Роза ветров

***

- Может, ты больше не будешь этого делать? – смущено попросил Джунсу. - Не, ну как без этого?.. – Чанмин возмущенно нахмурил брови, состроил серьезное лицо. И, приблизившись к лицу любимого, прошептал: - А как же моя удовлетворённость? - Но мне неприятно просыпаться утром в твоей сперме, - и стыдливо отвернулся от него. Так получалось, после секса, когда обожаемый супруг кончал в него, то был категорически против разрывать с ним объятия. Минуты, отведённые на то, чтобы переждать момент нежности благоверного, а потом предаться водным процедурам, заканчивались тем, что «цветочек» засыпал. Вот удумал найти другой выход из сложившейся ситуации, но, видать, вряд ли это даст желаемый результат. - Надо было сразу сказать об этом, - обхватив пальцами его подбородок и повернув лицо к себе, Мин чмокнул мягкие розовые губки. – Раз так… обязуюсь после секса старательно и с нежностью слизывать сметанку с твоих упругих аппетитных ягодок, - с хрипотцой выдал; все прозвучало так пошло, что у парня мгновенно покраснели щеки. - Э-это… это… - совсем неслышно лепетал «Роза ветров». Может, они и занимались всяким интимом в разных позах и ритмах, но всё было не настолько запущено. Неожиданно он широко распахнул глаза, с испугом впился взглядом в мужа, раскрыв рот; скрежет отодвигающейся за спиной дверцы поверг его в панику. - Хён, о чем болтаете? – беззаботно поинтересовались через проем, а потом нагло на четвереньках вползли в комнату. - Ты-ты чего здесь делаешь?! – Су негодующе рявкнул на братишку. Развернувшись к нему, хотел подняться с пола, но супруг, обхватив его за талию, прижал спиной к себе. Наверное, спасал младшего Кима от расправы за внезапный визит к родне. - Просто дома скучно, - буркнул Дже, устроившись чуть поодаль от них, видя неприветливое настроение брата, но уходить не хотелось. – А мне тоже нравится сметана, и слизывать её я тоже люблю, а лучше ложкой есть… - весело начал разговор, разряжая обстановку. Благо последнее изречение Шима было услышано местами, словно его речь прошла через фильтр, чтобы юное создание раньше времени не познало всякого развратного. Но это совсем не успокаивало «цветок», потому что он не знал этого. И сейчас ой как хотелось отлупить братишку, что греет уши под дверью и вообще приперся к ним. Родители с мелким сынком и племянником проживали в семейном особняке, позади которого на небольшом расстоянии стояли еще три здания, принадлежащие Кимовским детишкам. В одном обитали Джунхо с женой, в другом недавно появились хозяева - Чанмин и Джунсу. Третий пока еще пустовал, он был младшего братишки. Детвору оградили от нежелательных сцен и звуков, которые им еще рано знать и слышать. Поэтому Ючон, можно сказать, не жил с родителями, да и без разрешения деда не ходил к ним. Это, в общем, не значит, что они не виделись и не участвовали в воспитании своего чада. Ведь большую часть времени проводили не у себя, там, проще говоря, ночевали и проводили выходные. Чханси мелкому и своему внуку со всей строгостью запретил ходить к новоиспечённым супругам, к тому же оба были мужчинами. Молодоженам как-никак больше необходимо уединение, чем их общество, занудство и разглядывание зятька. Совестных трапез предку пока было достаточно. Хотя, кто же его слушать-то будет? Чуня, скорее всего, да, это не обсуждается. Но Дже - это совсем другой разговор. Любил он, если отец с грозным лицом, тряся перед ним указательным пальцем, запрещал что-то. Подобное для сорванца больше походило на призыв нарушить наказ, и как можно быстрее. Сравнимо с тем, как будто перед быком помахали красной тряпкой и ждут, что он проигнорирует это. Да, прям сейчас, разбежались! - Совсем, что ли… чего болтаешь?! - прикрикнул Джунсу на своего братишку. И всё-таки, наклонившись в сторону, освободился от тисков мужа. Не вставая с пола, вытянул ногу и пнул младшего. Данная атака прошла настолько быстро, что тот не успел отреагировать; с