Перед рассветом

      Тусклый свет фонаря пробивался сквозь щели жалюзи, рисуя полосы на полу. В квартире царила тишина, но она не была спокойной — скорее затишьем перед бурей. Сакура сидела на краю дивана, колени поджаты к груди, и смотрела на дверь. Она слышала, как где-то за стеной скрипнула лестница, как за окнами далёкий рёв машин смешался с шорохом ветра. Сердце стучало слишком громко — казалось, его слышали все, кто мог быть рядом.       Дейдара стоял у окна, спиной к ней, пальцы бегали по экрану телефона, но глаза смотрели не на экран, а сквозь него, фиксируя каждый звук, каждое движение в темноте. Он был в напряжении, которого она раньше никогда не видела.       Блондин начал пересказывать всё, что случилось за последние сутки, словно пытался согреться не только теплотой квартиры друга, но и самим фактом, что они пока в безопасности. Саске Учиха — давний приятель Сасори и Дейдары, не раз прятавший их у себя, когда всё шло наперекосяк. Этот раз исключением не стал. — Они же могли схватить нас в любой момент, — наконец сказал он тихо, ровно, без привычной ленивой улыбки.       Сакура промолчала. Она знала, что это правда. В любой день их могли поймать. В этот момент в комнату вошёл Саске, его взгляд быстро скользнул по окну, по входной двери и только потом остановился на девушке. Он будто автоматически отметил всё сразу — кто где сидел, что лежало на столе, насколько плотно закрыты жалюзи. Он молча принёс тёплый плед и аккуратно накрыл им Сакуру. Девушка на мгновение замерла, чувствуя, как маленький жест создавал иллюзию защиты, но в глубине сознания она знала — никакая ткань не спасёт от того, что ждало их снаружи. — Сасори скоро придёт, — сказал Дейдара, переводя взгляд с окна на них. — Подождём его, хорошо? Здесь мы в безопасности. — А… да, конечно, — Саске кивнул, хотя по его выражению лица было ясно — он до конца не понимал, во что именно оказался втянут. Но отказывать друзьям он не собирался.       Время тянулось мучительно медленно. Прошло несколько часов. Постепенно напряжение Дейдары будто ослабло. Он снова стал похож на самого себя — лениво растянулся на диване, закинув одну руку за голову, и уткнулся в телефон, иногда тихо усмехаясь чему-то на экране. Со стороны можно было подумать, что это обычный вечер, а не день, когда они едва ушли от полиции.       Но Сакура так и не смогла расслабиться. Она сидела почти неподвижно, лишь иногда меняя положение рук под пледом. Иногда её взгляд останавливался на входной двери. Она ловила себя на том, что ждала — вот сейчас повернётся ручка, и в квартиру войдёт Сасори. Но чаще она смотрела в окно.       Ночь постепенно менялась. Темнота становилась чуть светлее, свет фонаря казался уже не таким ярким. За стеклом медленно кружился снег. Иногда он почти прекращался, и на несколько минут казалось, что небо успокоилось. Затем ветер снова поднимал метель, и белые хлопья начинали падать густо, закрывая улицу плотной завесой. Сакура смотрела на этот снег и невольно думала только об одном. Где сейчас Сасори, и как он добирается сюда один. — Сакура, может ты хочешь в ванную?       Голос Саске прозвучал негромко, почти буднично, но в этой обычности было что-то странно успокаивающее. Сакура на секунду отвлеклась от окна и подняла на него взгляд. — Да… можно, — тихо кивнула девушка.       