщился, но отказаться не посмел, все же платили хорошо. На почте лежало письмо от старого приятеля. Юноша открыл его и быстро пробежал глазами. Старый друг приезжает на неделю в Токио, надо будет его развлечь! Саё спрашивал, можно ли пожить у него, и юноша ответил немедленным согласием. Все же старый друг. Написал Ди-джей, о котором юноша вспоминал недавно. Он хотел встретиться и договориться по поводу одной программы, которую ди-джей должен был вести на пару с ним. Юноше импонировало, что друг предложил ему попробоваться в шоу-бизнесе. Он, правда, был уверен, что ему не понравится, но все равно приятно было, что ди-джей, у которого от друзей просто-таки ломился фейсбук, выбрал его, не столько друга, сколько коллегу. Надо бы договориться о встрече и все обсудить. Но не сейчас ведь? Юноша еще раз пробежал глазами письмо старого приятеля. Тот приезжает послезавтра, остановиться хочет на неделю… Значит, дней через десять он будет абсолютно свободен. Юноша черканул ответ ди-джею и лег спать. Завтра его ждала очередная огромная, нудная статья, на этот раз о сыре. В сырах юноша разбирался плохо, поэтому, уже засыпая, прикидывал, кто бы ему мог помочь в написании. Друзей было много, но как-то гурманов среди них… Он заснул, так ничего путного и не придумав.