шумом шлепнулся и возмущено воскликнул. Чанмину почему-то стало очень смешно и он это открыто показал. Вот супруг и не поленился, не обделив хохотунчика вниманием, тоже хорошенечко его огрел. - А что я такого сказал? – вопросил Дже, не понимая, что могло быть ужасным в словах о любви к сметане. - И-иди отсюда, а, не выводи меня, - выпалил парень, указав на выход. - Чего кричите, чего шумите так? - дверь снова открылась и там уже красовался глупо улыбающийся Ючон. - Ах ты, мелюзга пресмыкающаяся, - не сдерживаясь, теперь уже начал бесчинствовать Джеджун. – Харе уже за мной ходить, как хвост. Шелупонь безмозглая, тебе нельзя сюда приходить! – как всегда делился своим новым запасом нехороших слов, папаши рядом нет, не нужно заниматься отбором приличных фраз. - Тебе тоже, - спокойно заявил мальчишка. – Хвост не может ходить, - приметил неправильность в просьбе. И как-то очень подозрительно, что племянник скромно, без обзываний ответил на выпад своего дядьки, с которым, между прочим, нормально разговаривать не мог. «Нуна», словно получив эстафетную палочку под названием «пинок», поднялась и хотела передать её Ючону. Задуманное бесцеремонно прервали, даже не дав сделать и шага к исполнению заветных мыслей. Виновником этого был отец, Чханси. Так неожиданно появился, юноша даже не подумал, что этот головастик может привалить с дедком. Поэтому, видать, малец скромно делился своими изречениями. Джеджун, понимая, что наговорил невесть что, и всё это приличием не выделялось, испугался, аж жар по телу прокатил. И как-то по-детски повел себя, метнулся к Джунсу и спрятался за его спиной. Да, чувствовал себя виноватым: мало того, что ругается как «сапожник», да еще втихую привалил к хёну. Вернее всего, он мысленно пытался загипнотизировать папулю, типа тот его не видит, ему только кажется; водил пальчиком по спине брата, внимательно следя за своими движениями, будто каллиграфию на экзамене сдает. Не хотелось думать, что влетит нехило, но, вероятно, это неизбежно. Кто запрещал надеяться, что всё обойдётся? Хотя такого не припоминается вообще… И этот Ючон-соплежуечон потом получит от него, хоть бы предупредил, что ли… - Я его позвал, чтобы помог сделать кое-что по дому, - протараторил Джунсу, завидев своего предка. – И Чанмину надо было с ним поговорить, потом объясню, - махнул рукой, улыбнувшись, но дернул плечом, чтобы Дже прекратил нервно тыкать в него. - Что-то случилось или просто заглянули? Мы уже всё, собирались перед ужином прогуляться на лошадях, - на ходу заливал, выгораживал младшего, не давая папане начинать негодовать по поводу некультурного запас слов. «Цветок» снова поелозил, потому что тот так и не прекратил своё занятие. – Прекрати, - развернулся и шлепнул по руке братишки. -Ну… я… - запинался Чханси, - вот память. Забыл, зачем пришел, что хотел сказать… - вздохнул, констатировав неутешительный факт своей старости. К тому же сын, не останавливаясь, болтал, что всё вылетело с головы. Но, видимо, не зря взял с собой внука, тот ему напомнил. Вместо ужина будет маленький прием, к ним приедет человек, у которого Ким старший собрался покупать чайную фабрику. Вот хотел заранее обговорить детали предстоящей встречи с продавцом и предложил Шиму поучаствовать в этом. Чтобы в дальнейшем тот поехал в Сеул и проконтролировал сделку. Любовь любовью, но есть и насущные дела. Не вечно же им бездельничать, жизнь не остановилась, а наоборот идет полным ходом. Так что надо крутиться, вертеться, принимать участие в семейных делах. Он же зять и теперь полноправный владелец всего того, что принадлежит Джунсу. Пусть учится, как управляться с подобным, его сыновья уже с шестнадцати лет спокойно разбирались во многом: обдуманно и без промахов распоряжались немалым количеством денег, землями и так далее. У него тоже получится, а нет – научится. От него не ждут, что будет лезть из кожи вон или сворачивать горы. Пусть дерзает, с чего-то надо начинать.