Она осторожно сдвинула плед с плеч и поднялась с дивана. Ноги немного затекли от долгого сидения, и ей пришлось на мгновение задержаться, прежде чем сделать шаг. Сакура вдруг остановилась. Мысль пришла внезапно. Она посмотрела на свою одежду — влажную от растаявшего снега, пропахшую холодным воздухом и дорогой, и только сейчас до неё дошло. Переодеться ей было не во что. — Подожди… — она чуть растерянно оглянулась. — Дей? — Мм? — Дейдара, который уже успел удобно развалиться на диване, лениво приподнялся на локте и посмотрел на неё. Сакура на секунду замялась, потом опустилась на колени рядом со своим рюкзаком. Она раскрыла молнию и начала быстро перебирать вещи. Ткань шуршала под её пальцами. Сакура нервно вытаскивала одну вещь за другой, будто надеялась, что где-то в глубине рюкзака неожиданно появится что-то более подходящее. Там были только мелочи, документы и пара вещей, которые совершенно не подходили для ночёвки. Она всё равно продолжала рыться, словно сам процесс поиска помогал не думать о том, что происходит. Дейдара наблюдал за этим несколько секунд, потом тихо усмехнулся. — Сакура, у Учихи столько баб бывало — наверняка найдётся кофточка. — Я их сжигаю, — хмыкнул Саске, хлопнув друга по ладони. Они вели себя так, будто ничего не произошло. Так, будто это было не в первой. Сакура не понимала их поведение. — Пойдём. Подберу что-нибудь из своего. Ассортимент скудный, но футболка найдётся. — С… спасибо, — она смутилась, но быстро одёрнула себя. Слова прозвучали немного неловко. Она почувствовала, как к щекам подступало лёгкое тепло, и тут же мысленно одёрнула себя. Глупости. Скоро придёт Сасори. Он откроет дверь, скажет что-нибудь короткое своим привычно спокойным голосом, и они уедут. Всё закончится так же быстро, как началось. Этот вечер — всего лишь временная остановка.       Она посмотрела на Саске.       Чужая квартира.       Чужой человек.       Чужая жизнь, в которую она случайно на несколько часов оказалась втянута.       Она видела этого брюнета в первый и последний раз.       В ванной Сакура наконец осталась одна. Дверь тихо закрылась за её спиной, и вместе с этим будто отрезала весь внешний мир — разговоры в комнате, свет из гостиной, даже напряжение, которое всё это время висело в воздухе. Здесь было тепло. Слишком тепло после холодной улицы и долгой дороги. Она на секунду прислонилась лбом к двери и закрыла глаза, медленно выдыхая. Пальцы всё ещё слегка дрожали.       Сакура быстро стянула с себя сырую одежду, бросив её на край корзины для белья. Ткань тяжело упала, пахнув холодом и улицей. Открыв воду, она почти сразу забралась под душ. Тёплые струи ударили по плечам и спине, и Сакура невольно зажмурилась. Шторка тихо зашуршала, закрывая её от остальной части ванной, словно маленькая граница между ней и всем происходящим снаружи.       Некоторое время она просто стояла неподвижно. Вода стекала по волосам, по лицу, по рукам, смешиваясь с растаявшим холодом, который она принесла с улицы. Сакура пыталась собрать мысли. Но они расползались, как капли по плитке, и вдруг слёзы сами покатились по щекам. Сначала тихо, почти незаметно. Потом всё сильнее. Она даже не сразу поняла, что плачет. Мысль ударила резко и болезненно: А что, если она больше никогда не увидит Сасори?       Грудь сжалась так сильно, что стало трудно дышать. Нет. Нет, этого не может быть. Он вернётся. Он всегда возвращался. Сасори не мог её бросить. Эта мысль была настолько абсурдной, что Сакура даже покачала головой, словно отгоняя её. Кроме него у неё никого не было. Никого. Разве что отец — но тот давно перестал быть частью её жизни. Вечно пьяный, чужой, с мутным взглядом и запахом дешёвого алкоголя. Он вычеркнул её из своей жизни много лет назад.       Поэтому Сасори был всем. Братом. Семьёй. Единственным человеком, который никогда не бросал. Через какое-то время в дверь тихо постучали. Сакура вздрогнула. — Да? — её голос прозвучал чуть хрипло из-за воды. — Я оставлю здесь одежду, — послышался голос Саске.       Дверь приоткрылась совсем немного. Он быстро положил на стиральную машину чёрную футболку — большую, явно на несколько размеров больше — и так же тихо закрыл дверь. Его шаги вскоре растворились в квартире. Сакура выдохнула и снова повернулась под душ. Она взяла флакон шампуня с полки. Гель «восемь в одном», почти пустой флакон — весь скудный набор хозяина пошёл в ход. Сакура тихо усмехнулась сквозь усталость.       