Астигматизм

Утро ползет по стенам бледно-желтыми бликами. Чонгук открывает глаза от незначительного движения рядом. Движение это короткое, теплое и уютное, но оказывается достаточным, чтобы проснуться. Тэхён лежит совсем близко – Чонгук кончиком носа касается его плеча – и смотрит вверх, медленно, лениво моргая. Чонгук еще несколько минут пытается дышать тише и не шевелиться, не подавая виду, что уже не спит. – Мы переспали, Чонгуги, – говорит Тэхён своим тихим, шуршащим голосом, вопреки всем стараниям Чонгука остаться незамеченным. – Что будет дальше? Чонгук напряженно выдыхает и потирает пальцами заспанные глаза. Способность мыслить приходит к нему далеко не сию секунду. – А чего ты хочешь? – спрашивает он первое, что приходит в голову, оторвавшись от чужого плеча и перевернувшись на спину. – Сделать тебе коррекцию зрения. Научить пользоваться контактными линзами, – не задумываясь, отвечает Тэхён. – Чтобы ты перестал носить очки. Они здорово мешали вчера. Тэхён мягко улыбается и ложится набок, лицом к Чонгуку. – Чтобы твоих вещей здесь стало больше, – продолжает он. – Видеться чаще. Но это все лирика – сначала коррекция и линзы. Ты такой красивый без этих дурацких стекол. – Я не вижу тебя сейчас почти, – отвечает Чонгук, щурясь. – И нечего, – Тэхён коротко смеется, – ты и так слишком видел. После этого Тэхён долго молчит, трогая кончиками пальцев чонгуковы щеки. – Я хотел сказать, что влюблен в тебя, – его голос становится спокойней и ниже, – с первой минуты нашего знакомства. Задолго до того, как тебя увидел. В то, о чем ты думаешь, как ты думаешь. В то, что тебе снится. В твои очки, в принципе, тоже. Немного. Тэхён говорит, не смущаясь: его мысль начисто рушит стеснение. Чонгук очень четко чувствует, как от этого кружится голова. – И еще, – Тэхён выдерживает долгую паузу. Его взгляд становится ярким и хитрым. – Я соврал насчет запасной зубной щетки. Конец.