***

- Извини, друг, так получилось, - каялся Мин, состроив похоронную гримасу. Он созвонился с Юно, и они встретились в кафе. После небольшой беседы, наполненной счастливыми улыбками и словами, и когда супруг откликнулся на зов природы, решил объяснить и как-то загладить кое-что. Неважно, что тот об этом не упомянул; расставить все точки над «и». - Не понял, – озадаченно вопросил мужчина. - Твою машину, наверное, угнали, я её бросил… - почесал затылок. - Правда, не хотел этого делать, - замолчал. – Ладно, не буду врать, тогда не до этого было. Я имею в виду сохранность и возврат твоей тачилы, - помешал ложечкой чай и отхлебнул. – Вообще тот день смутно помню… - пристально взглянул на собеседника, мысленно произнес: «Что же тебе такого выдать в оправдание?» - Короче, проехали… ну всё равно будем родней, и… - Эй-эй, тачка моя дома, с чего ты взял, что её угнали? – удивился Юнхо. Приятель вылупил глазки и так посмотрел на него, словно кто-то неожиданно ласково стукнул его по башке. – Конечно, ты меня как всегда кинул, но хорошо, я сразу свалил. Потому что догадывался, что не будешь торопиться возвращаться. Потом на следующий день один из Кимовских служащих вернул машину. Огорошил, что ты стал законным супругом Джунсу и в ближайшее время тебя не будет. Просили за тебя не беспокоиться, что у вас там всё по обоюдному согласию, и по какой-то там традиции ты пока не можешь покидать их земли. Физиономия Чанмина чуть вытянулась, его поразил такой поступок Чханси, это по его распоряжению могли такое сказать. А ведь в тот момент мужа выгнали из дома. Можно было начать беседу и обсуждение этого, но на тот момент это показалось ему бессмысленным. Ведь сейчас всё хорошо и все всем довольны. - Ты мне ничего не говорил о предстоящем бракосочетании… а, да, - осекся Чон. – Родней? Я? Тебе? Что за… не, ну я всегда считал тебя не только приятелем, но и братом. Хотя что-то мне подсказывает, ты совсем не это имел в виду, - заподозрил неладное в последнем изречении Мина и тепло улыбнулся, потому что увидел, как к ним шел Су. – Повезло же тебе… - не смог не прокомментировать удачу в лице красивого, милого, богатого супруга. - Нам пора, - вымолвил, повернувшись назад, заметив свой «цветок», и поднялся из-за стола. – У нас еще запланирована куча дел, завтра возвращаемся домой… - Подожди, ты мне не ответил, - тоже подорвался со стула, одарив его возмущенным взглядом. - Вот, - коротко кинул, довольно оскалившись. Он бросил на стол свернутую в трубочку молочного цвета бумагу, перевязанную красной лентой. – Внимательно прочти и ответь на письмо. Утром заеду к тебе, заберу, - толком ничего не объяснив, Шим пошагал прочь. Подойдя к мужу, отлучавшемуся в уборную, обнял его и чмокнул в щеку, о чем-то переговорили, а после отправились по своим делам. - Что «вот»?! – обескураженно глядел на парочку, ему подмигнули, так и ничего не сказав. – Что «вот»?! – повторил Юнхо, чуть повышая тон, но на него ноль внимания. – Шим, как это понимать?! – крикнул, его так же проигнорировали. – Нормально, да? – схватив странный сверток, потряс им. – Опять оставил одного, и еще это… - плюхнулся на своё место. Тяжело и недовольно вздохнул, без какого-либо интереса сорвал шнурочек и развернул скрученную бумагу. «Здравствуйте, многоуважаемый Чон Юнхо. Пишет вам Ким Джеджун, младший брат Ким Джунсу, который является супругом вашего друга. Простите за столь смелое решение написать вам. Хотя меня уверили, что вы мною