История одной девочки

Солнечные лучи наполняли мою комнату. Шум прибоя убаюкивал, но я понимала, нужно вставать. Сегодня мой отец приедет из дальнего плавания. Он капитан. Правда, капитан корабля, который возит туристов из Капитолия. Но это только к лучшему. Капитолийцы часто дают нам денег, вкусной еды. Я пару раз на каникулах ездила с ним и подрабатывала на корабле официанткой. Это было классно, я с удовольствием могла бы работать там всё время, но папа говорит нужно учиться. Нужно учиться и стать большим человеком, получать много денег, чтобы прокормить себя и свою семью. Я только согласно киваю на его слова, так как понимаю, что он прав. Только ум и выносливость могут поднять меня на самый верх волны благополучия. В нашем Дистрикте есть такие люди, которые достигли вершин, но они не являются таковыми долго. Волна обрушается, и люди с треском возвращаются к низам. Но меня не пугают такие трудности, ведь карабкаться вверх нужно всегда. В этом смысл жизни. Сладко потянувшись, я оглядываюсь по сторонам. В моей комнате всё как обычно. Светло-голубые занавески развеваются благодаря ветру, врывающемуся в комнату через открытое окно. Стол, заваленный всякими рисунками. Именно заваленный, ведь тот самый ветер, который заставляет мои занавески «танцевать», разносит белые листочки бумаги во все стороны. Пуховое одеяло горбится и морщинится, ведь я никогда не лежу на одном месте, всё время «ползаю» по кровати. Пёрышко замерло у меня на носу. Его собратья часто вырываются из плена, образованного тканью, обволакивающей подушки. Морской воздух просто переполнял мою комнату. Соль застыла у меня на губах. Облизнув губы, подсохшие после сна, я медленно сажусь на кровати. Огромные, почему-то зелёные глаза, почему-то жёлтого дельфина с улыбкой смотрят на меня. Это моя любимая с раннего детства игрушка. Когда-то давно я оторвала… Точнее сказать, откусила ему ухо, поэтому он остался инвалидом. Но я не люблю эту игрушку меньше, из-за этого казуса. Это – мой талисман удачи, который в трудные минуты всегда был со мной. Когда я училась плавать, папа разрешал мне брать его с собой. Пока я бултыхалась в воде, игрушка «загорала» на нежном солнышке. Он словно наблюдал за мной, готовясь в любой момент прыгнуть за мной в воду. Я была уверена, что крошечные размеры не помешают ему спасти меня, вытащить из мокрого и глубокого моря. Но никаких казусов не случалось, плавала я всегда хорошо. Не зря же я живу в Четвёртом Дистрикте. Встав с кровати, я подхожу к окну и распахиваю шторы. Лучики солнца мгновенно добираются до самых потаённых уголков моей комнаты. Порыв ветерка развевает мои золотистые кудрявые волосы. Один из листочков, лежащих у меня на столе, вырывается из груды, созданной его собратьями, и начинает парить по комнате. Сделав пару кружочков, он приземляется у меня на кровати. Похожу к месту его посадки и переворачиваю рисунком вверх. Море. Я почти всегда рисую море. Оно всё время разное, то буйное, неспокойно, то умиротворённое, меланхоличное. Каждый рисунок индивидуален. Нет двух одинаковых. Этот же я нарисовала где-то, месяц назад. Тогда, море разбушевалось не на шутку. Волны добирались до домов, лежащих ближе всего к морю, размывали «города», построенные детишками, сметали шезлонги, непредусмотрительно оставленные капитолийцами. Чёрные тучи сгущались над нашим районом. Они буквально давили на наши дома, навевали тоску, страх…А море, море кричало, вопило, взывала тучи спуститься к нему…Тогда погиб рыбак, засидевшийся на работе. Лодку, а точнее её остатки прибило на следующий день к берегу. Больше никаких следов так и не нашли. Отогнав подальше неприятные воспоминания, я оделась, умылась и сбежала вниз. Действительно сбежала, потому что учуяла манящий запах блинчиков. Мы живём вместе с моей бабушкой, Элин, которая восхитительно готовит. Да и знает она очень много интересного. Истории её жизни завораживают меня. Ведь в годы её молодости, не существовало Голодных игр, не было разделения Панема на великий Капитолий и ничтожные Дистрикты. Точнее существовало, но не такое как сейчас. Она говорит, что Капитолий всегда был столицей, но раньше, он был открыт для всех. Жители всех Дистриктов спокойно переезжали с места на место, знакомились с новыми людьми, новыми местами. Я всегда хотела стать путешественницей, чтобы бороздить бескрайние просторы нашей планеты. Но, к сожалению, сейчас – это невозможно. Перебраться из одного Дистрикта в другой стоит неимоверных денег! Я живу во вполне состоятельной семье, но даже мы не можем позволить себе такую роскошь. А что насчёт Капитолия… То поговаривают, что попасть в него можно лишь через Голодные игры. А попасть на них – не захочет никто. Поэтому, Капитолий – это неисполнимая мечта. В очередной раз втянув сладостный аромат, начинаю соображать. Так. На блинчики с мясом запах явно не похож. Отметаем и варенье. На клубнику, вишню и крыжовника запах не похож, а баночек с другим содержимым у нас нет. Ммм…Какой аромат! Бабушка точно добавила в блины корицу! А что ещё… Даже не представляю, что она положила в блинчик, чтобы он стал настолько ароматным. -Бабуля! Что же ты придумала на этот раз? – спросила я. – Я снова не смогла понять, что ты завернула в блин! -Зайчик мой, - подхватилась бабушка, - сейчас откусишь маленький кусочек и сразу всё поймёшь, - заворковала она, ставя на стол огромный поднос, вмещавший, наверное, четыре дюжины блинов! Я широко улыбнулась и откусила сладкий кусок. -Корица, яблока и клюква! – довольно улыбаясь, заявила я. -Точно, зайчик, угадала, - умилилась бабуля, - а теперь ешь, не разговаривай, а то подавишься, - закрыла разговор она, удаляясь в свою комнату. Из-за чуть приоткрытой двери было видно кресло-качалка и маленькая кушетка. Съев, наверное, шесть блинчиков, я помыла посуду и направилась на улицу. Сегодня последний день я проведу в родном Солнечном. Завтра отчалю вместе с отцом в очередное плавание. Прибудет он только под вечер, так что у меня есть масса времени на прогулку в компании лучшей подруги.