Она выдавила немного на ладонь и начала медленно намыливать волосы. Пена стекала по прядям, по плечам. Сакуре вдруг показалось, что если она вымоет голову достаточно тщательно, то сможет смыть всё произошедшее за последние сутки. Страх. Бегство. Словно вместе с водой это всё просто уйдёт в слив.       Когда Сакура наконец выключила душ, зеркало уже полностью запотело, а воздух в ванной стал тяжёлым от пара. Она вытерлась полотенцем и надела оставленную Саске футболку. Та оказалась огромной. Ткань доходила почти до середины бедра, а запах чужого порошка и мужского одеколона был едва уловим, но сейчас это даже казалось уютным. Сакура медленно расчесала влажные волосы пальцами и посмотрела на своё отражение. Лицо было бледным, глаза слегка покрасневшими, но по крайней мере она выглядела чуть более живой, чем час назад.       Когда она наконец вышла из ванной, прошло почти полтора часа. Сакура почти автоматически посмотрела на входную дверь. Сердце на мгновение ускорилось, но дверь оставалась закрытой. Его всё ещё не было. Он ушёл позже них — значит, просто задерживался. Утром они встретятся. Обязательно.       В гостиной уже спал Дейдара. Он раскинулся на диване так, словно всё произошедшее за последние сутки его совершенно не касалось. Телефон лежал у него на груди, экран давно погас. Из кухни тянуло холодным воздухом. Там, у приоткрытого окна, стоял Саске. Он курил, слегка опершись о подоконник. Каждый раз, когда он затягивался, слабый огонёк сигареты вспыхивал в темноте, на мгновение освещая его лицо. Дым медленно растворялся в прохладном ночном воздухе. Саске не смотрел вниз, как обычно делали курящие. Его взгляд скользил по отражению стекла — так было видно и улицу, и часть коридора за спиной. Каждый звук подъезда заставлял его на долю секунды замирать, прежде чем он снова делал затяжку. Сакура нерешительно подошла ближе. — Кхм… — она тихо кашлянула, чтобы привлечь внимание. Саске обернулся почти сразу. Его взгляд на секунду задержался на ней — на мокрых волосах, на огромной чёрной футболке, которая явно ей велика. — Саске… — Сакура слегка сжала пальцы. — Где мне дождаться Сасори? — Несколько секунд он молчал, будто обдумывая ответ. Потом затушил сигарету о край пепельницы. — В комнате для гостей. Я уже постелил. — Он выпрямился и коротко кивнул в сторону коридора. — Пойдём. Провожу. — Они вышли из кухни.       Сакура снова ощутила, насколько большой была эта квартира. Когда они только вошли сюда несколько часов назад, она заметила это мельком, но тогда ей было не до разглядывания. Теперь же пространство казалось особенно тихим. У самого входа справа находилась ванная, где она только что провела почти два часа. Дальше тянулась просторная кухня, из которой ещё пахло табаком и холодным воздухом. Прямо по коридору находилась, видимо, спальня самого Саске — дверь была закрыта. А левее располагалась гостевая комната. Гостиная, где спал Дейдара, словно связывала всё пространство квартиры — большая, с низкой перегородкой, она оставалась почти полностью погружённой в полумрак.       Шаги по полу звучали слишком громко. Саске остановился у двери в самом конце коридора и открыл её. — Можешь спать здесь. — Он щёлкнул выключателем. Мягкий свет лампы заполнил небольшую, но аккуратную комнату. Кровать уже была заправлена — чистое бельё, аккуратно расправленное одеяло. Не решаясь зайти сразу, Сакура остановилась в дверях. Комната пахла свежим бельём и чем-то едва уловимым — возможно, тем же порошком, которым были выстираны его вещи. — Поспи, — сказал он чуть мягче. — Я разбужу тебя, если Сасори придёт.       Сакура уже сделала шаг к кровати, но остановилась. — Когда.       Он слегка нахмурился. — Что?       Она медленно повернулась к нему. Её взгляд был прямым, почти упрямым. — Не если. Когда.       Несколько секунд Саске просто смотрел на неё. Потом тихо выдохнул. — Ах… да. — Он чуть кивнул, будто соглашаясь. — Когда. Ложись. Ты устала. — Спасибо.