интересовались и изъявляли желание ближе познакомиться со мной». - Я? – негодующе пискнул, даже не поняв этого. Непроизвольно у Юно раскрылся рот, но он продолжил читать: «Если быть совсем уж честным, то меня это очень смущает и вызывает стыд. Ощущение, словно показываю лицо совсем незнакомому человеку. Извините за такие слова, но надеюсь, понимаете, какое смятение может испытать «Роза ветров», не достигшая определенного возраста, открывающая перед кем-то свой лик. Но было бы по-свински отказать вам в просьбе написать, тем более вы этого так хотели. Не говорите об этом Чанмину и не обижайтесь на него, что раскрыл ваш секрет мне. Признаю, узнать такое было лестно». Застывая, как восковая фигура, «разоблаченный» только узнал, что, оказывается, является им, познал странные откровения. Он всё понимает, приятель давно двинулся крышей, спятил, как только в его жизни появился Джунсу, но это… даже не подобрать слова, чтобы дать этому определение. - Что за бред? – выпалил в ужасе, так и не дочитав весточку, присланную из другого «мира». – Чего-то я не въеду. Я тупею? Заболел? Шим меня заразил? Всё еще пребывал в шоке; вскочив на ноги, отправился к своей машине, на ходу начал набирать недоделанного сводника. Тот не поднимал трубу, а на пятый вызов вообще, видать, вырубил её. Скомкав в руке письмо, запихал в карман. Уже садясь в автомобиль, копался в памяти, неужели по пьянке сморозил такое и запамятовал, или это шутка? В голове творился кавардак, мысли устроили танцы-шманцы и отрывались на полную. Но зато поверх этого бардака, как будто по волшебству красиво выводились строки. Аккуратно и старательно черные чернила вычерчивали каждую черточку, загогулинку каждой буквы, слога. И прибабахнутый стиль текста, который, скорее всего, канул в лету, удивил. Хотя, как еще мог написать человек, живущий в старую эпоху? Да, Дже постарался на славу, нельзя же осрамиться перед, возможно, будущим супругом. Всему свое время. Шим, конечно пофантазировал на славу и допустил, что его разоблачат, но пока он будет посредником между ЮнДже, то не скоро вскроется, что он малек приврал. Всё для благих целей, они ему потом спасибо скажут. Может, не сразу, ну он не гордый, подождет данного момента проявления благодарности. Юнхо так и не дозвонился до друга. Вернувшись домой, быстро поднялся к себе, витая в своих раздумьях, не услышал, как его окликнул отец. Не раздеваясь, лег на кровать и уставился в потолок. Он дочитал письмо. Пока ему казалось, что сложившаяся ситуация - полный абсурд и ничего больше. Затеять отношения, взятые в огромные кавычки, с младшим «Розы ветров»? И какая вообще может быть связь с ним? Он младше, находится по другую сторону «мира». Общаться через письма? Бумажный роман? Это же охренеть какая нелепица. Ничего он не будет писать в ответ, и пусть только Мин заявится, прибьет его за это. Взбаламутил бедного мальчишку. Учудил же, думать башкой у него не бывает? Будет надеяться, что данная история не станет известна отцу Кимов. Страшно представить, что произойдет… а хотя им вроде нельзя связываться с незнакомыми людьми, даже в письменном виде. И вообще с кем-либо, строгое табу, по крайней мере, если ему не изменяет память. Ким Джеджун нарушил запрет, традицию? Ему же за это влетит, подобное одобрить их отец никак не мог. - Шим, заварил кашу, а расхлебывать придется всем, даже твоему благоверному, - зло рыкнул и, закрыв глаза, накрыл их ладонью. – Я убью тебя, только появись…