***

      Будильник вырвал Саске из сна резким, раздражающим звуком. Он поморщился и почти сразу выключил его, не давая аппарату разойтись во всей своей утренней настойчивости. Несколько секунд он лежал неподвижно, глядя в потолок, пытаясь собрать мысли. Работа никуда не делась. Как и проблемы.       Саске сел на кровати и быстро оглядел комнату. Всё было на своих местах: одежда на стуле, телефон на тумбочке, часы, тихо отсчитывающие секунды. Ничего не изменилось. Он провёл рукой по волосам и тяжело выдохнул. И в жизни тоже. Сасори так и не объявился. Мысль неприятно кольнула, но он тут же отогнал её и поднялся. Когда Саске вышел из комнаты, в квартире уже горел приглушённый свет. В гостиной сидели Дейдара и Сакура. Оба выглядели так, будто ночь для них вообще не существовала. — Вы чего не спите? — зевнул Саске, потирая затылок.       Дейдара лениво развалился на диване, но глаза у него были слишком сонными для человека, который якобы просто рано проснулся. — Да Сакура… — начал он объяснять, но тут же прервался, когда тоненький локоть резко ударил его в бок. — Ай! — он повернулся к девушке. — Чего ты пихаешься?       Сакура сделала вид, что ничего не произошло, но её взгляд стал предупреждающим. Дейдара секунду помолчал, потом усмехнулся. — Ааа… ну, мы это… — он почесал затылок. — Решили бодрячком встретить Сасори.       Он не стал рассказывать, что на самом деле случилось ночью. Как Сакура, бледная и растерянная, появилась в гостиной ещё до рассвета, испугавшись какого-то шума за окном. Как она долго сидела молча, прислушиваясь к каждому скрипу дома. — Да, — быстро закивала Сакура и даже похлопала Дейдару по плечу, больше благодаря его за молчание. Она попыталась улыбнуться. Получилось не очень. — А ты чего встал? — спросила она. — Тебе звонил Сасори? — Нет. Мне нужно на работу, — коротко ответил Саске и скрылся в ванной. Примерно через двадцать минут он вышел обратно. Теперь на нём была форма. Именно это заставило Сакуру окончательно растеряться. Она замерла, глядя на него. Саске спокойно прошёл на кухню, словно ничего особенного не происходило. — Чай или кофе будете? — Да, — сразу откликнулся Дейдара и уже поднялся с дивана. Но Сакура резко схватила его за руку. — Чего? — удивился он. Она потянула его чуть в сторону. — Кем он работает? — шепотом спросила она, но Саске её услышал, отчего ещё раз посмотрел на свою рабочую форму, усмехнувшись. Девчонка еще не знала. — Ментом, он опер, — спокойно ответил Тсукури, выдергивая свою руку из крепкой хватки Харуно. — Слышь, нарик, повежливее. Вообще-то старший оперуполномоченный по особо важным делам, — буркнул Саске, протягивая Сакуре бутерброд. Она автоматически взяла его, всё ещё переваривая услышанное. — Ты почти не ела. — А мне? — удивился блондин, заглядывая на кухню, а после и вовсе скрылся на ней, — ух, как же я голоден.       Саске поставил чайник на плиту и молча достал из шкафа три кружки. Движения у него были привычные, почти автоматические — будто он уже не раз оказывался в похожей ситуации. Вода зашумела. Он налил чай в две кружки и поставил их на стол перед Дейдарой и Сакурой. — Попробую узнать на работе, что говорят про вас, — сказал он спокойно.       Сакура подняла на него взгляд. Саске говорил так, словно обсуждал погоду, но в голосе всё равно чувствовалась скрытая серьёзность. — Может, и про Сасори что-нибудь всплывёт, — добавил он. — Если его уже успели где-то засветить. — На кухне повисла короткая пауза. Только чайник тихо щёлкнул, остывая. Саске опёрся плечом о край стола и скрестил руки на груди. — Но сразу говорю, — продолжил он чуть холоднее. — Как всегда.       Дейдара закатил глаза и тихо фыркнул. — Началось.       Саске бросил на него короткий, тяжёлый взгляд. — Сутки. — Он сказал это без всяких эмоций, словно озвучивал давно установленное правило. — Максимум.       Сакура нахмурилась, переводя взгляд с одного на другого. Она явно не понимала, о чём речь. Дейдара заметил это и усмехнулся, потянувшись за кружкой. — Не обращай внимания. Это его любимая песня. — Он кивнул в сторону Саске. — Каждый раз одно и то же.